Мышь серая обыкновенная

На светофоре маршрутное такси остановилось. Сидя у окна, Ольга равнодушно смотрела на пешеходов. Неожиданно её внимание привлёк молодой мужчина. В его облике угадывались восточные черты: чёрные волосы средней длины, карие глаза, борода, даже не борода — недельная щетина. Сердце замерло, и, сбившись с ритма, запрыгало как ошалевший заяц, пустившись в галоп: вот это мэн!   
Она смотрела и думала: может, попросить шофёра открыть двери? Хотя вряд ли он нарушит правила. Ни один нормальный водитель не станет рисковать правами, выпуская пассажиров на светофоре.
А если бы открыл, чтобы она сделала, догнала красавчика и сказала: давай познакомимся? Ольга с сожалением проводила мужчину взглядом и иронично подумала: не судьба.

***
Осень выдалась сухой и солнечной. Дым затухающего костра и жёлтое марево вечернего тумана плотно окутали остывающую землю. На асфальте, словно маленькие частицы солнца, сияли разнесённые ветром листья. Ольга смотрела на них и думала, что скоро, очень скоро проливные дожди смешают их с осенней грязью.
Зайдя на рынок, она купила яблок и пошла домой пешком. Уж слишком велик был соблазн насладиться тёплым осенним вечером.
Она почти дошла до своей остановки, когда её опередило маршрутное такси. Ольга не поверила глазам — из салона вышел тот, кто несколько часов назад так поразил её воображение. "Похоже, всё-таки, судьба".
План созрел за доли секунды. Обогнав мужчину, она надорвала и без того дышащие на ладан ручки пакета. Яблоки разлетались по тротуару. Тот, ради кого и затевался этот мини-спектакль, подошёл и вежливо поинтересовался:
— Вам помочь?
Ольга беспомощно пожала плечами.
Мужчина собрал яблоки. Конечно, без ручек нести было неудобно, но он и здесь проявил инициативу. Дальше они шли уже вместе.
Диалог возник сам собой.
— Вы далеко живёте?
Ольга показала на ближайший от остановки дом. Он удивлённо вскинул брови:
— Получается, мы с вами соседи? Странно, что я до сих пор вас не встречал.
— Наверное, вы переехали в этот дом недавно?
— Я здесь родился, но последние годы жил в Молдавии. Там у меня небольшой бизнес на пару с дядей, а здесь мать. Ну вот, рассказал чуть ли не всю биографию, и даже не представился.
— Ян.
— Ольга.
У подъезда он поставил пакет на скамейку и попрощался.
Оля недоуменно смотрела вслед: "И это всё, ради чего стоило затевать авантюру с яблоками?.."
Но напрасно она переживала и мучилась, если судьба берётся за дело, то доводит начатое до конца.

Несколько дней спустя, сидя в уютном тихом кафе расположенном недалеко от дома, Ольга потягивала вино и думала о новом знакомом. Ей так хотелось, чтобы открылась дверь, и вошёл Ян. И она открылась. На пороге стоял Он. Вот такое вот случайное стечение обстоятельств.
Возле дома, не прощаясь, она взяла его за руку и повела за собой.

Парковочная площадка находилась напротив подъезда, поэтому Ян, как правило, ждал её в машине. Они никогда не договаривались о встрече заранее. Поэтому Ольга не знала наверняка, увидит ли его вечером. Он построил свою, одному ему понятную модель отношений. В их союзе она была ведомой. Оля прощала и пренебрежительное отношение, и унизительную неопределённость. Злясь и обижаясь, она была готова прекратить мученье, но стоило им оказаться вместе, как обида улетучивалась без следа.
Отношения с предыдущим парнем пришлось прекратить. Но Ольга не жалела. За последний год общение с Сашей приняло форму вялотекущей, чуть ли не семейной бытовухи. Всё было предопределено и известно заранее. Иногда, без особого энтузиазма, он предлагал пожениться. Она не отказывалась, но и не соглашалась, взяв тайм-аут на размышления.
Предложение расстаться он воспринял агрессивно Впрочем, как и любой бы другой на его месте, зло спросив:
— Что, лучше нашла?
Ольга промолчала.
Он смачно сплюнул, развернулся и ушёл.
***
К двадцати четырём Ольга научилась понимать, что в жизни всё не так просто. Её красота могла свести с ума любого: рыжие волнистые волосы, очаровательный носик, пухлые губы, серо-голубые глаза. Манеры, уверенная походка и достаточно хороший вкус создавали имидж успешной женщины.
Мужчинам нравилась её броская внешность. Часто ей предлагали отдых на престижных курортах, приглашали в рестораны, дарили недорогие, но и не дешёвые подарки — только замуж не звали. Взамен она должна была хорошо выглядеть и чаще улыбаться. Истинное лицо и настроение в их среде считалось не комильфо.

