Как я стал канатоходцем

Мост порою перебросит память
Через пропасть прожитых годов…
Анат. Мартынов.

            
              Весть о том, что в наше село приедут артисты цирка, первым узнал мой одноклассник и друг Витька Ушаков. Он обо всех новостях в поселке узнавал почему-то первым, за что получил кличку «ходячее радио».
 
              В то утро Витька, как всегда, по пути в школу  зашел  за мной (мы учились тогда в четвертом  классе) и выдал мне эту новость.  Уроки в тот день уже в голову не лезли, мысли были заняты только предстоящим выступлением артистов цирка.
 
               Циркачей в нашем селе отродясь не видели, разве только в кино, поэтому народу в зрительном зале набилось, как селедки в бочке, яблоку негде было упасть. Мы с Витькой просочились вперед и устроились прямо на полу между первым рядом и сценой.

               Мы хохотали до слез над проделками клоуна, восхищались силачом, который легко жонглировал гирями, замирали от изумления, глядя, как женщина по-всякому изгибала свое, казалось резиновое, тело. Например, стоя лицом к зрителям, она прогибалась назад, просовывала голову между ног и доставала губами, лежащий у ее подножья, цветок. В этот момент взгляд мой невольно был прикован к той части ее плавок которая прикрывала интимное место.  Деревенские мужики такое публичное «бесстыдство» видели впервые и находились в  состоянии оцепенения.
                   Но особенно сильное впечатление  на меня произвело выступление канатоходца. Я не мог поверить, что человек может ходить по свободно, дугообразно висящему канатику толщиной с карандаш. Артист не только ходил взад и вперед с разными разворотами, но еще крутил на руках кольца,  ставил на канат обод от велосипеда и ходил в нем, жонглировал мячики,  раскачивался и т.д.
                   А что, - подумал я тогда, - если этот дяденька научился ходить по канату, то почему я не могу? И загорелся я тогда неудержимым желанием,  во что бы то ни стало, научиться всему тому, что вытворял этот канатоходец. В первую очередь надо было научиться стоять на канате, потом уже все остальное.

                   На другой же день я нашел  моток  электрического провода, который натягивают на столбах,  и протянул эту проволоку  во дворе от угла сарая и до столба забора.     Получилась дуга длиной  метров двадцать, нижняя точка которой была примерно  в полметра от земли.
                   Взял в обе руки по длинной палке, чтобы первое время можно было на них опереться, правую ногу поставил на проволоку, левой оттолкнулся от земли и.…  через секунду я уже вернулся на землю, больно ударившись пятой точкой. Попытка, как и следовало ожидать, оказалась неудачной. С ослиным упрямством я продолжал  попытки снова и снова, пока, опираясь на палки, не научился держать равновесие.                                       
                    Затем я стал отрывать палки от земли. Сначала на мгновенье, потом постепенно на более длительное время.

                    Занятия к этому времени в школе закончились, начались летние каникулы. Друзья мои разъехались кто в лагерь, кто куда, один только я  продолжал настойчиво претворять в жизнь свою мечту - стать канатоходцем.

                     Через месяц я уже стоял на одной ноге  без помощи палок, через два месяца – ходил назад и вперед и разворачивался,  при этом, почему-то ходьба назад получалась легче, чем вперед. К концу летних каникул я уже умел ходить в ободе от велосипеда, крутил кольца и даже пробовал жонглировать мячики. Отец с матерью первое время смотрели на мое увлечение снисходительно, отец даже подтрунивал: «Соломки, сынок, подстели, мягче падать будет». Когда же я научился делать почти все трюки (кроме жонглирования), какие делал циркач, они стали смотреть на меня уже  с  плохо скрываемым удовлетворением.

                     А когда Витька вернулся из Крыма, куда он почти каждый год ездил на лето к своим родственникам, удивлению его и восхищению не было предела. Трудно описать выражение его физиономии, когда я стал показывать ему номера на проволоке. Истратив на меня все хвалебные слова, он  решился тоже  попробовать. После неудачного приземления, он больше к проволоке не подходил.
                   Вскоре это «ходячее радио»  растрезвонил по всей деревне, что    Кирсанов ходит по проволоке, как циркач. Слух  дошел до заведующего деревенским клубом Виктора Ивановича. Он прибыл к нам по распределению после окончания культпросвет училища. Талантливый баянист, он быстро нашел в селе гармонистов, нашел певцов и певичек, организовал театральный кружок, и вскоре мы уже ездили с концертами в соседние деревни.  Мое новое увлечение его весьма заинтересовало. 
                   Тогда каждый год к годовщине Великой Октябрьской Социалистической революции проводился районный  смотр коллективов художественной самодеятельности, и зав. клубом прекрасно понимал, как может повысить  оценку нашей самодеятельности  мой номер. Я и до этого активно занимался  в школьной худ. самодеятельности, читал стихи, играл в разных сценках, репризах…
 
                    Тогда в 50-60-х годах молодежи в деревнях было много,  в школах и клубах работали разные кружки, спортивные секции, проводились разные спортивные соревнования, конкурсы и т.д. У нас в селе была хорошая библиотека.
                    Я в школьной  самодеятельности играл даже роль  Дениса Григорьева (злоумышленника)  в сценке по рассказу Чехова «Злоумышленник». На лицо мне наклеили густую бороду, мохнатые брови, взъерошили волосы и зрители (школьники) больше хохотали над моей рожей.

