Врач

Очередная бессонная ночь позади. В груди — привычная тяжесть. Тяжесть безнадёжного ожидания. Хотя кажется, что уже ни на какие эмоции не осталось сил. Пустая заправленная кровать, невыключенный свет в коридоре и остывший кофе на столе.

Радио, словно закадровым голосом в фильме, почти точь-в-точь описывает то, что происходило с ним последние два месяца:

Он страдал, если за окном темно.
Он не спал, на ночь запирал окно.
Он рыдал, пил на кухне горький чай
В час, когда она летала по ночам.

Сергей не любил чай. Впрочем, как и эту песню. Встав и с раздражением выключив приёмник, начал разминать затёкшие конечности. Воспоминания последние часы сменяли друг друга.

— Сынок, она, конечно, хорошая, но мне кажется совсем тебя не любит...

Даже родная мать, приехавшая навестить сына из деревни, уже через пять минут увидела то, что он отказывался замечать.

Он познакомился с Лизой на приёме. Подрабатывал вечером в частной клинике терапевтом:

— Страховая компания направила к вам, говорят вы чудеса творите...

С её лёгкой лести и бессовестной улыбки началось их знакомство. Сергей с первой минуты старался выглядеть опытнее, солиднее. В первый же день пригласил в недавно открытый модный ресторан. Дорогое вино, необычные блюда и щедрые чаевые унесли с собой четверть его заработной платы. Первое свидание словно заложило некий уровень, ниже которого Сергей уже не позволял себе опускаться. Вместо прогулки по парку — поездка в дорогой дом отдыха, кино — частный зал закрытого кинотеатра, кафе — заведения только известных рестораторов. Текущая наличность закончилась уже к четвёртому свиданию. В ход пошли отложенные на покупку машины деньги.

Лиза никогда не требовала подобного времяпрепровождения, не просила дорогих подарков. Не то чтобы она была лишена снобизма, но кто из приезжих молодых девушек не без него? Но воспринимала всё происходящее как должное.

Она приехала из далёкого Нефтеюганска и работала простым секретарём в нефтяной компании. И будучи достаточно привлекательной особой, Лиза понимала цену своей внешности. Так, по крайней мере, казалось Сергею. Они стали парой, но Сергей всё больше старался произвести впечатление на Лизу.

Запасы наличных кончились, а заработная плата врача хоть и коммерческой клиники не позволяла молодому доктору поддерживать тот же уровень расходов. Сергей стал подрабатывать в «Скорой помощи». Тяжёлые ночные смены переходили в длинные рабочие дни в клинике. Он приноровился спать между приёмами пациентов, но заведующая, заметив это, приняла мгновенное решение о его увольнении.

Теперь днём Сергей мог высыпаться, чтобы вечер перед ночной сменой проводить с любимой. Однако Лиза не спешила возвращаться домой, стала чаще задерживаться в центре, «пережидая пробки». Какое-то время он встречал её после работы, сидел с ней в кафе, поддерживая её разговоры о «модном, новом, современном». Потом она уезжала к нему домой, а он — на работу.

Вскоре он перестал ездить в центр, а в одни выходные решил провести время дома, никуда не выезжая. О том, что ей скучно Лиза заявила сразу же после полудня. И впервые проявила непреклонность — уехала встречаться с подругами.

«Мы с подружками в бассейн, буду завтра» — где-то услышанная глупая, тривиальная шутка стала нетривиальной реальностью Сергея: Лиза всё чаще стала проводить свободное время без него, пропадая в бесконечной череде тусовок неспящего города.

Сергей никогда не говорил Лизе, что любит её. Хотя это чувство, казалось, возникло уже в первый их вечер. Сейчас внезапно пришло новое чувство. Пахнущее чем-то кислым, оно вызывало неприятную боль в животе и держало повышенным уровень адреналина. Ревность.

Мужские голоса в её мобильном. Сообщения, приходящие ей уже поздней ночью. И как итог — Лиза не ночевала сегодня дома. Он должен был уехать на ночную смену, но приятель попросил сменить его. Лиза написала вечером: «Задержусь с подругой и, наверное, не успею тебя застать. Хорошей смены тебе))))».

Большое количество скобочек — бич современного общения. Чем больше неловкости у собеседника — тем больше смайликов. Странно, что при том же самом разговоре в реальности люди улыбаются гораздо реже.

Мысли путаются и, кажется, Сергей всё же проваливается в сон. Внезапно дверной замок щёлкает. Лиза молча заходит и начинает собирать вещи.

— Где ты была?
— Прости. Я ухожу от тебя.

Уверенные и спокойные движения. Он восхищался ею даже сейчас.

Понимая, что ничего уже не исправить, Сергей встаёт и идёт в душ. Да и нечего исправлять — ничего сломано не было. Впрочем, как и не было построено. Слишком разные, слишком далёкие друг от друга люди. Однако глупые (ли?) воспоминания берут верх и, не удержавшись, Сергей выбегает из ванной.

Спешно одевшись, бежит по лестнице вниз за уже исчезнувшей любимой. В дверях, натолкнувшись на дворничиху Егоровну, что-то грубит ей, отталкивает и выбегает в уже пустой двор. Вдали видит удаляющуюся машину.

В животе словно разрываются с каждым вздохом мышцы, связки, нервы.

