Сафари-тир

Мигель ещё раз критически осмотрел себя в зеркало: «Все-таки смокинг - одежда стариков», - подумал он. Лучше всего Мигель чувствовал себя в джинсах и майке. Правильно говорила Лиз: «Джинсы - это лучшее из того, что придумали люди В XX веке. Все остальное: самолеты, автомобили, ракеты, танки и многое, многое другое угнетает, подавляет или убивает людей».
Эрнест должен был заехать за ним к десяти. Они дружили все три года учебы в колледже. И тот и другой не любили политику, оба классно играли в теннис и напропалую ухаживали за девушками.
После отъезда отца за границу Мигель остался совсем один и еще больше привязался к Эрнесту. Он был сыном профессора литературы, а его друг сыном крупного латифундиста, полковника в отставке. Мать Эрнеста была великосветской дамой и занималась благотворительностью. У Мигеля мать умерла при его родах. Жизнь до колледжа складывалась у них по-разному, но это не мешало их дружбе.
Сегодня бал сочельник. Как всегда в этот день устраивали балы, вечеринки. Мигель сначала собирался с Лиз к ее подруге, но потом они поссорились, как это часто случалось в последнее время, и он остался не у дел.
Эрнест, увидев печальную физиономию приятеля, пригласил его на бал в резиденцию Генерала, который был старинным другом его отца еще со времен учебы в Вест-Пойнте.
Не успела машина подъехать ко дворцу, как к ней подскочил молодой офицер, помог гостям выйти и проводил их до дверей, которые охраняли солдаты с автоматами на перевес.
В залах ярко сияли люстры, и их огоньки отражались в хрустале бокалов. Среди гостей Генерала было много военных в парадной форме и людей в штатском с военной выправкой. Мигель оживился при виде красивых женщин, но, присмотревшись, понял, что их красота не живая, а искусственная  - косметическая, и заскучал.
- Я вижу, что ты разочарован, - сказал Эрнест. - Напрасно! Во-первых, здесь прекрасная коллекция вин, которых ты никогда в жизни не пробовал, а во-вторых, после окончания спектакля приедут звезды варьете, а, в-третьих..., ну это потом! - Неожиданно закончил он и потащил Мигеля к столу.
Действительно, французское шампанское и греческий коньяк были великолепны. Друзья так увлеклись дегустацией, что даже не среагировали на приезд актрис варьете.
- Я был не прав, - сказал Мигель, - всё прекрасно и женщины оча¬ровательны. Посмотри на блондинку в красном платье, я ...
- Вот на неё я тебе не советую смотреть, - перебил друга Эрнест, - Она жена начальника тайной полиции. - Пойдём-ка лучше в тир. Я постараюсь получить для тебя билет.
- В тир? - переспросил недовольно Мигель, - Ты считаешь, что тир может заменить хорошенькую блондинку? Нет, не надо стараться. Я лучше поухаживаю за какой-нибудь дамочкой. Надеюсь, что не все гости из тайной полиции, - съязвил он.
- Дружище, ты не прав. Тир - одна из лучших выдумок янки, - возразил Эрнест другу. - В огромном подвале резиденции Генерала при помощи новейших достижений электроники, телевидения, голографии и объёмного кино они создали до ужаса правдоподобное отражение нашего мира, нашей действительности. Эффект поразительный, - Эрнест просто захлёбывался от восторга. - Это любимая и очень дорогая игрушка Генерала и его окружения. Попасть туда не просто даже тем, кто находится здесь, в зале. Но я попробую напрячь старика.
Минут через десять Эрнест вернулся.
- Порядок, вот наши пропуска, - и он протянул Мигелю два квадратика белой бумаги, на которой было написано: «Приглашаем в сафари-тир». Тот с недоумением повертел в руках приглашение:
- Сафари?! Какая чушь! -
- Чушь?! - Эрнест усмехнулся. - Увидишь все сам, но учти, что это сафари для парней с крепкими нервами и мускулами.
Они вышли из зала, прошли по длинному коридору и оказались в небольшой комнате. Здесь их встретил офицер, проверил приглашение и провёл в кабину лифта. Опустившись на три этажа, они попали в просторный холл, отделанный кожей и деревом. Слева, в баре несколько человек глушили виски, громко обсуждая подвиги какого-то Билла. Напротив была дверь, на которой светящейся краской была нарисована мишень на фоне силуэта бегущего человека. Над дверью горела кровавого цвета надпись: «Сафари-тир».
