Гвоздика на столе

Ночной поезд мерно постукивал и покачивался. Константин осторожно соскользнул с верхней полки, обулся и вышел в тамбур. Закурил. За мутным окном мелькали ночные огоньки.
Достал из кармана письмо и в сотый раз перечитал:
«Уважаемый Константин Витальевич,
Ваш рассказ «Вокзальная история» представляет интерес для нашего издательства. Предлагаю обсудить условия его публикации при личной встрече… Главный редактор…»
Прилагался адрес и телефон.
«Чего можно добиться в провинции? – размышлял Константин под грохот колёс. – Там, в болотной глуши, тебя окружают писатели местного значения, мнящие себя великими талантами и считающие публикацию в областной газетке огромным достижением. Но кому ты интересен за пределами области? А тут – письмо от столичного издательства, с конкретным заманчивым предложением».
Щёлкнула дверь и в тамбур вошла проводница. Прикурила тоненькую сигаретку, отвернулась к другому окну. Константину захотелось поговорить.
– Доброй ночи!
– Уже доброе утро! – улыбнулась проводница. – Скоро прибываем.
Миловидная девчушка лет двадцати, скромные серёжки, ни одного кольца, и без маникюра. Она, видимо, стеснялась той сигаретки, что оказалась в её пальцах.
– Меня зовут Костя. А вас?
– Оля, – тут Константин увидел на груди проводницы бэйджик с надписью «Ольга».
– Очень приятно! Можно вас спросить?
Оля с любопытством смотрела на странного пассажира.
– Знаете, Оля, хотелось бы подробней узнать о вашей работе. Как вы стали проводницей, что вас привело? Трудно ли работать в таком ритме? Каждый день с новыми, незнакомыми людьми. Вокруг вас столько всего интересного происходит…
– Чего интересного? – усмехнулась проводница. – Обычная работа. А вам-то зачем?
– Дело в том, – Константин слегка смутился, глядя на свои мятые спортивные штаны, – что я писатель. Меня всё интересует, вся жизнь вокруг. Я люблю общаться с новыми людьми.
– Особенно с молодыми студентками?
– А вы студентка?
Оказалось, что Ольга учится в железнодорожном вузе, на третьем курсе, а проводницей ездит от случая к случаю, поскольку состоит в студенческом отряде проводников. Больше всего работы у них бывает летом, когда штатные проводники массово уходят в отпуск, а ещё – под Новый год.
Константин задавал всё новые вопросы. Оля ему всё больше нравилась – такая чистая, открытая, чуточку смешливая… Третий курс… Но тут в тамбур ввалился ещё один курильщик – с волосатой грудью и вафельным полотенцем на шее.
– Огоньку не найдётся? – дыхнул пассажир на Константина.
Писатель угостил незванного попутчика огоньком и последовал за Ольгой в вагон.
– Мне пора! – нараспев произнесла проводница. – Через полчаса прибытие!
Константин загрустил и вернулся в своё купе, начал собираться.
По прибытии в столицу, спускаясь на платформу, он спросил:
– Вы всегда в этом вагоне ездите?
Ольга кокетливо улыбнулась:
– В одном из шестнадцати!
Константин закурил и отправился по адресу, указанному в письме.
«А мог бы получиться интересный сюжет для рассказа, – раздумывал он, – нечаянная встреча пассажира с проводницей, разговор по душам, а потом…»
Больше часа гулял писатель вокруг здания с многочисленными вывесками, прежде чем наступило девять утра и он смог войти внутрь. «Второй этаж, офис 220» – значилось в письме.
– Я к Николаю Николаевичу, по вызову, – сообщил Константин, войдя в приёмную.
Один из сидящих у двери главного редактора почему-то засмеялся.
– По какому вызову? – спросила девушка-секретарь.
Константин показал письмо.
– Вам не сюда, – пояснила девушка, – авторов принимают в комнате 222. Это налево по коридору.
В комнате 222 за компьютером сидел человек неопределённой наружности.
– У меня письмо, – обратился к нему Константин.
Человек взял письмо, прочитал и куда-то позвонил. На том конце не отвечали.
– Дело в том, что я ещё не смотрел ваш текст, – сказал он. – Подождите минутку.
Принялся что-то искать в своём компьютере, потом затих, изредка пощёлкивая мышкой.
– Николай Николаевич очень заинтересовался вашим рассказом, – сообщил он, наконец. – Считает, что этот текст неплохо вписывается в тематику нашего сборника. Мы ежегодно выпускаем сборник лучших произведений молодых литераторов. Объём – до двадцати листов, тираж – около трёх тысяч. В этом году мы обозначили тему «Оборотная сторона Луны», – и человек снова углубился в быстрое чтение.
Константин попытался соотнести тематику своего рассказа с понятием «Оборотная сторона Луны» и не смог этого сделать.
– Вот, – человек повернул голову от компьютера. – Я посмотрел. Очень хороший материал. Николай Николаевич совершенно прав – слог у вас великолепный. От себя добавлю: автор в совершенстве владеет темой; правда, диалоги кое-где хромают, но это поправимо.
Константин с удовлетворением почувствовал, что столица понимает толк в настоящей литературе. Но собеседник тут же продолжил:
– Однако, в таком виде рассказ не пойдёт.
– Что не так? – изумился автор.