Вечером, проснувшись, решает отправиться к приятелю. «In vino veritas» — вспоминает с улыбкой первый курс латыни.

Однокурсник Вася работает в морге. Большой, молчаливый, с очень суровым внешним видом, но с большой и нетронутой почти детской душой внутри. Они подружились ещё на первом курсе:

— Сергей.
— Василий.

Это было почти единственное, что они сказали друг другу за год. Но сидели они с тех пор всегда рядом, лишь молча пожимая друг другу руки при встрече утром и так же молча прощаясь вечером. Годы шли и они стали по-настоящему близкими друзьями.

Десять вечера. Вася встречает его возле морга. Выбросив докуренную сигарету в урну, открывает дверь, пропуская друга. Старичок-охранник на входе приветливо здоровается с Сергеем. Идут в «живой уголок» — так Вася в шутку называет свой кабинет в морге.

— Ушла?
— Ушла.

Вася неловко обнимает Сергея, похлопывая по плечу. Так же неловко достаёт из шкафа бутылку спирта. Пить они оба не умеют и через полчаса уже смеются, еле ворочая языком.

— А ты знаешь, что патологоанатомы могут лечить и живых людей... просто не хотят.

Вспоминают как будучи студентами-второкурсниками перед сдачей госэкзамена по анатомии так же подрабатывали в анатомичке. У их группы был свой труп, на котором они изучали весь год строение тела. Они прозвали его тогда Русланом. На 23 февраля девочки в шутку купили подарок в том числе и ему. Соседняя группа, прослышав об этом, назвали свой труп Людмилой. Патологоанатомы, работающие в морге анатомички, шутя предложили поженить Руслана и Людмилу. А так как холодильники в морге состояли из двухместных боксов — с тех пор Руслан и Людмила проводили все ночи вместе. Это стало своего рода символом крепких отношений для всего потока.

— Ты хочешь быть моим Русланом? — шутили девушки, когда ухажёр с курса предлагал начать серьёзные отношения.

Вспоминают как в этом же самом морге, так же напившись ночью, решили снять кино. Спрятали трупы за прозрачными занавесками и когда главная героиня входила в зал, шевелили ими, издавая страшные звуки. В ключевом и самом страшном эпизоде они внезапно услышали грохот у двери. Старик-вахтёр, услышав шум, решил проверить и, войдя в анатомический зал, увидел девушку в крови и два труппа, спрыгивающих с окна. Бедолаге стало плохо, но закончилось тогда всё, к счастью, хорошо.

— Серёг, не переживай ты так. Не Людмила же она твоя. С самого начала понятно было...

Утром не проронив и слова, как когда-то давно, пожав друг другу руки, расходятся. Сергей едет на работу.

Вызовов в течение дня немного, больше времени занимает дорога.

— Машин сегодня сколько! Ни сирена не поможет, ни мэр, только Моисей.

Напарник смеётся странной шутке водителя, периодически заглядывая в телефон. Переписывается с кем-то, улыбаясь. «С Людмилой своей, наверное» — без злости ухмыляется Сергей и внезапно для себя предлагает подменить напарника на вечерней смене. Тот с благодарностью соглашается, чуть не кидается с объятиями на Сергея и тут же начинает писать что-то в телефон с ещё более широкой улыбкой.

«День Шрёдингера» — время летит очень быстро, но каждая минута тянется бесконечно медленно, будто застыв.

Вечером они получают вызов по адресу Сергея. Пожилая женщина. Давление.

— Вы уж простите, что вызвала вас. Чёртово давление. Адельфан закончился, а простая валерьяна не помогает уже лет десять.

Дворничиха Егоровна встречает их неловкой улыбкой. Сергей научился отличать пациентов — кому действительно плохо от тех, кому не хватает внимания — по вот этой самой улыбке.

Проверив давление и дав таблетки, Сергей с напарником прощаются и уходят. На выходе Егоровна останавливает Сергея и пытается положить в его карман деньги.

— Бери, бери, молодой. В вашем возрасте денег много не бывает. Я богатая никому не нужная бабка могу себе позволить сказать симпатичному доктору спасибо.

Сергей всё-таки отдаёт обратно деньги Егоровне и, вспомнив вчерашние события, извиняется за утреннюю грубость:

— Вы лучше простите меня за вчерашнее. Любимая ушла... Зато теперь холостяк завидный — прям как вы.
— И прям как у меня сердце тоже болит... Не вижу что ль? Да и не вчера она ушла... ты так каждую неделю выскакиваешь на улицу. Догонять ту, которая уехала отсюда уже несколько лет назад.




Изображение в заглавии: В. Ван Гог «Сосны и фигура в саду...»
Рекомендуемая мелодия: Lucinda Williams «Are you alright?» www.youtube.com/watch?v=SF69TgYVNzk


Рецензии
Умно, тонко, с юмором и написано и легко читается. А затрагиваемые проблемы - из очень злободневных, редко обсуждаемых, но не исчезающих...
Понравилось!

Татьяна Мануковская   19.03.2017 14:10     Заявить о нарушении
Рада Вам, Татьяна, как всегда! И спасибо за добрый отзыв!

София Лагерфельд   20.03.2017 11:02   Заявить о нарушении
На это произведение написано 57 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.