Сочувствие

        Этим летом Игорь полюбил воскресные вечера, когда оживает старый парк, не слишком избалованный людьми. С раннего детства он мечтал стать мороженщиком. В волшебника, который прилетает «в голубом вертолёте» и дарит 500 эскимо, не верил. Сдав экзамены и перейдя на третий курс, Игорь осуществил детскую мечту. Взрослея, мы незаметно становимся другими. Многое, казавшееся важным,  не берем с собой в будущее. Игрушки уже не нужны, Новый год превращается в ночь без  волшебства. Лет до семи Игорь  порывался лепить котлеты вместе с мамой, но она почему-то не разрешала. Теперь, наверное, согласится, но желание поиграть в повара осталось в детстве. Игорь нащупывает в кармане брюк пластмассовую машинку – фишку из какой-то настольной игры. Это его талисман. Из всего мини-автопарка только кремовая легковушка добралась до  двадцатилетия хозяина, остальные сломались, отстали, попали в ДТП.
     Сегодняшний вечер нельзя назвать жарким. Воздух не горячий, скорее комнатной температуры, можно подумать, что над парком не купол неба, а потолок необычного цвета. Рабочее место Игоря расположено в нижнем правом углу небольшой открытой площадки в центре парка. Все дороги ведут сюда, как в Рим. Лавочки заняты. Гуляющие едят попкорн или лузгают семечки, чему очень рады голуби. Скоро эти пернатые жители города разучатся летать – лень. Ходи себе и клюй то, чем с тобой делятся. Мусора много, но птицы довольны. Время от времени через маленькое плато проезжает паровозик, везущий двух, трёх счастливых малышей с мамочками. Иногда Игорь представляет, что  продает мороженое не в городском парке, а на какой-то станции, где редко останавливаются поезда. Он вспоминает набоковского Ганина: тому казалось, что составы идут через комнаты...
      В начале шестого привозят караоке, настраивают, проверяют микрофоны. Многие слушают, как несильным, но не лишённым обаяния голосом, поёт Оператор. Так  Игорь зовёт мужчину, отвечающего за караоке. Его репертуар известен: шансон не лучшего качества, русский рок и самые неожиданные песни, соответствующие настроению. Начинают появляться завсегдатаи  кружка. Их можно встретить здесь или в баре на близлежащей улице. Эти люди ни разу не покупали у него мороженое, но в лицо друг друга они, конечно, знают. Игорь чувствует себя известным критиком популярного музыкального журнала или телевизионного канала. Имеется даже негласный хит-парад.
     Первым приходит Пять песен – высокий парень в джинсах и мешковатой майке. Чёрная бейсболка повёрнута козырьком набок, словно у маленькой птицы нет одного крыла.  Внешность небрежна или запущена, в руке, как всегда, бутылка дешёвого пива. Он присаживается на высокий бордюр рядом с Оператором и протягивает ему пиво. Тот, видимо, отказывается. Игорь неслучайно выбрал для этого парня такое странное прозвище.  Однажды он устроил сольный концерт, исполнив подряд пять песен. Самая любимая -  «Я хочу быть с тобой» «Наутилуса». Было ли в его жизни что-то похожее на описываемое в песне, или просто нравятся слова… Игорь  спрашивает себя: «А смог бы я ломать стекло, как шоколад, в руке...» - заглушая, таким образом, душевную боль.
      К прилавку подбегает мальчик, уговоривший маму купить мороженое. Женщина улыбается и просит совета. Игорь предлагает эскимо в белой глазури, которое предпочитает сам. Поблагодарив мороженщика, они направляются в сторону пруда с лебедями. Игорь хочет крикнуть им вслед, что вода из части пруда, находящейся справа от мостика, спущена, и бедные птицы в недоумении сидят на каменном дне. В части слева вода есть, там можно покататься на более удачливом лебеде – лодочке…
     Отвлекшись, Игорь не заметил, как Пять песен встал и взял микрофон. Он не изменяет своим вкусам. Имитатор саксофона играет вступление. Высокий, немного петушиный голос плывёт над парком. В проигрышах Пять песен прикладывается к бутылке.
