Особенности океанийской магии. Как правильно трактовать Шекспира. Авантюра с молекулярной робототехникой. Очень экономичное правосудие. Брачные игры, военно-морские рыбаки и ронго-ронго. Новый остров доктора Моро. Социал-дарвинизм, Вавилонская башня и трудовые права шимпанзе. Реконструкция первобытной культуры. Защита любыми средствами, без всякого исключения. Методы экстренной челночной дипломатии. Почему медицина хуже ветеринарии. Правило Кларка о магии и технологии.
-------------------
8 июля. Атолл Тероа, Меганезия. Этнография, менехуна и эректусы.
Вообще-то с воздуха атоллы лучше всего рассматривать около полудня, но на закате в этом тоже есть свой шарм. Волны из сине-зеленых, становятся бронзовыми, густые длинные тени придают особую таинственность, а уже зажигающиеся кое-где огоньки вызывают ассоциации с маленьким праздником. Атолл Тероа предстал перед доком Джерри перед закатом, в виде огромной раскрашенной светлыми и темными полосами подковы, уложенной на поверхность спокойного океана. Подкова, впрочем, была не совсем правильной: Одна ее сторона была более широкой и покрытой зарослями, среди которых, ближе к внутренней площади подковы, то есть, к лагуне, виднелись постройки самой разнообразной формы. В лагуну во множестве выдавались узкие полоски пирсов, некоторые из которых были частично прикрыты навесами в форме остроконечных шляп. Другая, узкая сторона подковы, представляла собой голую песчаную косу, на которой располагались несколько блестящих ангаров, что-то наподобие прямоугольных прудов, и аляповатое сооружение вроде металлической башенки.
- Основа местной энергетики, - пошутила Оливия, заметив нелоумение дока Джерри, - это спиртогонный завод на планктоне. А ангары - местное мотопредприятие. Если захотите заказать по дешевке авиетку, заходите туда, скажите что вы от меня, и получите скидку процентов семь. Заказ обычно исполняется за два-три дня.
- Я все равно умею водить только автомобиль, - ответил Джерри, - ну, еще простенький катер. Это здесь, наверное, более актуально.
- Это точно, - согласилась она, - Катер или проа можете заказать там же.
- Проа это что?
- Двухкорпусный парусник, - пояснила Оливия, - два типичных проа вы можете увидеть прямо посреди лагуны. Сейчас как раз время вечернего лова каменного окуня.
…
- Ого, профессор! Вы пользуетесь успехом у женщин!
Этой фразой Слай прокомментировал трогательную сцену встречи доктора Винсмарта с его подопечными. Джерри был не в состоянии что-либо придумать в ответ, поскольку на нем одновременно повисли обе девушки. Келли справа и Санди слева, и уж конечно они сделали это не молча, а с вполне качественным визгом. Как ему удалось не кувырнуться при этом с пирса – черт его знает. Какой-то глубинный инстинкт равновесия сработал.
- О, черт, - сказал он, наконец, - я не могу поверить, что это на самом деле.
- Ага! – фыркнула Келли прямо ему в ухо, - мы, типа, вам снимся, док Джерри.
- Всего один косячок за завтраком, и ваши мечты станут реальностью, - в своей обычной манере добавила Санди, - нет, без дураков, мы жутко рады вас видеть.
- Я, между прочим, рад не меньше, - ответил он, - но не поймите меня неправильно, еще чуть-чуть и мы с вами полетим в воду. Вы не такие легонькие, как вам кажется… Уф. Ну, теперь я смогу на вас посмотреть… Так, так, хорошо выглядите.
- Вы же видели ролик, - сказала Санди, - мы в точности, как там.
- Ну, знаете, снять можно что угодно… А кто, кстати, снимал?
- Вот они, восходящие звезды эротического кино. Сейчас познакомим, - Келли схватила Винсмарта за руку и потащила в направлении двух молодых людей, стоящих на берегу рядом с пирсом, - вот это Роджер, он же Акела, он был оператором. А это Валентайн, он же Спарк, автор этого, как там…
- Либретто, - подсказала подошедшая сзади Оливия.
- Концепт-идеи, - поправила Санди.
- Здравствуйте, док Винсмарт, - сказал Спарк, пожимая ему руку, - я вообще-то только фон придумал, а с журналом и ноутбуком это Акелы идея.
- Не совсем моя, - уточнил Акела, в свою очередь, пожимая руку доктору, - это во всех детективах про заложников есть. Типа, задачка: как доказать, что все снималось только что, а не когда-то там.
- Он большой спец по детективам, - серьезно добавила Санди, - без него бы мы черта с два выбрались из этой мясорубки.
- Слушайте, - сказал Джерри, - я ведь ничего толком не знаю. Сначала мне позвонили с базы. Потом ко мне в квартиру приперлись два наглых придурка из NSA…
- Точно! Я угадала! – перебила Келли.
- Ты говорила из FBI, - напомнила Санди.
- Какая разница? Извините, док Джерри, я вас перебила. Так что хотели эти придурки?
