Испить чашу до дна

                                            Жизнь испытывает людей на разные лады:
                                           то сделает так, чтобы ничего не происходило
                                           вообще, то обрушит на тебя всё.
                                                                                                           П.Коэлью


                  
                                      1. Горечь прозрения


    Елена и её муж Евгений прожили вместе двенадцать лет. Поженились они сразу после окончания вуза, а сейчас им было по тридцать пять лет. Садовниковы были распределены как лучшие студенты в Восточную клиническую больницу, только он в хирургическое отделение, а она в терапевтическое.
    Евгений Петрович сразу же пошёл в гору. А разве могло быть иначе – ведь его родители тоже были медиками, так что ему, как говорится, сам Бог велел, тем более, что он, безусловно, был талантлив. Через год прежнего заведующего отправили на пенсию, и Евгений был назначен заведующим хирургическим отделением. Он стал очень известным в городе хирургом, и постепенно у него не стало отбоя от пациентов.
    Елену радовали успехи мужа. Сама она работала добросовестно, но звёзд с неба не хватала, так как на ней держался дом, бывший в безукоризненном порядке.
    Тут как раз и 91-й подскочил со своим капитализмом. Так что карты в руки: Игорь открыл свою хирургическую клинику, стал менять машины, появился солидный счёт в банке и, конечно же, женщины, о существовании которых всегда озабоченная рабочими и семейными проблемами Елена и понятия не имела. Она всё пеклась о Евгении: чтобы ужины были вкусными, завтраки горячими, костюмчики блистали чистотой, а вечерние отличались изыском. О себе тоже думала, но поменьше.
    Детей у них не было – Евгений не стремился к этому, а для Елены две беременности закончились плачевно: она не смогла выносить до конца ни одного, ни второго. Тогда она решила поехать в Германию, где ей порекомендовали очень хорошую гинекологическую клинику. Елена, было, собралась уже ехать, но, возвращаясь как-то домой после рабочего дня, как обычно, обвешанная сумками, она присела на скамейку в парке, чтобы немного отдохнуть и посмотреть в глаза осени. А осень, увидев направленные на неё удивлённые красивые глаза молодой женщины, стала с ней кокетничать и заворожила её своим пышным убранством, роскошью цветовой гаммы одеяний.
    «Это же надо! – подумала Елена, - а я как-то и не замечала раньше, какое это прекрасное время года». А когда и замечать-то было? Утром  рано – на работу, возвращение вечером, а в выходные – уборка, стирка, глажка, готовка, подборка вещей для мужа и себя на неделю. Хорошо, если удавалось съездить куда-нибудь по приглашению.
    Тут разыгравшееся солнце направило на неё свои лучи, и Елена сначала зажмурилась, а потом посмотрела налево – туда, куда солнце било не так беспощадно. Посмотрев, она затаила дыхание: по аллее парка шли мужчина и женщина. Они шли, обняв друг друга за талии, не торопясь, на губах их блуждала улыбка довольствия и расслабленности. Они были красивы, прекрасно одеты и влюблены. Это было очевидно и бросалось в глаза. Ему было примерно лет 35, а возраст женщины – чуть поменьше.
    Парочка остановилась. Он поднял воротник её пальто – потянуло холодным ветерком – и, притянув к себе, стал сначала нежно, а потом всё более страстно покрывать поцелуями её лицо. Запрокинув голову, женщина наслаждалась его ласками. Вот он коснулся её губ – и они надолго слились в страстном поцелуе. Потом он, бережно поддерживая, повёл её из парка, и только тут она заметила, что женщина в положении («Месяцев пять-шесть, - решила она, - вот счастливые!»). Мужчина в этот момент оглянулся на двух милых собачек, прогуливавшихся с девушкой-хозяйкой по парку, и Елена, потянувшаяся было за сумками, чтобы встать и продолжить путь домой, от неожиданности вздрогнула и рухнула снова на скамейку: в мужчине она узнала своего благоверного.    
    Её словно холодным душем окатило, а потом бросило в костёр, душа её забилась, как раненая голубка. Да, сомнений быть не могло. Ей стало очевидно, что только что она видела Евгения с любовницей, которая ждёт от него ребёнка.
    Елена встала и побрела домой. Ей стало ясно: эту ночь она проведёт в полном одиночестве. И она оказалась права. Через час позвонил муж:
    - Лена, я сегодня домой не вернусь, придётся дежурить за Буракова до утра – он едет на похороны.
    Лена не стала никуда звонить и ничего выяснять. Она поняла, где будет «дежурить» её муж. Просто ей стало очень больно и горько. Перед глазами стоял её Евгений с этой женщиной, он называет её любимой, они наслаждаются близостью друг к другу. Так было и у них когда-то. С каких же пор произошло отчуждение? Елена поняла, что не помнит этого момента. Наверно, тогда, когда её засосала бытовая рутина. И от осознания этого ей стало ещё больнее.


