Белые, белые чайки

         Летний вечер завораживал своими тайнами, месяц собирал в хоровод золотые звёзды удивительной красоты, ласковый ветер пел  загадочные песни,  а девицы-красавицы собрались пойти в лес, проведать местную ведунью.
         Жила ведунья Марфа с кошкой Матильдой в маленьком деревянном домике на берегу Тайного озера.
Почему и кто назвал так озеро –  никто не знает. Даже самые старые жители не могли ответить на это.
Настя долго думала, всё сомневалась да тревожилась: идти с подружкой к Марфе или выполнить обещание, данное батюшке.
         До сих пор не могла забыть ту единственную встречу, которая так и стоит перед глазами –  глаз закрывать не надобно:
         Она была совсем мала, когда познакомилась с обитателями Тайного озера. Мыслимо ли дело: отправилась одна в лес искать цветок сказочной красоты, о котором рассказывала мачеха, и заблудилась. А мачеха надеялась на это. Думала, что не вернётся Настенька назад –  дорогу не найдёт.
         Уже темнеть стало. Боится Настя, а всё равно идёт. Вышла она к озеру; а над ним, в розово-сиреневом сиянии, чайки белые кружатся. Замерла Настенька, не смеет шелохнуться. Мурашки по спине вслед за страхом побежали… Что делать –  не знает. Но услышала знакомый голос –  крик чайки с серебряным пёрышком на правом крыле –  успокоилась: стало быть, не причинят ей вреда. Серебряное Пёрышко всегда прилетала к сиротинке в трудные минуты.
         Без родной матушки не легко приходилось. С самого рождения воспитывала её мачеха, и поэтому Настя не познала любви материнской. Лишь Серебряное Пёрышко могла понять и успокоить её.
         Смотрит незваная гостья, дивится: вышла ведунья Марфа из домика и пошла к чайкам по воде...
         Летают чайки над ведуньей, словно хоровод водят, а Марфа им что-то рассказывает, улыбается. Далеко стояла Настенька, не слышала: о чём они разговоры вели.
Из-за любопытства страх развеялся. Захотела поближе подойти. Тут и хрустнула ветка под ногой…
         Взметнулась белокрылая стая и исчезла. Осталась только одна чайка –  Серебряное Пёрышко да Марфа.
         Вернулась Марфа на берег, а Серебряное Пёрышко упала к ней в ноги и превратилась в красавицу. Поклонилась красавица низко; стала просить, умолять Марфу:
         – Милостивая госпожа, не губи Настеньку –  дитя малое! Она забудет обо всём, что видела на озере. И я никогда не напомню ей о себе.
         – Хорошо, Елена Прекрасная! Верю тебе! Пусть будет так, как просишь! –  ответила Марфа.
         Взмахнула руками Елена Прекрасная и снова превратилась в Серебряное Пёрышко. Подлетела она к Насте, машет крылом, предлагает следовать за ней.
По узенькой тропинке да по песчаной дороге, да снова по тропинке узкой… вслед за чайкой прибежала Настенька к ручейку. А ручеёк звенит, песни поёт. Возле ручейка –  трава зеленым зелена. В траве зелёной рос цветок невиданной красоты. Пожалела Настя цветочек рвать. Постояла, полюбовалась на красоту сказочную, да домой отправилась.
Помогла Серебряное Пёрышко без хлопот добраться –  дорогу показала. Больше её Настенька никогда не видела. И других чаек не видела.
Сколько раз прибегала она к озеру, ждала, звала –  всё понапрасну.
         Узнал про то отец – лесничий тех мест – рассердился.
Запретил строго-настрого в сторону озера смотреть –  не то, что хаживать:
         – Дитя моё ненаглядное – Солнышко ясное! Всюду гуляй, хаживай; но дорогу к озеру не налаживай!
Обещай мне клятвенно, душа моя, к озеру не ходить, воды из озера не пить, переход не искать, внимания не привлекать!
