Другая плотность

     Каждый год весной повторялось одно и то же – на колхозное поле выезжал трактор и перепахивал землю. И для подземных обитателей каждый раз это было полной неожиданностью, несмотря на проводимые каждую осень тренировки по выживанию. Вывернутые наружу вместе с пластом земли, они начинали метаться, ослепленные светом. Более сообразительные тут же удирали вглубь. Их менее удачливые замешкавшиеся сородичи становились добычей птиц и рыбаков.

     Только семейство проволочника никогда не несло урон. Жили они в старой гильзе на краю поля, куда трактор не добирался в виду того, что туда сваливался весь мусор. Только после  вспашки и посадки картошки выползал кто-нибудь на разведку. Проволочника ненавидели все – колхоз за продырявленные клубни, а обитатели поля – за фантастическую живучесть.

     После вспашки прошло несколько дней. С утра прошел теплый летний дождь,  и все обитатели потянулись наружу.

     Из неприметной норки выполз длинный упитанный дождевой червь Василий, покрутился немного у входа, проверяя, нет ли опасности, махнул хвостом и вскоре на поверхности появился маленький червячок Ваня.

     Василий растянулся во всю длину на солнышке, закинув руки за голову, и устремил взгляд в небо. Ваня суетился рядом, проделывая неглубокие норки там и сям.

     Мимо прополз Степан, проволочник в 20-ом поколении. Остановился, покрутил пальцем у виска, пробормотав: «Совсем страх потеряли»,- и пополз дальше.
   
     Василий и Степан не любили друг друга, поскольку делали разное дело – один созидал, а другой портил. Тем не менее, не будь их на поле, всем было бы скучно без каждодневных перебранок.

     Василия в поле уважали и считали ученым, поскольку часть своей жизни он провел на профессорском огороде. Но  вскоре хозяин передал участок своему сыну, который тут же закатал в бетон клочок земли, устроив грандиозную стройку.

    Поскольку в то время Василий был еще молодой, активный  и неженатый, он решил попутешествовать. Сил хватило ровно до колхозного поля. Нужно было как-то устраивать свою жизнь на новом месте, и Василий решил первое время не высовываться.

     Но когда по весне на поле прикатил колхозный трактор раскидывать удобрения, терпение червя иссякло. «Это что ж такое! Навозом надо ее, навозом! А он химию раскидывает!» На крик червя сползлось почти все население поля. В норках и лунках остались сидеть только мамаши с подрастающим поколением. Приподнявшись на хвосте, Василий грозил кулаком трактору и возмущался. Толпа заинтересованно слушала.

     Когда трактор отбыл (а денег у колхоза хватило только на удобрения для половины поля), из толпы вылез старый навозный жук Сидор Кузьмич, и, оперевшись на палку, долго и внимательно изучал Василия.

-Ты откуда ж такой умный взялся, мил червяк?

Василий покраснел до кончика хвоста.

-Да я это... с дач...

-И что там – на дачах этих, хорошо живут?

-Ну, наверно хорошо. А вот мне пришлось уйти.

-Что так? Хозяину чем не угодил?

-Да нет, скорее он мне – землю под стройку отдал.

-Ты, я погляжу бойкий, с характером. И знания кое-какие у тебя есть... Что же нам делать с этой твоей ученостью? Негоже ей так пропадать... Решил, будешь местное население консультировать. Как оно будет  в замешательстве относительно того или этого, тут ты все грамотно и объяснишь, научную базу подведешь. Глядишь, и на нашем поле будет праздник.

     На том и порешили.
 
     Внезапно земля сотряслась раз, другой, третий. Василий заворочался и поднялся на хвосте посмотреть, что происходит. На краю поля маячили люди. Мужики копали ямы, а женщины и дети кидали картошку. «Ага, значит, трактор снова сломался», - подумал ученый червь.  Ребятишки дурачились и бросались картошкой. Она летала снарядами туда-сюда. Посадка велась стихийно. Мужики орали на баб, те в свою очередь на детей, пытаясь их утихомирить.

     Появились новости о первых потерях среди обитателей поля. Кто-то был зашиблен клубнем, кого-то четвертовали лопатой. «Поле непуганых идиотов», - подумал Василий. Эту фразу он подцепил в профессорском доме, когда  как-то заглянул туда. В это время семья смотрела фильм «Гений».

     Проволочники сидели в засаде и вели календарь посадок. Старая картошка их не интересовала, а вот новой, бело-розовой, они уже не могли дождаться. Внутри гильзы велся отчаянный  спор по поводу даты созревания и сбора урожая.

     Ваня с интересом наблюдал за происходящим. Это была его первая весна. Василий схватил сына за хвост, притянул к себе ближе и обнял.  «Надо будет предложить жене наведаться к Авдотье на пару дней, пока посадка картошки не закончится», - подумал червь.

Внезапно сын просил:
-Папа, скажи, почему так? Когда я пытаюсь рыть норки, это так тяжело. То на камни натыкаюсь, то на корни. И земля сама такая твердая. Мама даже мне на лобик лейкопластырь наклеивает. А сквозь воздух так легко проходить! Или посмотри на картошку – она легко летит сквозь воздух, а когда падает в землю, то не проваливается...

 Василий задумался, а потом ответил, гладя сына по голове:
-Другая плотность, сынок. Другая плотность...
 
     Солнце катилось к закату. Заслышав звон кастрюль, Василий позвал Ваню: «Домой пора, мать зовет ужинать!» И вскоре оба  хвоста исчезли в другой плотности...


Рецензии
Здравствуйте, Наталья!

Приглашаем Вас участвовать в Конкурсе - http://www.proza.ru/2016/01/18/1258

Тема свободная. Объём: НЕ БОЛЕЕ 10000 знаков с пробелами(4-5 страниц).
С уважением и пожеланием удачи.

Евгения Козачок   20.01.2016 05:18     Заявить о нарушении