- Я и сам не очень понял. Сначала пугали, что сделают меня главным террористом, потом полезли в мой компьютер, попались на сторожевой модуль, и приехала полиция. А где-то посреди ночи я попал на опознание… Про это я не буду рассказывать, ладно?
- А на базу вас так и не пустили? – уточнила Санди.
- Не пустили, - подтвердил он, - так что там произошло?
- Ну, мы пошли на ужин чуть позже, чем Лэй, и только собрались зайти в столовую, как там бабахнуло. Дальше мы спрятались, выждали, и дали деру. Келли подломила джип, а потом катер. А я позвонила ему, - Санди похлопала Акелу по плечу, - ты здорово офигел, когда меня услышал, точно?
Молодой человек согласно кивнул.
- Здоровее некуда. Представьте, сидим мы со Спарком, ужинаем, как люди, вдруг у меня мобильник как начал трезвонить. Вот, думаю, приспичило же кому-то. А там: привет, это Панда, мы с подругой в полной жопе, вляпались во что-то военное-секретное, нас хотят убить, и все в таком роде. Я говорю: где вы есть? А она: да рядом, на Гавайях. Нормально так, 2700 км отсюда. Я прикинул, что если бы они добрались до отметки 177, то мы бы их подобрали. Говорю: катер-то есть у вас? Она говорит: достанем. А водить умеете? Фигня, говорит, по ходу научимся. Дал я координаты и говорю Спарку: плакал наш ужин, надо хороших людей выручать, Панду с подружкой.
- А почему панда? – спросил Джерри.
- У нее ник такой в чате, где мы познакомились, - пояснил Акела, и продолжал – ну, мы, сорвались туда. Смотрю через спутник: ага, вот они. Идут косо, но примерно куда надо. Спарк с леталкой остался на отметке, а я на проа к ним навстречу.
- Про самолет расскажи, - вставила Санди.
- Я как раз об этом. Смотрю дальше через спутник, и вижу: гад какой-то летит ровно за ними, след в след, как привязанный. И по скоростям получается, что он их через полчаса догонит. Ага, думаю, он ведь по маячку идет. А маячок где? Ясно, что в мобильнике. А значит, если мобильник бросить на пустом катере, так он и дальше за маячком пойдет. И вот, картина маслом: мы трое на проа, катер пустой, а этот гад… - тут Акела с помощью двух ладоней изобразил атаку самолета, - потопил он катер, и хотел смыться обратно на Оаху. Тут-то его патрульник и достал. А мы на 177-ю отметку и оттуда домой. Вот и все.
Винсмарт недоуменно почесал в затылке.
- Роджер, вы сказали «обратно на Оаху», а в прессе писали, что этот самолет наоборот, был угнан с базы Оаху.
- Не знаю, как он там был угнан, но как он оттуда прилетел, так обратно и пошел. Прямым курсом на ту самую базу, я же по спутнику смотрел. Он чуть-чуть до нейтральных вод не дотянул.
- Но ведь тогда получается, что это были военные летчики, а не пираты.
- Конечно, - согласился Акела, - тут и сомнений быть не может. Что я, пиратов не видел? Да и на хрен пиратам так делать?
- Вы в полицию об этом сообщали? – спросил Винсмарт.
- Вот еще, не хватало. Сами прикиньте, нужна нам сейчас полиция? И вообще, чего мы тут застряли? Пойдем к доку Рау, он грозился осчастливить нас ужином.
…
… До визита к доктору Рау Риано, Джерри Винсмарт был уверен, что оказался где-то на обочине цивилизации. Обычное состояние человека, с детства привыкшего воспринимать мир, как кружочек, в центре которого находятся Нью-Йорк, Лондон, Рим и Париж, вокруг – пригороды, а еще дальше – пустыри и задворки. Первые несколько минут пребывания в доме местного доктора, как будто, подтверждали эту культурологическую теорию. Сам дом – аляповатое, по европейским понятиям, сооружение, вызывающее в памяти рассказы Джека Лондона и Соммерсета Моэма о быте океанийских аборигенов. Терраса, на которой бросалось в глаза множество амулетов, ритуальных масок и статуэток полинезийских, и индокитайских богов и богинь. Наконец, сам хозяин, одетый в яркий саронг и носящий на шее ожерелье явно культового назначения.
Видимо, заметив характерный интерес гостя ко всему этому антуражу, док Рау пояснил: «видите ли, уважаемый коллега, по обычаю я совмещаю медицинскую практику с, так сказать, магической». Он улыбнулся, протянул руку к маленькой фигурке двухкорпусного парусника, сделанной из лакированного бамбука, и произнес длинную фразу на языке, напоминающем гавайский, который Винсмарт несколько раз слышал в Махуконе.
- Это заклинание, док Джерри, - весело пояснила Санди, орудуя палочками для еды в блюде с тушеными кальмарами, - я его уже слышала, только забыла, что оно значит.
