Монтигомо Ястребиный Коготь. Книга первая, гл. 14

Воспоминания школьника Аркадия Титова


          В первый класс я ходил в маленькую школу нашей маленькой деревни. Моя сестра была в шестом, поэтому она училась в соседнем селе, что стояло рядом. Взрослые называли это село райцентром. Там была большая школа. А в нашей маленькой две классных комнаты, в которых занимались вместе первый и третий, второй и четвёртый.


          Молодая учительница Любовь Ивановна давала задание третьему классу и приступала к занятиям с нами. Сначала мы учили буквы и счёт до десяти. Всю первую четверть писали карандашом. Потом ручками с пером. У каждого была своя чернильница-непроливайка. Но это она только называлась так. Мы всё равно ухитрялись из неё выпачкаться да ещё запачкать друг друга. Но главная беда случалась, когда непроливайка опрокидывалась на тетрадь и заливала чернилами. Это было куда хуже, чем поставить кляксу, которая сама капала с кончика пера на только что написанные буквы.


          Я не знаю, чем занимались третьеклассники, когда учительница учила нас. Но уже во второй четверти даст нам задание и начинает читать третьему классу рассказ. Рассказы в третьем классе длинные. Начнёт на уроке. Потом на следующий день продолжит. Несколько дней читает, пока не закончит. Не знаю как другие первоклассники, но я тогда все рассказы слушал очень внимательно. Особенно мне понравился про Жилина и Костылина. Я за них обоих переживал, когда они оказались в плену. Но больше за Жилина, он такой храбрый оказался, не побоялся бежать из плена и потому спасся. А Костылина выкупать пришлось.


          И ещё мне запал в память рассказ про двух мальчиков-гимназистов. Я тогда не очень хорошо понимал, почему их называли непонятным словом «гимназисты». Но рассказ понравился. Надо же такие маленькие, а хотели бежать в Америку.


          Рассказ так запомнился, что в третьем классе на уроках «Родная речь», я его сразу узнал. Оказалось, что рассказ называется "Мальчики", и написал его знаменитый русский писатель Чехов. Я даже подумал, может он про себя написал. В этот раз я уже по-взрослому мог оценить намерение мальчиков. Куда же это годится, зимой бежать в Америку? А в Америке в это время тоже зима. И потом с чего они это взяли, что в Америке есть слоны? Понятное дело - маленькие, потому несмышлёные. Если уж бежать так это в Африку. Просто про Африку они, наверное, ещё не проходили.


          А я в третьем классе уже знал и про Африку, и что там зимы не бывает. И совсем необязательно охотиться на львов и слонов. Какой же ребёнок с ними справится? А в Африке можно прожить, питаясь плодами и разными тропическими фруктами. Называть себя Монтигомо Ястребиный Коготь можно и в Африке, решил я.

 
          Все школьники с замиранием сердца смотрели фильм «Таинственный остров». Ну, не знаю, как у всех, а мне много раз было страшно. Особенно испугался, когда на экране из зарослей показалась обросшая со всех сторон голова. Помню, многие в зале даже громко вскрикнули со страху. Я тогда не проронил ни звука, но сильно перепугался. Про фильм вспомнил вот почему. Таинственный остров – не Африка. Но там также тепло и такая же южная растительность. Главное добраться до Африки, а там не пропадёшь.


          По карте я научился разбираться ещё в первом классе. Большая карта висела у нас на стене. И мы на переменках подходили и рассматривали, где что находится. Разобраться в карте нам помогали третьеклассники. Правда, на той карте Африки не было. Это была карта нашей великой Родины – Союза Советских Социалистических Республик. Там на ней даже кусочек Америки можно было разглядеть, а Африки не было. Про Африку я тогда ещё ничего не слышал. А когда  учился в третьем классе, уже много чего знал. Моя сестра к тому времени была в восьмом, и я часто пользовался её атласом. Вот с помощью атласа  и определил, как лучше всего можно добраться до Африки.


          Сразу по окончании войны, тем летом мы всей семьёй переехали жить в Латвию. Километрах в пятнадцати от нашего города протекает большая река Гауя. Мы туда один раз на машине на экскурсию всем классом ездили. Красивая река и большая, не то, что Педеле у нас в городе. И течение такое быстрое. Мы когда стали купаться, на ногах трудно устоять, так и сносит течением.


