Фонтан

         
         То ли сказка, то ли нет


    - Каждую ночь я вижу себя во сне фонтаном, - пожаловался Николай Степанович дежурному толкователю снов из поликлиники. – И не просто фонтаном, а  «писающим мальчиком»  на площади-лужайке среди цветочных клумб. С бронзовыми кудрями, пухлыми щеками и скромной струей.
    - И что вы на лужайке делаете? – спросил хозяин кабинета, где принято рассказывать о снах.
    - Как что? – удивился Николай Степанович бестактному вопросу. – Журчу круглые сутки в мраморный горшок.
    - Понимаю. А вокруг, наверное, множество зрителей, всеобщее внимание и сплошные фотовспышки, -  дежурный толкователь  многозначительно подмигнул.
    - Да нет там никаких фотовспышек. Все мои зрители – это похитители цветов, - мужчина-фонтан обреченно махнул рукой. – Ночью одна смена, днем – другая.
    - А вам хочется туристов?
    - Мне хочется наполнить, наконец, мой бездонный горшок.
    - И что же вам мешает? - поинтересовался толкователь снов с полномочиями психолога.
    - Перебои с водой, скромная струя и назойливый голубь на моей голове, - Николай Степанович прикоснулся непроизвольно к своей лысине на макушке и нервно пояснил:
    - Он наносит моему бронзовому имиджу непоправимый ущерб.
    Дежурный толкователь посмотрел на клиента внимательно и задал главный вопрос:
    - А что для вас значит полный горшок?
    - Возможность двигаться дальше, - уверенно ответил мужчина-фонтан. – Хочу наполнять бассейны, озера, и даже океан…

    В свободное от журчания время Николай Степанович карабкался по карьерной лестнице. Без передышек, ступенька за ступенькой поднимался он к вершине, где желал обнаружить уважение и достаток. В пути Николай Степанович вел себя как настоящий карьерист: плевал в спины, заглядывал под юбки и пытался поставить подножку Степану Николаевичу – своему давнему конкуренту. При этом старался удержать на лице невинное выражение, хотя гримаса безнаказанности искажала его черты все чаще и чаще.

    Однажды, после тяжелого трудового дня карьерного альпиниста Николай Степанович заснул прямо на рабочем месте. А именно на третьей ступеньке правительственного этажа. Он склонил устало голову на грудь, разжал стиснутые от напряжения в борьбе челюсти и увидел во сне площадь-лужайку в утренний час. Там, прямо у фонтана, тренировалась команда разносчиков слухов, состоящая из двух человек. Ее участники – две энергичные подруги – явно спешили. Скоро начиналась эстафета сплетен на местном рынке, а их показательные выступления готовы были не до конца. Поэтому тетки суетились  языками, плели сеть слухов крючками слов и дополняли друг друга как профессионалы.
    - Домашние тапочки жены министра юстиции гуляют сами по себе, - произнесла первая тетка.
    - Они пробираются ночами в спальни холостяков и устраивают там бардак с тапочками хозяев, - подхватила вторая.
    - В погребах местной церкви воскрешают просроченный товар, - начала первая.
    - После возвращения на полки магазинов цены на воскресший товар поднимаются до небес, - закончила вторая.
    - Раскрыт заговор санитаров нашей больницы по смещению главврача, - первая сплетница была в ударе.
    - Им прописали смирительные процедуры и лечебное иглоукалывание чуть ниже спины…

    Вскоре женские языки устали. Утратили гибкость от потока слухов и потребовали влаги. Женщины подошли к фонтану вплотную, окунули языки в освежающую струю и поделились друг с другом единственной проверенной новостью.
     - В городском парке сегодня выборы, - сказала одна сплетница другой. – Будут выбирать лучшего в городе «писающего мальчика».
     - Я слышала, что победителя поставят во дворе городской ратуши, - подтвердила информацию коллега. – Пустят через него воду с особым вкусом и выделят обслуживающий штат за казенный счет.

     После того как подруги выбрались из капкана пустой болтовни и покинули площадь-лужайку, Николай Степанович подумал прямо во сне: «Выборы – прекрасный шанс сменить горшок на бассейн. Не упусти его».
    «Разве у меня есть шансы? – подумал в ответ бронзовый мальчик. – Уверен, победит какой-то многоструйный механизм, способный забрызгать все вокруг».
    «Твой козырь – скромная струя, - продолжал журчать мыслью Николай Степанович. – Избиратели всегда предпочитали скромность».
    «Эх, много будет «скромных» претендентов, - сомневался писающий Коля. – Двор ратуши комфортное местечко».
    «Тут главное, не забывать о перспективах, - карьерист в Николае Степановиче никогда не засыпал. – Вода без перебоев, личный защитник от голубей и новые возможности величиной с бассейн. Дальше будут и моря, и океаны».
    Упоминание назойливых птиц придало мальчику решительности.  Он слез с трубы, почистил свои кудри влажными ладонями, надул побольше щеки и сказал сам себе так:
    - Пойду пройдусь. Попробую. А то застоялся на одном месте – забронзовел весь.
    После чего он попрощался с мраморным горшком, сорвал с клумбы цветок в качестве талисмана и отправился тропой для гуляющих памятников в сторону парка.

