Мы вместе, пока ты в небе...

 

1

Мы шли по какой-то пыльной дороге, и мимо проносились грузовые трейлеры. Нам уже надоело голосовать: все равно никто нас не брал, и мы брели по обочине, совсем не зная этой дороги. Сколько до ближайшего поселка – неизвестно. Если бы она была одна, давно бы уже укатила, но она не хотела со мной расставаться и покорно брела за мной, как хвостик. Это была трасса до Ростова-на-Дону. Был август, к счастью, не было дождя. Было примерно около десяти часов утра. В моем рюкзаке гремели консервы, возбуждая наш аппетит. Мы сошли с трассы и зашли за редкие деревья, которые были посажены вдоль дороги, решив позавтракать. Мы расселись на траве и достали наши припасы. Завтрак был нехитрый: банка лосося, хлеб и кусок «Одесской» колбасы. Мы всю ночь ехали, потом наш водила повернул в какой-то совхоз, а мы пошли по трассе пешком, просто чтобы не замерзнуть ночью. Так что аппетит мы нагуляли то, что надо. После трапезы мы решили немного поспать и в обнимку заснули прямо на траве.
Когда мы проснулись, было уже три часа дня. На дороге, недалеко от нас, мы увидели каких-то крестьян. Они торговали картошкой и луком. Мы даже не заметили, как они прикатили на видавшем виды «Запорожце». Как они умудрились загрузить в него столько овощей, уму непостижимо. Мы подошли к ним и разговорились. Они рассказали нам, что до Воронежа отсюда километров пятнадцать, а через пять километров, на дороге, стоят несколько кафе для дальнобойщиков. Мы решили дойти до этих кафе и попытаться поймать там попутку. Вообще наше путешествие лежало до Кабардино-Балкарии, а обратно мы собирались вернуться на поезде, билеты на который мы купили еще в Москве. Мы собирались посетить Нальчик, Пятигорск и Приэльбрусье. Почему мы не поехали на поезде туда? Да просто потому, что у нас не хватало на это денег. Так мы и отправились в эту авантюрную поездку. В общем, мы поблагодарили крестьян за информацию и отправились в путь. Примерно через час мы действительно встретили придорожные кафе. Там обедали какие-то водилы. Мы подвалили к ним и стали уговаривать их подвести нас хотя бы до Ростова. Сначала нам отказали, но потом один драйвер согласился подвести нас. Он ехал именно в Ростов. Мы перекусили вместе с ним и с радостью закинули свои рюкзаки в его КАМАЗ. Он вез пиво из Калуги. Кстати, мое любимое пиво «Золотая бочка». Через полчаса мы проехали Воронеж и мчались дальше на юг по бесконечным полям, холмам и долинам. Водитель был веселым мужиком, и был рад с нами поболтать о московской жизни, о которой он имел очень смутное представление. Он думал, что в Москве живут одни миллионеры, и недоверчиво косился на нас, когда мы рассказывали ему, что это совсем не так. Хотя, судя по дорожным девицам, частенько стоящим вдоль трассы, мы, действительно, были богачами. Он рассказал, что услуги этих девчонок стоят всего двести рублей. Прямо за державу обидно. До какой нищеты надо докатиться, чтобы согласиться на такую трудовую деятельность. Мне надоело говорить на эту тему, и я решил поиграть ему на губной гармошке, которую прихватил на всякий случай из дома. Мы с подружкой исполнили старую песню Б.Г. «Какая рыба плавает быстрее всех». Он был далек от рок-музыки, но песня ему понравилась. Хорошо, что я взял губную гармошку. Потом я долго играл блюзы. Подруга хлопала в ладоши, а водила покачивал головой в такт музыке. Так мы и мчались по нашей необъятной родине. Часа через четыре остановились в придорожном кафе попить кофе. В кафе сидели какие-то подозрительные ребята и болтались девицы в поисках клиентов. Мы не стали долго рассиживаться и поехали дальше. Вечерело. Мы все проезжали какие-то бесконечные поселки и чем дальше на юг мы ехали, тем меньше становилось леса и все бескрайней становились степи. Какая же огромная Россия! Ей просто не видно конца. Мы ехали на этой машине уже шесть часов, а проехали лишь маленький кусочек по карте. До Ростова оставалось сто двадцать километров, то есть мы будем там через полтора часа. Водителя звали Алексей. Он предложил нам выспаться у него дома, чтобы не болтаться по ночному городу. В провинции не очень любят москвичей, и мы могли нарваться. Впрочем, таких чудаков, как мы, любят в любом конце России. Но Ростов славится боевым, скучающим народом и знаменитым преступным миром, так что его предложение нас весьма порадовало. На дороге все чаще встречались придорожные кафе и продуктовые магазины. Это говорило о том, что город уже близко. Уже хорошо было видно его огни. Мы въехали в Ростов, когда было уже совсем темно. Ярким светом были освещены его улицы. Несмотря на поздний час на улицах было много народу. Мы заехали на базу, разгрузили пиво на склад и оставили там машину. К Алексею мы добирались на автобусе. Мы проезжали набережную Дона. Там был виден огромный теплоход, ярко освещенный огнями, отражающимися в воде.
