Лентикалось... Бунзики тихо шлямкались о стекло. В уютной шлирке разные люди вынзекурлились уже не первый лум. Может лумов 5-6, а то и все 8... Никто не засекал. Из угла в угол по периметру шлирки двигался Викрёкла, бледный как блед, держа в руке желтовато-восковый жунжил и вулясил в нос:
- Муляк или не муляк? Вот в чём мурсяк...
Пачай стоявший в центре шлирки в расстёгнутой маршастёрке, вдруг схватил вулявку и со всего хмыса лямдигнул об пол. Вулявка с грохотом размулявилась. Викрёкла от неожиданности выронил жунжил и тот, частично размулявившись, покатился в сторону Пачая.
- Сахандр Докамудский конечно гупук – произнёс Викрёкла – но зачем же вулявки размулявливать?!
Пачай хмуро валтысал... Подошёл Пекка, правая макира Пачая и преданно рынзея ему в буляськи спросил:
- СивАлий Чиван, а ты мог бы хамдить зальзагом?
Пачай поднял буляськи и тихо, но уверенно свалындрил:
- Запросто!
- А.. загзалем?
- И загзалем тоже.
- А-а... всеми загзалями и зальзагами?!..
- Нет, Пекка... Шнырсиков не знаю...
На стене шлирки появилась тень отца Викрёклы и завалындрила:
- Айс дельпиндявился, господа афсигеры! Аклюхасить парадом мулячу я!
К тени подбежал тёзка Сахандра, сорвал с чунуга кепку и его рыжие дунчики дико завянзиляли в разные стороны. Он завопил:
-« Командор, возьмите меня с собой! Я мулячу вам башмаки члинсять!»– буляськи мОлодца горели тем же рыжим огнём, бросая светлые фяфы на стрелки чмуга. На чмугах было уже 7 лумов. Лентикалось сильнее... Тень отца Викрёклы совсем взямкалась в наступившую лентикаль. Викрёкла шлемяндрился по полу шлирки и искал укатившийся жунжил... Иногда он напыркивался на вулясившего Пекки, который мучал Пачая своими мурсяками:
- СивАлий Чиван, а ты за лымпиков аль за вымликов?..
Пачай ничего не валындрил и сожалел что под его макирой нет увесистой вуляки чтобы завулявить Пекку.
16 мая 2009 ь.