Девочки в бухгалтерии, наблюдая очередную иномарку у офиса, иронично кривили губы. Перезванивая благоверным, они излишне громко интересовались, не забыли ли те забрать детей из детского сада. Ольга не любила оставаться в долгу. В следующий раз, видя заплаканные лица, она иронично спрашивала:
— Что, твой опять не ночевал дома?
Когда стервозность достигала апогея, далёкая от семейных проблем и потрясений коллега Наденька вставала и шла ставить чайник. Болтая ни о чём, она быстро нормализовала обстановку. Наденька никому не завидовала, и уж тем более никто не завидовал ей.

У них с Ольгой прослеживалось даже нечто общее во внешности. Но если у Ольги губы казались пухлыми, то у неё – толстыми, нос – мясистым, а глаза имели цвет отстоявшейся простокваши. Волосы грязно-коричневого оттенка она постоянно собирала в дурацкую фигушку. Видимо, для того, чтоб не так бросался в глаза жирный блеск. И при этом — ни одного комплекса! Словно она двойник Шэрон Стоун. Ольга про себя называла её Мышь серая обыкновенная. Хотя одно достоинство у Наденьки всё же имелось — это характер. Она никогда не сплетничала, не ругалась и всем старалась угодить. Поэтому, невзирая на внешность, её любили.
***
Стояли тёплые дни. Ян, вопреки устоявшейся традиции, заранее предложил провести выходные на даче. Места там были чудесными.
Вечером, покончив с хозяйственными делами, они взяли заранее замаринованное мясо, вино, и пошли на озеро. Пока Ян занимался шашлыками, Ольги сидела у озера, любуясь плавающими среди светло-зелёной ряски лилиями. Проведя рукой по водной глади, она почувствовала обжигающий холод — вода оказалась ледяной. В голову пришла крамольная мысль. А что, если бы ей захотелось лилий, поплыл бы Ян или нет? Почему-то подумалось, что скорее всего да.
Сняв шампуры с мангала, Ян разлил вино и позвал Ольгу.
Шашлыки пахли дымом, вино — клубникой, а его поцелуи — нежностью.
Костёр почти догорел. Глядя на мерцающие угли, он грустно сказал:
—  А в Молдавии ещё лето.
— Скучаешь?
— Я прожил там не один год, дом построил, сад посадил. Мне двадцать семь, пора и о сыне подумать.
— А я хочу дочь.
— Можно и дочь, но сначала сына.
Ольге так хотелось, чтоб его слова имели к ней не косвенное отношение, а прямое.
— После смерти отца я думал остаться здесь, матери помочь. Но мама сама справляется, да и сестра с мужем помогают.
— И что ты решил?
— Окончательно — ничего.
Остановившись у кромки воды, Ян так и не смог произнести тех слов, которые ждала Ольга.
Догорал закат. Огненное зарево купалось в её распущенных волосах. Он смотрел на неё, она на него, и... оба молчали.