Делать нечего – пришлось Настеньке обещание три раза повторить:
         –  Обещаю батюшка, обещаю родненький:
к озеру не ходить, воды не пить, мосток не искать, чужой взгляд не привлекать!
         Дни, словно карусель на ярмарке, закрутились, завертелись… Вот уже Анастасией стали величать красавицу. Поговаривали, что Настя –  дочка лесника, в матушку красотой пошла, а шепотком добавляли:
– Если бы не забрало матушку Тайное озеро, не было бы счастливее девицы на всём белом свете!
         Время, времечко шло –  не задерживалось.
Однажды навестил их края молодой воевода –  Никита Всеславович.  Как увидел Настеньку –  навсегда покоя лишился. Надумал Никита жениться. Сватов посылает –  сам впереди идёт. Ему твердят:
         – Не ходи впереди сватов –  не растаптывай дороги!
Никите всё нипочём.
         – Не верю я вашим небылицам, верю силушке своей.
Ну да ладно, быстро сосватали. Кто же воеводе откажет; и к тому же - люб он Настеньке, очень люб.
         Свадьба весёлой была, озорной. Всем миром гуляли.
Всё было бы хорошо, да позавидовала мачеха счастью падчерицы.
         – Дочка родная от любви к Никитушке сохнет, света белого не видит, а Настасья в счастье купается?! Не бывать этому! –  затаились у злодейки мысли тёмные. Поедом, живьём едят её –  житья не дают.
         Удумала мачеха недоброе дело сотворить.
Вспомнила молодость: как отвоёвывала счастье своё, которое несчастьем оказалось. И стала наветы наводить на Настеньку словами лживыми, но ласковыми.
         Воевода раз строго посмотрел, два; да запретил мачехе на глаза показываться. А той неймётся. Пошла в тёмный лес за одолень-травой. Сама рвала, сама варила, сама наговоры злодейские наговаривала.
Думала: не устоит Никитушка перед силой злодейской. Не тут–то было. Поболел немного Никита, поболел, да и выздоровел. Нельзя долго болеть –  дитя ненаглядное ожидали с Настенькой.
         Ещё крепче озлобилась мачеха. Ничто ей не любо. И задумала она Настеньку извести. Снова злодейка пошла в тёмный лес. Нашла в трясине мёртвый камень, варила его три дня и три ночи, читала над ним все молитвы наоборот. Сильное зелье получилось, а главное – нераспознанное.
Пока воевода в отъезде был, устроила мачеха чаепитие, ссылаясь на просьбу батюшки, да напоила зельем падчерицу.  Никто зла не заподозрил.
         Стала Настенька угасать на глазах. День ещё не успел закончиться, а словно год болезненный прошёл.
         Заметил недоброе батюшка и спрашивает:
         – Что с тобой, моя кровинушка, происходит?
         – Неведомо мне, батюшка. Если бы я сама знала, ответила бы тебе.
         Пришла подружка Настеньку проведать и не узнала её.
Посмотрела со всех сторон, развела руками и сказала:
         –  Подруженька моя родная, да нам срочно к Марфе идти надобно.
         –  Как же я к Марфе пойду Любавушка, когда перед батюшкой ответ-обещание держала?
Подружка стала убеждать, уговаривать лесника:
         –  Посмотрите, скоро Настенька на ногах не сможет стоять, не только идти. Не губите родное дитя, разрешите пойти к Марфе.
         –  Не могу я разрешить, –  возражал батюшка.
         –  Запретами вашими двоих погубите.
Не выдержала Настя, стала батюшку уговаривать:
         –  Не за себя, за малышку прошу. Подумай батюшка: вернётся Никитушка домой, а его ждёт дом пустой, холодный.   
          Вдвоём всё-таки уговорили. Согласился лесник. Разрешил навестить ведунью да  захотел сам пойти с Настенькой  к Тайному озеру.