Док Рау охотно перевел:
Наша земля – это море,
Впереди - простор для Атэа,
По бокам - пути для Атэа,
А позади - дорога для ветра.
Танэ, повелитель просторов,
Твоя мана правит на море!
После чего пояснил:
- Это ритуальная формула, которая нужна, чтобы корабль хорошо слушался руля.
- Помогает? – вежливо спросил Джерри.
- А как же. Разумеется, при условии соблюдения правил строительства и эксплуатации. Танэ и был первым, кто придумал подобные правила. По крайней мере, так говорят.
- Вы сказали Танэ?
- Да. Это бог мореплавания и мастерства.
- Все конкурсы проа проводятся под знаком Танэ, - добавил Акела.
Спарк, тем временем, подлил в чашечку гостя еще рисовой водки.
- Очень познавательно, - сказал Джерри, - а медицинская практика у вас тоже связана с культом определенного божества?
- Точнее, двух богинь, Ваиора и Таранга, - серьезно ответил Рау.
- Кхм, - Джерри почесал подбородок, - Не сочтите за неуважение к вашей религии, но мне не верится, что обращение к двум богиням, пусть даже очень хорошим, может погасить острый иммунный кризис.
Меганезиец улыбнулся и кивнул:
- В чем-то вы правы. Помимо магии, я применил облучение крови ультрафиолетом 300 нанометров, чтобы снизить концентрацию аллогенов, и гемофильтрацию, чтобы удалить продукты иммунных реакций, которые также могли восприниматься организмом матери, как аллогенные. Химические иммунодепрессанты я не применял, полагая, что они в такой ситуации могут повредить и организму матери, и организму плода. Я рискнул применить только noni hinu-fetiave-ota. Это местное народное средство из местного растения в смеси с жиром морской змеи, его дают женщинам при поздних токсикозах и детям при аллергии на материнское молоко. Я также включил в ежедневний рацион свежую акулью печень.
- Между нами говоря, жуткая гадость, - вставила Келли.
- Свежая акулья печень? – удивился Джерри, - это могло спровоцировать острую реакцию на гипервитаминоз «A». Вы рисковали, коллега.
- Не очень сильно, - возразил Рау, - при формировании плаценты способность усваивать витамины «A» и «D» существенно возрастает. Кроме того, здесь высокая инсоляция, что тоже препятствует критическому накоплению витамина «A». Практически не произошло ничего, кроме легкого шелушения кожи.
- И кошмарной чесотки, - добавила Санди.
- Это точно, - подтвердила Келли, - я два дня чесалась, как блохастая кошка.
Джерри Винсмарт пожал плечами:
- Черт его знает, коллега. Я бы действовал иначе, но теперь уже не проверишь, дало бы это лучший результат или нет. Кстати, можно будет посмотреть ваши наблюдения за последние две недели?
- Конечно, - ответил Рау, - а мне будет интересно ваше мнение об одной моей гипотезе.
- Какой?
- Мне кажется, что эректусы похожи на аборигенов Флореса, Тасмании и Новой Каледонии. Тех, которые ближе всего к расе, населявшей когда-то всю Океанию.
- Вы намекаете на хоббитов? – спросил Джерри,
Рау кивнул и пояснил:
- В океанийских легендах они называются «menehuna».
- Sorry, док Рау, - сказал Спарк, - но менехуна это менехуна, а хоббитов выдумал Толкиен.
- Он их слизал с кельтского эпоса, - уточнил Акела.
- Он все оттуда слизал, - добавила Санди, - а copyright свой поставил. Профессор, блин.
- Профессор тоже человек, - рассудила Келли, - почему не стырить, если плохо лежит?
- Погодите, - Джерри постучал чашкой по столу, - Толкиен тут не при чем. Мы говорим о Homo Floresiensis, которого в шутку назвали хоббитом из-за маленького роста, меньше чем у современных пигмеев. Флоресиенсис - это одна из рас эректусов. Сравнительно недавно, 10 тысяч лет назад, они жили на Флоресе, а, быть может, и на других островах. Соответственно, они были современниками Homo Sapiens, и коллега Рау, насколько я понял, считает, что между ними происходило скрещивание.
- Совершенно верно, коллега Джерри.
- … Но, - продолжал Винсмарт, - поскольку это все-таки разные виды, нельзя принять эту гипотезу, пока не будет доказано, что они могли скрещиваться.
- Рискну заметить, что существует некоторая условность границы между родом и видом в современной систематике, - возразил Рау, - расходий пример: собака и волк. Их относят к разным видам, хотя некоторые породы собак, например, северные лайки, ближе к волкам, чем к другим породам, или расам своего вида.
- В этом есть резон, - согласился Винсмарт, - но эректус пока не так хорошо изучен. Нам ведь известны примеры нескрещивающихся близких видов, например, домашняя кошка и рысь. А есть виды, дающие при скрещивании бесплодные потомство, как осел и лошадь.
Келли задумчиво поковыряла палочками в полупустом блюде.
- А наши дети смогут, ну, это… скрещиваться?
