Новогодняя пощёчина

-Ты же сказала, что твоей мамы не будет! Зачем она тут нам нужна! Я сделал всё, чтобы мы встретили Новый год вдвоём!
-Ромочка, не уходи! Я всё улажу! Её подружка уехала неожиданно к дочери! Зять забрал тёщу! Кто бы думал, что так получится!
-Нет! Не уговаривай меня! Не уговаривай! Если бы она молчала! Еще мне допрос устраивает: куда я семью дел! Какое её дело-куда! Радовалась бы, что с её дочкой вожусь, бросил всё ради неё!
-Не уходи, пожалуйста. Я тебе приготовила сюрприз. Вот увидишь, как будет здорово!
-Ты мне обещала, что мы будем вдвоём! Всё! Не приставай и не уговаривай. Я ушёл!
Роман открыл дверь, уже перешагнул порог, но что-то его остановило.
-Милый, ты передумал! Проходи, всё будет так, как ты хотел! Я старалась. Я так старалась!
Но, мужчина молча прошёл мимо Риты, небрежно схватил пакет, который стоял на тумбочке. Видимо неудачно. У пакета оторвались ручки и он упал на пол. Рыжие апельсины, как мячики, запрыгали  по полу. Роман поднял пакет, но опять неудачно. Из него, под ноги Роману, выпала коробочка конфет. Пнув коробку так, что она улетела в комнату, мужчина выхватил из пакета шампанское, поднял пару апельсинов, засунул их в карманы,  выскочил из квартиры.
-Рома! Рома! Останься, прошу тебя! Новый год же! Новый год скоро! Что ты делаешь?
Но он, даже не повернув головы в сторону возлюбленной, с грохотом, перескакивая через ступеньки, ринулся вниз. Внизу громко хлопнула дверь и  этот пронзительный хлопок, как выстрел, разнесся по пустому подъезду.
Рита вздрогнула и тут же взвыла, как раненая собака, подняв голову вверх. С силой захлопнула дверь квартиры и, не соображая, что она сделает в следующую минуту, понеслась в комнату матери.
-Ах ты,  ведьма! Довольна! Довольна, да! Кто тебя просил возвращаться? Кто? Я ж тебя предупредила, просила не приходить! А ты! А ты…- Рита бросала гневные слова в лицо женщине, сидевшей на кровати.
Та сжалась, втянула голову в плечи, как будто ожидала удара сверху.
А дочь кричала, кричала так, что звенели хрустальные подвески на люстре. Она нагнулась над матерью, как ястреб, который готов уже напасть на свою добычу.
-Доченька, Ритонька, в чём я виновата. В том, что мне пойти некуда?  Но мне некуда пойти, доченька!
-Мама! Как же ты не понимаешь! Зачем ты с ним разговаривала! Какое твоё дело! Зачем?-еще громче кричала Рита, размахивая руками перед лицом матери.
-Доча, да ведь он же звонил жене! Он командовал ею! Он сказал, чтобы она укладывала ребёнка и ложилась спать!
-Какое твоё дело! Какое? А? Да, он женат! Но он любит меня! Он решил Новый год встретить со мной. А ты мне всё испортила! Ты! Ты! Ты!
-Доченька, прости меня, успокойся! Да ты ж такая красавица! Ты еще найдёшь себе хорошего парня. Зачем тебе этот обманщик, зачем, доченька?
Женщина протянула руки, чтобы обнять дочь.
Но Рита размахнулась, ударила мать по щеке, развернулась и выбежала из комнаты, громко плача и ругая несчастную женщину.

Антонина Николаевна вырастила дочку одна. Она сохранила верность единственному мужчине, которого любила и помнила всю свою жизнь. Замуж вышла поздно. Ей уже исполнилось почти тридцать пять. А любви всё не было. И, однажды, подружки вытащили её в ресторан. На медленный танец пригласил офицер. Тонечка в званиях не разбиралась.  Заволновалась очень, застеснялась, отрицательно покачала головой.
-Я не танцую, - чуть слышно прошептала она и уткнулась в блюдечко с салатом  «столичный» в котором кроме отварного картофеля и солёных огурцов, был ещё майонез.
Но молодой человек был настойчив. Он вытащил девушку из-за стола и потянул в центр ресторана, где было уже тесно от танцующих пар. Прижал Тоню к себе так крепко, что у неё подкосились ноги и закружилась голова. На всю жизнь сохранилось в памяти это состояние стыда, блаженства, полёта и покоя. Таких сильных рук она ещё не знала и такого голоса, проникающего до самого сердца,  девушка никогда не слышала.
Через неделю расписались. Павел увёз девушку в гарнизон. Через год родилась Риточка, а ещё через год Павла не стало. Афганистан.

