Вот сюрприз, так сюрприз!

                                                     Самое простое в жизни – понять, какой
                                                     мост следует перейти, а какой сжечь.
                                                                                                   Э.М.Ремарк

                                            Жизнь любит нагнетать мрак для того, чтобы
                                          потом ярче блеснуть своей светлой стороной.   
                                                                                                      П.Коэлью



     Встреча с этим человеком вдохновляла, заставляла учащённо биться сердце. После разговора с ним не оставалось и сомнения, что на свете есть любовь. Та самая, которая не только реально существует, но оказывается сильнее болезни, времени и даже смерти.
    Жизнь замесила круто: служба в пограничных войсках, хирургия и любовь. Служба в армии определила его жизненный выбор. Хирургия – предназначение. Любовь к людям – призвание. Ну, а под новый, 2015 год жизнь преподнесла ему сюрприз – женщину-врача, ставшую его судьбой.

    Евгений Петрович – талантливый хирург, избравший медицину главным делом своей жизни, накануне Нового года, точнее, уже с конца ноября находился в полустрессовом состоянии.
    - Ты посадишь своё сердце, Евгеша, а тебе ведь всего сорок лет, - бурчала из соседней комнаты мама, Глафира Ивановна, которая недавно отпраздновала свой 65-летний юбилей. – Кстати, почему я не вижу в нашем доме Марианночку? Ты что, порвал с нею отношения? Вы же в загс уже собирались!..
    - Какой загс, мама? Какая Марианночка?! Дело всей моей жизни под угрозой. Клиника, которую я создавал таким трудом, вложив, кстати, и денежки от продажи вашей с папой шикарной дачи, раз-ва-ли-ва-ет-ся.
    - Как это? Ты, один из лучших хирургов города, которого все уважают… Хотя мы с отцом до сих пор не можем понять, зачем ты сделал такой выбор. Это же очень сложно, Евгений! Но тебя всё-таки любят. У тебя столько клиентов! О чём это ты говоришь?
    - Не клиентов, а пациентов, пусть и платных. А уважают… меня, мама, может быть. Но дело не только во мне. Дело-то в том, что хорошие врачи, медсёстры и даже нянечки бегут за бугор в поисках большого куша.
    - Неужто так плохо, сын? Так мы с отцом готовы помочь. Я пойду дежурной сестрой. В конце концов, у нас в университете военная кафедра была, уколы и перевязки делать учили. А папу можно использовать в роли санитара.
    - Спасибо, мама, но вы не потянете. Возраст, мама, возраст. Тебе уже 65, а папе вообще скоро 70.
    - Потянем, сынок, потянем. Старый конь борозды не портит.
    Евгений подошёл к матери, обнял её за плечи, погладил по начинающей седеть голове и сказал:
   - Мама, ну, как ты не понимаешь? Это же не решает проблему.
    Мать задумалась.
    - А знаешь, у Насти из Костромы, моей двоюродной племянницы, с которой ты, впрочем, не знаком, дочка в этом году должна была закончить медицинский. Я вот забыла у Настеньки спросить: Лерочка-то её диплом получила? А теперь, если хочешь, спрошу, благо ты меня письма по компьютеру писать научил, чем её дочка там, в Костроме, занимается. Может, без работы сидит, а может, и не закончила ещё…
    - Спроси, но не забудь поинтересоваться, какая у неё специализация. А если диплом есть уже, то что в нём написано. А впрочем, ты пиши, а я от себя вопросы тисну, чтоб тебе не мучиться. Только договор: не пишем прямо, зачем спрашиваем. Ты в этом смысле умница. Постарайся обходным способом всё узнать, а я тебе сейчас на бумажке вопросы напишу, но ты их под себя переделай. Однако мне как минимум пять врачей нужно, а сестёр – и того больше. И твоя Лерка проблему всё равно не решит. Ладно,  я побежал.
    Дверь в прихожей хлопнула, а Глафира Петровна включила процессор.