Жена с сыном Алексея уехали на дачу, поэтому нас Алексей отправил в детскую и положил на полутораспальную кушетку сына. Мы так устали в дороге, что заснули моментально.
На следующее утро Алексей разбудил нас около десяти. У него сегодня был выходной, и он никуда не торопился. Мы позавтракали. Алексей позвонил своему другу, который тоже работал водителем, и оказалось, что он сегодня вечером поедет до Нальчика на ЗИЛе с каким-то барахлом. Алексей уговорил его взять нас с собой. Впрочем, и уговаривать не пришлось. Нам несказанно повезло. Мы избежали много лишних приключений. Мы захотели погулять по набережной и уговорили Алексея пойти с нами. Мы сели в автобус и проехали пару остановок. Был хороший солнечный день. Мы вышли из автобуса, купили пиво в палатке, сели на лавочку на набережной. По Дону шли баржи и теплоходы. От них поднимались большие волны. Алексей рассказал нам несколько анекдотов. Потом он решил угостить нас и повел в кафе. Мы заказали по сто пятьдесят граммов коньяку и сухого вина для моей подруги. Чудно посидели. Разговор потек более оживленно. Мы расслабились. Так и прошел наш день в Ростове. Мы вернулись домой к Алексею, забрали шмотки, и Алексей проводил нас до машины своего друга. Друга звали Николаем.
Вскоре мы уже мчались на юг. ЗИЛ, конечно, не такая удобная машина, как КАМАЗ, но это все-таки лучше, чем бесконечно голосовать и идти пешком десятки километров. Коля оказался на редкость жизнерадостным человеком. Он, пожалуй, развлекал нас больше, чем мы его. Его водительским байкам не было конца. Стемнело. Мы продолжали мчаться по бескрайним ставропольским степям. Я долго играл на своей губной гармошке. Мы ехали всю ночь. Утром проезжали Армавир. Выпили кофе недалеко от него и плотно перекусили. Поехали дальше. Днем было довольно жарко. Ярко светило солнце прямо в кабину, которая сильно раскалилась. Теперь мы ехали на юго-восток. К вечеру мы успешно доехали до Нальчика. Мы расстались с Колей и пошли искать комнату на три дня. Мы зашли в продуктовый магазин и разговорились с народом. Одна бабушка с удовольствием согласилась сдать нам комнату на три дня. Мы пришли к ней домой, постелили кровать и легли спать. Но уснуть мы не успели, затеяли любовные игры. Позже мы все-таки заснули.
На следующий день мы решили спокойно отдохнуть и пошли купаться на их озеро. Вода была теплая, и мы плавали до бесконечности. Обедать пошли домой. После обеда решили поехать в ближайшие горы. До позднего вечера мы бродили по их склонам, это было красиво. На следующий день мы решили сразу поехать в горы. Взяли с собой продуктов и весь день исследовали склоны и ущелья. Вокруг не было ни одного человека, мы занимались любовью прямо на траве. Воздух был настолько чистым, что голова кружилась. Наш ангел-хранитель был на седьмом небе от счастья.
На следующий день мы отправились на экскурсию в Приэльбрусье. Туда нас привезли на автобусе. Мы съели по горячему лавашу, которые пекли прямо у канатной дороги. Потом мы поднялись на вершину Эльбруса, на самый верх, куда доходила канатная дорога, и начали играть в снежки. Нам повезло с погодой, вид открывался просто восхитительный. Было прохладно, вскоре мы совсем замерзли и были вынуждены спуститься вниз. Приехали домой поздно вечером. Это была наша последняя ночь в Нальчике.
На следующий день мы отправились в Долину нарзанов, где хотели провести две недели. Мы приехали на базу отдыха в три часа дня. Я был в этих местах еще в восьмидесятых годах. Мы не стали останавливаться на базе, а отправились вниз по реке, окаймленной ржавыми источниками нарзана. Мы постоянно пили нарзан. Продуктов мы набрали еще в Нальчике. У меня был походный котелок, в котором нам предстояло готовить еду. Нас окружал горный дикий лес. Вокруг не было ни души, и мы занимались любовью, где ни попадя. Амур стрелял в нас своими коварными стрелами.