- С обычными людьми, ты имеешь в виду? – уточнил док Джерри, - скорее да, чем нет. В пользу положительного ответа говорит биохимическая совместимость и одинаковое число хромосом. Скрещивание и рождение плодовитого потомства тут вполне вероятно.
- А когда мы будем знать это точно? - спросила Санди.
- Если у нас будет все необходимое оборудование, и если коллега Рау мне поможет, то, я думаю, это можно будет установить недели за две – три.
- Все будет, - пообещал док Рау, - для начала надо вам поставить компьютер. Акела, у тебя есть в запасе что-нибудь приличное?
- Есть, конечно. Могу ноутбук дать, годовалый. Годится?
- Мне лишь бы работал, - ответил Джерри, - а куда поставить, я не понял?
- Я вам особожу правое крыло второго этажа, - сказал Рау, ткнув пальцем вверх.
…
9 - 23 июля. Муниципалитет Икехао. Особенности океанийской магии.
Итак доктор Винсмарт поселился в доме своего меганезийского коллеги. Лаборатория, кухня и медпункт на первом этаже оказались в их общем пользовании, что само собой привело к участию Винсмарта в медицинской практике. Ближайшая клиника находилась в муниципальном центре на большом атолле Икехао, до него было больше 80 километров, и туда обращались только с серьезными проблемами. Со всем остальным жители Тероа и нескольких десятков миниатюрных островков, расположенных совсем рядом, шли к доку Рау. Важную роль играло и то, что Рау совмещал профессии врача и шамана-тахуна, причем определить, где кончается одна профессия и начинается другая, было, порой, решительно невозможно. В соответствие с местным обычаем, твердых расценок не было: пациенты оставляли деньги, продукты или вещи в соответствии со своим достатком и интуитивными понятиями о справедливости. Поскольку Рау имел немалую долю доходов в коммерческом партнерстве «HTOPO» (именуемом также «почтенным обществом»), этот способ расчетов его вполне устраивал. У Джерри даже появилось подозрение, что док Рау практикует ради высокого социального статуса, а не ради денег. Самому доку Джерии тем более были не интересны мелкие заработки, особенно после того, оказалось, что лавочка мамаши Джимбо принимает не только наличные, но и платежи через интернет. Но не мог же он отказать в помощи мальчишке, наступившему на морского ежа именно тогда, когда док Рау куда-то отлучился на несколько часов, ну а дальше пошло-поехало …
Организовать переговоры между партнерством HTOPO и консорциумом Atlinc оказалось проще всего. Док Джерри просто соединил напрямую по телефону Лайона Кортвуда с Оливией Минго, а дальше дело пошло само собой. Всего несколько раундов переговоров, и стороны пришли к взаимовыгодному соглашению. Партнерство получало 5 миллионов долларов «на покрытие первоначальных расходов», по 1 миллиону за каждый месяц до рождения близнецов, и 20 миллионов в случае их успешного появления на свет. Кроме того, партнерству причиталось по 0,5 миллиона за каждую публичную PR-акцию с участием Келли и Санди, и 5 процентов прибыли от проекта в течение первых 4 лет. Эта сумма должна была существенно превысить исходно запрошенные партнерством 200 миллионов долларов, но только если проект увенчается успехом.
Доктор Винсмарт не стал вникать в методику счета прибыли и прочие детали коммерции. Ему было гораздо интереснее работать по своей тематике. Когда Слай и Оливия очередной раз отправились на «гуманитарную охоту» в Папуа, Джерри попросил закупить за его счет некоторое количество наноботовых ветеринарных средств («некоторое количество» на практике оказалось шестью ящиками, которые едва влезли в самолет). Док Рау, осмотрев эти приобретения, недоверчиво качал головой, но, под действием железных аргументов коллеги, более продвинутого в биологии, решил: почему бы и нет? Первые же испытания на поверхностных травмах показали, что значит современная ветеринарная технология. Однократная обработка раны или ожога препаратом, разработанным для служебных и охлотничьих собак, приводило к заживлению всего через сутки. Никаких дополнительных средств не требовалось. Поскольку местная публика, начиная лет с 5 - 6, постоянно имела дело не только с кухонными ножами и спичками, но также с рыболовными крючками, подводными ружьями и феерами, недостатка в пациентах с Тероа и соседних островков не было. Многие тероанцы еще в мае решили свои проблемы с зубами с помощью собачьего наногеля DR-plus, разрекламированного в первых передачах о проекте «Erectus». Более того, оказалось, что аналог этого препарата уже начал производиться в Меганезии под маркой Upden (док Джерри не стал выяснять пикантный вопрос о том, как сюда попала технология производства). Так или иначе, местные жители уже были психологически готовы использовать и другие ветеринарные средства того же типа. Винсмарт ни от кого не скрывал, что применяет серийные ветеринарные наноботы. Каждый раз, испытав очередное средство на своих собственных царапинах и прочих мелких болячках, он быстро объяснял всем желающим, как им пользоваться и давал web-адрес компании-производителя (как правило - консорцума Atlinc). Такая открытость не снижала, а лишь повышало его авторитет среди местных жителей. У них не было никаких сомнений по поводу того, кем является необычный гость, обитающий в доме Рау Риано.
