Всю душу выплещу в слова

                  
                 3 октября 1895 года на Рязанской земле родился младенец Сережа Есенин, а через 30 лет, 28 декабря 1925 года, известный русский поэт Сергей Есенин ушел «к неведомым пределам, душой бунтующей навеки присмирев».
                 Когда его попросили написать свою биографию, Сергей в конце короткого повествования написал: «Что касается остальных автобиографических сведений, - они в моих стихах».
            Стихи мои,
            Спокойно расскажите
            Про жизнь мою, -
        И стихи его с беспощадной правдой рассказывают нам о сложной, запутанной и трагической жизни поэта. О том, когда
            «…впервые с рифмой я схлестнулся.
            От сонма чувств вскружилась голова.
            И я сказал:
            Коль этот зуд проснулся
            Всю душу выплещу в слова»
И о том, как его дед, узнав, что внук пишет стихи, с грустью говорил:
                «Пустое дело…
                Ну, а если тянет –
                Пиши про рожь,
                Но больше про кобыл».
И Сергей писал и про рожь, и  про кобыл:
                 Посмотрим –
                 Кто кого возьмет!
                 И вот в стихах моих
                 Забила
                 В салонный вылощенный
                 Сброд
                 Мочой рязанская кобыла..

            Да, жизнь Сергея вся в его стихах. К сожалению, жить  ему выпало в тяжелое и сложное время, «в сплошном дыму, в развороченном бурей быте». Буря – это Октябрьская революция 1917 года, которую, что бы там не говорили, он принял с восторгом.
                  
                 Приемлю все.
                 Как есть, все принимаю.
                 Готов идти по выбитым следам.
                 Отдам всю душу Октябрю и маю…

             Однако, гражданская война, разруха, голод, тиф - все это  не могло не вызвать у поэта сомнений и колебаний.  «С того и мучаюсь, что не пойму куда несет нас рок событий». Может это непонимание и послужило одной из причин его периода  кабацкой жизни.
                  
                   Тогда и я
                   Под дикий шум,
                   Но зрело знающий работу,
                   Спустился в корабельный трюм,
                   Чтоб не смотреть людскую рвоту.
                   Тот трюм был –
                   Русским кабаком.
                   И я склонился над стаканом,
                   Чтоб не страдая ни о ком,
                   Себя сгубить в угаре пьяном.

Но при всем при этом, его сочувствие новой власти несомненно:
         
                  Теперь, в советской стороне
                  Я самый яростный попутчик.

              Да, попутчиком он был, и может даже «яростным», а вот участником, строителем новой жизни он так и не стал. Другая жизнь поглотила его, в кровь изранила чувствительную душу.

                         Как и в детстве, я отважный и гордый,
                         Только новью брызжет мой шаг.
                         Если раньше мне били в морду,
                         То теперь вся в крови душа.

                          И уже говорю я не маме,
                          А в чужой и хохочущий сброд:
                          Ничего, я споткнулся о камень,
                          Это к завтраму заживет. 

                   Да, Сергей действительно споткнулся о камень и камнем этим был алкоголь. И рана, которую нанес Сергею этот «камень», кровоточила всю жизнь и, в конце концов, унесла его в могилу.
                   Он старался догнать уходящую от него новую Русь, но так и не догнал. 
                          Я человек не новый, что скрывать?
                          Остался в прошлом я одной ногою,
                          Стремясь догнать стальную рать,
                          Скольжу и падаю другою.
                   Однако, революцию он воспел хорошо. Одна только его поэма «26 Бакинских комиссаров» чего стоит. А Ленин? Стихотворение «Капитан земли» - лучшее, что написано о Ленине в начале 20-х годов.

                           Еще никто не управлял планетой,
                           И никому не пелась песнь моя,
                           Но только он, с рукой воздетой,
                           Сказал, что мир – единая семья.

                    Правда революции становиться правдой поэта:
                   «Но Россия… Вот это глыба…Лишь бы только Советская власть!..."

                    Но так получилось, что новая жизнь уходила от Сергея вперед, а он все «скользил и падал». Особенно он ощутил это отставание, когда в 1924 году посетил свой родной край, свою деревню. Он не узнал ее, настолько там все переменилось. Он почувствовал себя на своей родине иностранцем.
   