                                                       ***


    Часов в восемь вечера Евгений вернулся домой.
    - Что-то ты рано сегодня, сынок.
    - Дома надо поработать побольше. А потом спать лечь пораньше: завтра мне в шесть вставать. Да, кстати, ты в Кострому мэйл отправила?
    - А как же, Евгешенька! Уже и ответ получила. – Она взяла клочок бумаги со стола и добавила: - Вот у неё какая специальность. «Игло-рефлексо-терапевт». Во как, еле прочитала. Ты, конечно, в курсе?
    Наступило молчание.
    - Я что, Евгений, что-нибудь не так записала?
    Евгений Петрович подбежал к матери, сгрёб её в охапку и закружил по комнате.
    - Дорогая ты моя! Ты не представляешь, как мне нужен именно твой  «игло-рефлексо-терапевт»! Сделаем вот что. Ты поднимай знакомых, может, ещё кто-нибудь кого-нибудь знает, а в Кострому сразу пиши и теперь в лоб бей – поедет ли она в Подмосковье? А я подаю объявление по врачам и медсёстрам.
    - Поедет, сынок, куда она денется. На крыльях прилетит.
    - Мама, я вижу свет в конце туннеля. Мрак должен рассеяться! – Евгений воодушевился. – Мы перейдём старые мосты, а некоторые даже сожжём. Клиника возродится, к нам прибегут новые пациенты. К Новому году укомплектую штат, и в январе начнём по новой!
    - Сынок, а тебе-то хоть кто-то помогает, кроме матери?
    - А вот эта девушка Лера и поможет, если она согласится через дней десять прийти в клинику – а заодно это будет колоссальный подарок от тебя к Новому году. К этому времени обновлённая команда должна быть в сборе. Только не мешай мне и не трогай Марианну. Похоже, она уже отыграла свою роль в моей жизни. За восемь лет ничего хорошего – одни отлучки, концерты, даже о ребёнке слышать не хотела, а ей ведь 34. Пусть ещё покрутится, повыступает года три-четыре.
    - Ты что же, так и не полюбил её, сын?
    - Похоже, что так, мамочка. Любовь – это когда человек тебя вдохновляет, заставляет сердце биться учащённо. Да не волнуйся ты так – ко всем любовь приходит рано или поздно. Ждал так долго – подожду ещё. А ты, мама, напиши своей племяннице вот что: я жду её дочку в клинике через вторник к 14 часам: проводим экстренное собрание коллектива.


                                                       *** 


    И вот пришёл этот долгожданный для Евгения вторник. Уже с утра он был в приподнятом настроении: совещание состоится! Ему удалось найти по объявлению двух терапевтов со стажем работы, а также уговорить своего приятеля, эндокринолога, перейти на работу к нему, естественно, пообещав заработок повыше, чем в  московской поликлинике. Надо было найти ещё одного хирурга, чтобы разгрузить себя, а также гинеколога. Остальные были на месте. Мама тоже выполнила задание: нашла двух сестричек и санитарку. Клиника, пройдя через кадровый кризис, возрождалась к новой жизни в Новом году.
    Все сели за стол, наполнили стаканы нарзаном или «виши» из расставленных бутылок, и стали ждать последнего участника совещания, а именно обещанную им шефом неизвестную Леру, иглорефлексотерапевта. Уже в этом составе, при наличии хорошей рекламы, а она была, можно было продолжать работать. К следующему вторнику Евгений Петрович хотел видеть за этим длинным столом ещё пару-тройку специалистов, а ещё старшую медсестру.
    Начали ровно в 14, а в 14.05 – Евгений посмотрел на часы машинально, всегда так делал – в кабинет вошла, постучав, молоденькая женщина, как он понял, та самая Лера, его дальняя родственница. Она пришла и тихо присела за свободный край стола. Лера, если это была она, оказалась настолько хороша собой, что все присутствовавшие на минуту смолкли, включая и говорившего в эту минуту главврача, то бишь Евгения Петровича.
    Он взял себя в руки, представил присутствующим нового специалиста и предложил ей сесть поближе. Девушка пересела. Евгений начал заранее продуманную официальную речь, но, как назло, со стола скатилась его любимая подаренная мамой ручка с золотым пером, и он, извинившись, нагнулся, чтобы её поднять. Он дотянулся до неё, но от прикосновения она откатилась ещё дальше и пристроилась рядом с прекрасными ногами молодого иглорефлексотерапевта, а так как Лера была в мини, то ноги эти  обнажены были мягко говоря очень высоко… Они были несколько полноваты, но формы безупречной и длинные, да и сама девушка была сравнительно высокой, наверно, чуть пониже Евгения Петровича, рост которого был 176 сантиметров.
    И тут произошло что-то странное: сердце Евгения, обременённое грузом бесконечных проблем, не выдержало давления извне, и покатилось к босоногой Лере, которая, сняв туфельки – видимо, специально приготовленные и заменённые в гардеробе после зимних сапожек, - сидела в колготках, болтая под столом ногами. Поднимая ручку, Игорь не выдержал, коснулся одной из ног рукой и совершенно не заметил, как эта самая рука, не взирая на внутренний протест своего хозяина, поползла вверх. Евгений усилием воли всё-таки подавил этот рефлексивный жест и выбрался из-под стола красный, как рак, кинув беглый взгляд в сторону Леры. Ни один мускул не дрогнул на её прекрасном лице. А вот у него учащённо билось сердце, он знал, что это такое: к нему пришла любовь.
    Закончив наконец свою скомканную речь, он предоставил слово новой сотруднице. Она что-то бойко говорила, он почти не слушал её, а только смотрел, но по некоторым высказываниям краешком сознания уловил, что врач она, по-видимому, толковая: программу действий на перспективу она уже продумала и подобрала себе медсестру-секретаря, которую прихватила из Костромы. «Толк будет», - решил Евгений.
    В остальных новичках он тоже не сомневался – это были опытные люди, тёртые калачи.

