Посылка

— А солнышко умеешь? — Петька прикрыл ладошкой свою часть морозного окна и хитро посмотрел на меня.
— Как это?
— Смотри: сначала дуй вот так... будет окошечко, потому что человек всегда горячий.
— Нет, я холодная, только когда болею горячая... Смотри! – трогаю Петькиной ладошкой свой лоб.
— Ты внутри горячая, а так-то, конечно, не горячая, Ну смотри дальше: теперь надо вокруг этого окошечка вот так палец подержать, — Петька смотрит на мои пальчики и вздыхает. — Тебе надо долго держать и немножко шевелить, чтоб получалось пошире, понимаешь?
Мы делаем солнышки на морозном окне, устроившись рядом на табуретках, и ждём папу. Он уже скоро придёт обедать и топить печку. 
За окном зимняя красота и тишина. А дома — ёлка.  Пахнёт, как в лесу. Мы специально с Петькой  её нюхаем и ещё жуём иголочки. Отщипываем от ёлкиной веточки  понемножку  и жуём.
— Ты уже наелся? — с надеждой на конец игры спрашиваю брата. — А то опять суп будет невкусный.
— Наелся! Ага! Папа! — вскакивает с табуретки брат.

Папа входит с облаком мороза.
— Кыш!— смеётся. — Холодно!
Мы  понарошку визжим от страха и прячемся за печку.
Папа спешит растопить печь, ставит на газовую плиту кастрюльку с супом:
— Олька! Кто у нас хозяюшка? Ложки где?
Ложки, тарелки и ... Противный грибной суп.  С хлебом.
Петька толкаем меня локтем и шепчет, чуть наклонившись:
— Ешь быстрее! Гулять пойдём!
— Сам ешь! Мне невкусно!
— Вкусно! Ты чего?
— Они чёрные... А раньше были не чёрные! Я видела в корзинке.
— Ну и что? Всё равно вкусные!
— Ага, сам-то снетки не ел в супе!
— Снетки с глазами!
— Ничего не с глазами! Мама головы отрывала.
— живодёры... — Петька уткнулся в тарелку и замолчал.
Я задумалась про  живых дёров. Нет, не живые снетки. И не дёры никакие, а просто маленькие рыбки. И не чёрные.
— Петь, съешь мои грибы, а я твоих живодёров потом съем.
Папа прихлопнул по столу:
— Быстро жуйте! Для вас сегодня важное задание!

Из-под папиной ладони торчит уголок бумажки.
— Это квитанция. Я сейчас уйду на работу. Вам закрыть трубу  ( папа кивнул на печь), а потом... на почту за посылкой.
— Ура-а! — завопили мы в два голоса.

Папа щёлкнул меня по носу, зачем-то погрозил Петьке и, накинув пальто, вышел из дома.

— Олька! Я — главный! Тащи свои штаны с резинками.
— Зачем?
— Прыгать будем на Повороте. Или ты хочешь, чтобы снег в валенки попал?
— Не хочу.
— Ну вот и натяни штаны на валенки.  И шарф концами назад давай завяжу.
— Как дурочка маленькая, — сержусь я на брата.
— Тогда не будешь прыгать! — пугает он меня. — Иди за санками, а я дом закрою.

...Яблоневый сад в инее, пара притихших снегирей на ветке, Васька трусцой бежит по расчищенной от снега тропинке и муркает. Я приседаю, а он, слегка боднув мою ладошку  головой,  задирает хвост трубой и щурится на солнце.
— Олька, пошли!— командует главный.
Мы впрягаемся в пустые санки и несёмся к реке. Ну вот и наше место для секретных прыжков — "Поворот". Снегу там наметает так много, что прыгать совсем не страшно.
— По два раза и всё! — командует Петька.
— Я потом тоже, как ты, смогу, правда же, Петь? — отряхиваюсь я от снега.
— Потом... Побежали за посылкой.

Санки ставим к стене почты, Петька хватает с крыльца веник и обметает мне валенки:
— Иди давай скорее, не выстужай  им здесь, — толкает он меня в спину и следом протискивается в комнату.
Мы ждём тётю Веру-почтальона. Долго. Целых пять минут или даже тридцать. Петька крутит в руках квитанцию, смотрит на буквы, будто уже в школу ходит и умеет читать.

— Ну, пришли? С санками? — тётя Вера выносит посылку. — Петька, положи на стол бумажку да беги дверь мне открой.
Через минуту наша посылочка — фанерный ящик — ловко устраивается в санках.
— Спасибо, тётя Вера!
— Бабушка, небось, прислала вам подарочки, а?
— Ага! — дружно киваем мы головами.
— Но-о, лошадки! — смеётся почтальонша нам в спину.


Вскоре наши валенки уже  греются  у натопленной печки, а посылка стоит на полу посреди комнаты:
— Здесь гвоздики, Петь... Ой! Эту шоколадку мне, ладно? — Я тычу пальцем в сургуч.
— Ничего, Олька, я это все победю. Я видел, как папа открывал.
— А нам можно?
— Конечно! Папа меня ж назначил главным. Здесь надо подковырнуть стамеской, потом молотком стукнуть, сделать рычаг и... вниз. Все гвоздики выпрыгнут.

Я зажала в руке свою шоколадку и стала сидеть тихо, чтобы под руку не попасть.
Петька сопел и стучал молотком. Посылка поскрипывала гвоздиками и манила своей тайной утробой. За окном быстро темнело.
— Ты, Олька, сиди на диване, а то здесь гвоздики ещё торчат.
— А что мы будем дальше делать? А нам не влетит? Это можно?
— Можно! Мы ёлку будем подарками украшать.
— А как?
— Вот конфетки с золотыми фантиками... Раскручивай!
— Мы будем всё есть?
— Нет... Одну штучку... Пополам...
— А зачем все раскручивать?
— Золотинками орехи обернём и на ниточках повесим на ёлку, как мама учила, помнишь? А фантиками конфетки снова завернём и тоже на ниточку и на ёлку...

***
Папа нас нашёл спящими на диване. В моей руке была та самая посылкина шоколадка, утомившийся Петька держал в кулачке лишний фантик.
Каждый Новый год, пока нас кто-нибудь радовал посылками, мне отдавали шоколадку. А Петька был самым главным открывальщиком.
Ящики с гвоздиками, нацарапанные химическим карандашом адреса, шпагат и сургуч - маленькие радости, которые греют своей взаправдой до сих пор.


Рецензии
"человек всегда горячий." - удивительные слова маленького ребёнка!
А ведь и вправду - горячий!
Только от одних исходит пламя, от других - тепло, но это уже другое...
И какое красивое - из детства! - слово:"взаправда"! Одно оно делает Ваш рассказ щемящим...
Пусть теперешним детям, внукам будет хорошо. Взаправду и всегда!
Вас с Праздником, добра и тепла Вам и всем близким Вашим!..

Зайнал Сулейманов   29.12.2017 22:59     Заявить о нарушении
Дорогой Зайнал!
С Новогодьем Вас!
Пусть наша взаправда будет понятна нашим детям и внукам.
И пусть нас с ними разделяют только годы.
Желаю Вам тишины на душе, Вашим близким добра и здоровья!
Ps "добра и здоровь" всем делала моя бабушка. Хорошо это помню.

Ольга Алексова   30.12.2017 13:55   Заявить о нарушении
На это произведение написано 26 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.