                              Ах, Родина, какой же я смешной.
                              На щеки впалые летит сухой румянец,
                              Язык сограждан стал мне как чужой,
                              В своей стране я словно иностранец.
                              ………………………………………….
                              С горы идет крестьянский комсомол,
                              И под гармонику, наяривая рьяно,
                              Поют агитки Бедного Демьяна,
                              Веселым криком оглашая дол.

                    Ему тогда тоже хотелось «задрав штаны, бежать за комсомолом», но кабацкая жизнь, с ее скандалами, женщинами, загулами, как наркотик не отпускала его. По этой причине не сложилась у Сергея и личная жизнь.
                    Он был женат и не единожды. О первой  жене он не любил вспоминать, считал, что это было по молодости и по глупости.
                    Вторую жену он любил. Это была красивая артистка Зинаида Райх. Она, не выдержав распутной жизни Сергея,  ушла от  него к режиссеру Мейерхольду, забрав с собою сына Костю.

                             Вы помните,
                             Вы все, конечно, помните,
                             Как я стоял, приблизившись к стене,
                             Взволнованно ходили вы по комнате
                             И что-то резкое в лицо бросали мне.
 
                             Вы говорили:
                             Нам пора расстаться,
                             Что вас измучила моя шальная жизнь,
                             Что вам пора за дело приниматься,
                             А мой удел  -
                             Катиться дальше, вниз.

                    Судьба Зинаиды Райх трагична.  Муж ее, режиссер Мейерхольд, был арестован, а спустя 24 дня после ареста мужа, в ночь с 14 на 15 июля 1939 года она была зверски убита неизвестными, проникшими ночью в ее московскую квартиру. На ее теле было 17 ножевых ран. Тайна смерти остается нераскрытой..

                   Конечно, женщины Есенина любили. Но одна любила его до самопожертвования, до самоотречения. Она была близким другом Сергея, помогала ему во всем, занималась его архивом, помогала издавать его произведения. Имя этой женщины Галина Бениславская. Она всю жизнь надеялась, что Сергей придет к ней и предложит руку и сердце. Она надеялась, когда ушла от него Зинаида Райх; надеялась, когда распался очередной брак Сергея с Надеждой Вольпиной-Есениной. Но Сергей неожиданно женится на Айседоре Дункан – знаменитой танцовщице, слава о которой гремела на всю Европу и Америку. Она с симпатией относилась к нашей революции, и в начале 20-х годов приехала в Россию, чтобы учить детей рабочих и крестьян искусству танца. И здесь, в Росси, судьба свела Есенина с ней. Ей было 45 лет, ему – 27.

                  Мучительно больно ревновала Галя Сергея к Дункан. Вскоре Дункан увозит Сергея за границу. Она хотела показать ему Европу и Америку, думала, что Есенин будет в восторге, Есенин же, наоборот, увидев «западный рай» возненавидел его.
                 «Что сказать мне вам об этом ужаснейшем царстве мещанства, которое граничит с идиотизмом? – пишет он своему другу Сахарову. – Кроме фокстрота здесь ничего нет, здесь жрут и пьют и опять фокстрот… Вы не знаете Европы… Такая гадость, однообразие, такая духовная нищета, что блевать хочется».
                 Про Америку: «Вот где она, страна негодяев!»
Вскоре, после поездки в Европу и Америку, Есенин взволнованно скажет: «…я еще больше влюбился в коммунистическое строительство. Пусть я не близок  коммунистам, как романтик в моих поэмах, - я близок им умом…»
                «Только за границей я понял совершенно ясно, как велика заслуга русской революции, спасшей мир от безнадежного мещанства».

                 В своих письмах из-за рубежа поэт размышляет о пагубном влиянии «господина доллара».
                 Есенин там задыхался. Устраивал частые скандалы Айседоре, чуть ли не дрался с русской эмиграцией, особенно в Париже.
                 Наконец, Дункан привезла Есенина обратно и, как и следовало ожидать, их брак распался. После этого Айседора прожила совсем недолго. 15 сентября 1927 года она села на поджидавший ее спортивный автомобиль и, улыбаясь, произнесла последние в своей легендарной жизни слова: «Прощайте, мои  друзья! Я еду к славе!» Машина проехала всего несколько метров. Красный шарф с длинными концами съехал с плеча Айседоры и скользнул к заднему колесу. Вмотавшись в спицы, шарф дернул горло Дункан. В один миг крепкая ткань переломила шейный позвоночник и порвала сонную артерию. Смерть наступила мгновенно.