Выпал снег. Ещё не наступила зима, но уже была и не осень — преддверие.
Почти все выходные они проводили у Яна. Его сестра, после рождения дочери, вышла на работу. Поэтому мать, чтобы помочь с ребёнком, практически переселилась к дочери. Им никто не мешал, и в выходные Ольга могла спать чуть ли не до обеда. Ян вставал раньше. К её пробуждению завтрак, как правило, был готов. Вкусно пахло кофе и жареной ветчиной.
Приоткрыв дверь и стараясь не шуметь, он проверял, проснулась ли королева. Сонно улыбаясь, она спрашивала:
 — Что на завтрак?
 — Овсянка, сэр!
Принимая его заботу, Ольга даже не догадывалась, что счастье состоит не из цветов, признаний и подарков, а из таких вот будничных незатейливых мелочей. Когда любимому отдаёшь ни слова, ни деньги и даже ни звёзды, а душу.

Близились новогодние праздники. Зайдя в ювелирный магазин, Ян нерешительно остановился у витрины.
Продавщица, заметив интерес потенциального покупателя, предложила помощь.
Примерив кольцо, девушка повела рукой. При ярком, удачно подобранном освещении белое золото с бриллиантом смотрелось потрясающе!
— Жене?
— Пока только невесте.
 — Хороший выбор. Думаю, ей понравится.
Выписав чек, она поздравила его с покупкой, наступающим праздником и протянула маленькую тёмно-синюю коробочку.

Ян шёл и улыбался, представляя восторг и удивление Ольги. Чувство неуверенности, тяготившее его с первой встречи, по мере узнавания прошло.
Увидев её впервые, трогательную, с рассыпавшимися по асфальту яблоками, он подумал, что его шансы не просто малы, а практически ничтожны. Эффектная рыжеволосая красавица, она просто не могла быть свободной! Однозначно забраковав собственную кандидатуру, он даже не спросил номера телефона.
С того вечера он думал о ней постоянно. И не придумал ничего лучше, чем ждать возле дома, ориентируясь на время их первой встречи.

Мелькнувший в толпе огонёк он заметил сразу. Ольга была не одна. Рядом шёл парень и нёс пакет, в который Ян когда-то собирал яблоки.
"Кто это? Муж, друг?" Ревность сдавила сердце.
Просидев пару вечеров в машине, он дождался, пока Ольга вернётся домой одна. Но подойти так и не решился. Помог случай. В выходной, наверное, по привычке, он сидел в машине и ждал. Ольга вышла из дома. Он проследил, как она дошла до соседнего кафе, зашла — и вошёл следом.

Для того чтобы оттолкнуть человека, нет лучшего способа, чем навязать себя. Поэтому, как ни абсурдно, но Ян старался казаться равнодушным.
О себе он понимал всё: простой парень из обычной рабочей семьи. Мама работала контролёром на заводе, отец бригадиром в шахте. Ян пошёл по его стопам. После окончания горного факультета, проработав год в шахте, он уехал в Молдавию. Родственник, открыв собственный бизнес, нуждался в надёжном партнёре. Ян был настолько занят, что всерьёз заниматься личной жизнью не оставалось времени. Конечно, Ольга была не первой его девушкой, но так как её он не любил никого. Жениться — было единственно правильным решением. Сделать предложение он решил под бой курантов. Чтобы с наступлением нового года, изменилась и их жизнь. Но реальность внесла свои коррективы.Тридцатого декабря его пригласили в кабинет директора. Попросив, вернее, предложив, а проще говоря, поставив перед фактом: тридцать первого ему нужно выйти в ночную смену, потому как заболел сменный мастер. Как известно, приказы не обсуждаются, а выполняются.

Дежурство Яна стало для Ольги неприятной неожиданностью. Самолюбие надуло губки и топнуло ножкой. Такой обиды, разумеется, она простить не могла. Взяв трубку, Оля набрала номер подруги и сказала, что Новый год будет отмечать у неё.
Гостей собралось много, даже её бывший. Он не сводил с Ольги глаз. За то время, что они не виделись, она не то что похорошела — расцвела!
До двенадцати традиционно провожали старый год водкой. Новый встречали шампанским, затем кем-то принесённым коньяком. В общем, праздник удался.

