Хозяин дракона главки из Трубящего ангела

Будимир, неожиданно разлученный неведомой силой с Иринеем, оказался заблокированным в обезлюдевшем кабачке. Всех завсегдатаев пивного заведения спецслужбы вывели на Гороховую, обыскали, загрузили в «Черные Маруси» и отправили в Кресты. Его бы тоже вывели, но у него расстроился желудок и он замешкался в тесной кабинке туалета.
Митинг с Дворцовой перекинулся на весь Петербург. Со столицы – на всю губернию. С губернии – на округ. С округа – на все губернские города империи. Не митинговала Чукотка. Все чукчи по интернету наблюдали за перипетиями своих родных футбольных и хоккейных команд. Кроме «Челси» еще с дюжину команд высшей мировой лиги удостоились чести быть чукчадалами и радовать своих земляков победами на мировых чемпионатах.
Митингующих окружили плотным кольцом войсковых частей всех видов войск. В армейских котлах, покрашенных краской цвета хаки, мирно варили кашу и всем три раза в сутки раздавали комплексные завтраки, обеды и ужины. В биотуалеты запускали осторожно и по - одному, но на всякий случай под присмотром контролера одного с наблюдаемым пола. Желающих, а также несовершеннолетних, престарелых и беременных женщин без всяких бюрократических проволочек отправляли в пансионаты и санатории. Первая и скорая медицинская помощь оказывалась немедленно.

Студентам организовали выездные сессии на открытом воздухе. Лекции читали волонтеры из МГУ, ПТУ и III-го  отделения. Они же давали задания по семинарским занятиям.
Домохозяйкам предлагали записываться на курсы кройки и шитья. Мужчинам и деловым женщинам организовали краткосрочные занятия по мелкому и среднему бизнесу. Пчеловодов отделили от общей массы и отвезли на пасеки. Доярок и доеров – на молочные фермы. Также поступили со сталеварами, шахтерами и докерами, объясняя, что мед и молоко, как ничто другое, укрепляют иммунную систему.

Учрежденные на скорую руку фабрики звезд губерний и уездов соревновались между собой на лучший шлягер. Не участвующих в творческих конкурсах молодых людей по их первой просьбе отвозили на дискотеки, снабжая всем необходимым для активного и улетного отдыха. Организация была на высшем уровне. Паспорта не спрашивали даже при выдаче средств контрацепции, считая, что репродуктивная презумпция превыше всего.
Хорошо, что отец Григорий приютил Будимира в своей келье, располагавшейся в правом крыле подземелья, левую часть которого занимали вольные каменщики.
В новостях по телевизору показывали пресс-конференцию с членами Всероссийского Чрезвычайного Комитета (ВЧК). Так себя назвало новое правительство, которое образовалось за спиной Будимира в удивительно короткие сроки. Во главе самопровозглашенного правительства оказался, вот бы никогда не подумал, записной пьяница главпочтмейстер Канаев.

