Маленькое чудо

Я не был на своей старой квартире много лет. Все это время в ней жила моя бабушка. Теперь она умерла, и я должен был оформить наследство. Купив билет на самолет, я полетел в город своего детства. Когда я вышел из автобуса уже в своем микрорайоне, то как бы очутился в другом мире. Все мне здесь было знакомо, все рождало во мне теплые воспоминания: вон коробка, где мы с ребятами играли в хоккей, вон кусты, где я попробовал свою первую сигарету, вон двор, в гуще деревьев которого я прогуливал уроки, вон улица девочки, которая мне нравилась и за которой я следил, шагая следом, после уроков. Какими широкими мне казались тогда эти тропинки, каким огромным этот парк. Мне думалось, что мир перевернулся, что моя та жизнь со всеми ее артифактами безвозвратно ушла, но вот я вернулся и увидел, как здесь все так же, как и много лет назад. Кто-то идет в мою школу, кто-то подтягивается на моих турникетах, кто-то сидит на скамейке, где мы с ребятами ждали наших девушек, идя на дискотеку. Я стал совсем иным, но тут все было по старинке: мир не спешил меняться.
 Я вошел в квартиру, в свою комнату. На диване сидел мой любимый плюшевый слонишка. Я улыбнулся и спросил его: "Как дела, дружок?" Он смотрел на меня и молчал. Я подошел ближе и увидел, как из его маленьких голубеньких глазок текут слезки. Он столько лет ждал меня, он так долго и беззаветно верил в мое возвращение, он жил надежной на встречу. И тут пришел я, нахальный и бесцеремонный, как будто ничего не произошло, как будто и не было этой разлуки. Я взял его на руки и, обняв, поцеловал.
 Слонишка был оранжевого цвета. Так его покрасили на фабрике, чтобы он доставлял детям радость. Он душу не покрасишь. Это был печальный слонишка. Он с печалью смотрел на детей, не любил, когда его лапали и шпыняли, всегда был спокойным, рассудительным и задумчивым. Только у меня на руках он улыбался, только со мной он чувствовал себя счастливым. Но затем я его бросил, уехал учиться в столицу, женился, стал отцом и забыл своего верного друга. А он все это время ждал.
 Он спросил меня: "Как живешь?" Я молчал. Мне нечего было ответить ему. В моей теперешней жизни не было ничего такого, чем бы я мог похвастаться перед ним. Все было блеклым и обыденным, особенно по сравнению с теми нашими играми и мечтами. Я не мог объяснить ему, на что я променял наше с ним счастье.
 Я вспомнил, как мы слушали с ним Ave Maria Каччини. Как оба плакали. Мне хотелось в тот момент броситься на колени, простереть руки и объять весь мир. Это небо, эти облака, звезды, Солнце - весь мир отражался у меня в душе в тот миг. Мне хотелось всех-всех простить, всех-всех любить, и всю жизнь идти с этой музыкой, с ее мудростью и чистотой. Каждый звук нес в себе вечность, тоску и боль всего мира, счастье и надежду каждого человека, Божественность. Как ничтожно было все, что я сделал в жизни в сравнении с той музыкой.
 Сквозь тени своих будущих увлечений, я увидел глаза своей первой любви. Милые и красивые. Она обернула голову и смотрела на меня. Я уже не помнил, ни как мы познакомились, ни почему расстались. Но ее глаза жили во мне все эти годы. Теперь они смотрели на меня с жалостью, и чуть даже с презрением.
 Слонишка всегда был умницей. Он старательно учил вместе со мной уроки, читал те же книжки, что и я. Когда я болел - принимал те же лекарства, что и я. У него была мечта - стать летчиком. Он много занимался, зубрил названия частей самолета, марки авиалайнеров, и элементы маневрирования. Обожал слушать рассказы о летчиках и дальних путешествиях. Но на экзамене в институт ему сказали, что слонов в авиацию не берут - хобот мешает держать штурвал. Он много плакал и обещал принять сан и уйти в монастырь. Я всегда старался успокоить его и говорил, что когда стану взрослым, то обязательно возьму его с собой на самолет. А потом забыл про свое обещание. А слонишка ждал и верил. Он знал, что у меня много важных дел, и поэтому я пока не могу взять его на самолет. Он никогда не сомневался в моем слове. Он сидел на диванчике, смотрел в окно, в небо, и ждал. И так долгие годы.
 И вот я вернулся.
 Я сделал свои дела, взял слонишку, поехал в аэропорт и купил два билета на самолет.
 Мы летели домой. Слонишка сидел у окна, и все время смотрел в иллюминатор. Он смеялся, рассказывал мне о далеких странах, в которых в мечтах побывал, бесконечно удивлялся, как земля выглядит с неба. Он летел, рассекал воздух, парил. И не было на свете в тот миг более счастливого слонишки. Он был безмерно счастлив, его душа сжималась от восторга, его сердце наполнялась божественной красотой и теплотой. Его маленькая мечта сбылась, его маленькое чудо свершилось.
 Он, мой любимый слонишка, сел рядом со мной, прижал свои маленькие ножки к моим и положил свою головку мне на живот. И уснул.
 
 
 Санкт-Петербург
 Ноябрь 2004


Рецензии