Никакое из тяжёлых воспоминаний не жжёт меня так, как это.
Связано оно с отцом [Ильиным Дмитрием Васильевичем, кадровым офицером, участником Сталинградской битвы, прошедшим по Европе в составе Кантемировской танковой дивизии и закончившим войну в Праге (снимок сделан в декабре 1945)].
Мастер, каких не довелось мне встретить: немного было того, что он не умел.
Почти 10 лет, как его нет в живых. Но каждый раз, когда начинаю что-нибудь мастерить, пытаюсь представить, как это сделал бы он. Советуюсь с ним.
Случались между нами острые политические споры. Во время одного из них упомянул я академика Сахарова. Отца взорвало. Не стану приводить сказанное им тогда о Сахарове. "Обонерелость" Сахарова и его блокировку с западниками я тоже не поддерживал. Но для меня главным было то, что обласканный коммунистическим режимом Сахаров в своём противостоянии с ним рискнул всем, что имел.
Отец не внял моим объяснениям и сказал очень резкое обо мне.
Такого я не ожидал и выдержать не смог. То, что тогда ответил отцу, даже через 28 лет вспоминать тяжело.
Через минуту после того, как он ушёл, бросился догонять. Повезло - догнал. Обнял его, как тогда ...в грозу (http://proza.ru/2010/05/16/154).
декабрь 2008, Москва