          Гауя впадает в Рижский залив. Если не заплывать далеко в море, можно на лодке вдоль берега проплыть по Балтийскому морю, обогнуть всю Европу, доплыть до Гибралтара, пересечь пролив, место узкое, и Африка. Дальше лодка не понадобится. Я так хорошо проработал и изучил маршрут, оставалось достать лодку. Неплохо бы отправиться вдвоём. Но я готов был путешествовать и один.


          В нашем дворе поселилась семья из Хабаровска. Витька оказался моим ровесником и одноклассником. Приехали они в конце лета. Так что в третий класс мы пошли вместе и стали сидеть за одной партой. Витя прочитал много книжек, говорил, что в Хабаровске его друзья называли «профессором». Но, несмотря на свою учёность, он был компанейским парнем, участвовал во всех мальчишеских играх, был бойкий, а телом покрепче меня.


          Отец Вити в нашем маленьком городе был большим начальником, он назывался заведующим гаражом, что размещался близко от центра города на берегу реки. Гаражом называли здание, куда на ночь ставили машины  и там же ремонтировали. Перед гаражом просторная площадка, обнесённая высоким забором. Гараж имел несколько полуторок и две или три ЗИС-5. К ЗИС-5 мы относились с большим уважением. Они участвовали в войне. А знакомые фронтовики говорили, что на них во время войны устанавливались «Катюши». Про «Катюши» мы из фильмов знали. Ух, как немцы их боялись.

          Однажды после уроков я завёл разговор с Витькой про Африку.
          - Ты хотел бы попасть в Африку? - спросил я его.
          - Африка - это интересно. А что ты там будешь делать? - вопросом на вопрос ответил Витя.
          - Как что? - изумился я. - Путешествовать.


          - Тогда надо отправляться в Египет, - сказал Витя. - Ты читал книжку Ильина "Рассказы о вещах"?
          - Нет, - огорчился я.
          - В этой книге есть рассказ про Шампольона. Он первый прочитал древние надписи египтян. Ты слышал про египетские пирамиды?
          - Ну, слышал, - неуверенно поддакнул я.


          - В пирамидах хоронили египетских фараонов, - пояснил Витя. - Если попасть внутрь пирамиды, в Египте их очень много, то можно отыскать скрытые ходы и тайники, в которых спрятаны древние сокровища. Ученые ведут раскопки, изучают, как жили египтяне тысячи лет назад.


          Книгу Ильина я прочитал. Понравилось про Шампольона и египетские надписи. Мы ведь тоже можем найти надписи, которые неизвестны учёным, которые надо прочитать.
          - Если мы найдём древности, про нас в газетах могут напечатать, - размечтался я.
 
          - Не только в газетах, - уточнил Витя. - Фотографии наших находок поместят в книгах по истории, а сами находки в музей с указанием, кто их нашёл.
          Итак, было решено: плывём не просто в Африку, а в Египет. Это будет научная экспедиция.


И хотя в Африке индейцев нет, в память о гимназисте Чечевицыне из рассказа Чехова я стал называть себя Монтигомо Ястребиный Коготь, а Витя не возражал, когда я к нему обращался "Бледнолицый брат мой", он в самом деле был белобрысый и бледнолицый. Начальником экспедиции я безоговорочно признал Витю. Впрочем, мы не обсуждали и не решали, кто главней. Это была наша совместная экспедиция.


         
          Витя где-то раздобыл лодку, сказал, что заплатил сто рублей. Лодку причалил на территории гаража, закрепив цепью на замке. Место надёжное, ночью гараж охранял сторож.
    
         
          Лодка показалась мне маленькой. В длину чуть больше человеческого роста. Борта низкие, а дно изготовлено как лыжа. Мы в кино такие лодки видели. Во время войны лодку упряжкой прикрепляли к собаке, и собака вывозила раненых с поля боя. Почему и борта низкие, чтобы раненый сам мог перекатиться в лодку без посторонней помощи. А собак, мы про них в книжках про войну читали, называли санитарами. На них даже санитарную сумку закрепляли  со всем необходимым при ранениях, чтобы раненый мог сам себя забинтовать. На нашей лодке и кольца сохранились, пристёгивать собаку-санитара.


          Лодка вызвала у меня большие сомнения. По реке мы на ней свободно плавали. Двоих выдерживала и место для продуктов и других нужных припасов оставалось. Но при этом была такой неустойчивой, так опасно качалась, что легко могла зачерпнуть воды.

          Мы ежедневно тренировались, укрепляя мышцы в гребле веслом - двухметровой палкой, к концам которой гвоздями были прибиты фанерные лопасти.


