Как подавать милостыню

 
Дело было в канун Рождества, когда  мне неожиданно отдали тысячу рублей долга двухлетней давности, который я давно списал  как  «невозвратный» и смирился с потерей. Ну, так получилось в силу разных обстоятельств – приезды-отъезды должника, болезни-командировки меня самого, переезд в другой район. Вот как-то так, без злого умысла тянулось,  а  потом как бы заросло и забылось…   А тут встречаю случайно  в универсаме Должника -  весёлого, с покупками в корзинке, буквально нос к носу, и он  с извинениями, шутками и поздравлениями отдаёт мне эти тысячу рублей двумя бумажками по пятьсот.  Прямо как будто эти деньги я просто нашёл, вот шёл-шёл – и нашёл,  с неба упали!
   А канун Рождества, народ в магазине роится, и подумалось мне: - дай- ка я доброе дело сделаю, отдам я эти две пятисотки каким-нибудь двум старушкам, пусть себе что-нибудь вкусненького купят к празднику. А как отдать? Подойти и просто в руку сунуть,…а  что сказать или ничего не говорить? -  Обидится,  испугается, недопоймёт что-нибудь… Тут вижу, как-раз в хлебном отделе подходящая для « Рождественского благодеяния»  старушка стоит, задумчиво полбатона выбирает – котиковая шапочка  молью побитая, пирожком, пальтишко потёртое порыжевшее на спине, перчатки  штопанные… всё бедненько, но чистенько.
  Думаю, - сейчас подойду, как бы хлеб помягче выбираю,  - и суну ей в карман пальто пятисотку. Переминаюсь рядом, примериваюсь… Ах ты, чёрт возьми, оказывается, деньги подсунуть не проще, чем вытащить,  ну, наверное  - мне, дилетанту, а не профессионалу-карманнику! А бабулька вдруг посмотрела  на меня прозрачными выцветшими светло-серыми  глазами… ( ах, -   испугался я, заподозрила, наверное, что я её обворовать хочу, а я-то  ведь, наоборот…) и говорит: « Я смотрю, вы так тщательно хлеб выбираете, я вот тоже ищу, для диабетиков булку… Посмотрите, вот, а то шрифт мелкий, не вижу…» И суёт мне в руки упаковку. Руки-ноги мои трясутся, мелкие буковки  прыгают, рецептуры читаю, на её карман глазом кошу, в другой руке пятисотка сложенная потеет… Разобрались с булкой, перебрав несколько упаковок, она меня горячо поблагодарила, в овощной пошла, я за ней. Она три морковки и две свеколки в мешочек кладёт, а я к другому её карману, немного отвислому, примериваюсь,… - ну, никак не получается, не могу;… бабулька к кассам пошла, и тут меня осенило, как деньги подбросить! Главное, сразу за ней встать,… подрезаю тётку с тележкой, за своей старушкой встаю и, дождавшись когда она корзинку на уголок расчётного узла пристроит,  - подбрасываю купюру ей туда и  как-раз умудряюсь уронить её между кулёчком с морковкой и упаковкой полбатоновой…
  Фууу, - никто ничего не заметил, кажется, -  ни кассирша, ни бабулька, ни тётка с тележкой, что, ворча, за мной пристроилась. За свой хлеб заплатил, сдачу схватил, не глядя, стою рядом со столом упаковочным, как бы пакет полиэтиленовый по карманам ищу. На старушку смотрю, - найдёт ли пятисотку? А вдруг – не увидит, или та под её неведующими пальцами сквозь решетчатое дно провалится на пол? Вижу – углядела она пятисотку, свой потёртый кошелёк открыла и задумчиво так его содержимое рассматривает. Я делаю вид, что рекламой над упаковочным столом чрезвычайно заинтересовался, а сам на её  манипуляции косяка даю. Она кошелёчек растопырила, вижу  краем глаза - там пара сотен и десятки виднеются, бабулька вздохнула, головой покачала и пятисотку в кошелёк сунула, пробормотав: «…совсем памяти не стало,… хорошо – не на пол выронила…» Похоже, она подумала, что из дома пятисотку взяла, забыла  об этом, и в корзинку из кошелька выронила.
   Ну да ладно, главное, что купюра к ней попала, теперь надо вторую пятисотку пристроить. Сделал вид, что забыл что-то купить, опять корзинку взял и к прилавкам вернулся. Теперь опыт есть, как купюру подсунуть;  присмотрел снова бабульку в вязаной шапочке сверху шарфом подвязанной, куртка на ней явно китайского производства, варежки самовязаные в сухом кулачке, другой ручонкой тележку катит;… я пару бутылок пива и пакет чипсов схватил, за бабулькой на кассу пристроился и ловко так между пакетами с кефиром пятисотку-то и  сбросил. Вот бабка к кассиру подходит. Потёртый кошелёк достаёт, а  свободной рукой свои упаковки кефира из тележки на траспортёр  выкладывает, видит пятисотку, спокойно её берёт,  кошелёк пошире раскрывает и суёт туда… А там, мать честная! – тысячные и пятитысячные купюры топорщатся! Я глаза вылупил и аж крякнул, бабка на мой кряк оглянулась,  взгляд мой в свой кошелёк проследила, губы поджала и, пробормотав: «…ходют тут всякие…» - рванула с тележкой от меня поскорей к дальнему упаковочному столу.
  Ну а я, несколько обескураженный, но с сознанием   исполненного  доброго дела  пошёл себе восвояси,  повторяя про себя, а то и вслух:  «…всякое даяние есть благо; не человеку подаём а Господу  во спасение души;  умерь гордыню, ну и что,  что даяние осталось незамеченным;  первой-то бабульке  наверняка пятисотка пригодится…»
Пришёл домой, налил себе пивка и, заедая чипсами, подумал: как  в старые времена было правильно, что в деревнях во входных дверях в избу делали маленькую дверку со ставенкой на уровне груди, чтобы, когда подавали милостыню страннику или нищему, не видеть лица друг друга -   «…чтобы дающий не гордился, а берущий не стыдился…» 

P.S. Это действительное происшествие, ни слова выдумки.


Рецензии
Ах, какие мы застенчивые и какие у нас проблемы!

Вадим Фомченко   03.11.2013 19:24     Заявить о нарушении
Вадим, прошу у вас прощения, просто у меня есть похожий рассказ а как предложить не додумался. Писать рецензию, так несильно меня тронули перипетии гг.
А миниатюрка здесь:
http://www.proza.ru/2017/02/19/859

Банев Виктор Георгиевич   28.08.2017 15:40   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.