    После совещания состоялся небольшой фуршет. Евгений поднял тост за возобновление работы клиники в полном объёме с первого рабочего дня после Нового года и Рождества. Все поддержали его, опорожнив свои бокалы. Сам он, немного подвыпив, не отрывал глаз от Валерии. Он видел, что, скосив глаза, она нет-нет да и посмотрит на него.
    Несмотря на то, что Игорь был мужчина «весьма и весьма», женщин в его жизни было мало, а жены вообще ни одной. Марианну, свою многолетнюю интимную подругу, в супруги он не приглашал, да и она не стремилась, а в последнее время он помышлял вообще расстаться с ней. Самой главной женщиной в его жизни была Работа. Но… Но сейчас вдруг что-то в этих устоях пошатнулось.

    Когда все расходились, прощаясь с шефом и друг с другом, так как Евгений Петрович объявил не только совещание, но и рабочий день завершённым, он обратился к новенькой с почти сакраментальной фразой:
    - А вас, Валерия, я попрошу остаться.
    Потом продолжил её вполне обычным тоном:
    - У вас документы с собой?
    - Здесь – нет. Я оставила их в отделе кадров.
    - Ну, что ж, очень хорошо, я их посмотрю потом. Пройдёмте, - и он показал ей рукой на дверь в соседнее помещение.
    Реконструируя клинику несколько лет назад, Евгений распорядился перепланировать огромный кабинет, выделив отдельную комнату для неформальных встреч и переговоров. Она была небольшая, но очень уютная. Кофе он быстренько состряпал сам, достал из бара пару рюмок, плитку шоколада разломал на ходу, а Валерию спросил, какой напиток дополнительно к кофе она желает, получив однозначный ответ:
    - Бренди, если найдётся. Я не избалована.
    Мягкий свет оранжевого абажура подчёркивал уникальную красоту девушки.
    - Лера, я хочу извиниться перед вами за неблаговидный поступок. Я сам не ожидал. Уверяю вас, это получилось непроизвольно.
    - Я поняла, Евгений Петрович, бывает.
    - Так с вами такое уже бывало? – с невольной дрожью в голосе поинтересовался он.
    - Нет, не бывало. Это – впервые, - серьёзно ответила Валерия.
    - Вам было неприятно?
    - Я думаю, ласки приятны каждой женщине, я – не исключение.
   «Вот это девушка!» – подумал Евгений, ещё более укрепляясь в своих восторженных чувствах. Он плеснул ещё немножко «метаксы» и сказал:
   - Мне понравилось ваше выступление. Я уверен, что и специалистом вы будете классным, поэтому давайте выпьем за вас и ваш успех!
    Они подняли рюмки и дружно выпили. Игорь почувствовал, как кровь вместе с огненным греческим напитком забурлила в его жилах. Он придвинулся к Лере поближе и, нежно коснувшись рукой её шеи, провёл пальцем по плечам и груди. Девушка не отстранилась. Тогда он, слегка касаясь её ноги, повёл руку к заветной ложбинке. И теперь он не почувствовал никакого сопротивления. Тогда он осмелел окончательно и, подняв юбочку и стянув колготки, достиг желаемого.
    Но что это? Что? Он наткнулся на какое-то сопротивление, точнее, препятствие. И только сейчас до сорокалетнего Евгения дошло, что двадцатичетырёхлетняя Лера была девушкой, а  влюбилась она в него с такого же первого взгляда, как и он в неё!
    Препятствие всё-таки было преодолено, после чего, свернувшись калачиком и накрывшись одним пледом, оба сладко уснули на гостевом диванчике. Лера, впервые познавшая мужчину, спала с не высохшими на щеках слезами, Евгений – с улыбкой победителя и счастливца. К ним пришла любовь, разве это не чудо?


                                                        ***


    - Мама! Встречай нас, - и Евгений Петрович выдвинул вперёд  Леру, прятавшуюся за его широкой спиной.
    - Лерочка, так вы вместе?
    - Да, мама, - ответил за девушку Евгений, - мы с Лерой уже вместе! Позволь представить тебе мою будущую жену. К Новому году подадим заявление, свадьба – на Масленицу. Вот сюрприз, так сюрприз ты мне приготовила, мамочка!
    Из соседней комнаты вышел отец.
    - Я всё слышал. Так держать! Мамин сюрприз – всем сюрпризам сюрприз! По крайней мере, для меня – я ведь всё это только сейчас услышал. Надо же! - и аккурат к Новому году подоспел!


                                                                                 27.11.14
      
 


   


Рецензии
Это чудо, когда люди находят друг друга. Спасибо Вам.

Екатерина Шушковская   23.10.2016 21:10     Заявить о нарушении
И Вам спасибо за отзыв!

Белый Налив   23.10.2016 23:31   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.