  Притих летний вечер, завораживая тайнами. Месяц призадумался,  загрустил в хороводе золотых звёзд красоты удивительной. Ласковый ветер перестал песни петь и листвою шелестеть.
          А подружки ничего не замечают, идут-торопятся…
Долгим путь к озеру показался, но всё-таки они осилили этот путь. И хорошо, что лесничий пошёл их провожать. А то могли бы не найти дороги. Подошли они к озеру –  удивляются. По воде к избушке Марфы лунная дорожка ведёт, а над ней радуга сияет.
Лесник остался ждать недалеко от избушки.
          Подошли подружки к двери, постучали один раз, постучали другой, а на третий раз –  дверь сама отворилась.
  Заходили девицы в малую избушку, а вошли в сказочный дворец красоты невиданной. Всюду цветы дивные цветут, да птицы поют.
Смотрят: чайка белоснежная летит им навстречу. Как на пол опустилась она, то превратилась в девицу красоты невиданной. Пригласила их вперёд идти да  не оглядываться.
          У Настеньки силы появились не знамо откуда.
Плывёт легко, словно лебедь белая; смотрит удивляется: то ли это дворец, то ли страна невиданная. Недолго шли подружки, держась за руки.
Впереди увидели яркую радугу семи цветов и направились прямо к ней. То не радуга была, то Марфа у родника сидела да с водой беседу вела.
  Подошли Настенька и Любава поближе, поклонились Марфе низко в пояс, а та уже знает: о чём девицы разговор поведут.
          –  Вовремя ко мне пришли вы, красавицы. Ещё немного промедлили бы и уже никто не смог бы помочь вам. Знаю о том, что вам не ведомо, да и ведать незачем. Сильное колдовство применила злая мачеха. Две жизни увядают вместе, смогу одну спасти. Чему быть –  решать тебе, Настенька.
          –  Не за себя прошу, милостивая госпожа Марфа, прошу за дочку не рождённую –  Елену Прекрасную, –  не задумываясь, ответила Настя.
          –  В том не было сомнения, что ты поступишь так же, как поступила твоя родная матушка.
          –  Но она при рождении Настеньки умерла, –  удивилась Любава.
    Тут подружки поняли, что ожидает Настеньку в будущем. Любава спросила тихо:
         –  Милостивая госпожа, сколько же можно злу по земле разгуливать да родных матушек у деток малых отбирать?
Неужели, нельзя ничего поделать? Неужели, со злом нельзя всем вместе справиться?
         –  Мы ждём того времени с нетерпением, а пока силы у нас не равные.
Много зла собралось на земле, и люди сами преумножают его.
         Испей Настенька живой воды из родника ровно столько, сколько захочешь. Да пей воду не из ковша, не руками, а из чистого родника устами чистыми. Умойся, и идите с миром домой.
А Любаве Марфа дала деревянный ковш из векового кедра и наказала:
         –  Зачерпни воды из родника и перед дверью, когда будете выходить из дворца, левой рукой назад вылей. А ковш оставь возле двери.
  Сделали подружки всё так, как наказала ведунья.
Выходили они из дворца, а вышли из деревянной избушки.
  Долгими для батюшки показались минуты…
Серебром покрылся, ожидая Настеньку. Но когда увидел её –  возрадовался. Показалось ему, что стала дочка ещё краше.
         Вернулись домой, а там мачеха хозяйничает.
Как увидела она Настеньку, живую и здоровую, так сразу без чувств упала. Захворала мачеха, занемогла. Злоба лютая её заживо ест. Так осерчала, что со злобы великой сожгла свою чёрную колдовскую книгу в печи.
         Скоро вернулся домой воевода Никита Всеславович. Стали они с Настенькой, словно голубки, ворковать. А мачехе день ото дня всё хуже и хуже. Не могла она спокойно смотреть на радость падчерицы.
         Утром, в воскресный день, решила мачеха покаяться.
Позвала всех к себе и призналась во всём.  Не для себя она старалась –  для дочки своей. Если бы не призналась, на дочку перешёл бы её грех великий.
Попросила мачеха позвать ведунью. Лесник сам немедля поехал за Марфой.
Вот Марфа и дождалась светлого дня.
         Старинная эта история. Длится она уже не один век. Сами подумайте: сколько мы видели белых чаек над Тайным озером? Сколько светлых невинных красавиц живёт во дворце Марфы? Да и сама Марфа когда-то, давным-давно, была прекрасной принцессой Марией.
А извела её со света белого ни подруга-завистница, ни колдунья коварная, а сестра родная –  мачеха Настеньки. 
          Безмерным и горестным было удивление лесника, когда он узнал, что и Елену Прекрасную, родную матушку Настеньки, она же погубила.
Подъехал лесник к избушке, постучал два раза, и сразу дверь отворилась. Вышли к нему ведунья Марфа и Елена Прекрасная.
         Упал лесник перед ними на колени, а слёзы полились ручьём; мешают хотя бы одно слово вымолвить. И всю дорогу, пока он ехал вместе с ними  назад, слёзы лились, а в небе молнии сверкали, да гром гремел.
Марфа привезла в кувшине живой воды из родника. Перед тем, как переступить порог, она смочила его родниковой водой.
         –  Прости меня старшая сестра! Прости меня Мария, за всё прости! И ты, Елена, прости! Простите все! –  произнесла мачеха на последнем вздохе и закрыла глаза.
         Марфа покачала головой, перекрестилась и полила живой водой вокруг постели. Встряхнула брызги на умирающую сестру. Словно от огня, тело загорелось и превратилось в пепел. Ведунья собрала пепел в кувшин и вышла из терема.
         Откуда ни возьмись, стали слетаться чайки. Они, похожие на лепестки белых роз, кружились высоко в небе.
Елена Прекрасная подошла к Настеньке, обняла её и сказала:
         –  Теперь тебе, моя любимая доченька, ничто не угрожает. Будьте счастливы! Вспоминайте нас и не делайте того, о чём пришлось бы после пожалеть.
         Она заглянула с любовью  ненаглядной Настеньке в глаза и нежно, по-матерински поцеловала. А потом, вслед за Марфой, вышла во двор…
         Казалось, что к ним слетались белоснежные чайки со всего света. Всё вокруг было белым-бело.
         Когда чайки улетели, во дворе никого не было.
         Свежий воздух, словно после утреннего дождя, наполнился ароматом белых роз.
         А в лесу, на месте Тайного озера, появилась цветущая поляна. Цветы, умытые росой, в лучах утреннего солнца, переливались всеми цветами радуги ...