Утром Ольга проснулась в чужой постели со страшной головной болью. И не только с ней.
Она оделась и, не умываясь, пошла домой. На улице до неё дошёл весь ужас ситуации, и её чуть не вывернуло от отвращения к самой себе.
Дома, приняв душ, она выпила аспирин и легла. Ни разу в жизни ей не было настолько плохо и стыдно. Какая б...ь! Это ж надо было так нажраться! Ни о какой встрече с Яном не могло быть и речи. Скрывать не имело смысла. Рано или поздно кто-нибудь да проговорился бы. Личное признание сути не меняло. Измена есть измена. С предательства совместную жизнь не начинают.

Ян ждал на улице. В шесть Ольга не пришла, не было её и в семь. Подняться в квартиру он не решился. Если не пришла, значит, есть причина, а если причины нет, тем более заходить не имело смысла.

После продолжительных выходных Ольга ушла в отпуск. На улицу она практически не выходила, двери не открывала, трубку не брала. Её больше не было. Была другая девушка, похожая внешне. Она смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Кожа стала бледней, появились круги под глазами. Но самое страшное, что зажав рот ладошкой, она каждое утро бежала в туалет.
Сняв перчатки, врач в женской консультации спросила:
— Срок небольшой, недели три-четыре. Планируете рожать или аборт?.. Ольга неопределённо пожала плечами и вышла. На душе было горько и пусто. И тошно, из-за собственной глупости.
Дома ждал сюрприз — за столом сидел Саня. Мама поила гостя чаем, а он, как мог, её очаровывал.
На работе Ольга сухо обмолвилась, что выходит замуж. Равнодушно приняла поздравления и занялась своими обязанностями.

Ян, скорее, по привычке, ждал её на парковке. Раньше к шести вечера Оля была уже дома.
Шёл снег. Включив дворники, он напряжённо всматривался в людской поток. Неожиданно от толпы отделилась фигура. Ян узнал Ольгу. Он так обрадовался, что смысл её слов дошёл не сразу:
— Не жди меня больше и не встречай. Я выхожу замуж. Можешь и дальше продолжать играть в свои потрясающие игры.
Ничего не понимая, он ошарашено смотрел ей вслед.

Регистрация прошла буднично. Торжество отметили в тесном семейном кругу. За столом Ольга была бледна и молчалива. И почти ничего не ела. Родственники списали её состояние на естественные гормональные изменения.
На работе она старалась ни с кем не общаться. Раздражало всё: разговоры, смех, и даже Мышь. Последнее время Наденька светилась от счастья. Кажется, у неё появился сдвиг в личной жизни.
Закатывая глаза, она восторженно всплёскивала руками и потрясённо восклицала:
— Он такой красавчик!
Ольгино воображение тут же рисовало худого невзрачного мужичка, с потными руками и запахом изо рта.
— И где ж ты его отхватила?
— Это брат моей подруги.
— Замуж-то ещё не зовёт?
—  Зовёт.
Представив её в постели с "красавчиком", Ольга брезгливо передёрнула плечами.
— Что, и свадьба будет, и белое платье?
— Конечно, я ведь выхожу замуж девственницей.
— А ты у него тоже первая?
— Нет, но он сказал, что изменять мне не будет.
Ольга еле сдержалась, чтоб не расхохотаться — дура наивная!

После регистрации Оля переехала к мужу. Как она ни старалась, но так и не смогла привыкнуть к незнакомой обстановке. Квартира казалась чужой. Не зная, чем себя занять, она либо читала, либо смотрела телевизор.
Они не ссорились. Единственным камнем преткновения были носки. Откуда ж ей было знать, что после стирки их нужно выворачивать и ещё раз прополаскивать.
Новоиспечённая супруга старалась быть хорошей женой. Она не читала нравоучений и охотно верила, что не пришедший домой муж ночует у мамы. А как иначе? В семейной жизни нужно доверять друг другу. Изменяют таким, как Мышь и коллеги по работе, а таким, как она, — нет.