                                2. Развод – дело сложное 


    Елена была женщиной гордой и самодостаточной. Она не пожелала выяснять никакие отношения с мужем и, предъявив ему претензии, потребовала развода. Поняв, что жена в курсе его личной жизни, он не стал возражать или опровергать факты, и согласился.
    Слушание о расторжении брака назначили через месяц. Оба продолжали работать, а единственным изменением в жизни стал переезд Евгения к Ларисе. Елена осталась одна в большой квартире и стала подыскивать себе жильё попроще. Так как квартира была приватизирована на имя жены, Евгений не вмешивался в это.
    Вначале их пригласили в суд на собеседование.
    - В чём причина вашего решения? – спросили Елену.
    - Мой муж лгал мне, а сам давно живёт с другой женщиной.
    - И вы не можете простить мужа? Судя по документам, вы прожили с ним двенадцать лет.
    - Нет, не могу: это случилось не вдруг, он предал меня давно и молчал все эти годы.
    - Скажите, Евгений Петрович, сколько лет вы состояли в неузаконенной связи?
   - Шесть лет. Я не мог оставить Елену, потому что продолжал любить её, а охладел к ней только тогда, когда Лариса забеременела. У нас с женой детей не было, а Лариса готова подарить мне столько детей, сколько  захочу.
    - А где работает ваша любовница?
    - Она заочно заканчивает учёбу в медицинском институте, работает медсестрой в моей клинике, а после декрета продолжит работать уже ординатором.
    - Вы создаёте себе новую семью, а ваша жена, которая отдала вам двенадцать лет жизни?.. Что остаётся ей? Безрадостные будни, одиночество?
    - Но я же не могу иметь двух жён!
    - Не можете. Но мы призываем вас ещё раз хорошенько подумать. Возможно, вы всё-таки захотите остаться с супругой, а женщине, с которой состоите в связи, будете материально помогать? Подумайте! Мы не можем сейчас развести вас. Подождём ещё месяц.

    Этот месяц превратился в настоящую пытку для Елены. Работа и одиночество стали её уделом.
    Однажды пришёл Евгений.
    - Через три месяца Ларисе рожать. Наше неопределённое положение выматывает ей душу. Я прошу тебя на суде настоять на своём иске ко мне. Скажи, что ты тоже встретила мужчину и вы собираетесь жить вместе.
    - Хорошо, - сухо ответила Елена на вопрос мужа, в которого когда-то без памяти была влюблена. Да и он тоже.
   