Через неделю, зайдя в лавочку мамаши Джимбо за какой-то мелочью, Джерри услышал, как пожилые женщины-утафоа сплетничают про «americano tahuna». Не требовалось особой проницательности, чтобы понять, о ком идет речь. Статус шамана был присвоен ему автоматически по роду занятий. Как и у любого шамана, у него существовал aku, дух-помощник, похожий на черную лягушку. Это было для местных очевидно. Зачем иначе у дока на столе авторучка, украшенная обсидиановой лягушкой? Объяснять, что это просто любимая ручка, подарок группы коллег, было бесполезно. Каждый пациент все равно оставлял лягушке монетку, семечки или цветок. Даже покупая ветеринарные препараты самостоятельно, тероанцы заскакивали в дом дока Рау «на пару слов», а после их ухода, рядом с лягушкой обнаруживалось какое-нибудь символическое подношение. Самому Винсмарту доставались подношения другого рода - от свежевыпотрошенных рыбин солидного размера до бутылок и канистр с различными спиртными напитками. Но, как правило, пациенты (или родители пациентов) оставляли крупные денежные купюры. Иногда их отдавали прямо в руки доку Джерри, а иногда - незаметно засовывали куда-нибудь на книжную полку, в шкафчик-бар, или под лежащий на столе ноутбук.
Любой шаман непременно в чем-то загадочен. Загадочность дока Джерри обеспечивали плавки. Ничего подобного ни на Тероа, ни в окрестностях никогда не было. Кому придет в голову купаться в одежде? Это же неудобно и непрактично. Конечно, тероанцы знали, что в некоторых странах есть особые табу по поводу голого тела, но с чего бы тахуна Джерри стал соблюдать эти табу здесь? Тиви как-то раз спросила об этом у Санди и Келли. Келли просто не нашла, что ответить, а Санди брякнула «это, типа, ритуал». Девчонка-утафоа, с пониманием, кивнула, и к вечеру уже все утафоа на атолле знали, что эти синтетические тряпочки связаны с тайными отношениями между tahuna Gerry и его личным aku.
…
Джерри Винсмарту, со своей стороны, представлялись странными некоторые местные привычки и обычаи, как бытовые, так и магические. К последним Джерри имел теперь самое прямое отношение. Вскоре он узнал, что магические обычаи свойственны не только этническим утафоа, но и местным жителям любого другого происхождения. Как-то раз, когда док Джерри зашел в лавочку Джимбо за сигарами, к нему подошел незнакомый грустный мужчина афро-латиноамериканского типа, представившийся Ликас Гереро, и попросил помочь «одному человеку» на соседнем островке Фаифаго в 15 километрах от Тероа. «Это не займет много времени, док Джерри, - уточнил он, - часа два, не более».
У Гереро был быстроходный катер, и они оказались на Фаифаго уже через 20 минут. Там Джерри обнаружил, что «один человек» это старик лет 80, причем безнадежно мертвый. Двое официальных лиц из муниципального центра Икехао - медик, похожий на индуса, и полисмен, по виду китаец, - уже завершили составление протокола и курили на крыльце. Медик, разведя руками, определил ситуацию так:
- Сто раз ему говорили: дедушка Маулева, у тебя аорта изношена, тебе в клинику надо. Какое там, эти старики, они же умнее всех. Жалко, классный был дедушка. Все на свете умел. Механические часы мог починить прямо на кухне. Представляете?
- Как это произошло? - спросил Джерри.
- Обыкновенно, - медик пожал плечами, - Вышел утром рыбачить на лодке, недалеко от берега. Он всегда так делал. Ну и все. До чего жалко. А знаете, как он на банджо играл? Мог бы лет до 100 жить, если бы послушался, да разве этих стариков убедишь?
- Со стариками сложно, - согласился полисмен, поправляя на плече ремень пистолет-пулемета (непременного атрибута местных стражей порядка) и, повернувшись к доку Джерри, спросил, - Тахуна, вы, вроде бы, американец, из Калифорнии?
У Винсмарта тут же возникло предчувствие крупных неприятностей. Он вспомнил о том, что находится в Меганезии нелегально, со всеми вытекающими отсюда последствиями в жанре «вам придется поехать со мной для выяснения…».
- Да, - подтвердил он, - я из США, штат Калифорния.
- Ага, - обрадовался полисмен, - А вы не в курсе, паб «Lohness» в Сан-Диего, около яхт-клуба еще работает? Там еще динозавр на вывеске. Зеленый такой, с ластами.
Джерри отрицательно покачал головой:
- У меня квартира во Фриско, а в Сан-Диего я был всего один раз, и то транзитом.