- Давай пропустим ещё по стаканчику для храбрости, - предложил Эрнест.
- По-моему, ты уже перебрал, если боишься зайти в тир. Сначала постреляем, а потом выпьем, - сказал Мигель и толкнул дверь.
Помещение, в котором они очутились, оказалось небольшим гаражом, в котором стояло несколько миниатюрных машин, напоминавшие очертаниями военные джипы.
- Джип № 3, дорога номер шесть, - отрывисто произнес подошедший к ним офицер. - Условия сафари: пройдете маршрут за двадцать минут, получите приз - 500 долларов, за десять минут - тысячу. Ваши выстрелы должны опережать выстрелы противника, иначе вам засчитывается «ранение».
- Получите оружие, - и офицер выдал каждому по автомату, гранате и ножу.
- Учтите, оружие заряжено. Если выдернете это колечко, то игрушка, - он показал на гранату, - взорвется через 5 секунд.
У Мигеля неприятно засосало под ложечкой. Всё, что он увидел и услышал, уж очень напоминало подготовку к настоящему бою.
- Сейчас мы попадем в мир призраков, очень похожих на настоящих людей, - голос Эрнеста звучал непривычно резко и сухо. - Они будут преследовать нас, нападать, стрелять. Их надо уничтожить. Учти, здесь, как и в нашем мире, побеждают только сильные и безжалостные люди. Этот тир проверяет, способен ли человек подняться над толпой, руководить или его удел - пастись в человеческом стаде.
Мигель был возмущен «зоологическими» рассуждениями своего друга, но возразить не успел. Зажегся сигнал - старт!
Они сели в джип №3, оказавшийся маленьким электромобилем, маневренным и лёгким в управлении, въехали в ворота №6 и очутились на небольшой поляне. Был вечер. Вокруг расстилалась холмистая местность. Небосклон и горизонт тонули в надвигающихся сумерках. Дорога круто поворачивала за пригорок. Издалека слышались выстрелы, крики, взрывы.
- Мигель, будь внимательным. Нас всюду подстерегает опасность. Ты должен стрелять первым, опережая противника, иначе мы проиграем.
За поворотом, на дороге, метрах в десяти они увидели человека.
- Стреляй! - крикнул Эрнест. Мигель не понимая, почему, зачем он должен стрелять, почему вообще здесь появился человек. Откуда-то сверху раздалась автоматная очередь. Пули забарабанили по кабине джипа.
Каждое попадание пули в машину сопровождалось электрическим разрядом, который больно бил её пассажиров. Это и был штраф («ранение») о котором говорил офицер.
Эрнест бросил руль и стал стрелять в нападавших. Раздались крики, проклятия и по склону холма скатился раненный. Это был молодой мужчина, почти юноша. Он попытался подняться и потянулся к лежащему рядом с ним автомату.
Выстрел Эрнеста добил его. В это время человек, преградивший им дорогу, бросился к машине. В руке у него была граната.
- Стреляй! Стреляй же! - крикнул Эрнест. Мигель, не целясь, выпустил автоматную очередь в нападающего, который был уже  почти рядом.
Вскрикнув, тот упал. Это был не призрак. Мигель отчетливо увидел лицо человека, залитое кровью, искаженное гримасой боли и страха.
Дорога была свободна. Машина рванулась вперед. Но через несколько метров забуксовала в песке.
Сзади показалось несколько вооруженных человек, которые с угрожающими криками, размахивая оружием, бежали к ним. Эрнест вытащил кольцо предохранителя и бросил в нападающих гранату. Она разорвалась с оглушительным грохотом, и казалось, разорвала нападающих на куски.
Машина тихонько выползла из песчаной ловушки, и место сражения скрылось за поворотом.
- Остановись! - сдавленным голосом сказал Мигель, и вышел, покачиваясь, из машины. Его вырвало. Всё прошедшее потрясло его. Он убил, убил человека. Зачем? За что? Почему?