– Не так, не так… – человек снова обратился к компьютеру и принялся рассуждать: – Давайте рассмотрим ваш рассказ в соотнесении с тематической направленностью сборника. Надеюсь, вы знакомы с редакционной политикой нашего издательства и знаете, что мы вовсе не стремимся к публикации дешёвых однодневок в стиле Донцовой-Марининой?
Константин оглушённо молчал.
– Тем не менее, – продолжал собеседник, – мы вынуждены считаться с запросами современного читателя, а точнее, покупателя. И вот тут ваш рассказ проигрывает. Почему? А потому, что, несмотря на все перечисленные достоинства, он банален и несовременен!
– Простите, как вас?..
– Сергей Сергеич, редактор отдела прозы. Извините, забыл представиться.
– Сергей Сергеевич, у меня все события современны, – робко попытался возразить писатель.
– Давайте анализировать. Пройдёмся по тексту.
– Давайте.
– Итак, ваш герой Славик прибывает из провинции, намереваясь покорить столицу своим литературным талантом. Банальная, избитая завязка. Далее: в вокзальном буфете он знакомится с хорошенькой девушкой, которая утеряла документы и не знает, как ей теперь добраться домой. Опять же – банальная интрига. И Славик начинает вникать во всякие подробности её жизни… Оказывается, что девушка на самом деле честная и не мошенница. Потом перед героем возникает проблема выбора: или помочь несчастной доехать до родного посёлка, отдав ей последние деньги, или устремиться к покорению творческих вершин. А что дальше? Вдруг выясняется, что она беременна третий месяц… И Славик принимает совершенно нелогичное решение: вместо того, чтобы прозреть, отказывается от грядущей славы и увозит эту девицу к себе в провинцию, а затем усыновляет ребёнка. Мораль: творчество принесено в жертву ради эфемерной любви. Разве это современно?
Константин немало удивился, как это Сергею Сергеичу удалось столь быстро уловить контекст и подтекст довольно длинного рассказа.
– Поймите, Константин Витальевич, это нереалистично, современный читатель-покупатель такое не воспримет!
Наступила пауза. Константин спросил:
– Простите, я не совсем понимаю, для чего же я тогда приехал?
Редактор удивлённо посмотрел на Константина:
– Вы приехали, чтобы опубликоваться в нашем сборнике! А для этого требуется немножко доработать ваш текст.
– Немножко доработать? – писатель почувствовал внутри заводящуюся пружину, – и в каких же местах?
– Послушайте, что я вам скажу, – Сергей Сергеич смягчил тон, – речь идёт о сущих мелочах. Но это такие мелочи, которые могут иметь решающее значение, как выражался один классик.
Константин не сумел отгадать, какой классик имелся в виду. А редактор снова защёлкал мышкой и принялся объяснять:
– Вот, смотрите. Ваш герой, покоритель столицы, по описанию напоминает стройотрядовского студента многолетней давности: потёртый джинсовый костюм, длинные нечёсанные волосы… Где вы найдёте подобного персонажа в наши дни? Это прошлый век. Давайте сделаем так: Славик, главный герой – этакий гламурный юноша с утончёнными чертами лица, обязательно серьга в левом ухе, и глаза… Глаза должны быть с некоторым налётом декаданса…
Константин зажмурился и с отвращением представил этого гламурного Славика в декадансе.
– Потом, вокзальный буфет… Почему буфет? Ресторан! Такой герой в буфет не пойдёт. А в ресторане он встречает… нет, не «миловидную девушку, потерявшую документы», как пишете вы, а довольно зрелую даму, одиноко сидящую за столиком под искусственной пальмой… Она устало пьёт коктейль и перелистывает какие-то бумаги. А дама эта – редактор солидного издательства, живёт без мужа.
– А зачем же эта дама-редактор оказалась в вокзальном ресторане? – саркастично спросил Константин.
– Это вы сами придумаете. Тут у вас полная свобода творчества…
Писатель попытался улыбнуться.
– В ходе непринуждённой беседы, – продолжал фантазировать Сергей Сергеич, – неожиданно выясняется, что среди бумаг, которые перечитывает дама-редактор, – рукопись вашего Славика. Тут же возникает взаимный интерес… Она приглашает автора в свой офис… Нет, лучше сразу домой.
– Зачем?
– Там они обсуждают рукопись и согласовывают необходимые редакционные правки… В процессе этого согласования между собеседниками возникает творческое притяжение, перерастающее в нечто большее… – Сергей Сергеич мечтательно взглянул в потолок.
Константин снова зажмурился и представил процесс согласования. А редактор продолжал:
– Тут бы не мешало добавить некоторые эротические моменты. Подробности, понимаете? Не переходящие за грань порнографии… В общем, эти персонажи должны сблизиться…
Пока писатель пытался вообразить подробности, Сергей Сергеич придумывал развитие сюжета:
– И тут возвращается домой сын нашей героини, назовём его Артур. Ему 18 лет, он студент, будущий ботаник, но пишет стихи и втайне мечтает стать журналистом. Мать вынуждена познакомить сына с любовником-писателем, и те неожиданно проникаются взаимной симпатией. Начинают тайно встречаться. Дело доходит до интима. Возникает любовный треугольник…
Константин не выдержал:
– Так что, вам нужен рассказ о педиках? Уж извините, нет у меня такого опыта!
