Лекция в доме сетевого литератора

Меня пригласили в новую организацию. Называется «дом сетевого литератора». Позвонил приятный женский голос и предложил прочитать лекцию на тему «апокалиптичная сатира в современной блогосфере». Я глубоко (как шахтёр) задумался. Девушка томно вздохнула, я сразу согласился.
Договорились на вечер понедельника. Общество находилось в подвале дома № 6 на улице Белинского. Дом сетевого литератора на улице Белинского.
- Связь поколений, - сказала Ольга – девушка с томным голосом.
Она выглядела замечательно. Размером полтора на полтора, с маленькой кнопочной грудью и обритой налысо головой. В носу толстое кольцо. Губы фиолетового цвета.
Она говорила со мной, а я закрыл глаза и пытался представить Люси в небе.
- Здесь пригнитесь, - сказала она, когда мы спустились в подвал.
- Здесь поэт Подвальный раскиселил свою умную головку.
- Раскиселил? – спросил я.
- В Склиф отправили, - кивнула лысая голова.
- Это же в Москве, - удивился я.
- Именно, - сказала Ольга, - Склиф есть везде. Аккуратно,  здесь злые крысы.
Я содрогнулся.
В тёмном, обвитом трубами и стекловатой помещении, сгустился тяжёлый, влажный воздух. Под низким потолком висела мертвецки белая лампочка и воздушные шарики с надписями: «WWW решает» или «Литературу в массу», «Стихи РУ – царь ума», или совсем странное - «Артемий Троицкий тупая тварь».
На низеньких лавках уже сидели. Все – молодые люди до двадцати. Человек семь. Они тихо шушукались друг с другом, замолкли, когда вошли мы.
- Познакомьтесь, - сказала Ольга, представляя высоколобого юношу с вялыми, полузакрытыми глазами и плешивой бородкой.
- Зурбагон, - кивнул юноша.
- Может быть «Зурбаган»? - спросил я, - по Александру Грину…
- Нет, «Зурбагон», - ответил юноша, вяло шевеля губами, - «зурбаган» был занят.
Я не успел ответить, меня уже знакомили с другими слушателями.
- «Звиздучка», - представилась девушка с яркими губами и маленькой грудью.
Следующей была «Залушка» (с ударением на «у») - девица с красным  лицом и огромной грудью. Но я усиленно старался смотреть на лицо. Очкастый «Золотоблестит» схватил меня за руку, смотрел прямо в рот и что-то суетливо, сбивчиво говорил.
Милая девушка «Заебетале» наклонилась в реверансе и прошептала «а я сетевые стихи пишу, сударь».
- Польщён, - зачем-то ответил я.
Она улыбнулась. Её глаза, было похоже, сделанные из серого желе, затряслись. Удивительное зрелище.
Ольга проводила меня к импровизированной лекторской тумбе – ящику, на котором стоял ноутбук. Экран светился главной страницей Живого Журнала.
- Наша сегодняшняя тема, - громко объявила Ольга, - «Звёздная болезнь в сети. Девиация или норма?» Лекцию проведёт заслуженный деятель сетевых искусств «Зур-звездочёт».
Захлопали в ладони.
- Я никакой не заслуженный, - смутился я.
- А кто состоит в объединении «проза РУ» с 2001 года? Кто плевал на самого Питера Свиря? Кто, в конце концов, выиграл конкурс «лучший рассказ прозыру за ноябрь 2003 года». Как же вы не заслуженный, товарищ Зурзёнок?!
- Но я готовился к другой лекции, - обескуражено промямлил я. - Сатира апокалипсиса.. ну, что-то в этом духе.
- Прекрасно, но сегодня у нас буква «Зэ» и только «Зэ».
«зэ-зэ» - зашумел народ.
Делать было нечего. Я собрался с духом и затянул:
- Звёздная болезнь свойственна сетевикам – тысячникам. Эти авторы могут иметь славу извне, как отдельные бумажные писатели или артисты, которая распространяется и на сеть, куда приходят их поклонники и злопыхатели, оставляя сотни комментариев. И славу изнутри, когда автор, не прибегая к наружным средствам, добивается интереса к своим произведениям в сети. Зачастую эта слава выходит за пределы интернета…
- Какая параша, - прошептал хмурый юноша на переднем ряду, по имяни «Зе-борода».
Я сделал вид, что не обратил внимания на реплику.
- Есть авторы, так сказать, смешанного жанра, например, Евгений Гришковец.
- Згришковец, - поправила меня Ольга.
- Почему это?