                   Посмотрев на мои трюки на проволоке, Виктор Иванович на другой же день достал  в колхозном гараже   канат примерно такой же, какой был у циркача-канатоходца.  Я сразу почувствовал, что на гибком тонком канате  ходить  труднее, чем на проволоке, к которой уже привык. Но дня через три я уже освоился и проделывал все номера так же легко.
 
                    Много было выступлений и разных случаев, но один  запомнился мне особо. Выступали мы в одной деревеньке. Все шло хорошо до моего номера. Во время моего выступления, неожиданно одна старушка, крестясь, прошла из зрительного зала на сцену и, выкрикивая: «Нечистая! Нечистая!» -  вцепилась обеими руками в канат и стала дергать его в разные стороны. Канат завибрировал,  меня тоже залихорадило. Если учесть, что в этот момент я ходил по канату в ободе от велосипеда, а это трюк не из легких, то удержать равновесие при такой вибрации было  невозможно.
                    Когда Виктор Иванович с очумелыми глазами выскочил из-за кулис, чтобы избавить меня от бабули,  было уже поздно, канатоходец уже валялся на полу, а обод улетел к зрителям. 
                    На сцене быстро появился какой-то мужик из зала, и они с Виктором Ивановичем  выпроводили бабулю, а я продолжил выступление. После мы узнали, что у этой старушки с головой было не все в порядке.

                     Когда я смотрю фильм «Неуловимые мстители» с участием Савелия Крамарова и его: «Нечистая! Нечистая!», я невольно вспоминаю тот давний случай с бабулей.

                     Каждый раз после концерта, взрослые «артисты» обмывали успешное выступление  самогончиком, который  предусмотрительно прихватывали с собой. Перепадало и мне. Однажды я прибыл с концерта домой сильно навеселе, что не осталось не замеченным родителями. К тому же, я где-то дорогой потерял тапочки, в которых  ходил по канату. На другой день мать пошла к Виктору Ивановичу «поговорить». О чем они там говорили и как я не знаю, только после этого разговора мне стали давать только закусывать.

                    На районном смотре коллективов художественной самодеятельности наше село заняло почетное  второе место и несколько номеров, в том числе и мой, были отобраны комиссией на заключительный концерт, который должен был состояться в районном центре. 
                    Сказать, что я был рад, значит, ничего не сказать. Я ликовал.  Кроме своей деревни и лагеря я нигде не бывал, а тут предстояло выступать аж в самом районном центре, и, при этом, проезд на поезде, питание, проживание в гостинице оплачивало государство.  Все свободное время я проводил на канате, тренировался до изнеможения, чтобы  достойно представить свое село и самому не опозориться.                  

                   И вот, наконец, мы прибыли на вокзал. До прибытия  поезда было еще около часа, и мы тут же, в зале ожидания, устроили настоящий концерт.  Гармонисты играли разные мелодии популярных советских песен, девчонки пели, плясали, я рассказывал  басни Михалкова «Как старик корову продавал» и «Смешная фамилия». Вокруг нас сразу образовалось  людское кольцо:  аплодировали, хвалили, вызывали на бис.  А когда гармонисты заиграли «цыганочку» и «барыню», часть зрителей тоже пустились в пляс. Народ тогда в 50-60-х годах был открытый, простодушный, использовал любую возможность, чтобы повеселиться и других повеселить.

             В районном центре выступление было организовано на стадионе. Концерт был посвящен предстоящему Всесоюзному фестивалю советской молодежи. Погода была отличная, ни единой тучки на небе. Так, как сцены, как таковой, не было, а был помост, то возник вопрос, где я буду выступать, где закрепить канат? Решили повесить канат от штанги до штанги футбольных ворот.
 
             Во время моего выступления, часть зрителей (в основном пацаны) покинули трибуны и сгрудились вокруг футбольных ворот настолько близко ко мне, что можно было достать их рукой. К счастью среди них бабуль «с приветом» не было, и  канат никто не дергал. Выступление прошло успешно, и я домой привез первую мою награду – диплом, который храню до сих пор, как память о детских годах, о том времени.   По форме диплом походил  на вузовский диплом: красивые темно-синие корочки, на развороте которых с одной стороны было написано кому, когда и за что был выдан, и на другой стороне было  выбито стихотворение:

Идем к фестивалю дорогой чудесной,
Все ярче сердец комсомольских накал.
В работе, в учебе, и в спорте, и в песне
Прославим наш Южный Урал!