Рита росла в любви и ласке. Мама готова была сделать всё, чтобы дочка не пожелала. Работала по две смены. Хорошо, что мама Антонины ещё была жива и помогала  растить девочку. Рита с детства была капризной девочкой. Добивалась своего любыми путями. И любящие мама и бабушка спешили выполнить все её капризы и желания.
После школы Рита поступила в педагогический институт, закончила его, но по специальности работать не стала.  Выпросила у мамы все сбережения и начала свой бизнес.  Через два года не осталось ни денег, ни бизнеса. Стала работать продавцом. Сначала на рынке, потом в торговом центре. Зарплата стабильной не была. Но мама всегда была рядом и по-прежнему тянула лямку на двух работах.
Рита к тридцати годам так и не смогла выйти замуж. Всё ей было не так.
Да и Антонина Николаевна практически всегда не одобряла выбор дочери. Все мужчины, которые ухаживали за Ритой, казались ей недостойными  дочери. То образование не то, то внешность не устраивала.
А тут вдруг Рита увлеклась мужчиной. Она просто летала от счастья. Антонина выследила дочь, когда та встречалась с парнем. Рассмотрела его. Правда, издалека. Из-за дерева. Но осталась довольна. Парень был видный, высокий, хорошо одет.
Рита за неделю до Нового года попросила маму уйти из дома на ночь. К подруге, которая тоже была одинока. Она рассказала маме, что  Роман предложил встретить Новый год вдвоём. Но где? В ресторане дорого. Путешествовать дорого. И Роман уговорил Риту устроить романтический ужин у неё дома. Рита с радостью согласилась!
Антонина Николаевна с удовольствием помогала Рите готовиться к Новому году. Они пекли пироги, готовили салаты, придумывали десерт.
Рита просто была от счастья на небесах! Она строила планы на будущее. Она хотела семью, детей. И Риту совсем не смущало, что Роман женат, что у него больной ребёнок, который требовал много внимания и заботы. Рите хотелось счастья, которое обещал Роман. Маме дочь не говорила о том, что Роман имеет семью. Мама была счастлива оттого, что счастлива её дочь.
Антонина Николаевна сняла бигуди, аккуратно причесала волосы. Накрасила губы яркой помадой. Посмотрела на себя в зеркало, рассмеялась, взяла салфетку и стёрла неприлично красный цвет с губ. Припудрила щёки, подкрасила черной тушью реснички, обвела губы розовым контурным карандашом и покрыла губы чуть заметным  блеском. Одобрительно кивнула головой, присела на кровать, задумалась.  Вспомнила первый танец с офицером, будущим отцом Риточки, роды, бессонные ночи. Она всю себя посвятила дочке. И нисколько не жалела об этом.
-Вот и у Риты будет всё хорошо, - мысленно разговаривала Тонечка с Павлом.- Наконец-то наша доченька будет счастлива. Парень видный, красивый. Сегодня я с ним познакомлюсь и сразу же тебе, Пашенька, расскажу, пара он нашей дочке, или нет. Я ведь соврала Рите, что у подружки Веры проведу Новый год. Пройдусь, погуляю, а потом вернусь и скажу, что Веру забрал зять. Не выгонят же они меня. Побуду в комнате. Посижу за столом. Ну, не выгонят же!  Всё-таки он наш гость. А я хозяйка. Имею право посидеть за столом в своём доме.
Антонина надела праздничную блузку с блёстками, которую надевала только по большим праздникам. Новые брюки. Покрутилась перед зеркалом. Ей понравилось в себе всё. И настроение замечательное. Скоро Новый год. И дочка будет, наконец-то счастлива. И она дождётся долгожданных внуков. Желательно- в наступившем году.
Вышла из комнаты. Рита в своей комнате,   перед зеркалом, занималась макияжем. Яркое платье «в пол» в ожидании хозяйки покоилось на стуле. Ёлка сверкала разноцветными огнями.  На столе горели свечи. Их было много. Они весело перекликались яркими язычками. В доме было уютно и тихо.
Антонина Павловна оделась, открыла дверь.
-Доченька, я ухожу!
-Да, мамочка, пока!
Рита выбежала из комнаты, обняла маму, поцеловала в обе щеки:
-Какая же ты у меня красавица! До завтра, мамочка. С Новым годом тебя!
Антонина спустилась по лестнице, вышла на улицу. Идти было некуда. Люди спешили домой. Никому не было дела до одинокой женщины, которая брела по улице просто так. В никуда.
Прошло два часа. Антонина замёрзла, хотя и заходила греться в подъезды близлежащих домов. Из квартир слышалась музыка, смех, шум. Люди готовились к встрече Нового года. Им было не до женщины, которая грелась у батареи в подъезде.

-Милый, наконец-то! Я тут, как пчёлка, суетилась целый день! Тебя ждала, готовилась к встрече с тобой и Нового года!
Рита прижалась к груди возлюбленного, она была счастлива. Её мечты сбылись. Этот мужчина будет её!  Он будет её мужем! И ничего не сломает её планов. Никто не разрушит того, о чём так долго мечталось.
-Дорогая моя! Как я рад тебя видеть! Наконец-то мы одни, вместе! Ты даже не представляешь, как мне трудно было выбраться из этого ада! Но я сделал всё, чтобы быть с тобой рядом в эту волшебную ночь!
Влюблённые молодые люди никак не могли насладиться друг другом.
-Ну всё, всё, все! Я пойду достану из духовки новогоднего гуся! Он уже готов! Чувствуешь, какой аромат! Это будет восхитительное блюдо! Раздевайся, проходи в комнату.