- Понятно, а мы там позапрошлым летом хорошо оторвались, - полисмен почесал бритый затылок и повернулся к группе родственников покойного, - если я чем-то могу помочь…
Родственники ответили в том смысле, что теперь они как-нибудь сами, и, переложив тело на легкие носилки, понесли его в сторону пирса. Док Джерри тронул медика за плечо и негромко спросил:
- Простите, а мне что делать?
- В смысле? - переспросил тот.
- Ну, вообще…
- Если вам нужны какие-то магические предметы, то лучше спросить у местных, но мне казалось, что обычно говорят lipo без этих вещей, - ответил тот, и вежливо добавил, - но вам, конечно, виднее.
- Наверное, вы правы, - согласился Джерри, искренне надеясь, что «lipo» это что-то вроде leave-taking в относительно свободной форме.
- Тахуна, вас уже зовут, - сообщил полисмен, заметивший знак, поданный с пирса.
Тело лежало в маленькой лодке, на нескольких слоях досок, облитых топливным спиртом. Сверху было много каких-то крупных белых цветов. Лодку прицепили тросом к фаркопу 15-метрового катера, и, малым ходом, отбуксировали на пару миль от берега. Винсмарт, по взглядам окружающих, понял, что сейчас от него ждут «lipo».
- Я слышал, что дедушка Маулева был удивительный человек, - начал Джерри, с трудом подбирая слова, - я слышал, что он умел все, я слышал, что он прожил долгую жизнь, и последние минуты провел в море. Наверное, это что-то значит... Никто не знает, куда мы уходим. 25 веков назад философ Сократ говорил об этом так: умереть значит одно из двух: или перестать быть чем бы то ни было, или же есть какой-то переход, переселение отсюда в другое место, если верить тому, что об этом говорят. Уж если что принимать за верное, так это то, что с человеком хорошим не бывает ничего дурного ни при жизни, ни после смерти, и что боги не перестают заботиться о его делах…
Винсмарту подали мачете, и он перерубил буксировочный трос. Лодка начала медленно расходиться с катером. Одновременно, кто-то зажег феер и тоже подал ему. Док Джерри несильно размахнулся и бросил феер на лодку. Она вспыхнула сразу, сначала голубым спиртовым пламенем, а вслед за тем - ярко-желтым. На катере дали самый малый ход, и двинулись в обратный путь. Вскоре лодка казалась просто маленьким, слегка чадящим язычком огня на поверхности океана. До берега все молчали, а там, на пирсе Винсмарту налили рюмку рисовой водки (которую он выпил вместе со старшими родственниками). Его тепло, хотя и немногословно, поблагодарили и вручили небольшой пластиковый пакет, в который он заглядывать не стал (впоследствие оказалось, что там лежит бутыль той же рисовой водки, большая коробка яванских сигар и очень вкусный домашний пирог с начинкой из кальмара). Полагая свою миссию завершенной, Винсмарт попрощался, и Гереро, без лишних слов завел свой катер.
По дороге на Тероа, его беспокоила мысль о том, справился ли он с нежданно упавшей на него ролью. Гереро, вероятно, понял это как-то по-своему.
- Мне кажется, - как-то нерешительно заметил он, - что вы напрасно переживаете, тахуна Джерри. В Калифорнии ведь тот же самый океан, что и здесь.
- Безусловно, - подтвердил Джерри, - и что из этого следует?
- Значит, ваше lipo здесь такое же сильное, как там, - пояснил Гереро таким тоном, каким обычно напоминают общеизвестные факты вроде «Луна обращается вокруг Земли».
- Да, это я как-то не сообразил, - дипломатично ответил Винсмарт.
…
24 июля. Местная психология эротики. Здоровое высокоразвитое животное.
В одну прекрасную пятницу, после заката, два доктора сидели на террасе второго этажа и пили из мензурок ром двухсотлетней выдержки, подаренный Спарком. Тот нашел где-то на дне ящик рома в трюме старинного корвета. Ром был так себе, но древность придавала ему шарм. Луна медленно катилась по небу, слабый ветерок с океана шелестел листьями, а док Рау рассказывал жутковатую легенду про метную вендетту «chiee».
Между тем, из воды на берег недалеко от пирса выбрались две фигуры. Держась за руки они побежали к небольшой группе псевдопальм в нескольких десятках метров от дома дока Рау. Юноша и девушка, лет примерно пятнадцати, оказались четко видны в ярком лунном свете. На поджарых обнаженных телах блестели капельки воды. Девушка забросила руки на шею юноше, тот обнял ее чуть ниже лопаток, и они слились в долгом поцелуе. Док Рау, невзначай, заметил «красивые дети» и продолжал описывать похождения мстителя, по сравнению с которыми сюжеты Хичкока казались детскими утренниками.
В это время парочка, продолжая целоваться, синхронно опустилась на колени, затем юноша откинулся на спину, а девушка улеглась сверху и негромко рассмеялась. Еще через пару минут они, прошуршав опавшими листьями, перекатились так, что юноша оказался сверху. Послышался громкий вздох, и девушка, подняв ноги, сплела их вокруг пояса юноши. Судя по мягким, медленным и слаженным движениям тел, эти двое занимались любовью не первый, и даже не десятый раз.