          Однажды Витя предложил совершить дальнее путешествие на нашей лодке. В трёх километрах от города река перегорожена плотиной. В результате образовался большой широкий водоём длиной не менее километра, все в городе называли его озером. Я знал, что называть озером неправильно, но как все по привычке тоже называл озером.


Возле плотины стояла небольшая гидроэлектростанция, которая обеспечивала током весь наш город. Озеро было любимым местом купания. У кого были, приезжали на велосипедах. Остальные ходили пешком по дорожке через лес вдоль извилистой реки. Или более короткой дорогой по шоссе. Уходили на озеро, обычно, на весь день, а пройти три километра времени много не требовалось.


          В один из солнечных дней мы отправились в своё первое путешествие. Плыли против течения до самого конца города. А дальше река местами была такой мелкой, что приходилось вылезать из лодки и тащить волоком, ну прямо как «из варяг в греки». Мы про «варяг в греки» из учебника истории знали. Садились снова в лодку и плыли дальше.


На полпути к озеру есть очень красивое и таинственное место. Речку перегораживают небольшие валуны, по которым можно перебегать с одного берега на другой, не замочив ноги. Каменная гряда задерживает воду, и на реке маленький водопад. Так что в этом месте нам пришлось перетаскивать лодку прямо по берегу в обход каменного препятствия.


          Место здесь примечательно тем, что левый берег низменный, поросший в основном высокими елями, образующими лес до самого озера и дальше. Правый отвесным обрывом спускается к воде. Высокая стена из красного песка. На этой стене какой-то художник из местных жителей вырезал контуры громадного льва длиной метров пять или шесть, не меньше. Лев изображён в гигантском прыжке.


          Мы тут обязательно останавливались, когда пешком добирались до озера, чтобы посмотреть на диковинного льва и подивиться искусству неизвестного художника. Когда приходилось быть здесь одному, всегда становилось страшно, будто оказываешься в дремучем лесу один на один со львом.


          Но в этот раз мы были путешественники, пробирающиеся через заросли африканского леса, и нарисованный лев был совсем не страшен. Чем ближе приближались к озеру, тем медленнее продвигались вперёд. Нам всё чаще приходилось вылезать из лодки прямо в воду. В промокшей одежде мы толкали лодку впереди себя. Без лодки мы бы уже давно были на озере. Прошло много часов, стало пасмурно, а мы не дошли до намеченной цели. Тут ещё зарядил дождь.


Но дождь нам был уже нипочём, мы и без него вымокли насквозь. Нам даже было приятно, что попали в такие сложности  и трудности, которые смело и решительно преодолевали, как настоящие путешественники. Мы представляли себе, что находимся в настоящей Африке и нас поливает настоящий тропический дождь. Правда, мы не знали, тропический дождь такой же холодный, как у нас. Этого не знал даже начитанный Витя.


          К концу пути мы устали, но были довольны собой и горды тем, что смогли справиться с таким длинным и трудным маршрутом, не обращали внимания на вымокшую одежду, шагая вброд по реке под проливным дождём. Мы даже не пытались переждать и на время укрыться от дождя. Укрывать было нечего, и мы упорно шли вперёд.


          Когда увидели плотину, испытали то же, что альпинисты на подходе к вершине покорённой горы, или полярники, в двух шагах от полюса. Оставалось собраться с последними силами и перетащить лодку в озеро. Подъём к плотине был некрутой, так что, делая непродолжительные передышки, втащили лодку на дорогу возле моста, ещё метров тридцать-сорок и спустили лодку в озеро. Взобрались на верх невысокого берега и восторженно смотрели вдаль взглядом победителей на окружающий простор.


     Еды с собой не взяли, не думали, что наше путешествие растянется почти на целый день. Вдоль берега затащили лодку в ближайшие заросли под прикрытие наклонившихся ветвей смотрящего в воду дерева, привязали к корневищу, чтобы не унесло течением. Ещё раз взглянули на озеро и счастливые отправились домой. Обратный путь был намного короче.


     Через пару дней, отдохнув после трудного перехода, доставили лодку тем же путём по реке на своё место возле гаража. По течению добираться было быстрее и легче. Мы готовы были плыть в Африку.


          Витя в тайне от родителей насушил целый мешочек сухарей. Ещё у него было 78 рублей и 65 копеек, это чтобы купить хлеб, когда кончатся сухари. Главным снаряжением были удочки, чтобы по пути в Африку обеспечить себя пропитанием.