– Не горячитесь, Константин Витальевич. Вы же литератор! Значит, должны правдиво и красочно отображать любые, даже нестандартные отношения… Итак, рукопись Славика уже подготовлена к изданию. Благодарный автор приходит к даме-редактору с бутылкой «Мартини» и они отмечают это событие. Празднование постепенно перемещается в постель… И тут, в самый проникновенный момент, Славик вдруг ошибочно называет свою любовницу Артуром!
Константин откинулся на спинку кресла и забился в истерическом хохоте. Редактор поначалу пытался его утихомирить, но потом решил переждать. Через некоторое время обессилевший писатель затих, опустил голову к коленям и принялся утирать слёзы.
– А далее наступает кульминация! Возмущённая дама-редактор презрительно отталкивает незадачливого любовника, и тут же в комнату неожиданно входит Артур, которого в тот день почему-то раньше отпустили с занятий. Немая сцена перерастает в бурное выяснение отношений… Финал мне видится таким…
– Постойте, постойте, – всхлипывая, заговорил писатель, – я знаю, что было дальше! После того, как всё выясняется, дама выхватывает сувенирный кинжал, висящий над любовным ложем, и убивает обоих парней, а напоследок совершает харакири!
Редактор задумался.
– Нет, это слишком мелодраматично. Я думаю, всё было так: дама прогоняет Славика, и тот, путаясь в штанинах, покидает квартиру. После этого Артур закатывает истерику и бежит вдогонку, настигает своего любовника на вокзале, где тот уже садится в вагон…
Константин после каждой фразы редактора продолжал всхлипывать, но уже не смеялся.
– Между ними происходит бурное объяснение, перерастающее в примирение. Артур переезжает жить в провинцию и совместно со Славиком начинает заниматься сельским хозяйством.
– А как же рукопись? – изумлённо спросил Константин.
– Рукопись… А что рукопись? – рассеянно пробормотал Сергей Сергеич. – Придумайте что-нибудь. Например: дама-редактор публикует эту рукопись под именем своего сына, чтобы рассорить молодых любовников. Но им это уже безразлично! Потому, что они приступили к совместному написанию нового автобиографического романа!
Константин перестал всхлипывать и грустно взглянул на редактора:
– Я такого не напишу. Не сумею, понимаете?
Отворилась дверь и в кабинет вальяжно вошёл полноватый господин в очках и полосатом костюме. Поглядев на Константина, спросил:
– Автор?
– Да, Николай Николаевич, – поспешил ответить редактор, – работаем.
Вальяжный господин протянул руку:
– Николай Николаевич, главный редактор.
– Константин… Витальевич.
– Это вы приехали сегодня по вызову?
– Я…
– И как успехи, Сергей Сергеич? – главный повернулся к редактору.
– Работаем, работаем… Согласовываем некоторые моменты…
– Тут вот какое дело, Константин Витальевич, – главный снова обратился к Константину, – публикация в сборнике – всего лишь первый шаг. Вы где печатались до сих пор?
– Немного в областной прессе, и ещё альманах…
– О, альманах! Братская могила… – иронично улыбнулся Николай Николаевич. – У нас другие перспективы.
Константин внимательно глядел на собеседника, а главный редактор продолжал:
– Я думаю, из вашего рассказа выйдет неплохой сценарий сериала. Вы же понимаете – это совсем другой масштаб.
– Но мой рассказ…
– Ваш рассказ очень перспективный, – спокойно продолжал Николай Николаевич, – немного доработать – и всё. Сергей Сергеич – опытный редактор, он вам поможет. Желаю успехов.
Главный неспешно развернулся и покинул кабинет.
– Ну, вы всё поняли. Нужно дорабатывать, Константин Витальевич. Вам сколько времени понадобится? – редактор заинтересованно глядел на Константина.
Тот молча рассматривал стену, украшенную натюрмортом. На картине был кувшин с двумя гвоздиками, а третья почему-то лежала рядом, на столе.
– Вы слышите меня?
– Да, да, конечно… Это серьёзно, насчёт сценария?
– Совершенно серьёзно. Очень перспективный рассказ, если только вы доработаете как следует.
«Интересно, почему третья гвоздика лежит на столе?» – раздумывал Константин, выходя из кабинета.
– Значит, через недельку ждём, – звучал вслед голос Сергея Сергеича.
На вокзал Константин отправился пешком, по знакомому маршруту. В голове прокручивались эпизоды будущего сериала.
Вдруг из переулка возникла женская особь бомжеватого вида и попросила закурить. Из протянутой пачки женщина вытянула грязными дрожащими пальцами сразу три сигареты и молча потребовала зажигалку.
– Можно вас спросить? – заговорил Константин.
Собеседница жадно затянулась ароматным ментоловым куревом и удивлённо округлила заплывшие глаза.
– Дело в том, что я – писатель, хотелось бы узнать о жизни столичного города. Как вы её видите и чувствуете с позиции обыкновенного человека? Если можно, расскажите немного о себе…
– Тебя как звать? – хрипло перебила собеседница.
– Константин.
– Знаешь, что, Константин… А не пошёл бы ты на…
Женщина развернулась и, пошатываясь, побрела прочь.
Писатель проводил её туманным взглядом, потом спрятал зажигалку и зашагал в сторону вокзала.
«Почему же эта гвоздика лежит на столе?» – не переставал думать он.

