Алексей Саврасов: певец русской природы. «Грачи прилетели» и «Распутица»
И.Э. Грабарь во «Введении в историю русского искусства» справедливо отметил, что Поленов, создавая «Московский дворик», двигался в том же направлении, что и Саврасов. По мнению критика, именно с этих двух полотен — саврасовских «Грачей» и поленовского «Московского дворика» — «начинается новая эра в пейзаже». Но если Поленов открыл зрителю поэзию дворянских гнезд и уютных уголков старой Москвы, то Саврасов первым заставил увидеть душу в самом обыденном, в ничем не примечательном русском пейзаже.
«Грачи прилетели»: рождение национального шедевра
Картина «Грачи прилетели» (1871) создавалась не на пленэре, а в мастерской, но на основе тщательно собранного натурного материала. Метод работы Саврасова был долгим и вдумчивым: он писал методом постепенного наложения красок, добиваясь той самой естественности, которая поражала современников.
Почти полностью из первого этюда была перенесена центральная часть — окраина провинциального местечка со старинной пятиглавой церковью, деревянными домиками и забором. Однако итоговый вариант значительно богаче: введенные дальние планы — поля и река за ними — придали пейзажу необходимую пространственность и эпическую широту.
Композиционный строй
Саврасов изменил и саму композицию. Вертикальность первоначального этюда уступила место более гармоничному соотношению вертикалей и горизонталей. Асимметрично сгруппированные березы переднего плана создают ощущение естественного, живого беспорядка — грачи хлопотливо вьются вокруг гнезд. Но композиция не рассыпается: слева группу деревьев уравновешивает шатровая колокольня, своей устремленностью ввысь перекликающаяся с тонкими ветвями берез. Горизонталь забора на втором плане подчеркивает протяженность пространства, а слегка срезанные краем холста стволы боковых деревьев словно раздвигают границы холста, приглашая зрителя войти в этот мир.
Колорит и световоздушная среда
Особое восхищение современников вызвал «весенний свет». Саврасов отказался от горячего, насыщенного солнца этюда в пользу сдержанной, но пронизанной светом гаммы теплых серо-коричневых и холодных серо-голубых тонов. Благодаря тончайшим лессировкам и безукоризненной светотени он добился удивительной прозрачности и воздушности.
Пластика берез, чьи верхние ветви словно тают в небе, розоватая золотистость снежного бугра у забора, прозрачные голубые тени на рыхлом снегу — все это создает ощущение едва уловимого, трепетного дыхания весны. Даже далекие поля написаны с учетом рефлексов и переходов света от облаков. В изображении старой церкви чувствуется искреннее восхищение художника гармонией древнерусского зодчества: живопись деликатно моделирует форму, передавая влажность оттаявшего камня и тепло освещенной стены.
Новизна и значение
В «Грачах» не было ничего эффектного или нарочито красивого. Саврасов открыл значительность в повседневном, поэзию в том, мимо чего зритель проходил сотни раз. Именно это и стало революцией. Картина была впервые показана в Москве, но настоящая известность пришла к ней на Первой передвижной выставке.
И.Н. Крамской в письме к Ф.А. Васильеву дал поразительно точную оценку: «Пейзаж Саврасова „Грачи прилетели“ есть лучший, и он действительно прекрасный... Но всё это деревья, вода и даже воздух, а душа есть только в „Грачах“». П.П. Чистяков вторил ему, отмечая, что картина производит «полное впечатление чистого художественного произведения». Даже В.В. Стасов, подробно описавший пейзаж, не прошел мимо его широты, хотя и не акцентировал главное — ощущение наступающей весны, которое и составляет душу этого полотна.
«Распутица»: поздний шедевр
Если «Грачи» стали манифестом раннего Саврасова, то картина «Распутица» (частное собрание), написанная в деревне Покровское-Фили, явилась своеобразным лебединой песней мастера. В этой работе живописное дарование художника, его чувство цвета и света вспыхнули с особой силой, возможно, в последний раз.
Сюжет предельно прост и будничен: растаявшая, залитая водой дорога, березовая роща, деревенские избы и в туманной дали — храм Покрова в Филях. Но именно здесь Саврасов проявляет себя смелым колористом. Грязная, затопленная дорога с черными полосами оттаявшей земли написана множеством оттенков — сероватых, палевых, голубоватых. Эти, казалось бы, невзрачные краски в сочетании с палевыми отсветами по сторонам дороги и голубым сиянием на снегу в лужах рождают удивительное свечение, приподнятость и ощущение «прелести предвесеннего состояния».
Пространство строится активно: от крупноплановых деревьев на переднем плане до мягко тающего в дымке силуэта храма и озаренных светом полей. Пожалуй, лишь опушка леса слева проработана несколько условно, что выдает трудности, с которыми сталкивался художник в поздний период. Но в главном Саврасов остается верен себе: он вновь показывает нам «закрытое плотной завесой повседневности», учит видеть прекрасное в обыденном.
Заключение: завещание мастера
«Грачи прилетели» и «Распутица» — два полюса творчества Саврасова. Первая картина стала символом русского лирического пейзажа, точкой отсчета новой эры. Вторая — поздним, щемящим напоминанием о том, каким тонким лириком и смелым живописцем был этот художник.
Саврасов не просто изображал природу — он очеловечивал ее, наполнял сложной гаммой чувств. Его завоевания вошли в плоть и кровь следующего поколения пейзажистов — от Василия Поленова до Исаака Левитана. Он научил русское искусство слышать «душу» в шелесте берез, в крике грачей, в тихом таянии снегов. И в этом — его бессмертие.