      Неживую музыку порой заглушают детские голоса, похоже  их обладателям нет дела до Пяти песен и других взрослых. Достаточно одного взгляда, брошенного на них. Почти вся малышня чем-то занята: велосипеды, самокаты, куклы… Гораздо интереснее гулять просто под  присмотром, а не за руку с мамой или папой… Ещё лучше, когда рядом есть кто-то из друзей. Игорь обращает внимание на детей в центре маленькой парковой площади. Они следят за двумя бабочками. Парочка желтоватых насекомых явно раздражена тем, что ей мешают спокойно прогуливаться. Мальчик с ярким рюкзачком за спиной, похожим на обрывок крыла, отталкивает то одного, то другого приятеля, убеждая их в том, что он первым увидел бабочек. Никто не слушает. Бабочки поднимаются выше, туда, где им не грозит опасность. Девочка лет шести играет поодаль ото всех со своей тенью, как котенок. Она присаживается, принимает разные позы, жестикулирует, наблюдая за реакцией странного друга на асфальте. Игорю становится жаль этого одинокого ребёнка. Несколько малышей сосредоточенно управляют электромобилями. Между двумя из них, как нарушитель правил дорожного движения, показывается Учкудук.
      Это ещё один любитель попеть под караоке. Собственно, он исполняет одну и ту же песню, весело голося на весь парк. Учкудук одет в клетчатые бриджи, белую майку с человечком, нарисованным неровными штрихами: точка, точка, запятая… Образ завершают большие наушники. Игорь всегда задаёт себе вопрос: что он слушает? Невысокий, нескладный парень присоединяется к Оператору и Пяти песням. Они разговаривают, смеются, а потом Учкудук встаёт и берёт микрофон. Наушники он на время снимает. Со стороны видно, что он лопоух, возможно, из-за этого парень и притворяется меломаном, не расстающимся с музыкой даже на улице. Им, как всегда, весело. Улыбаются и некоторые случайные слушатели. Игорю уже не смешно. Иногда песня слишком долго держится в хит-параде и со временем надоедает. Пять песен ставит на асфальт пустую бутылку и куда-то уходит. Игорь знает, что он вернётся с новой. Учкудук заканчивает выступление и с видом счастливого человека направляется вглубь парка, кивнув на прощание Оператору. Его догоняет паровозик, вынуждая отступить на газон. Потом он продолжает свой путь по воображаемым шпалам, ещё дрожащим от грохота пассажирского поезда.
     Неожиданно к Оператору подходит женщина, сидевшая некоторое время на лавочке по диагонали от Игоря. Её светлые волосы убраны в хвост, на ней голубое летнее платье и остроносые туфельки того же цвета. Девочка лет тринадцати, по-видимому, дочь, не встаёт, увлёкшись поеданием попкорна. Она очень похожа на мать, но её не назовёшь копией, в каждой есть что-то своё. Волосы немного темнее, черты лица крупнее и выразительнее. На ней джинсы до середины голени и розовая майка. На Игоря накатывает какое-то двоякое чувство: ему хочется услышать, как поёт эта женщина, но в то же время  кажется, что она испачкается, прикоснувшись к микрофону, пропитается запахом алкоголя. Он завидует равнодушию девочки. Женщина в голубом долго ищет нужную песню. Игорь забывает о мороженом, об Учкудуке и ждёт. Микрофон в руках. Звучит музыка. Мелодии нет,  важен голос, только он. Сначала женщина поет неуверенно, потом появляются то ли обиженные, то ли убеждающие в чём-то нотки. Игорь сразу понимает, что песня на английском языке, неизвестном Оператору, микрофону… Он уверен, что все начинали слушать, будто музыковеды, профессора консерваторий, готовые усмехнуться с чувством собственного превосходства… Игорь слышит, как Гай Монтэг, безвинный преступник из повести Бредбери, читает никому не нужные стихи двум дамам, пришедшим в гости к его жене: доверья океан когда-то полон был и, брег земли обвив, как пояс радужный, в спокойствии лежал… Одна из них рыдает, но это не мешает ей донести в пожарную часть. Зачем эта женщина поёт никому неизвестную песню здесь, в парке, под звуки разноголосой музыки из десятка кафе, кольцом окружающих сердце городского оазиса? Он узнаёт песню и саму женщину. Девочка доедает попкорн и направляется к нему, словно под караоке грустит не её мать.
- Клубничное эскимо, - требует она у Игоря.
- Это твоя мама? – спрашивает он, подавая мороженое.
- Да, а что?