    Ровно через месяц они предстали перед судом. Их больше не уговаривали. Срок истёк, стороны были категоричны в своём желании развестись и строить новую жизнь. На этот раз их развели.
    Когда они вышли из зала заседаний, к Евгению рванулась женщина, которую Елена видела тогда в парке. Теперь Елена смогла лучше рассмотреть её: вопрошающие глаза, белокурые волосы, собранные в пучок, цвет лица безупречный, несмотря на приличный срок беременности. Они сжали друг другу руки. Потом опомнились и стали спускаться по ступеням к выходу.
    Елена посмотрела вслед отъезжающей машине. «Безусловно, они любят друг друга», - подумала она. А как было у них? Она поняла, что никогда не задумывалась на эту тему. Их жизнь сразу превратилась в какую-то гонку: работа, магазины, готовка – и снова работа. Супружеские обязанности они исполняли, но по кем-то начертанному графику.
    «Нет, любовь, по крайней мере, вначале, была – лет пять-шесть, - поняла Елена, - но в ней и в том, что было дальше, никогда не было страсти. А такая любовь обречена на медленное затухание!»


                           3. В ипостаси пластического хирурга


    На какое-то время Елена потеряла из виду бывшего супруга, слышала только, что у них с Ларисой родилась девочка, а Евгений якобы был этим не слишком доволен, так как хотел сына.
    А Елена к новому замужеству отнюдь не стремилась. Ей пошёл тридцать шестой год, и она решила, что это уже преклонный возраст, чтобы иметь отношения с мужчиной, а тем более – родить ребёнка. Елена заблуждалась: выглядела она очень хорошо даже для столь молодого возраста, к тому же была легка и подвижна. У неё были серые глаза, прямой, с чуть заметной горбинкой нос и густые, чуть вьющиеся волосы почти естественного каштанового цвета. Мужчины заглядывались на неё, но она знала, что полюбить не сможет никого, по крайней мере, сейчас. Она любила, в своё время очень любила Евгения, но он предал её.
    По некоторому размышлению, Елена решила посвятить ближайшие годы жизни науке. С этой целью она сменила место работы с больницы на один из медицинских НИИ.  Она работала и снова училась – на этот раз в заочной аспирантуре. Однажды ей попалась в руки газета со статьёй о бывшем муже. Внимательно её прочитав, она поняла, что статья не столько информационная, сколько рекламная, потому что Евгений переквалифицировал свою частную клинику на столь популярную, а, следовательно, и очень прибыльную пластическую хирургию.