- Не будь хлюпиком! - услышал он раздраженный голос Эрнеста. - Ты делал то, что должен делать в подобных условиях любой человек. - Не забывай, что мы в тире, в сафари-тире, и на нас нападают не люди, а роботы и электронные призраки, - голос Эрнеста звучал холодно и деловито. - Поторопись. Уже прошло 7 минут.
Мигель посмотрел на часы. Они показывали 21ч. 27 мин. Да, прошло всего 7 минут, а ему казалось, что прошли дни, часы, что он изменился, постарел за это время.
До следующего поворота они добрались без приключений, но проехать дальше им мешало дерево, лежащее поперек дороги.
- Откати дерево! Я буду тебя охранять - скомандовал Эрнест. Мигель попытался сдвинуть дерево, но оно не поддавалось.
- Командовать проще всего, - с раздражением сказал Мигель. – Придется тебе тоже поработать.
В тот момент, когда ствол дерева уже почти освободил дорогу, в кустах послышался шорох, и Мигель почувствовал, что его плечо сдавливают, словно клещи, цепкие, сильные руки. Какой-то человек прыгнул на него сзади, повалил и стал душить. Рядом отбивался Эрнест.
- На, получай! - крикнул он. Прогремел выстрел из пистолета. Мигель чувствовал, что задыхается.
- Нож! - мелькнуло в голове. - Ведь у меня есть нож. Изловчившись, он выхватил нож и с силой, несколько раз ударил в бок душившего его человека. Железные объятия распались. Напавший на него здоровенный, гориллообразный человек лежал неподвижно, без признаков жизни.
Дальнейшие события Мигель воспринимал так, как будто всё происходит не наяву, а в страшном сне. На них нападали, они отбивались, лилась кровь, умирали люди...
Неожиданно они снова очутились в гараже. Часы показывали 10 час. 39 минут.
- Молодцы! - похвалил знакомый офицер, забирая оружие, ключи от машины и вручая им приз - чек на 500 долларов.
- А вот рождественский подарок для вас, фотографии ваших подвигов, - сказал он, вручая каждому по пачке цветных фотографий.
На следующий день Мигель проснулся в час дня. Он лежал на своей постели одетый, в мокром и мятом смокинге. Страшно трещала голова, на сердце было тяжело и муторно. Он вспомнил кровавые развлечения в резиденции Генерала, бар в тире, где он пропил свои 500 долларов, скандал, перекошенное от злости лицо Эрнеста и драку. Вспомнил, как его выбросили на улицу, и незнакомый человек помог ему, грязному, избитому, пьяному добраться до дома. С трудом дотащившись до телефона, он набрал номер Лиз.
- Мне плохо! Приезжай! Мне очень плохо, - Лиз приехала через полчаса.
- Так тебе и надо, дурачок! - сказала она с усмешкой, поднимая валявшийся на полу мокрый, грязный смокинг. Из кармана выпала пачка промокших фотографий. Лиз подняла одну: на ней был изображен Мигель с автоматом у трупа человека. Другие фотографии были не лучше.
- Негодяй! Подонок! Убийца! Свинья! - ярость Лиз была беспредельна.
- Подожди! Успокойся! Я тебе всё объясню. Я ... - Но Лиз, не желала слушать его объяснения.
- Я тебя ненавижу! Ненавижу! - крикнула она и выскочила из комнаты.
Прошел месяц. В комнате Мигеля собралась небольшая компания - несколько парней и Лиз с подругой. Разговор не клеился. Казалось, что все чего-то ждут.
В углу мерцал экран телевизоре. Показывали слащавую музыкальную комедию. Неожиданно, пылкие объяснения в любви к прекрасной графине, были прерваны на полуслове. В специальном выпуске «Новостей» сообщили о покушении на Генерала. Он был ранен, несколько человек из его окружения ранено и убито. Подробности покушения звучали фантастически: роботы, обслуживающие тир в резиденции Генерала, взбунтовались. Они были перепрограммированы злоумышленниками и вооружены настоящим боевым оружием. Вместо того, чтобы играть роль живых мишеней, он напали на Генерала в его свиту.
- Вот и закончились твои приключения в сафари-тире, - сказала Лиз. - В одном был прав твой бывший друг Эрнест. Сафари-тир проверяет людей. Теперь мне ясно, что Эрнест - негодяй, ты - герой, а я очень люблю тебя, - и она поцеловала Мигеля.


Рецензии