          Как только в школе закончились занятия, Витя договорился с одним из шоферов перевезти лодку на Гаую. Он объяснил, что остаёмся на ночь, с лодки ловить рыбу. Витя заверил взрослого дядю, что родители знают о нашей поездке на рыбалку. А какой же шофёр откажет сыну начальника гаража? Наш план удался на сто процентов.


          Чтобы родители за нас не беспокоились, зря не волновались, мы оставили записки, в которых всё понятно объяснили и успокоили, когда прибудем на место, сообщим письмом. Из Африки должны ходить письма. Каждый имел толстую тетрадь для ведения дневника, запас бумаги для писем и почтовые конверты.
   

          Летние ночи в Прибалтике светлые, правда, не такие, как за Полярным кругом, но в двенадцать ночи ещё не очень темно, а через час-другой начинает светать. Поэтому, не мешкая, мы спустили лодку на воду. Наше путешествие в Африку началось.



          Мы плыли уже больше часа по течению, грести было не надо, управляли веслом, чтобы на изгибе реки не врезаться в берег. При очередном опускании весла в воду лодка сильно накренилась. Чтобы не зачерпнуть воды, оба резко наклонились в противоположную сторону. Лодка медленно пошла ко дну. На наше счастье место оказалось неглубокое.


          Вытащили лодку на берег. Сухари промокли, но спички были упакованы надёжно в металлическую коробку, вода не попала. Развели костёр, лес рядом, стали сушить одежду. Высушили, оделись и улеглись спать на ветках возле костра.


          Проснулись, позавтракали подсушенными сухарями, и, соблюдая осторожность, продолжили путешествие.
      

          - Хорошо, что у нас спички не промокли, - говорю я. - В Африке проще, там будем разжигать костёр с помощью увеличительного стекла.
          - Здесь ни Африка, спички не раз пригодятся, - отвечал Витя.


          Как долго мы плыли, не знаю, часов у нас не было, когда впереди по левую сторону увидели машину с тем же шофёром, который доставил нас на рыбалку. Из кабины вышел отец Вити. Поначалу мы перетрусили. Испугались, что будет ругать за побег из дома да ещё куда, в Африку. Но отец Вити, молча, с шофёром водрузили лодку в кузов и нас отправили туда. Некоторое время спустя мы были дома.


          Отец Вити сообщил моей матери, что мы возвращены, живы и здоровы, после чего состоялся разговор.


          - Вы знаете, сколько границ должны были перейти, прежде чем очутиться в Африке?


          - Границы на суше, а мы же плыли морем, - отговаривался Витя.
          Я помалкивал. Как и Витя, никогда не слышал, что по воде можно провести границы.
          - Существуют морские границы. Морские пограничники на кораблях не пропускают суда, не имеющие на то разрешение. А чтобы попасть в Египет, надо иметь заграничный паспорт и визу.


          Долго он в тот раз с нами разговаривал. Рассказывал про Африку, сколько там всего неизвестного и неисследованного, сколько всяких тайн хранит африканская земля.
          Рассказывал о раскопках, которые ведутся на территории Древнего Египта. А для этого надо выучиться на архе... слово такое трудное, сразу не выговоришь, я позже в учебнике "История древнего мира" нашёл - на археолога.


          Но это сколько же надо ждать? Это когда ещё вырастишь и выучишься? Но отец Вити убедил нас, что нет другого способа попасть в Африку. После этого разговора мы много всяких книг прочитали про раскопки и археологию.


          Шли годы. Новые увлечения овладевали нашими помыслами. Мы всё реже и реже вспоминали о своём неудавшемся побеге в Африку. Но Африка продолжала нас интересовать и волновать.



P o s t   s k r i p t u m.  Ни Витин отец, ни десятилетние пацаны вообразить себе не могли, что десять лет спустя окажутся в Африке, в Египте. Там, где началось строительство Асуанской плотины. Будущее водохранилище должно затопить территории, на которых находились древнейшие памятники египетской цивилизации. В составе советской археологической экспедиции Монтигомо Ястребиный Коготь и его Бледнолицый Брат.  Студенты исторического факультета МГУ приняли участие в эвакуации памятников древности и раскопках на затопляемых землях.
 


П р и м е ч а н и е. Тех, кто желает вспомнить, из какого произведения заимствовано имя "Монтигомо Ястребиный Коготь", прочтите статью Александра Аничкина. В окошке "поиск": Александр Аничкин След когтя.
На открывшейся страничке кликните "Ъ-Огонек - След когтя.


Продолжение этой детской истории можно прочитать: www.proza.ru/2014/11/24/977

   


Рецензии
На это произведение написано 13 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.