Док Рау, чей герой бамбуковым ножом перерезал горло четвертому врагу, чтобы выпить его кровь, снова между делом, поинтересовался «мне показалось, или вас это смущает?». Винсмарт пожал плечами и ответил «да не особенно». Рау кивнул, и герой, закончив все процедуры с четвертым врагом, пустился в погоню за пятым и шестым.
Тут девушке, видимо, надоела поза миссионерского типа, она легонько оттолкнула своего партнера и, перевернувшись, поднялась на колени и ладони. Юноша обнял ее сзади, снова раздался вздох, и последовали уже более резкие движения навстречу друг другу.
Винсмарт налил себе и коллеге еще рома и приготовился слушать, как легендарный мститель выкрутится из ситуации, когда против него на узкой скале оказались сразу три врага, поскольку к пятому и шестому присоединился седьмой, самый сильный и опасный.
На воображаемую панораму битвы накладывался саунд-трек, по которому легко было определить, что парочка приближается к кульминации. Несколько коротких вскриков, два тела рассоединились, юноша лег на спину, раскинув руки, а девушка устроилась рядом, положив голову ему на грудь.
Герой, распоров ножом живот пятого врага, не избежал коварного удара копьем в спину от шестого. Извернувшись, он ухватился за древко копья, и столкнул негодяя в пропасть. Уже теряя силы вместе с кровью, хлещущей из дыры в печени, он снова бросился в битву. Не обращая внимания на второе копье, пронзившее кишки, герой добрался до горла седьмого врага, перегрыз его зубами, разорвал руками вражью грудную клетку, пожрал еще трепещущее сердце, и красиво умер. Его дух, с чувством выполненного долга, улетел на поля счастливой охоты. «Ну, что вы об этом скажете?» спросил док Рау. «Все зависит от точки зрения», заметил Винсмарт, и рассмотрел легенду с трех точек зрения.
В начале он разобрал все материалистически. Несмотря на преувеличения (неизбежные в данном жанре), эта легенда была, все же, значительно реалистичнее, чем сходные образцы европейского эпоса. Доктора немного поспорили о скрытых возможностях организма. Винсмарт ссылался на технические пределы, установленные биофизикой. Рау возражал, говоря, что физика - физикой, а факты – фактами, и ссылался на истории из жизни.
Затем было сказано о структуре мифа. Винсмарт предположил, что в образах семи врагов отражен другой, космогонический миф о происхождении семи дней недели, которые циклически повторяются, и каждому дню соответствует определенный вид деятельности. С этим Рау согласился, вспомнив хорошо известный микронезийский миф о семи небесах, окружающих землю и море, и населенных различными существами.
Как раз на этом этапе анализа мифа, парочка под псевдопальмами решила реализовать скрытые возможности своих организмов. Юноша, оставаясь на спине, помог девушке привстать и перейти в позу «всадница». Она уперлась ладонями ему в грудь и начала совершать волнообразные движения бедрами.
Винсмарт отхлебнул рома и начал излагать третью точку зрения: миф, как носитель знаний. Приемы выслеживания, нападения и применения разных видов оружия имели, конечно, огромное значение для первобытной общины. Заодно нельзя не сказать и о том, что миф, одобряя волевые качества героя, все же, сообщает о его гибели. Следовательно, (заключил Винсмарт) миф учит, что вендетта социально деструктивна. Рау стал спорить по последнему пункту, ссылаясь на то, что посмертная судьба героя с мифологической точки зрения является образцовым финалом достойной жизни мужчины.
Парочка, тем временем, как раз выдала достойный финал. Юноша почти что встал на гимнастический мостик, так что, казалось, будто девушка действительно всадница, бешено скачущая на каком-то фантастическом животном, выгнувшем спину в галопе.
Последующий вскрик, почти синхронный у обоих партнеров, док Рау охарактеризовал, как слегка недоисполненное верхнее «до». Он напомнил из занимательной физики, что оперным певцам удается разбивать голосом бокалы за счет акустического резонанса, и добавил: «впрочем, так можно разбить классический фужер, но не наши мензурки».
Юношу и девушку эти вопросы вряд ли волновали (кто же в пятницу вечером думает о физике, ведь до школы еще целых два дня). Они полежали несколько минут на листьях, тихо мурлыкая что-то друг другу, потом вскочили, побежали к берегу, не останавливаясь, влетели в воду. Через минуту молодые люди вынырнули в полусотне метров от берега и поплыли к небольшой лодке-проа, стоящей посреди лагуны.
- Понятно, - заключил док Рау, - они морских подушек ловят.
- Кого? - переспросил Винсмарт.
- Это ядовитые иглокожие, наподобие морских звезд и голотурий, - пояснил Рау, - На них ставят донные ловушки, а часа через два вытаскивают. За ночь можно поймать десяток морских подушек, это верных полтораста фунтов заработка. Они применяются в народной медицине, их яд содержит высокоактивные гликозиды, я потом покажу в справочнике.