                 После развода с Дункан, Есенин на короткое время возвращается к Гале Бениславской, но затем вдруг женится на внучке Льва Толстого – Софье. Гале Сергей пишет записку: «Милая Галя, ты мне очень дорога, как человек и как друг, но я тебя нисколько не люблю как женщину».
                 Они продолжали оставаться друзьями. Галя жила только ради Сергея, чтобы хоть изредка видеть его, слышать, знать, что он рядом. В ее дневнике обнаружили такую запись:
                «Так любить, так беззаветно и безудержно любить. Да разве это бывает? А ведь люблю, и не могу иначе; это сильнее меня, моей жизни. Если бы для него надо было умереть – не колеблясь, а если бы при этом знать, что он, хотя бы ласково улыбнется, узнав про меня, смерть стала бы радостью».

                Не узнал. После гибели Сергея, жизнь для Гали потеряла всякий смысл. Она пришла на могилу Сергея и покончила жизнь самоубийством – застрелилась. Могила ее рядом с могилой Сергея Есенина.

                По официальной версии, Есенин повесился в Ленинградской гостинице «Англетер».  Перед смертью своей кровью написал стихотворение:
                       До свиданья, друг мой, до свиданья.
                       Милый, ты у меня в груди,
                       Предназначенное расставанье
                       Обещает встречу впереди.
   
                       До свиданья, друг мой, без руки и слова,
                       Не грусти и не печаль бровей.
                       В этой жизни умереть не ново,
                       Но и жить, конечно, не новей.


                 Верил ли Сергей в Бога? Однозначно на этот вопрос не ответишь. Мое мнение: Есенин потерял Бога и всю жизнь его искал.
                    Стыдно мне, что я в Бога верил.
                    Горько мне, что не верю теперь.

                 В одном из юношеских писем он писал своему задушевному другу Грише Панфилову: «Гриша, в настоящее время читаю Евангелие и нахожу в нем очень много для себя нового… Христос для меня совершенство»
                 Пройдет время, и он в январе 1918 года напишет «Инонию», где будут такие строки:
                  Тело, Христово тело,
                  Выплевываю изо рта.

                Мне кажется, не выплюнул Сергей тело Христово. Не смог он, выросший в богомольной крестьянской семье, вот так легко расстаться с Богом,
               Сестра Сергея Екатерина так рассказывала об  одном эпизоде из жизни Сергея:
              «Когда я вошла к Сергею, он лежал с закрытыми глазами и, не открывая глаз, спросил: «Кто?» Я ответила, тихо села на маленькую скамеечку у его ног.
               - Екатерина, ты веришь в Бога? – спросил Сергей.
               - Верю, - ответила я.
               Сергей метался в кровати, стонал и вдруг сел, отбросив одеяло. Перед кроватью висело распятье. Подняв руки, Сергей стал молиться:
              «Господи, ты видишь, как я страдаю, как тяжело мне…»

              А вот еще из воспоминаний переводчицы Айседоры Дункан Лолы Кинел о разговоре Есенина и Дункан.
              Есенин: «Большевики запретили употреблять слово «Бог» в печати, ты знаешь?»
              Дункан: «Но большевики правы. Нет Бога. Старо. Глупо»
              Есенин: «Эх, Айседора! Ведь все от Бога. Поэзия и даже твои танцы».

            
                 Сегодня много спорят о причинах смерти Сергея Есенина. В том, что это было самоубийство, тогда, в 20-х годах, ни  у кого сомнения не вызывало. И только в 90-х годах, в период злостного охаивания всего советского периода нашей истории, вспомнили и про гибель Есенина.
                 И тут началось! Версии убийства поэта возникали, словно грибы после дождя. Вывод был один: убили Есенина  все те же кровожадные чекисты. Сначала были статьи, затем появились книги, где доказывалось о, якобы, насильственной смерти поэта.
                 Из всех этих противоречивых версий необходимо было выбрать какую-то одну и тем самым поставить точку в этом споре.

                 И вот тогда в дело вмешался Институт Мировой литературы.
                 Привожу фрагмент статьи журналиста Елены Шапошниковой «Есенин: роман со смертью», опубликованной в газете «Труд» от 26 декабря 2006 года.

