Тяжелая, гнетущая темнота. Пустота. Непонятное желание прыгнуть вверх и остаться там. Мелькание перед глазами картинок прошлых лет. Вся жизнь. Легкий холод. Равнодушие ко всему. Пролетающий мимо человек, что-то беззвучно кричащий... Интересно... Ни разу не видел летающих людей... Да и ладно. Пускай себе летит. Туда ему и дорога. И как это получилось увидеть его в кромешной тьме?.. Нарастающее желание покурить... Курить... Курить? А...Нет, курить не хочется. Это совсем не то, что нужно. А что нужно?.. Это не возможно понять. Это выше понимания... понимания... понимания... Понятно!!! Это не нужно понимать!!! Нужно... нужно... Это выше понимания. Кольцо. Замкнутый круг. Не возможно и не нужно потому, что не возможно. Не важно.
Белое пламя костра. Не желто-оранжевое, как обычно, а белое... Тепло... Хорошо... И не понятно. Впрочем, как обычно.
Существо. Не человек, но похожее. Садится рядом с костром и греет конечности. Блаженство и отрешенность на лице. Мысли... Чужие мысли!!! Но... Это неизбежность. Так всегда. Но кто это существо? Впрочем, не нужно... И, как обычно, непонятно... как и сами его мысли... А вот и идея, сгорающая в костре... непонимания. Теперь ясно. Я давно знаю это существо. Оно есть – мы. Субстанция вечной борьбы белого с черным, восхищения с непониманием. Но кто мы? Что это за мысли такие интересные... Непонятно... Невозможно понять. Кто я? Где я?
Безморов лежит на полу в своей комнате и беззвучно умирает. Что-то страшное и непонятное в этом зрелище. Наверное то, что Безморов – это я сам. Я пытался проверить, сколько человек может просуществовать, каждый день получая неприятные и унизительные сюрпризы. Меня хватило на полтора года. Затем я сломался... И тяга к жизни начала угасать вместе с каждым красным сигналом светофора на большой дороге, ведущей, как известно в неизвестность. А иногда и к заветной цели. Вчерашняя встреча с собакой по кличке Джек, которая умудрилась мне рассказать историю существования мира в нескольких словах, не дала мне ни чего нового, это я уже знал. И теперь мне не видать ни каких горизонтов, ведущих в светлое будущее... Вокруг сплошная неизвестность... И эта неизвестность породила нынешнее состояние моего разума и (или) тела... И невозможно понять, зачем появилась эта страшная реальность, которая в конце концов сказала свое решающее слово и попятилась обратно, в свое убежище непуганых призраков, подальше от ячейки памяти, которую она должна занимать по выдумке какого-то идеального существа с необузданной фантазией, и логикой пятилетнего ребенка. А может и нет ни кого, кроме детей? Детей, которые сотворили наш мир из куска пластилина с применением конструктора Лего и оставили его в песочнице, потому что появилась более интересная игрушка, и на нас постоянно наступают грязные ботинки взрослых, постепенно превращая идеальную модель в деформированный разноцветный кусок суррогатного пластилина, смешанного с дерьмом тех же взрослых...
Но какое мне теперь до этого дело... Я тихо лежу и умираю на полу в своей комнате. Потому что я Безморов, решивший проверить прочность человеческого разума... И проигравший в этой битве...
Безморов проснулся. Чувство пустоты и неясности нахлынуло на него. Он окончательно ощутил бесцельность своего существования. Своей комнаты у Безморова не было уже три года. После смерти отца, пятидесятилетнего Безморова выпнули из квартиры какие-то неизвестные доселе родственники... Ночевать приходилось на чердаках домов...
Нужно было собрать все силы в кулак и подняться, чтобы пойти и найти себе пищи... Он не ел уже неделю...
Спустившись на подкашивающихся ногах во двор, Безморов увидел мужиков, сидящих в беседке, распивающих водку... и закусывающих ХЛЕБОМ. Ноги сами понесли его в сторону беседки...
-Ну что, бомжатина, выпить хочешь? – с презрением в голосе спросил один из сидящих и, недождавшись ответа достал из под скамьи бутыль и налил полный стакан.- На, пей, - к Безморову протянулась волосатая рука со стаканом.
Безморов взял и залпом выпил содержимое. Только проглотив жидкость, он понял, что это не водка... Голова закружилась словно пропеллер вертолета... Сквозь возникший шум в ушах, Безморов услышал хохот мужиков... «Какая-то херня. Наверное ацетон...Или еще что-то ядовитое...»- пришла ему в голову мысль. Ноги все еще его слушались... И он пошел прочь от этих самодуров, сделанных из еще большего дерьма, чем то, из которого, они считали, он сделан сам...
В этот день многие люди встречали на улицах города слоняющегося со стеклянными глазами человека, по виду БОМЖ’а... Это обычное явление даже не обратило их внимание на себя... Не обратило их внимание и то, что этот человек беззвучно умер посреди одной из аллей города...