- По-моему, мы знакомы… Лет пятнадцать назад… Её зовут Екатерина?
    Девочка разочарована. Она догадывается, что парень говорит о времени, когда ходил в детский сад. Молча разрывает шуршащую обертку, надкусывает эскимо.
 - Что-нибудь ещё? – настаивает Игорь.
     Покупательница не слушает его.
     ...Мальчик сразу заметил двух незнакомых девушек, подошедших к воспитательнице. Они разговаривали и приветливо улыбались играющим детям. Несколько малышей, в том числе он, не сговариваясь, выделили Катю. Казалось, что девушки находились в мужской компании, где  все обожали одну из них, а со второй обращались чуть-чуть свысока. Если воспитательницы строго выдерживали дистанцию между собой и детьми, то практикантки быстро сблизились с группой. Они разрешали обращаться на «ты». Читали книжки, не заставляя весёлую ораву спать. В середине тихого часа Катя начинала негромко напевать. Странная колыбельная успокаивала детей. Игорь ещё не знал английского,  он просто слушал голос девушки, певшей то ли для себя, то ли для них. Все спрашивали, как называется эта песня, о чём она? Катя отвечала: «Sympathy» - сочувствие. Они не понимали, что такое «сочувствие». Девушка объясняла, что это чувство испытываешь по отношению к человеку, которому больно, одиноко, грустно. Если кто-то из друзей плачет, и у вас тоже наворачиваются слёзы, вот это и есть sympathy. Игорь, как и все остальные, слушал с серьёзным видом. Он ещё не умел долго размышлять о таких недетских вещах, но слово запомнил, первым из английских.   
   Город, даже небольшой, похож на толстую книгу, а каждый житель – на определённое слово, и если какое-то существительное встретилось с каким-то прилагательным на двадцатой странице,  это ещё не значит, что они снова окажутся в одном предложении на двухсотой… Во всём бывают исключения. Однажды Игорь увидел девушку, очень похожую на Катю. Мальчика смутили распущенные волосы, тёмная куртка, которая понравилась бы ему на ком-то другом. Он окликнул видение из недалёкого прошлого.  Ребенок не сомневался в том, что их дружба продолжается за пределами детского сада… Она даже не посмотрела в сторону мальчика. Обида обожгла его. В магазине, расположенном за углом, Игоря ждала понравившаяся игрушка. Радость детства спешила занять место взрослого разочарования. В тот раз он выбрал настольную игру - с несколькими яркими машинками на коробке и внутри неё!.. 
      Музыка смолкает. Раздаются два, три одобрительных хлопка. Почему-то Игорем овладевает злость: зачем Катя пела здесь, кому сочувствовала? Женщина возвращается к скамейке, и они с дочерью уходят. 
     Около девяти вечера Игорь идёт к выходу из парка. В нижнем правом углу маленькой площади, куда ведут все дороги, никто не торгует мороженым. Огромный зонт, прилавок с холодильной камерой и прочее находится  в фургончике, едущем сейчас по городу. Людей ещё много, некоторые идут навстречу, другие - в одном направлении с ним. Игоря обгоняет хрупкая женщина с маленькой девочкой на руках. В глаза бросается сумка, висящая на плече. Обе ручки кажутся двумя полукружьями из разноцветных бусин, которые не рассыпаются  мгновенным фейерверком. Сонный ребенок замечает надувных зверушек, продающихся слева от них. Но женщина говорит: «Мы  уже прошли их, а возвращаться – плохая примета».             

   


Рецензии
Дмитрий,и всё-таки жаль, что Игорь не решился окликнуть Катю, девушку, которая так сильно запомнилась ему в детстве.
Зато в рассказе ощущается некая тайна, связанная с Катей. Почему эта песня "Сочувствие" на английском языке стала её путеводной, почему она её пела для малышей 15 лет назад, почему в парке, где никто не поёт на английском в караоке?
Что-то особенное связано с этой песней у Кати?
Вы не знаете что?)
С уважением и интересом,

Светлана Весенняя   17.02.2018 19:48     Заявить о нарушении
Светлана, спасибо за отзыв! Самому стало интересно... Было лето, была песня, хотелось, чтобы все её знали!
С уважением,

Дмитрий Гостищев   18.02.2018 17:25   Заявить о нарушении
На это произведение написано 20 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.