    «Евгений Петрович Садовников, - говорилось в статье, - блестяще проводит сложнейшие пластические операции». Далее в статье говорилось о том, что «к сожалению, подобные операции стоят ещё очень дорого, чтобы быть доступными для каждого желающего, тем более, что спрос на них растёт, а квалифицированных хирургов такого уровня, как Е.П.Садовников, не так уж много». В конце заметки указывались координаты клиники господина Садовникова. В том, что экс-супруг разбогател, у Елены сомнений не было, к тому же он всегда стремился к этому. Она не подозревала ещё, что судьба вскоре вновь сведёт её с бывшим мужем.
    В институте, где теперь работала Елена Садовникова, были разработаны новые модели имплантантов для различных участков тела и лица. Они были пока экспериментальными, в производство запущены не были – НИИ был пока в поиске инвесторов для этого – и количество каждого из них ограничивалось двумя-тремя экземплярами. Соответственно, и цена каждого была астрономической. На размещённую по этому поводу рекламу откликнулся (кто бы сомневался в его прозорливости!) Евгений Садовников, а Елену откомандировали в его клинику с опытными образцами продукции института.
    Она ехала на противоположный конец города, и нехорошее предчувствие не покидало её всё время пути. Она не понимала его истоков, так как встреча с «бывшим» её не слишком волновала – всё уже перегорело давно, - а то, что он занялся не столько медициной, сколько коммерцией, не только не привлекало, а, наоборот, отталкивало её. Откуда же эта тревога и ощущение чего-то неотвратимого?
    А вот и клиника. Встреча двух бывших супругов прошла сдержанно-спокойно, даже как-то буднично. Предчувствие не обмануло Елену, которая уверила заведующего отделом реализации, что Садовников не только заинтересуется образцами, но и возьмёт их по любой предложенной цене. А пока она с удивлением и любопытством наблюдала изменения, происшедшие в клинике после их развода. Всё было заменено, в первую очередь, оборудование, достроен новый корпус. «Откуда такие деньги?» - вопрошала себя Елена. – На одних операциях за два года он не смог бы так раскрутиться. Значит, либо кредит, либо сильный спонсор, либо он занимается чем-то нелегальным, хотя и в рамках медицинской отрасли». И последнее предположение было вполне реалистичным, так как Евгений был склонен к авантюрам и в нём ещё с советских времён пульсировала коммерческая жилка. 
    Деловой разговор уже подходил к своей кульминации, когда раздался звонок на мобильный телефон Евгения, и он, извинившись, буквально выбежал с ним в какое-то соседнее помещение. Елена осталась одна в кабинете. 
    Нельзя сказать, что она с большой охотой ждала продолжения этой встречи. Что-то подсказывало ей, что Евгений изменился, и отнюдь не в лучшую сторону. А интуиция-то у Елены всегда была на высоте, и она редко ошибалась в своих прогнозах.


