Дриада

                                           
Однажды, весь август, всю долгую осень, и начало декабря я проторчал на болотах под Талдомом, 9км. до ближайшей станции. У меня был сплошной лесоповал: часть болот осушили и отдали московскому дачному кооперативу,  я же подрядился срубить все деревья на участке площадью около 20гектар.
Черная ольха, осина, береза, даже ельник – довольно густой лес на кочковатой, уже пересохшей почве. Изрытый вдоль и поперек глубокими канавами, он был обречен, но все равно до сих пор жаль каждое ни в чем не повинное дерево, в которое с визгливым ревом вгрызались зубья бензопилы. 
Мои работодатели давно меня  знали, и поэтому смело бросили одного с тремя бензопилами, свод военной шатровой палатки 37года до сих пор иногда снится. Приезжали по воскресениям, привозили бензин и консервы, а я каждый раз просил их найти мне помощника. Не потому, что валка в одиночку нарушает технику безопасности, и трудно одному пилить и толкать, и таскать через завалы пилу, топор, бензин, сумку с инструментами.… А потому что – одиночество, «как твой характер крут»…
По утрам, каждый раз, заставая меня за разжиганием костра, пролетала семья воронов, шесть черных  удивительных птиц приветствовали меня своим неожиданно громким, со звоном метала, криком. Особенно старался один молодой ворон – Предпоследний, он всегда летел предпоследним и очень мной интересовался. Однажды, пролетая над лагерем, он снизился, и, вдруг, перевернулся вниз спиной, и долго летел совершенно прямо, но вверх ногами, а потом, приняв обычное положение, радостно раскричался, сделал крюк и повторил трюк – вот как я умею!
Пожелав воронам всяческих успехов, я шел за водой, всегда в одно место, где ближе и легче было зачерпнуть из канавы. Но это место облюбовала большая черная гадюка, в мою руку толщиной. Сначала она не спеша, уползала со своего солнечного пригорка, а потом привыкла к ежедневному ритуалу, и даже не шипела, наблюдая за мной. Однажды, я отважился, и погладил ее по головке. И, конечно, каждый раз с ней здоровался, разговаривал…
На одно плечо – бензопилу, на другое – сумку с инструментами и водой, в одной руке топор, в другой – канистра с бензином, и – вперед! Пилить и пилить, пока не стемнеет, ведь дни все короче…
Вот на высокой кочке стоит большая красивая береза, в пышной кудрявой кроне сверкают на солнце пряди  желтой седины. Но валить надо, я подхожу и делаю запил. Как вдруг, шину моей бензопилы заливает яркая алая кровь.
Да, красная жидкость хлещет из березы, заливает пилу, и кровавый ручеек бежит по земле. В ужасе я бросаю все, делаю какой-то немыслимый жест, и восклицаю громко: «Ну вот, Дриаду зарезал!» – Зарезал нимфу, жившую в дереве, душу леса, принимающую облик прекрасной женщины, – зарезал. Она жила здесь, в этой березе, а я, вместо того, что бы подружиться с ней……………….
В этот день я больше не работал. Долго не мог ни на что решится, и только на следующий день произвел научное исследование данного феномена.
Оказалось, что в березе было большое сердцевинное дупло, а над ним в изгибе ствола – морозобоина, случившаяся прошлой зимой. Весной, березовый сок из глубокой трещины в коре натек в дупло, простояв там все долгое лето, он, под действием березового дегтя и каких-нибудь бактерий, окрасился в цвет крови невинной нимфы. Бедная Дриада!
                                     ––––-

Как хорошо было бы подружиться с какой-нибудь нимфой, дриадой, русалкой, а то…

Эта вторая – Ева,
Вместе с моим ребром,
Опять подалась налево.
Я пью валерьянку и бром.

Может она и лучше,
Чем первая та – Лилит,
Но когда перестанет мучить,
По ней вся душа болит.

Господь, сотвори другую!
Не один должен быть человек.
Ребер не жаль,
Только дай мне такую,
Чтобы не жаждать во век.

Да будет! Бери,
Если сможешь принять,
А   зовут   ее –
Благодать.
       


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.