 - Да я бы ему после этого и почтовое отделение связи в Тихобранске не доверил бы.
 - Папа, а ты чего мне не поверил? Гоняли бы сейчас чаи с мамой.
 - Отче, моя вина, - смиренно ответил Будимир, тупо уставясь в экран.
 - То - то и оно. Но не горюй, папа. На все воля Божья, - перекрестился отец Григорий и приложил палец к губам: - Т-с-с.
 - Сюда могут придти?
 - Только мои люди. Нехристям путь заказан.
 - Слава богу!
 - Оно-то так, папа. Только вот с кем ты общался последние два дня?
 - Ты Иринея имеешь в виду?
 - Его голубчика.
 - Ты же сам мне о нем поведал. Говорил, что он мой брат по матери. Когда-то мы с ним вместе в Афгане воевали. Он у меня в части на хорошем счету был.
 - Знамо, знамо… Боевое братство. Только порченный он.
 - Порченный?
 - Удивляешься, папа? Я сразу, как кони волка, чувствую порчу. От него нежилью тянет, ровно от мертвяка.
 - Не ошибаешься, Григорий?
 - Нет, папа. Как только он появился в Питере, так я сразу понял, что быть беде. Еще вчера Нева тихая была, а сегодня с ночи прибыло воды с чухонской стороны. Сильные молодые крысы целыми стаями кинулись из подвалов на Пулковские высоты. Старые и больные грызуны полезли на нежилые мансарды и церковные колокольни, аки библейская саранча на египетские рисовые поля. Аще знамение привиделось старцу Феодору в Александро-Невской Лавре: на небесах видел он выходящих из уст черного дракона, красного зверя и ложного пророка трех нечистых духов, подобных зеленым водяным жабам.
 - И что это значит?
 - Папа, да ведь это бесовские духи, вышедшие к царям всей земли на поле брани под названием Армагеддон.
 - Конец мира предвиделся монаху?
 - Конец мира, но начало Божьего царства.
 - А Ириней причем?
 - Потомок псов-рыцарей.
 - Откуда знаешь?
 - Сорока на хвосте принесла.
-Так мы братья?
-Братья! Только отцы у вас разные.
-Но он вырос при советской власти.
 - Папа, как волка не корми, а у носорога хвост толще.
 - Думаешь, порода скажется?
 - Непременно.
 - А ВЧК? Тоже из тех?
 - Не думаю, но за ними кто-то стоит.
 - Думаешь, Канаев что-нибудь слышал про это?
 - Вряд ли, но советники у него совсем не хилые. С самим Фомой Аскаридским Канаев частенько чаи гонял, а Фома еще тот фрукт. Чубайс перед ним, что ребенок несмышленый.
 - Так в чем сила этого Фомы?
 - Сила, спрашиваешь? Сила у него чудесная.
 - В смысле  колдовская?
 - Свят! Свят! Свят! Не к ночи помянуто.
 - Что не к ночи?
 - Да орден этот бесовский!
 - При чем тут орден?
 - Да не орден - медаль, а орден - монастырь! Мальтийский!
 - Сказки все это!
 - Папа, я похож на пустомелю?
 - Не обижайся отче, но скорбный прах тех рыцарей уже давно  весь развеян над Мальтой и Балтикой!
 - Весь, да не весь и на наше горе, папа, осталось.
 - Ты еще скажи, что и ВЧК – дело тамплиеров.
 - В самый глаз, что говорится! Спроси контрразведку, почему не донесли вовремя.
 - Думаешь, знали?
 - Еще как!
 - Измена!
 - Возможно и так.
 - И туда просочились?
 - Аки злые аспиды.
 - Папа, они всюду!
 - Григорий, но ведь присягу давали, клялись в верности…
 - Докажу в разы! – осерчал Григорий и с кресла метнулся в темный угол своей кельи. Загремел ключами. Открыл старый комод и извлек оттуда предмет, напоминавший колбу для химических опытов. - Гляди – ко! – Григорий поставил колбу перед Будимиром и зажег настольную лампу. В сосуде поблескивала какая-то зеленоватая жидкость, похожая на цветущую воду - Потри!
 - Зачем?
 - В зачемки потом будем играть. Потри ее!
Будимир потер.
 - Сильнейше!
Будимир потер сильнее.
Внутри колбы появилось вращающееся зеленое облачко.
 - Плюнь!
Будимир плюнул.
Облачко застыло фигуркой маленького изумрудного льва.
 - Потри сильнее.
Будимир потер сильнее.
Зеленый лев покраснел и так грозно рыкнул, что колба вздрогнула.
 - Потри еще!
Будимир сделал, как его просили.
Киммерийские тени на пару секунд покрыли реторту своим черным покрывалом и улетучились.
 - Господи! – подскочил Будимир. – Что, кто это?
 - Истинный дракон, - спокойно ответил Григорий.
 - Смотри!
В жидкости действительно плавал черный дракончик, похожий на зажаренную до румяной корочки ящерицу с крыльями. Дракон то и дело сворачивался в клубок, пытаясь укусить себя за хвост.
 - А жидкость?
 - Элексир мудрецов!
 - Откуда это у тебя, Григорий?
 - На Белом лебеде в камере смертников подарил один старик. Сказал, что тебе, то есть мне, еще пригодится. Я его тогда спросил: разве меня не расстреляют? Он ответил, что нет. Помилуют? И не помилуют. Как же я выживу? С ним и выживешь! – ответил старик. Вот я и выжил. Но он взял с меня клятву.
 - Какую?
 - Найти хозяина дракона и убить!
 - Убить?
 - Убить. Но при условии, что я найду нового хозяина, и он понравится дракону.
 - И ты согласился?
 - А у меня был другой выход?
 - Прости.
 - Я думал о спасении, а момент расплаты казался таким далеким.
 - Думаю, что уже не такой далекий!
 - Что ты имеешь в виду.
 - Слово клятвы надо держать.
 - Ты прав, папа. Вот это мы вместе с тобой и сделаем.
 - Я-то при чем?
 - Дракон, видишь, тебе улыбается. Показался ты ему, папа.
Будимир похолодел. Дракон действительно человеческим карим глазом подмигнул ему и скривил в улыбке свою огнедышащую, зубастую пасть, далеко выставив раздвоенный огненный язык.
 - Я могу и не согласиться!
 - А вот это вряд ли.
 - Почему?
 - Смотри сюда внимательнее.
Улыбка вмиг исчезла с морды дракона. Волоски на жесткой коже заискрились. Дракон стал быстро расти. Колба уже не вмещала драконова тела и вот-вот готова была лопнуть.
 - Скажи: да! Быстрее скажи: да!
Будимир все понял и еле успел прокричать «Да!». Еще мгновение и колба бы треснула, заполняя туловищем дракона всю монашескую келью...

Продолжение следует...


Рецензии