                                          4. Открытие Елены


     Минут через пятнадцать Евгений вернулся, чем-то возбуждённый и в то же время удовлетворённый.
    - Да, вот так сюрприз прислал мне ваш НИИ в лице красивого сотрудника!
    - Давай не будем, Евгений. Я знаю, ты мастер на комплименты.
    - Отнюдь, я вполне искренне – выглядишь ты просто прекрасно. Хочешь выпить?
    - С чего бы это?
    - Ну, как же! Нам с тобой недавно стукнуло по тридцать шесть, мы ведь оба Тельцы. Плеснуть коньячку по такому случаю и за встречу?
    - Нет, спасибо, я пришла по делу, а твой телефон не дал его завершить.
    - И тебя не интересует моя личная жизнь?
    - То, что мне надо знать, я знаю: ты женат на Ларисе, она уже врач, у вас двухлетняя дочь. Так?
    - Примерно. Ларисе сейчас 32, дочке действительно два. Вот в ясли её определяем, а Лариса тут же выйдет на работу ординатором, как я тогда в суде и говорил, а опыта наберётся – будет моим ассистентом. Живём мы дружно.
    - А любовь? – спросила Елена.
    - Любовь? – он рассмеялся, - она длится от двух до пяти лет. Потом наступает пресыщение, и хочется чего-то новенького.
    В кабинет, не стуча, впорхнула хорошенькая девушка лет двадцати двух.
    - Это моя секретарша Людочка. Поставь всё на стол, - обратился он к ней. Думая, что Елена не смотрит, а погрузилась в только что подписанные документы, он проводил секретаршу до двери и лихорадочно схватил её за запястье.   
   – Через полчаса жду, - шепнул он ей на ушко, - нет сил терпеть.
    Девушка в ответ молча улыбнулась ему. Елена перехватила их взгляды, и этого было достаточно, чтобы понять, что они любовники.
    Имплантанты понравились Евгению, и он заказал по небольшой партии каждого из них. Это были очень большие деньги, учитывая, что работа штучная и ручная, но, как видно, нашего пластического хирурга затраты не волновали.
    Минут через двадцать он вызвал своего заместителя, чтобы он показал «представителю прессы», как он её представил, клинику и отдельные боксы для операций. Помещения, а особенно аппаратура, которой они были напичканы, ошеломили Елену. Всюду новая мебель, оборудование, стерильная чистота.
    Она приоткрыла двери двух одноместных палат. В одной лежала женщина с забинтованным лицом, в другой – мужчина, которого только готовили к операции.
    - Большое спасибо, - поблагодарила Елена заместителя, - мне надо ещё раз заглянуть к вашему шефу, чтобы забрать кое-какие бумаги.
    Быстрым шагом она прошла по коридору и толкнула дверь приёмной. Секретарши на месте не было, и она двинулась дальше, но не в административный кабинет, где она вела переговоры, а в смотровой, где доктор Садовников лично принимал VIP-клиентов (это слово здесь уместнее, чем “пациентов»). Её бывший муж стоял  за полупрозрачной ширмой, а Людочка, приносившая им кофе, ублажала патрона, стоя перед ним на коленях.
    «Бедная Лариса! Она сидит дома одна с ребёнком и ждёт благоверного, он же будет придумывать всё новые и новые причины, чтобы подольше не возвращаться, а близость  становилась всё реже».
    В раздражении она выскочила из кабинета и увидела, как двое санитаров понесли носилки, прикрытые простынёй, в полуподвальное помещение, вход в которое был поблизости. В ожидании, когда они поднимутся и уйдут, Елена притаилась за каким-то пышным растением в кадке, украшавшим коридор. Когда санитары ушли на улицу и послышался шум удаляющейся машины, она спустилась вниз и открыла первое же помещение. Пахло там дурно, и она зажала ноздри. Приоткрыв простыню на носилках, она увидела тело молодой женщины, на груди которой была прикреплена табличка с надписью «Почки. Состояние отличное».
В ужасе Елена отпрянула от носилок и пулей вылетела из подвала. Ей стало ясно, что бывший муж вступил на скользкий путь: «Так вот откуда у него столько клиентов! Ведь не каждый может перенести пластическую операцию без побочных эффектов, которые иногда могут быть весьма тяжёлыми. Поэтому здесь, как я понимаю, делают и другие операции – и не только связанные с пластикой. Нужны доноры, и их находят. Вопрос – где? Неужели криминал?» - И сама себе она ответила: «Похоже на это!»