Иллюстрация Ларисы Бесчастной - http://www.proza.ru/avtor/belani


Рецензии
Написав мне в письме о "редакционной политике", Вы сами подсказали, над чем задуматься в Вашем рассказе: по-моему, над тем, как соотносится разнообразие жизни с её схемой в стандартном мышлении. И лежащий на столе цветок, почему-то выключенный из вазочки, - символ нестандартности, загадка, побуждающая к творчеству.

Мне легче жить: я выбрал жанр воспоминаний, а он не даёт вариантов: пиши как было, а не как хочется редактору.

Вашего Константина покоробила и рассмешила приверженность "опытного редактора" схеме и моде. С другой стороны, соблазнительна перспектива: выход в сценаристы, дальнейшее творчество... Что победит?!

Меня заинтересовала иллюстрация, специально выполненная по теме рассказа. А причина, что цветок - на столе, а не в вазе, может быть случайна, а, возможно, трагична: цветок отложен лишний, чтобы осталось чётные два: к траурной дате...

Спасибо!

Феликс Рахлин   17.09.2017 08:21     Заявить о нарушении
Спасибо за внимание к моему рассказу, Феликс Давидович!
Иллюстрацию-коллаж сделала, по моей просьбе, Лариса Бесчастная (там есть ссылка на её страничку). С ней-то я и поспорил, что смогу развить нелепый синопсис до полноценного рассказа. Возможно, получилось...
Попытался втиснуть в него несколько символов - и лишнюю гвоздику, и невинную проводницу, и грязную бомжиху с дрожащими пальцами.
Кого выберет мой ЛГ - остаётся только догадываться. Хотелось бы, чтоб он поступил по совести... И символ выпавшей гвоздики ему бы в этом помог.
С поклоном,

Алекс Ершов   17.09.2017 21:37   Заявить о нарушении
На это произведение написано 40 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.