    В полдень, парковыми аллеями прокатился рупорный голос организатора выборов:
    - Уважаемые кандидаты, ведите себя прилично. Убедительная просьба, нецензурных слов на спинах конкурентов не писать, краники друг другу не закручивать и услугами прикормленных голубей не пользоваться. Все нарушители будут тотчас отлучены от городской трубы и отправлены на пустырь обезвоженных фонтанов.
     Претендентов на пост главного «Писающего мальчика» набралось не меньше тридцати. Тут были кандидаты из глины, мрамора и гипса. Несколько офисных фонтанов из керамики, парочка медных гостей из придорожных отелей и один мальчик торт – приторный как все предвыборные обещания. Каждому претенденту выдали персональное корыто, всех подключили к общему резервуары с водой, после чего фонтаны-мальчики приготовились демонстрировать свои возможности и характер.
    Бронзовому Коле определили место во втором ряду. Как раз между вечным пионером с отбитым носом и гранитным представителем бани «Царство Посейдона»…

    Спустя час после начала выборов, избиратели определились с журчащим фаворитом.  Ни у кого не было таких блестящих кудрей, пухлых щек и спокойного умиротворенного журчания, как у бронзового Коли. Он подкупал своей детской невинностью и потенциальной невиновностью. К нему подходили чаще других, рассматривали со всех сторон, и вдохновленные его скромной струей отлучались по нужде. Любители фонтанов отдавали ему свои восхищенные голоса, и даже аплодировали, вызывая зависть ближайших соседей: с одной стороны вечный пионер фонтанировал ругательствами, с другой – представитель бани «Царство Посейдона» возмущался до кипятка.
     И когда казалось, что победа  маленького Коли уже близка, когда солнце уже сплело венок из лучей, чтоб возложить его на бронзовую голову победителя, произошло нечто непредвиденное. В ответственный момент объявления итогов выборов, кто-то указал на всеобщего любимца пальцем и громко крикнул:
    - Какой же это писающий мальчик? Это же ссущий мужик.

    Николай Степанович проснулся. Тревожно вздрогнул и оглянулся кругом. Все, на первый взгляд, было по-прежнему: третья ступенька правительственного этажа, безжалостные люди снуют туда-сюда, за углом затаились интриги. Однако стойкое ощущение беды поселилось в Николае Степановиче и заставило его пошире открыть глаза. Предчувствие, как всегда, не подвело. На две ступени впереди он разглядел убегающую спину  давнего конкурента в синем пиджаке.
    - Обошли! Пока спал, обскакали! – взревел Николай Степанович что есть силы и кинулся  вдогонку. Ему хотелось настигнуть противника одним прыжком, схватить его за лацкан ненавистного пиджака и вцепится в шею зубами.
    Набрав рискованную скорость, Николай Степанович прыгнул. Одним махом перелетел через целую ступень и приземлился в уютном уголке среди влиятельных жен. Там ухватился за чью-то важную юбку для равновесия, расплылся обаятельной улыбкой, рассыпался комплиментами, но все-таки не удержался. Поскользнулся и упал.   Перед падением наступил на ногу ревнивому мужу и сделал компрометирующую лужу величиной с океан.

    Карьерные ступени всегда злопамятны. Хорошо помнят тяжесть чужих каблуков, не забывают, как о них вытирают ноги. Пока катился Николай Степанович вниз, ступени метили его спину злорадными ударами.  А когда он достиг с грохотом дна, основание карьерной лестницы прикоснулось к его голове крепким поцелуем и подарило на прощание красочное видение. Николай Степанович увидел  дворик из своего детства, пижамные штаны на бельевых веревках и маленького Колю в компании  дворников, одетых в белоснежные жилетки.
    - Почему ты плачешь? – спросила женщина-дворник с добрым лицом. – Вроде фонтан, а слезы настоящие.
    - Я заблудился, - всхлипнул маленький Коля. – Вышел из парка, а свою площадь-лужайку найти не могу.
    - Было бы с чего плакать, - улыбнулась женщина. – Отсюда до твоего дома рукой подать.
    Бронзовый мальчик протянул с надеждой руку, но достал пальцами лишь до старого фонарного столба.
    - Просто есть люди с очень длинными руками, - рассмеялась хозяйка белоснежной жилетки.
    - Как у вас? – Коля растер слезы по лицу.
    - Скажу тебе по секрету, - женщина приблизилась губами к бронзовому уху мальчика. – Мы не просто дворники. Мы служба доставки. Возвращаем опавшую с дерева жизни листву обратно на небо. Хочешь домой?
    - Хочу, - уверенно сказал мальчик-фонтан.
    - Тогда закрой глаза  и через минуту будешь на своей лужайке среди цветов…

    Фонтанам, порой, тоже снятся сны. Яркие, короткие – ровно на одну минуту. Затем они рассказывают о своих видениях прохожим на журчащем языке, но их никто не понимает. Закрыв глаза, бронзовый мальчик тотчас окунулся в сонную усталость и приоткрыл дверь в страну человеческих грез. Там, сразу за порогом, мальчик увидел Николай Степановича. В строгом костюме, в начищенной обуви и при галстуке. Он сидел на перекрещенных метлах с золотыми ручками, а группа необычных дворников в белоснежных жилетках поднимала его выше любой карьерной лестницы. Служба доставки опавшей листвы уносила Николая Степановича за облака.
   


Рецензии
Здорово написано, оригинально. Будем читать ваши рассказы дальше. Успехов!

Рок Поединок   14.08.2017 08:34     Заявить о нарушении
Спасибо за отзыв!

Саша Кметт   15.08.2017 08:33   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 84 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.