                                           5. Охота на Елену


    Найдя в коридоре какой-то стул, Елена присела на него. Что же делать, как поступить? Пойти и выложить ему всё, что она случайно открыла? Но у неё слишком мало доказательств – выкрутится! И потом – это опасно. Если Евгений пошёл на такое, значит, он изменился, стал зверем, который не останавливается ни перед чем. А зверь, загнанный в угол, делает отчаянные, страшные прыжки.
    Елену зазнобило. Она едва уняла дрожь. Неужели деньги могут сотворить ТАКОЕ? Выходит, что могут!
   Она не пошла, она поплелась обратно к кабинету. Она шла теперь к человеку-пауку, соткавшему очень прочную паутину, в которую попадают многие. Она должна положить этому конец.
    «Что, мстишь за предательство? - голос внутри неё был язвителен до мерзости, - забыла, что путь мести – это неправедный путь?»
    «Нет, я давно разлюбила этого человека, и мстить ему мне нет резона. Хочу обезвредить гадину и восстановить справедливость»
    Она зашла в кабинет, снова забыв постучать. Там никого не было. Она заглянула за ширму и увидела под стулом скомканные колготки. Наверно, секретарша не успела надеть их: кто-то спугнул. И тут до неё дошло, что её муж болен. Он живёт в вечном страхе, а при этом – он так считает – лучшим раскрепощением является секс. Он меняет партнёрш в поисках самоутверждения, и круг, несомненно, скоро замкнётся. Одному, без врачебной помощи, ему не справиться.   
    Елена подошла к полуприкрытой двери и услышала:
    - Эта женщина – актриса. Она готова заплатить любые деньги. У неё нет почки и больная грудь. Нужны новые органы, а в доноры – абсолютно здоровая в терапевтическом отношении женщина, до сорока лет и не какая-нибудь алкоголичка или наркоманка, - гнусавил старческий голос.
    «Похоже, это и есть главный паук», - подумала Елена. То, что ответил «пауку» Евгений, повергло её в оцепенение:
    - Знаете, Самуил Исаевич, - у меня есть на примете молодая женщина. Совершенно здоровая, как вы изволили выразиться, «терапевтически».
    - Неужели? В наш век стрессов? И такое возможно?! И кто же она, если не секрет?
     - У меня от вас нет секретов. Эта женщина – моя бывшая жена.
    - Но как вы собираетесь её заполучить?
    - Ну, эти детали мы оставим за скобками.
    Елена ушам своим не поверила: человек, которого она любила, с которым прожила двенадцать лет, став преступником в медицине, готов, фигурально выражаясь, положить её голову на плаху, и только потому, что кому-то нужны здоровые органы. Надо действовать, и немедленно!
    Куда же сначала? Конечно же, в полицию. Доказательств у неё нет, но она предоставит их. Надо сосредоточиться. Ну, конечно же, она сама станет подсадной уткой, иначе нельзя. Тут-то преступники и раскроют себя. Надо бы и Ларисе об этом сообщить. То, что Евгений разлюбил и её, - понятно, а это тревожит: и она, и ребёнок тоже в опасности.
    Машинально Елена посмотрела на витрину магазина. Зайти, что ли, примерить? Она машинально сделала несколько шагов назад, ко входу, и тут увидела машину, которая медленно двигалась вдоль тротуара. Она вошла в магазин, и машина притормозила рядом со входом. Сколько человек находилось внутри, было не видно сквозь тонированные стёкла.
    Елена заметалась по магазинчику. Она даже забыла, ради чего сюда зашла.
    Подошла молоденькая продавщица.
    - Вы что-то присмотрели себе? Могу я чем-нибудь помочь?
    - Да, можете. Девушка, дорогая, за мной следят, а мне нужно в полицию, очень нужно. Нет ли у вас запасного выхода, чтобы я могла убежать? Видите вон ту машину с тёмными стёклами? Помогите!
    Елена так быстро и так искренне говорила, что девушка схватила её за руку и сказала:
    - Пойдёмте, не волнуйтесь. Я выведу вас через сапожную мастерскую. Недавно хозяин выделил место для сапожного мастера. Тот и доход приносит, и обувь покупателям по ноге подгоняет, и клиентов привлекает.
    Они вошли в маленькое помещение, пахнущее кожей и клеем, из которого дверь выходила во двор. Горячо поблагодарив продавщицу, Елена бросилась во двор, оттуда – в ближайший подъезд, имевший, на её счастье, и другой, парадный выход на параллельную улицу. Теперь быстрее в соседний парк. Там, стоя за кустами, она увидела, как человек в сером костюме вышел из переулка, соединявшего две улицы, и посмотрел по сторонам, а другой выскочил из того самого подъезда, откуда прибежала и она. Они сошлись, о чём-то, жестикулируя, поговорили, потом один из них достал из кармана мобильник, и через секунд десять на эту улицу из переулка выкатилась та самая машина с тонированными стёклами. Она проехала медленно, совсем рядом с её зарослями, и из окна раздался голос:
    - Долго не пробегает…