Рецензии
Если хочешь стать пилотом, изучи план самолета!
НАУКА ПРОТИВ ЭГОИЗМА!
Человек был, когда-то ничтожен,
В шкуре зверя бродил с топором!
И казалось совсем невозможно,
Стать великим с пещерным умом!

Но трудясь, обливаясь весь потом,
Он сумел сделать стрелы и лук!
Дикаря захватила работа,
Запрягая коня в крепкий плуг!

Появились тогда государства,
Пирамиды воздвигли и стены!
И могучее, древнее царство,
Принесло людям всем перемены!

На Руси тоже князь объявился,
Основав поколенье царей!
Облаченья церковные ризы,
Православие стало мудрей!

Свет науки; гудит новый поезд,
А за ним ветер рвет самолет!
Человек покорить космос хочет,
С колыбели прорываться вперед!

Быть младенцем, не лучшая участь,
Ведь Земля люлька людям мала!
Хоть грозят карой злобные тучи,
Доведем мы прогресс до ума!

Что мешает мир сделать счастливей,
Что мешает нам радостно жить!
То, что люди все стали спесивей,
Что хотят друг бить и душить!

И религия тоже не красит,
Учит злобе, других убивать!
Ведь сулит виртуальное счастье,
Что конкретно не вам грешным знать!

Почему получилось прогрессу,
Людям мир дать никак не дано!
Вселенная грешников честно,
Превратилось в сплошное дерьмо?

О того что вы все эгоисты,
Ведь о ближнем подумать нельзя!
И поэтому правят фашисты,
Развалилась родная семья!

Но Божественный луч коммунизма,
Мрак кромешный в сердцах разобьет!
Верь закончиться брань дуализма,
Отправляйся мальчишка в поход!

А когда ты достигнешь орбиты,
Где вселенной кончается грань!
Все враги Святой Родины биты,
За Россию сражайся, дерзай!

Олег Рыбаченко   17.07.2017 11:35     Заявить о нарушении
А причём здесь сказка "Белые, белые чайки"?
Или наоборот:
а причём здесь "Если хочешь стать пилотом, изучи план самолета!"?

Анна Алферова   17.07.2017 15:41   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.