                Вот так я стал канатоходцем.
                Много было после этого выступлений, но это, за которое я получил свою первую награду, мне запомнилось особо.
 
                Прошли годы, школа осталась позади.  Перед отъездом в военное училище, я свой канатик аккуратно свернул и положил в кладовку. Больше я к нему не возвращался.
               Детство кончилось, начиналась взрослая  жизнь.

                Удивительно то, что и сегодня, когда прошло полвека с того времени, мне еще иногда снится, что я хожу по канату.
                Вот ведь зараза какая!

На снимке НИК - канатоходец.


Рецензии
Щеф, счастлив вашим возвращением в строй из длительной командировки. Вздыхаю с облегчением. Уфф, только вы умеете всех нас держать в своем стопудовом кулаке. У меня это не получается не фига.
Васька мечется между Зинкой и Сюзи. Никак не определится, кто из них лучше. Положил на дела разведки огромный шуруп.
Сюзи отправилась в турне. Это сейчас так бега называются. Все турне у Сюзанны куда-то на левые побережья разных стран. Нормальный навигатор заклинивает напрочь, когда мы пытаемся повторить маршрут Сюзанкиных забегов налево. Стрелки с оси вышибает наглухо.
Алку отправили в Одесский обком налаживать партизанскую работу в тылу противника. И что? Затерялась в лесах вместе с доблестными Партизанами. Нету ни этой, ни тех. Похоже, спартизанились по-крупному.
Глебка вот уже месяц не выходит из лаборатории. Чего он там изобретает, непонятно. Но черный дым из окон валит стабильно. Поэтому я его пока не трогаю.
Коргин провалил набор новых разведчиков. Тут по соседству открылась новая кондитерская. Там шеф-кондитер - такая булочка работает! Мммм! Зав. кадрами Коргин даже кабинет личный в эту кондитерскую перенес. Говорит, что у него важное задание - роман века. Он должен на вкус и ощупь определить наличие отсутствия рома в ромовых бабах. Он в этой кондитерской уже, кажись, всех баб перепробовал. Ромовых. Но так и не определился с процентным содержанием в них витамина Ро.
Зав. медсанчастью Мата Борис Кин сбежала в Гималаи. Решила самолично покорить Эверест. Не знаю как насчет Эвереста. Но мужской монастырь Шаолинь уже выкинул белый флаг. Ихний главный прислал телеграмму. чтобы мы бойца Рубинину с Эвереста сняли. Она уже всех монахов перевязала и зеленкой на первый, второй рассчитала. Считай, покорила все вершины в округе.
Короче, в наличие на заставе, шеф, всего два бойца - это Илка и Сноуден. Сноуден, гад, меня уже достал. Ходит за мной по пятам и ноет, что на Родину ему охота посмотреть. Просит, чтобы мы поскорее наши танки на Аляску отправили. Буквально вчера вижу, запалил костерок, взял гитару и завыл на весь сайт "А на груди его светилась медаль за город Вашингтон".
Вот такие дела у нас на хозяйстве, шеф. Про всех вам рассказал. Разрешите идти? Пойду на пост № 1. Подежурю возле сингулярности. Может, кто из наших аннигилировщиков вынырнет. Марфуша там, или Печень, или Шашка на худой конец. Я им тогда быстро руку подам. А рассказ ваш канатаходный - высший. Теперь мне понятно, почему вы всегда с собой веревку возите. И почему и из всех чужих спален... то есть, я хотел сказать, из всех явочных квартир умудрялись уйти вовремя и незаметно, так что ни одна облава ни разу вас не накрыла. Опыт ходить по острию - это у вас, Шеф, с детства. Завидую белой зависть. Жму руку. Служу России. Но пасаран!

Зеленый Ил   11.05.2016 00:37     Заявить о нарушении
Веселый у тебя, Ил, получился отчет )))
Читал и улыбался, и даже больше. Спасибо!
Я хоть и на пенсии, но постоянно интересуюсь деятельностью наших разведчиков. И вот ты мне дал очень интересную информацию, читал на одном дыхании.
Рад, что ты продолжаешь умело руководить разведкой, и, как видно из твоего отчета, успехи у нас есть )
Успехов тебе, Ил, во всех твоих делах и счастья. Правда, у нас в России долго быть счастливым невозможно, несчастные не дадут, которых становится все больше и больше. Но, все равно желаю тебе счастья и надолго.
Крепко жму руку
НИК

Николай Иванович Кирсанов   11.05.2016 14:41   Заявить о нарушении
На это произведение написано 10 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.