                                      6.  Встреча с Ларисой


    Елена, выйдя из парка с противоположной стороны, в полицию пока не пошла. Узнав новый адрес Евгения в справочном бюро, она поехала к нему домой. Дома, как она и рассчитывала, оказалась одна Лариса – та самая женщина, на которую Елена когда-то смотрела в парке с завистью. Сейчас перед нею стояла уже другая женщина: у неё было озабоченное лицо, волосы небрежно перехвачены гребнем, в глазах тревога.
    - Простите, что я в таком виде: обед и ужин для мужа готовлю, да дочку только сегодня в ясли определили, скоро и забирать. А вы, собственно, кто?
    Елена ответила
    - И что вас привело сюда, Лена? Хотите узнать, счастлива ли я с вашим бывшим? Скажу прямо – нет! Изменился муж мой за последний год, другим стал – жёстким, грубым, всё уезжает куда-то, много работает, даже по ночам. Только в постели иногда вроде бы оттаивает, но многого требует и при этом сам выкладывается. Ну, да это редко бывает.
    Во время разговора в кармане её фартука заверещал телефон. Лариса достала его:
    - Да, отвела… Зачем в круглосуточные?.. Ассистенткой? Уже сейчас?.. Ладно, после об этом!
    Елена поняла, о чём шла речь.
    - Лариса, - начала она, - я хочу с вами поговорить об очень серьёзных вещах. Речь может идти не только о жизни с таким человеком, каким стал Евгений, но и о вашей безопасности.
    И она рассказала Ларисе всё, что видела и, особенно, слышала в клинике её мужа. Этот рассказ очень взволновал Ларису. Обе Садовниковы решили, что Ларисе с дочерью лучше уехать на какое-то время.
    - Когда они увидят, что у них ничего не выходит со мной – а у них и не выйдет! – а время поджимает и большие деньги уплывают из рук, то в помрачённом рассудке, даже находясь с вами в постели, он может задуматься, а почему бы и нет. Вы же сами чувствуете, что любовь прошла, а бизнес взлетел на первый план – только он и движет всеми мыслями и чувствами вашего мужа.
     - Да, Лена, вы прожили с ним двенадцать лет, а я всего лишь два года. Его психологию вы знаете лучше, поэтому я вам доверяю. Помогите мне, пожалуйста, уложить вещи. По пути мы зайдём за Наташей. Муж может нагрянуть в любую минуту.   
   -  И куда же вы поедете? – спросила Елена.
   - Я поеду во Владимир. Там у меня отец, о котором я почти ничего не рассказывала Евгению. И на свадьбе он не был, потому что они с мамой давно развелись. Где он живёт, Жене тоже неизвестно, я не рассказывала, и даже мама об этом не знает, только я. Папа мне пишет до востребования и всегда просит привезти к нему единственную внучку – я ведь тоже у него одна. У отца домик на окраине города с садиком и грядками. Наташе будет там с дедом хорошо. И я там немного поживу. 
    - Давайте поспешим, быстрее за Наташей – и на вокзал. Я вас провожу до самого поезда и в вагон посажу.
     Всё прошло по плану.
     - А вы, Елена, - спросила Лариса уже в зале ожидания, - как вы будете выходить из положения? Там же опытные охотники, быстро могут загнать, а вы так уверены в себе…
     - А я прямо с вокзала – в полицию. Наверняка мне предложат быть подсадной уткой, и я соглашусь. Главное, обезвредить этих махинаторов от медицины, поэтому я готова испить свою чашу до дна.
   - Какая вы мужественная! Если бы я знала немножко вас тогда, разве я пошла бы за Евгения? Он очень плохо отзывался о вас, говорил, что не живёт с вами.
    - Перестаньте корить себя и думайте о дочке. Желаю вам счастья в вашей новой жизни. А вот и ваш поезд подают.
    Женщины расцеловались, и Елена, сев в такси, сказала водителю:
    - В управление уголовного розыска, пожалуйста!