- Любопытно. А то, что мы видели - это технологический перерыв?
- Можно сказать и так. Это ведь подростки. Не будут же они два часа играть в шахматы.
- Не в шахматы, конечно, - согласился док Джерри, - но так относиться к сексу, тем более, в школьном возрасте, когда формируется психика… По-моему это неправильно.
- А как, по-вашему, правильно?
- Ну, знаете, это не так просто сформулировать.
- А вы попробуйте, - предложил Рау, - Я как раз пока кофе сварю.
Он отправился на кухню, а Винсмарт глубоко задумался и даже закурил сигару (курил он крайне редко). В европейской психологии считается, что подростки не готовы к сексу по целому ряду причин: они не способны связать секс с любовью, не видят в сексе ничего, кроме физиологического акта, не привыкли думать о чувствах партнера, не оценивают эмоциональные травмы, которые могут причинить, и далее еще множество разных «не».
Эти аргументы обладали общим дефектом: они ссылались на проблемы, характерные как для подростков, так и для взрослых (в т.ч. и для психологов, придумавших все эти «не»). О чем говорить, если у супружеских пар в США половой акт длится в среднем 10 минут, 27 процентов женщин никогда не получали от этого оргазм, а 24 процента подвергаются насилию со стороны своих мужей? Парочка юных ловцов морских подушек на этом фоне смотрелась идеалом, до которого средней американской семье, как до Луны ползком.
Появился док Рау, с кофейником и сахарницей в одной руке и двумя полупрозрачными фарфоровыми чашечками в другой.
- К чему вы пришли, коллега? – поинтересовался он.
- В общих чертах, - начал док Джерри, на ходу сочиняя продолжение фразы, - половой акт у человека не то, что у кошек, например. Он не сводится к технике достижения оргазма.
- У кошек он тоже к этому не сводится, - заметил Рау, наливая кофе.
- Я имел в виду культурную компоненту секса.
- В смысле, кровать и постельное белье?
- Нет, в смысле некоторой тайны, если угодно. Того, что касается только двоих и скрыто от посторонних глаз. Иначе остается только механика и нейрофизиология. Это слишком просто, чтобы быть по-настоящему человеческим чувством.
- Да вы поэт, коллега.
- И кстати о поэзии, - добавил Джерри, - мне сложно представить, что этот мальчик читает своей избраннице стихи…
- … Поет серенады под балконом, - подхватил док Рау, - и терзается сомнениями: любит или не любит, плюнет или поцелует.
Винсмарт согласно кивнул.
- Примерно так. Человеку нужна неопределенность. Если первый поцелуй автоматически переходит в первый коитус, то теряется романтика человеческих чувств и остается только биологический акт, пусть красивый, нежный, но не человеческий. Остаются два молодых, здоровых, высокоразвитых животных, следующих инстинкту продолжения рода.
- Скажите, коллега, вы действительно считаете сексуальные неврозы необходимой частью человеческих отношений между полами? – невинно поинтересовался док Рау.
- Почему такой странный вопрос?
- Потому, что вы, по неведомой мне причине, окружили половой акт сплошным кольцом условностей, которые, при всем кажущемся разнообразии, сводятся к одному: биология секса должна восприниматься человеком, как нечто постыдное и запретное. А из этого и возникают все сексуальные неврозы. Если здоровое высокоразвитое животное принимает запрет, то становится нездоровым из-за отсутствия разрядки. Оно может демонстративно нарушать запрет, но тогда оно тоже становится нездоровым вследствие перманентного конфликта с сородичами. Если оно будет тайно нарушать запрет, то тогда оно, опять же, станет нездоровым из-за постоянного страха быть пойманным на этом нарушении. Закономерный результат: 100 процентов жителей западных стран страдают неврозами.
Завершив этот монолог, док Рау налил в чашечки кофе и уселся в кресло, приняв одну из своих самых выразительных поз, означавшую: «то, что я сказал, совершенно очевидно, но если оппонент, все-таки, хочет с этим спорить, я терпеливо его выслушаю».
- В хорошее же дерьмо вы меня окунули, - пробурчал Винсмарт.
- Я лишь указал слабые места в вашей позиции, как это принято между коллегами.
- Ладно, предположим, я кругом неправ, а какой вывод? Секс где угодно, как угодно, с кем угодно, и к черту все условности, поскольку что естественно, то не безобразно?
- Я говорил об этом во втором пункте, - заметил Рау, - Демонстративное «долой запреты!» имеет смысл в ситуации, когда запреты есть. Но зачем это, если запретов нет? Здоровые высокоразвитые животные не стремятся кому-то доказать свою раскованность, а играют в увлекательные игры, базирующиеся на инстинкте продолжения рода.
- Увлекательные игры и только? – спросил Джерри, - Не слишком ли это примитивно?
- Наоборот, игры это самая сложная форма человеческого