Однажды ночью Ольга проснулась оттого, что кто-то настойчиво тряс её за плечо. Рядом стояла незнакомая женщина.
— Вставай! Твой муж сейчас у другой женщины.
Остатки сна мгновенно улетучились. Ольга всмотрелась в предрассветный полумрак — никого. Мелькнула мысль, что женщина приснилась.  Она встала, умылась, но ощущение тревоги не проходило. Она откуда-то знала, что это не приснилось — всё правда. Она оделась и вышла из дома. Ольга не догадывалась — она точно знала где её муж.
Двери открыла заспанная, с помятым лицом девушка. То ли после "вчерашнего", то ли уже после "сегодняшнего".
— Вам кого? Саню? А вы кто? Жена?! Надо же, такой симпатичный и на такой обезьяне женился! — она в недоумении покачала головой.
Отстранив даму, Ольга без приглашения прошла в комнату. Всё оказалось как в пошлом, набившем оскомину анекдоте. Пряча босые ноги под кровать, Саня смотрел на неё виноватым взглядом нашкодившего пса и без конца повторял, что это не то, о чём она подумала.
Ревности не было — только омерзение. Похоже, всё возвращается бумерангом — подумала Ольга. Если раньше семейная жизнь балансировала на грани фола, то теперь подошла к своему логическому завершению.

Седьмое марта выпало на пятницу. Праздничная атмосфера передалась даже Наденьке. Она уже давно следила за своей внешностью. Глядя на распущенные ухоженные волосы, Ольга с иронией думала: "Бедняжка! Теперь ей каждый вечер приходится мыть голову!"
Она даже стала красить губы неброской бледно-розовой помадой. "Чтоб не выглядеть вульгарно".
Наблюдая за манипуляциями, Ольга смотрела в окно и ждала, когда же Наденька закончит маскарад.
Наконец с макияжем было покончено. Мышь бросила контрольный взгляд в зеркало и вышла. Радостно виляя задницей, она спускалась по ступенькам и мечтательно улыбалась. "Ну и вырядилась, корова",  — подумала Ольга. Спроси её — и она ни за что бы не смогла объяснить, что именно её так раздражает в Мыши. Примитивная зависть, но к чему? Что такого было у Наденьки, чего не было у неё? Любви? Глупость. Уж она-то прекрасно знала, что такое иллюзии и насколько женское счастье относительно.
Ольга уже было собралась отойти от окна, как заметила мужчину с букетом роз. Он шёл в направлении офиса. Ольга не поверила глазам — Ян! Вот это сюрприз! Вон поравнялся с Мышью, и букет, который предназначался ей, вдруг оказался в руках у Наденьки.
Ольга стояла и смотрела, как они, дружно держась за руки, спускаются по ступенькам... и плакала.

Девочка родилась прехорошенькая. С большими синими глазами, носиком кнопочкой и маленьким ротиком. Глядя на крохотное родное существо, Ольга решила оставить всё как есть. Стоило ли лишать малышку любви, принадлежащей ей по праву? Для Ольги Александр был мужем, а для дочери — отцом.
Но её планам не суждено было осуществиться. Саша появлялся дома всё реже. Она больше не спрашивала, куда он пошёл, откуда вернулся и придёт ли ещё. Иногда он предупреждал, что останется ночевать у мамы. Зарплата, соответственно, тоже оставалась в той семье.
Когда дочке исполнился год, Ольга, без упрёков и слёз, собрала вещи и переехала к матери. Как ни странно, последней каплей оказалась случайно обронённая фраза.
Девчонки шли и весело болтали о своём, о девичьем. Поравнявшись с Ольгой, одна из них оглядела её с головы до ног и иронично заметила:
— Неужели и я, когда выйду замуж, буду одеваться так же?
***

На работе почти ничего не изменилось. За столом Мыши сидела незнакомая женщина. Наденька, после свадьбы уехала в Молдавию. Туда, где тёплый климат, сад и чистый воздух. Ольга помнила, с каким нетерпением Мышь ждала, когда же, наконец, они покинут этот грязный промышленный город. Где не то что детей рожать, животных заводить негуманно.
Больше ничто не напоминало о прошлом. Иногда взгляд случайно натыкался на знакомые окна. Изредка кто-то зажигал в его комнате свет. Наверное, родственники.
Ольга жила с матерью. Изредка случались ничего незначащие романы, но семью уже иметь не хотелось. Впрочем, никто особо и не настаивал. Кому нужна женщина с чужим ребёнком? Да Ольга уже и не надеялась, что кто-то, как восемь лет назад, будет ждать её возле дома и приносить кофе в постель.