                «По настоянию председателя Есенинского комитета профессора Юрия Прокушева была образована специальная комиссия. В нее вошли литературоведы, криминалисты, следователи, почерковеды, потомки поэта и, конечно же, авторы версий.
                Из архивов и музеев страны были извлечены подлинные негативы посмертных фотографий, а из Пушкинского дома в Санкт-Петербурге посмертная маска поэта.         Восстановлены протокол о смерти и судебно-медицинский акт, записи допросов свидетелей,  дневники очевидцев.
                Во избежание неточности каждый предмет и документ изучали сразу несколько ведущих в своей области специалистов. Эксперты восстановили фрагменты комнаты гостинцы «Англетер». А после… на себе ставили опыты. Даже резали запястья, чтобы собственной кровью написать прощальное «До свиданья, друг мой, до свиданья».
                Поскольку одна из версий утверждала, что, «Послание другу» написано не Есениным, а его убийцами. Экспертиза доказала: кровь и почерк на прощальном стихотворении принадлежит Сергею Есенину. Более того – оно написано в состоянии алкогольного опьянения.
                Исследования продолжались шесть лет. Результаты этого титанического труда, собранные в сборнике «Смерть Сергея Есенина. Документы, факты, версии»,  были опубликованы в 1996 году.
                Вердикт экспертов: произошло самоубийство. В прессе это событие практически не освещалось». 

                Казалось бы, точка поставлена. Какие еще нужны доказательства самоубийства Есенина? Ан, нет. Разоблачительный зуд не прекратился и после вывода этой авторитетной и профессиональной комиссии.

                Сергей был болен, серьезно болен, и причина болезни - алкоголь.  Ответ на вопрос кто или что убило Есенина, можно найти в его же стихах. Он сам не скрывал, что был болен:

       Друг мой, друг мой, я очень и очень болен.
       Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
       То ли ветер свистит над пустым и безлюдным полем,
       То ль, как рощу в сентябрь, осыпает мозги алкоголь.

      Голова моя машет ушами, как крылами птица.
      Ей на шее  маячить больше невмочь.
      Черный человек, черный, черный человек
      На кровать ко  мне садится,
      Черный человек спать мне не дает всю ночь…

    Психика Сергея была явно не в порядке, и об этом говорят его последние стихи:
              Я усталым таким еще не был
              В эту серую морозь и слизь.
              Мне приснилось рязанское небо
              И моя непутевая жизнь.

             Бесконечные пьяные ночи
             И в разгуле тоска не впервь!
             Не с того ли глаза мне точит,
             Словно синие листья червь.

             Я устал себя мучить бесцельно,
             И с улыбкою странной лица,
             Полюбил я носить в легком теле
             Тихий свет и покой мертвеца…

             Сергей как бы смирился с тем, что носит в своем теле «Тихий свет и покой мертвеца». А в стихотворении «Цветы» он уже открыто признает, что с его душой «стряслась беда».
                     Цветы мне говорят прощай,
                     Головками кивая низко.
                     Ты больше не увидишь близко
                     Родное поле, отчий край.

                     Любимые! Ну что ж, ну что ж!
                     Я видел вас и видел землю,
                     И эту гробовую дрожь,
                     Как ласку новую, приемлю.

                     Весенний вечер. Синий час.
                     Ну как же не любить мне вас,
                     Как не любить мне вас, цветы?
                     Я с вами выпил бы на «ты».
 
                    Шуми левкой и резеда.
                    С моей душой стряслась беда.
                    С душой моей стряслась беда.
                    Шуми левкой и резеда.

                   Сергея Есенина нашли повешенном на трубе, которая проходила под потолком, 28 декабря 1925 года после 10 часов 30 минут утра. Врач определил, что смерть последовала за 6-7 часов до обнаружения трупа.

«Мы потеряли великого русского поэта», - скажет потрясенный смертью Есенина Максим Горький.

                Цветите юные! И здоровейте телом!
                У вас иная жизнь, у вас другой напев.
                А я пойду один к неведомым пределам,
                Душой бунтующей навеки присмирев.
                           Сергей Есенин


Рецензии
Сильный очерк.
Мысли есть добавить.
Но так трудно формулировать,
сил нет. Поэтому, с Благодарностью,
просто жму на зелёную.

Василий Овчинников   20.08.2016 22:50     Заявить о нарушении
Вы прекрасно все сформулировали. Этой короткой рецкой сказано много.
Спасибо!

Николай Иванович Кирсанов   20.08.2016 23:38   Заявить о нарушении
На это произведение написано 28 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.