2

На ночь мы устроились в неглубокой пещере. Развели костер, сварили кашу, потом приготовили чай. Мы соорудили постель из наломанных веток, легли и накрылись одеялом. Снова занялись любовью. Ангел-хранитель окутал нас дымом от костра.
Утром мы позавтракали и решили подняться в горные долины. Мы шли часа четыре, изрядно устали, но достигли какой-то вершины. С нее открывался прекрасный вид: с одной стороны был виден Эльбрус, а вокруг лежал красивейший горный край Кабардино-Балкарии. Мы были счастливы. Мы снова занялись любовью прямо на вершине. Амур посылал нам воздушные поцелуи.
Мы долго лежали и смотрели в небо. Потом мы поднялись на ноги и увидели стадо овец на соседнем склоне. Нам захотелось пообщаться с горными пастухами, и мы отправились к ним. Мы дошли до них через час с лишним. Они встретили нас, как родных. Напоили айраном. Правда, они неважно говорили по-русски, но мы прекрасно поняли друг друга. Они что-то рассказывали нам, перебивая друг друга. Потом принялись угощать чачей. Я мертвецки напился и уснул на траве. Когда я проснулся, рядом спала моя скво, а в трех метрах сидел один пастух и улыбался. К сожалению, я не запомнил их имен. Он протянул мне кружку айрана. Я выпил ее залпом, и мне сразу стало легче. Пастух объяснил мне, что его друг пошел посмотреть траву на соседней горе и скоро придет. Он предложил нам пожить с ними некоторое время. Я согласился. Вечером мы ушли в низину, там было теплей. Пастухи зарезали одного барана, развели костер и стали жарить мясо. Я никогда не пробовал такого вкусного блюда в городе. Они снова угощали нас чачей, и мы напились так, что я ничего не помню. Утром мы проснулись вдвоем, в брезентовой палатке. Я разбудил свою подругу, и мы занялись любовью. Ангел-хранитель довольно улыбался, он был похож на Перуна.
Мы выбрались из палатки. Один из пастухов с улыбкой протянул мне кружку айрана. Это было очень кстати, голова у меня была очень тяжелой. Вторую кружку он протянул моей подруге. Мы собрали вещи и перешли на другой склон. Там было много скошенного сена. Пастухи стали собирать его в копну. Мы решили помочь им, хотя нас ни о чем не просили. Мы работали часа четыре. Получился целый небольшой стог. Приехал еще один горец на «газике», он привез хлеб и айран. Снова развели костер и жарили мясо. Снова нас угощали чачей, и я отрубился. Сквозь хмельной сон я ощутил, что мы снова лежим в брезентовой палатке и занимаемся любовью. Амур умирал со смеху.
На следующий день мы убирали сено на другом склоне. Потом мы снова напились чачи. Но на этот раз я не терял память. Я помню, как я зашел в середину стада, меня окружало шерстяное море. Я схватил одного барана за задницу обоими руками, а он испугался и проволок меня десять метров по траве, потом я ослабил руки и утонул в шерстяном море. Я продолжал лежать на животе, а овцы подходили и нюхали меня, касаясь губами моего затылка. Было щекотно. Пастухи хохотали надо мной до упаду.
Проснулись снова в брезентовой палатке. Подруга приставала ко мне, и мы снова занялись любовью. Ангел-хранитель гладил меня по затылку.
Потом один старик снова принес айран. Если бы не айран, я бы умер от такого количества чачи. Мы перекусили лавашем. Сегодня нужно было перегнать стадо немного дальше, чем обычно. Мы весь день не спеша шли по долинам, погоняя овец. Вечером пастухи закололи еще одного барашка. Снова был костер, чача, айран. Я некоторое время дремал, лежа на траве. Вдруг я почувствовал, что кто-то лижет мое ухо. Я поднял голову и увидел перед собой большую собачью морду. Это был пастуший пес, раньше он мной не интересовался.
Вскоре я совсем потерял счет дням. Жизнь текла естественно и не спеша – так, как течет вода. Я уже привык жить со стадом овец, с пастухами, гостеприимней людей я не встречал за всю свою жизнь. Их далекие предки жили примерно так же тысячи лет назад. Неторопливой надежностью веяло от каждого их движения.
Когда снова приезжал горец из деревни, мы узнали, какое сегодня число. Через два дня нас ждал поезд в Пятигорске. Мы простились с пастухами, хотя очень не хотелось уезжать. Мы приехали в деревню и переночевали там у одного старого пастуха. На следующий день нас обещали отвезти в Пятигорск. Амур плакал и махал нам рукой.

Черноусов Владимир, 29 ноября 2004 г.


Рецензии
Слишком часто упоминается местоимение мы. Много фактов, которые не несут никакой смысловой нагрузки. Не понятно, кто-же все же наблюдает и радуется вместе с главными героями: ангел-хранитель или амур. Порой ощущение, что амур - это и есть ангел-хранитель, но разве это так?
Нет описание чувств, эмоций. Только (повторюсь) сухо изложенные факты. Скорее это автобиографическая заметка, нежели рассказ. И последнее, много имен, я считаю можно было обойтись без упоминания некоторых из них. Надеюсь, без обид. Мои произведения тоже грешат ненужной информацией, от которой я пытаюсь отделаться. Правда плохо получается.
Настя.

Анастасия Александровна   15.12.2004 06:55     Заявить о нарушении
Я живу в Зеленограде.

Владимир Черноусов   22.06.2007 19:02   Заявить о нарушении
Это не биографическая повесть, эти события со мной не происходили...

Владимир Черноусов   06.11.2012 00:45   Заявить о нарушении