Дело было в Крюкове... Я был тогда бригадиром студенческой команды, оказывавшей помощь селу в уборке урожая. Мы разместились в пионерском лагере, а лично я поселился в фотолаборатории, находившейся в клубе. В комнате были установлены две огромные мойки для промывания фотографий, причем эмаль была вся изъедена реактивами и покрыта ржаво-черным налетом. Лаборатория была пропитана характерным запахом химикатов - еще недавно, буквально неделю назад, ее использовали по назначению. Труба под мойками прохудилась и из нее капала вода с характерным мерным постукиванием о кафельный пол. Еле-еле удалось втиснуть между мойками и стенкой одну кровать. На ней я и отсыпался после нудных трудодней, проведенных на сельской ниве.
Сначала мне казалось, что я живу в этой экзотической комнатке один. Но однажды я купил в Зеленограде немного печенья и сухарей к чаю (ведь хорошо на ночь попить кипяточку после изнурительной работы в поле под мерзким дождем и на пронизывающем ветру). А у местных жителей я приобрел недорого ведро великолепной ароматной антоновки и трехлитровую банку парного молока... Экзотика!... На ночь погрыз печенья с молочком, насладился кисло-сладким "антоновским" вкусом и завалился спать...
Проснулся я в кромешной тьме от громкого чавкания, доносившегося из-под моей кровати, где на газетке доспевали мои прекрасные яблочки! Тревожное предчувствие не обмануло меня - включив свет, я заглянул под кровать и - О, Боже! - часть яблок были изгрызаны до черешков, а те, что не съедены - понадкусаны! Я понял, что поселился на уже давно обжитой территории. И я решил выследить разбойника!
Я не стал гасить свет и лег на кровати, притворившись спящим... Однако за день так измотался, что вскоре уснул... Я опять проснулся, теперь уже от страшного хруста, который заставил меня испытать жуткое ощущение, представляющее собой смесь из реакции человека, вдруг разбуженного неприятными звуками, и догадки еще об одном покушении на свою собственность! Я приоткрыл глаза и увидел маленькую мышку с большим аппетитом уничтожавшую мой еще не тронутый запас сухарей! Я вскочил, но мышь серой молнией исчезла где-то за мойками. Я заглянул туда и обнаружил огромную дыру в полу, которую тут же законопатил подручными материалами. Нечего тут хозяйничать, здесь теперь Я живу!!
Избавившись таким образом от шумной соседки, я опять улегся в постель в сладком предвкушении урвать еще пару-тройку часиков сна перед трудовым днем - а поднимались мы с рассветом. Где-то через полчаса я проснулся от каких-то непонятных шлепков, опять доносившихся откуда-то снизу! Первым чувством было разочарование в своей недавней радости от победы над серой пришелицей - видимо я недооценил ее глубокого познания местности и скрытых от глаз новичка множественных входов-выходов в клубную лабораторию. Конечно же, яблочки и сухарики - райская пища после набивших оскомину многих метров малокалорийной фотопленки и сотен граммов вонючего проявителя!
Я зажег свет и осмотрелся вокруг, правда уже не питая даже слабой надежды прогнать хвостатую пиратку. Но каково же было мое изумление, когда я увидел следующую картину!
Это была крупная лягушка, которая не взирая ни на меня, ни на включенный свет, не спеша "обходила" комнату по периметру вдоль стен, и завидев на стене комара на доступном расстоянии от пола, оценивала ленивым взглядом свои возможности и размеры жертвы, неуклюже опиралась о стенку передними лапками и щелкала по стене молниеносно выбрасываемым языком, чрезвычайно метко "снимая" со стены ничего не подозревающего москита и отправляя его себе в пасть, аппетитно причмокивая и томно прикрывая круглые лягушачьи глазки. Я, хотя и не выспался, но с восхищением наблюдал за охотой этого забавного земноводного существа. Существо же, сделав круг почета и собрав всех комаров, сидевших на стенах ниже критической отметки, доказало свою земноводную сущность, разместившись точно под падающими каплями воды, сочившейся из ржавой трубы под мойками. Ладно, Лягушка-Квакушка, живи в нашей комнатушке, подумал я, со стыдом вдруг почувствовав себя медведем из детской сказки, попросившимся к мышке и лягушке в теремок пожить, в результате чего они безвозвратно потеряли свою жилплощадь.
Вечером следующего дня командир сельхозотряда собрал всех бригадиров на планерку в холле клуба, куда выходила дверь моей комнаты. Мы начали совещание, в ровный гул голосов которого неожиданно вмешался звук равномерных шлепков - все притихли и увидели мою Квакушку, пролезшую под дверью и устроившую себе публичный ужин из комаров. Набив свой лягушачий животик комариной плотью, героиня всеобщего внимания деловито мелькнув ножками-ластами, исчезла в темной щели, отправившись в свое логово под струйку ржавой воды переваривать свои охотничьи трофеи...
Опубликовано в сборнике
прозаических миниатюр на
http://www.stihi.ru/2003/07/20-887