- У нас сегодня буква «зэ».
- Хорошо, - растерянно протянул я, - Згришковец. Известный писатель, заведя блог в живом журнале, почти сразу вошёл в топ 10, благодаря, и даже в основном, своим именно сетевым трудам.
- Ты пидарас, - прошептал Зе борода. И я уже хотел разозлиться, устроить ему. Но хмурый юноша смотрел в сторону, будто и не мне говорил. Пока я сомневался, момент был упущен.
- Гришковец..
Ольга сверкнула глазами. Я поправился:
- Згрикшовец утопал в сетевой народной славе. На каждый его пост приходило до полутысячи сообщений. Сложно сказать, насколько это влияло на него. Однако, некоторое время назад, он – один из самых популярных блогеров рунета объявил о своём уходе из большой сети. Возможно, звёздная болезнь калечила его тонкую писательскую натуру, о чём он сам неоднократно заявлял в сети. Он писал «дорогие мои, вы меня так часто обижаете, мне тяжело. Я ухожу».
- Я помню это, - восторженно воскликнула краснолица Залушка, вскочила и сразу села. Массивная грудь последовала за ней.
- Ты пидарас, - снова прошептал сквозь зубы Зе борода, на этот раз громче предыдущего. Он снова смотрел в сторону, я не знал, как реагировать.
Некоторые тысячники активно пользуются своим положением, просят своих читательниц показать грудь.
- О, покажи сиськи, - проснулся Золотоблестит.
В комнате зашуршали голоса. Я, не сбиваясь, продолжил.
- Порой слава, это не радость, а беда тысячников. Звёздная болезнь нередко заставляет их мучиться. Любое их сообщение обрастает длинными ветвями разговоров, когда зерно теряется под бременем сорняков…
- Тварь. – Зе борода мрачно смотрел в пол.
Я не сдавался.
- Тысячник, простите за выражение, может покакать в сети, и даже на его фекалии отреагируют люди…
- Срать в сети не по-людски, - сказал Зурбагон.
- Не скажи, - слащаво протянула Звиздучка.
- Однако, как и во всех сферах жизни подобные морально-этические дефекты свойственны слабым характерам и плохим людям. Есть тысячники не подверженные никаким звёздным болезням. Они просто делают свою дело. Вот, например, замечательный бумажно-севтевой писатель Лара Галль…
- Злара, - перебила Ольга. В её голосе уже не скрывалось раздражение.
- Покажи сиськи, - снова ляпнул Золотоблестит.
- А давайте я покажу, - воскликнула Звиздучка. Задрала кофту, явив взорам розовый кружевной бюстгальтер нулевого размера.
- Превед, - неожиданно зарычал Зурбагон, - пусть жирная покажет дойки.
Он указал на Залушку.
Лицо её забагровело пуще прежнего. Однако, свитер подняла. На свет подвальный вывалилась большая розовая грудь без лифчика.
- Это строго конфиденциально, - сказала она.
- Само собой, - закивали люди, - онли френд. Подзамочно.
- Объявляю мемарандум, - громко воскликнула организатор Ольга, - выход из сети- органы наружу.
- Органы наружу, да! – одобрительно загудели собравшиеся.

- А у меня нога отстёгивается! – радостно заявил Золотоблестит. Закатал штанину и ловким движением вырвал из сустава правую ногу. Внутри она оказалась полой. Золотоблестит с нескрываемой радостью перевернул её, как чашу. На пол посыпался белый порошок.
- Жги-гуляй, - заверещала милая Заебетале, вскидывая руки, тряся желеподобными глазами.
Зурбагон вытащил из кармана скальпель и быстро ковырнул собственный глаз.
Публика восторженно ахнула.
Ольга из ящика достала плоскогубцы и предложила мне «обнажить правду».
- Нет, что вы? – испугался я, - спасибо, но…
- А я говорил, что он пидарас, - поднялся со своего места Зе борода, не сводя взгляда с пола - КэГэАэМ одним словом. Предлагаю бан.
- Бан, бан! – поддержала публика. Банить этих флузеров! К чертям! Бан-бан!

Последнее что помню – молоток в руках Ольги.


Рецензии
Её глаза, было похоже, сделанные из серого желе, затряслись.

понравилось. спасибо

Борис Плющиха   03.08.2012 07:10     Заявить о нарушении
да, фраза катастрофична.

спасибо.

Першин Максим   09.08.2012 11:09   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.