                  
                                  7. Конец преступного бизнеса


    Полиция всерьёз отнеслась к заявлению госпожи Садовниковой, так как уже имела первичную информацию, а уголовное дело по клинике пластической хирургии было возбуждено пару недель назад, но зацепок пока не имелось, а тут вдруг такой подарок следствию!
    Был разработан чёткий план по захвату преступников. Утром Елена должна будет позвонить своему бывшему мужу, который будет явно обескуражен внезапным исчезновением жены и дочери, и, как дар небесный, воспримет этот звонок. Елена же предложит ему новые разработки, пока только в эскизах, от своего института, которые должны будут его заинтересовать. С большой папкой в руках приблизительно в 11 часов она покажется перед клиникой. Естественно, все силы полиции, задействованные в операции, будут к этому времени поблизости и начеку. Начеку, без сомнения, будут и те, кто начал охоту за Еленой. Небольшое сомнение кое у кого может возникнуть: почему это дамочка, сбежавшая от них в прошлый раз, сейчас сама идёт к ним, но его отметут как несущественное: во-первых, кто поймёт этих баб? Во-вторых, как говорится, на ловца и зверь бежит – взбалмошная она, импульсивная, типичная журналюга. О том, что она работник НИИ, мало кто знал (Евгений, его зам – вот, пожалуй, и всё), а кто знал, тот озабочен другими проблемами.
    Елена направится чинной походкой к крыльцу клиники, а потом, как бы передумав, резко повернёт назад. Не успеет она пройти несколько шагов, как из ворот, ведущих во внутренний двор, вылетит машина с преследователями, которые попытаются силой посадить её туда. Она начнёт сопротивляться, и тут вступает в дело группа захвата. Всех обезоружат, наденут наручники и поведут в клинику, для обыска которой у руководителя операции будет готова санкция от прокурора города.
    Наблюдающий эту сцену из окна Евгений попытается бежать, но все пути его отступления будут своевременно перекрыты.

    Всё произошло строго по сценарию.
    Когда бледного, поникшего Евгения вели на первичный допрос в собственный кабинет, Елене даже на минуту стало немного жалко его, но, вспомнив про то зло, которое он наверняка причинил людям, как обогащался на чужой крови, она поняла, что никакой жалости он не достоин. А что он собирался сделать с ней самой? В лучшем случае, она стала бы инвалидом первой группы, но, скорее всего, её просто убили бы, чтобы не оставлять следов преступной хирургии. Кто стал бы искать исчезнувшего без вести человека, если его запихнуть в авто в нужное время и в нужном месте? А если и будут, то у него, у Евгения, всегда найдутся заранее заготовленные выписки о благополучно проведённой операции по удалению больного органа, послеоперационном периоде и выздоровлении пациента с датой выписки его из клиники за подписью нескольких врачей. Наверняка электронные бланки с заготовками соответствующих выписок следствие найдёт на одном из жёстких дисков его компьютера. А за дальнейшую судьбу пациента, покинувшего клинику, никто ответственности нести не будет.   
    Евгений сознался во всех своих злодеяниях (и даже запланированных на ближайшее будущее), в применении силы, которую преступники – а Евгений был только звеном, хотя и важным, этого «бизнеса», - использовали для получения органов. Кого-то из жертв заманивали и хитростью, а кто-то, не подозревая ни о чём, добровольно ложился на операционный стол.
    Преступный синдикат, главой которого был отнюдь не Евгений, действовал около двух лет. Сам Садовников и три его помощника обеспечивали медицинскую сторону этого чёрного дела. У них для этого были все условия. Можно было хорошо зарабатывать и на пластике, но им этого казалось мало, и деньги, предложенные для расширения бизнеса настоящими профессионалами от криминала, застлали им глаза, превратив их в таких же преступников – без стыда, совести и человеческих чувств. Если бы не наблюдательность Елены, кто знает, сколько ещё зла принесли бы они!
     Все основные фигуранты чёрного бизнеса на медицине, включая Евгения Садовникова, получили по 25 лет колонии строгого режима. Остальные участники событий тоже не отделались условными сроками, ибо количество только погибших во всей этой преступной схеме оказалось больше, чем даже представить себе Елена могла. А ещё ведь и инвалиды…

    После суда Елена шла по улицам пешком, никого не боясь, с сознанием выполненного долга. Конечно, жаль, что так получилось с некогда хорошими людьми. Наверно, в душе каждого из них с ранних лет была какая-то червоточина, которая проявилась в зрелом возрасте. Да, к сожалению, с годами люди меняются. Но ей не в чем себя упрекнуть – по крайней мере, нечисти будет поменьше, и её родной город хоть в этом отношении будет спать спокойно.
    Жизнь устроила так, что ей надо было испить горькую чашу до дна. И, сделав всё, что могла, она её испила!


                                                                                           08.10.13
    

                                        
   
    


Рецензии