Вокзал

На вокзале обычно ждут, иногда спешат, этот человек не ждал и не спешил, он был начальником вокзала - Степаном Игнатовичем Гориным. Возраст этого грузного телосложения господина, был пусть ещё и не преклонный, но уже весьма весомый - Горин пару месяцев назад разменял шестой десяток. Он был татарином по национальному происхождению, но языком родным почти не владел и считал себя русским, а разрез глаз списывал на то, что Россия страна многонациональная и тип лица не показатель. Характер Степан Игнатович имел добрый и жизнерадостный, чем и снискал себе прозвище "Гора добра" которым и пользовались его подчинённые, но разумеется - за глаза, впрочем, он об этом знал и немного обижался, как и все люди тучного телосложения,когда им об этом напоминают. Но ведь это лучше чем если бы они звали меня жирным татарином - думал иногда (с усмешкой) он. Жизненная ситуация у Горина складывалась таким образом, что работе он посвящал себя всецело и некоторые из его сотрудников шутили: "Гора с вокзала не уходит", и в этом высказывании была доля правды. Сильно болевшая тёща, жившая в соседнем городе и не желавшая переезжать к Гориным, требовала ухода и супруга была вынуждена часто и подолгу у неё гостить, а уже взрослые дети разъехались и жили своей жизнью.

Было раннее утро, Горин проснулся в кабинете. Посмотрев на часы и решив,что сейчас самое время проверить работу людей которые заканчивают смену, поднялся с дивана, подошёл к кулеру - сделал кофе, с удовольствием отпил, поставил чашку на стол и всем телом потянулся (широко разведя руки и подняв их в верх). Опустив же руки он засеменил на месте трусцой, сосредоточено, но не долго, а остановившись сделал несколько наклонов и с довольным видом зевнув снова потянулся. Игнатович сходил в уборную,вышел,взял в руки чашку с недопитым напитком, отпил,достал сигарету,закурил, подошёл к выходящему на привокзальную площадь окну и обомлел!

Парковка привокзальной площади была заполнена машинами спецслужб. Здесь были все, и пожарные, и милиция, и скорая, и даже служба газа и инкассации. Степан Игнатович, поймал себя на мысли, что такого ещё в его практике не было и он не знает, что делать. Вспомнив,что с вечера отключил телефон, так как кто-то постоянно ошибался номером жутко этим раздражая и он позвонив и поговорив с женой , просто вырубил мобилу.

Телефон служебный молчал. Странно почему мне ни кто не звонит, подумал Горин,в этот момент  телефон заработал, Гора добра - вздрогнул, потушил не докуренную сигарету и медленно направился к аппарату. "Что же случилось, что же случилось" - крутилось у него в голове.

- Алё, алё! Степан Игнатович! - раздалось из аппарата - тут такое, тут такое! Горин узнал по голосу, начальника транспортного отделения милиции Переферзева.
- Да не кудахтай ты - обрезал он в несвойственной для себя манере и громким голосом сказал - говори чётко и внятно, что случилось?

Переферзев молчал, пауза затягивалась и Горин уже собирался повторить свой вопрос когда в трубке раздалось: "Степан, мне  п о р а ..."

Гора-добра, стоял с телефонной трубкой в руке и слушал гудки, слушал долго и одновременно изо всей силы щипал себя левой (свободной) рукой за мочку левого же уха и думал - " почему меня не разбудил вой сирен?... не могли же спецслужбы приехать тихо..."

Трубка легла на аппарат, он нервной походкой начал ходить, что называется "взад - вперёд", остановился, закурил... Снова начал ходить, снова закурил... За окнами вступало в свои права осеннeе утро большого города.

На уста запросилась молитва, он начал шептать "Отче наш" , но спохватившись, что у него в руке сигаретa, Степан трижды произнёс "Господи помилуй" и не выпуская из пальцев свою "Яву" открыл дверь кабинета, прошёл через приёмную и вышел в коридор административной части, окна которой выходили на перрон. То, что Гора добра в них, в этих окнах, увидел настолько его поразило, что о вопросе, как так спецслужбы своим приездом его не разбудили, он больше не задумывался. Единственным всецело овладевшим его разумом чувством была растерянность которая ввела Степана в ступор, он просто стоял и смотрел. Сигарета дотлела в руке и обожгла пальцы, Горин даже не вздрогнул, просто разжал их и уронил окурок на пол. Ему почему то сначала вспомнилось одно из самых ярких событий из его детства, потом он начал думать о том почему сейчас он думает именно об этом и в результате через какое то время он и вовсе даже и думать то перестал! Просто крутил в голове обруч безмыслия и смотрел в окно на то чего там за этим окном он видеть был ну ни как не должен.