Стояли чудесные тёплые дни, по-летнему светило солнце. Собирая последний урожай, мать с дочкой жили на даче. Ольга не любила туда ездить, хотя для их региона дача считалась великим благом.
День клонился к закату. Оля стояла на балконе и наблюдала, как дворник сметает сухие листья и скидывает в костёр. Словно проявляя сочувствие, ветер уносил их прочь. Запах дыма воскресил в памяти ту осень. Так же жгли листья. Яблоки, смешавшись с листвой, катились по асфальту. Как давно это было…
Дворник, подбрасывая в костёр ветки, заставлял пламя вспыхивать вновь и вновь. Глядя в чужие окна, Ольга мысленно повторяла строки полузабытых стихов:
Вот опять окно,
Где опять не спят.
Может, пьют вино,
Может, так сидят…

Звонок раздался неожиданно. Она открыла дверь.
— Здравствуй.
Ян улыбался, словно они расстались только вчера. Оля стояла, окаменев, не в силах произнести ни слова.
Он почти не изменился. Всё такой же красивый, с той же мягкой щетинистой бородой.
— Какими судьбами?
— В отпуск приехал. Мама сказала, что ты снова живёшь здесь.
Ян смотрел и не узнавал. Столько раз он вспоминал её лицо!
В чужих равнодушных руках растворились, исчезли без следа и та улыбка, и тот взгляд. Он не мог поверить, словно вместо оригинала ему показали небрежно сработанную копию. Та и не та... Та, но с разницей в целую вечность.
Ольга молчала.
Опустившись на колени, Ян поцеловал ей руку, запястье...
Чтоб не расплакаться, она спросила:
— Как ты?
Он встал.
— Нормально, двое пацанов подрастают.
— Супруга как? На свежем воздухе поди ещё больше похорошела?
— Не надо, Оль. Она мать моих детей.
— Скажи мне откровенно, ты её любишь?
— Можно, я не буду отвечать на твой вопрос? Если тебя интересуют наши отношения, то за всю совместную жизнь я не изменил ей ни разу.
— Что же тогда ты делаешь здесь? Думаешь, я расчувствуюсь и по старой памяти раздвину ноги?
— Зачем ты так? Я не затем пришёл. Те четыре месяца были самыми счастливыми в моей жизни.
Ольга промолчала. Что толку в словах? Он давно и прочно принадлежит другой женщине.
— В тот новогодний вечер я хотел сделать тебе предложение, купил кольцо.
Она закрыла лицо руками.
— Уходи.
Негромко щёлкнул замок. Размазывая слёзы, Ольга стонала от боли. Болело там, где когда-то было сердце. А в прихожей на тумбочке среди милых дамских безделушек осталась стоять маленькая синяя коробочка, с так и не состоявшимся счастьем.
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                  


Рецензии
Какая печальная вещь! Ольгу жалко, но она многократно была наказана, и её даже жалко. ...Думаю, если бы Ян знал, что было у неё в голове на Новый год, то вряд ли принёс бы ей кольцо через несколько лет. Да и на колени не опустился бы...Одна хорошая деталь: Ольга не сделала аборт, и не стала относиться жестоко или равнодушно к дочке. И наверное, стала неплохой матерью. И то слава богу! ...Жальче всего эту маленькую девочку, растущую без отца и с несчастной матерью...

Инна Люлько   05.05.2018 07:40     Заявить о нарушении
В таких случаях говорят: "Кабы знал где упадёшь - соломки подстелил".
Если бы Оля прежде чем делать подумала, то её жизнь сложилась бы совершенно иначе.
Ян, конечно же, её любил. Но может и лучше, что он так и не узнал об истинной причине расставания. Иначе ему было бы вдвойне больнее.
Спасибо за отзыв, Инна.

Татьяна Матвеева   05.05.2018 10:58   Заявить о нарушении
На это произведение написано 87 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.