Прямо на месте пяти перронов железнодорожных путей всё пространство, кроме площадки первого примыкающего непосредственно к зданию вокзала, было занято возвышающемся на высоту несколько этажного здания холмом и над ним парила огромная стая белых голубей. Холм представлял собой будто бы опушку леса, леса таёжного, леса не густого, леса раскидистого, леса южно-сибирского. Местами были видны поросшие мхом скалистые возвышения, кое где бурно громоздились заросли цветущего маральника, островками стояли группы елей, а на отдельных полянах возвышались могучие кедры. По центральной части этого холма бежал довольно широкий ручей, местами он образовывал заводи берега которых были покрыты камышом, осокой и не менее активно чем маральник цветущим репьём. Сама же непосредственно опушка увенчивалась белоснежного цвета трёхэтажным строением, пожалуй это было шале. Угловатое, сложенное из среднего размера каменный блоков оно было покрыто сложно-изломленного вида кровлей покрытой шоколадного цвета объёмной черепицей, имело множество разновидных окон и опоясывалось огромной открытой верандой. Заметно выступающие и имеющие широкий контур карнизы кровли дома и веранды придавали строению вид благородного и очень красиво опрятного белого гриба. Из высокой, выступающей за центральный конёк крыши, трубы шёл дымок и это предавало дому вид обжитого и уютного (даже снаружи) строения.

Степан Игнатович начал по не многу приходить в себя, начал он с малого - с самого малого противоречия из только что им увиденных. "Почему цветёт маральник, на дворе же сентябрь.." - подумал он, продолжая стоять и лорнировать.

- Что, Игнатыч, в курсе ты уже, что дурдом на вокзал переехал?

Горин вздрогнул всем телом и обернулся на голос. В проёме дверей подсобного помещения стояла баба Нина, местная уборщица. В сером халате, в галошах одетых на шерстяной носок, в косынке цвета моркови и синих резиновых перчатках она показалась Степану такой близкой и родной, что радость на его лице просто засветилась!

- Привет, Нинель! - Горин всегда так, на французский манер, называл эту женщину толи в шутку, толи в серьёз часто говорившую ему, что если б не его разрез глаз она б считала его французом за его любовь к сухому красному, бутылки из под которого она частенько выносила после уборки.

- З д р а в с т в у й т е, Степан Игнатович! - как то слегка будто на распев ответила Нина, - что творится то знает хоть кто-нибудь?

- Если кто-то и знает, то это явно не я, - ответил Горин.

А ты то давно наблюдаешь это? - спросил, уже в ответ, он.

Ответа на свой вопрос Горин не услышал, Нина развернулась и скрылась в подсобке. Горин какое то время подождал, но женщина не возвращалась. Он позвал, но не услышал ответа, тогда он заглянул в помещение и увидел Нину сидящую на полу в углу комнаты, закрывшую лицо руками и тихо плакавшую... Степан шагнул в комнату в естественном желании успокоить плачущую женщину, но именно в этот момент раздались звуки приближающегося грома и послушался шум дождя. Нина подняла лицо и посмотрела на Горина, как бы с немым вопросом "не ослышалась ли она?" и вместе с тем на лицо её пришло спокойное и даже умиротворённое выражение.

-Слышишь? - спросила она.

Горин молча развернулся и вышел в коридор, снова встал у окна и принялся вглядываться (уже через завесу моросящего дождя) в детали представшего перед ним вида.

Послышались шаги, к Степану подошла Нина и встала рядом.

- Ты видишь это? - еле слышно проговорил Горин.

- Конечно. - услышал он ответ.

- Да нет, я не обо всём этом. Я о ручье! Присмотрись!

- Обалдеть... - Услышал Степан, будто вновь срывающийся в плач, голос Нины. - Да он же течёт в верх!


                                     ***

Когда путешествую на поезде, каждый раз выезжая из города и видя частные дома  живущих у железнодорожного полотна людей, думаю - "что же заставляет их здесь селиться? Каково им каждый день видеть проходящие поезда?".

Ты смотришь в окно  и видишь, как кто то из них занимается во дворе дома своими делами и не обращает ни какого внимания на движение состава, а кто то на оборот стоит к примеру у калитки и всматривается в окна пробегающих мимо вагонов и ты не можешь отделаться от впечатления не причастности тебя и этих людей к, происходящему вроде бы с нами, действию. Будто бы мы это и не мы вовсе, а просто марионетки, игрушечные человечки ...


Рецензии
Необычно.
Тоже всегда задумывалась над тем, как живут люди, в одиноко стоящих возле путей домов. \Как пьют кофе, глядя в окно на проносящиеся поезда.)

Светлана Павленко   11.11.2017 19:30     Заявить о нарушении
Спасибо!
),

Яков Тав   30.11.2017 07:53   Заявить о нарушении
На это произведение написано 15 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.