Антонина толкнула дверь своей квартиры. Она была приоткрыта. В прихожей темно. Вошла. В комнате, напротив входной двери, сверкала разноцветными огнями ёлка. На праздничном столе по-прежнему ярко  горели свечи. От потока воздуха, прилетевшего из подъезда, который впустила в дом Тоня, огонь запорхал, как бабочка, заволновался,  пытаясь оторваться от свечи и улететь вверх. У огня это не получалось. И он опять волновался, трепетал, метался в разные стороны.
Антонина сняла зимние ботиночки. Ноги замёрзли. Слишком долго она бродила по улицам. Потёрла пальцы ног руками и пошла на цыпочках к своей комнате.
-Я кому сказал, уложи ребёнка и спать! Меня не будет. Я тебе чётко объяснил, что меня не будет. И не надо истерик. Смотри за сыном! И не звони мне. У меня- корпоратив. Ты поняла? Корпоратив! Я не могу оставить своих подчинённых из-за твоих капризов. Что он там кричит? Иди и уложи ребёнка спать! Пока!
Антонина не успела отойти от двери своей комнаты.  И вышедший из неё мужчина чуть не снёс её с ног.
-Вы кто?
-А вы? Что вы делаете в моей спальне?
-Я пришёл к Рите. Мы вместе встречаем Новый год. А вы что тут делаете?
-Я тут живу. Я – мама Риты!
-Опа! А она сказала, что мы будем одни! Она что, смотрины устроила, что ли? Ну и дела!
-Нет, нет! Вы Риточку ни в чём не подозревайте. Подружку мою забрал зять, и мне пришлось вернуться домой! Я сейчас закроюсь в спальне.  И Риточка даже  не узнает, что я здесь. У меня только один к вам вопрос. Простите меня, но у вас есть жена, ребёнок. Почему вы здесь? Так нельзя. Я не позволю моей дочке пудрить мозги. Она влюблена в вас! А вы её обманываете! Так нельзя.
-Да, пошла ты! Ещё мне мораль тут будешь читать! Если б ты знала, как ты надоела дочке своей! Никакой свободы! Да ну вас!
Роман выскочил в прихожую и громко, нервно закричал:
-Рита! Я ухожу! Мне ещё тут твоей матери не хватало! Её нравоучений! У меня дома их выше крыши! Хотел отдохнуть, расслабиться!  Спасибо тебе!
Рита выбежала из кухни. Она была прекрасна. Раскрасневшееся лицо, разметавшиеся по плечам волосы, счастливая улыбка на устах.
-Милый, что случилось?  Я меня там новогодний гусь…
-Там - гусь! А там -  твоя мама! Какого чёрта она тут?
-Мамы нет! Ты что-то путаешь. Она ушла!
Рита вбежала в комнату. На кровати сидела мама. Она выглядела очень плохо. В комнате пахло сердечными каплями. Но Рита не обратила на это внимания.
-Мама! Почему ты дома? Мама! Что случилось?
-Там зять приехал. И мне пришлось вернуться домой. Доченька. Я тихонечко посижу тут. Можно, а?
-Достала ты меня уже! Ты же обещала! Могла бы посидеть до утра и в другом месте! Что у тебя соседей нет? Уйди! Уйди куда-нибудь! Немедленно!
Рита бросила в лицо мамы полотенце, которое было у неё в руках. Выскочила из комнаты.
-Рома! Всё будет хорошо. Проходи!
-Ты же сказала, что твоей мамы не будет! Зачем она тут нам нужна! Я сделал всё, чтобы мы встретили Новый год вдвоём!
-Дорогой, не уходи! Я всё улажу! Её подружка уехала неожиданно к дочери! Зять забрал тёщу! Кто бы думал, что так получится!

Женщина протянула руки, чтобы обнять дочь. Ей так хотелось её прижать к себе! Обнять, успокоить, пожалеть. Рассказать, что ещё не всё потеряно, что всё ещё впереди. И будет счастье, как случилось у неё с Павлом, отцом Риты, которую он любил всего один год. Но большей любви не бывает. Чем у отца к единственной дочери.
Антонина тянула дрожащие руки к своей дочке, чтобы обнять её.
Но Рита размахнулась и ударила мать изо всех сил  по щеке. По щеке. Свою мать. Затем -  развернулась и выбежала из комнаты, громко плача и ругая несчастную женщину.
Антонина встала с кровати. Щека горела. Болела голова. Тоня поняла, что сегодня она потеряла дочь. Ни за что. Просто потеряла. И всё! Одна пощёчина, одна, перечеркнула всю её прошлую и будущую жизнь.
-Павел. Прости меня. Я не сумела быть хорошей мамой для твоей дочери. Прости меня. Но я так старалась. Я очень старалась!
Антонина вышла из своей спальни. Повернула голову в сторону гостиной комнаты. Ёлка по-прежнему сверкала. Свечи на столе уже не горели. Был полумрак. Дочка, любимая дочка, которую Тоня так боготворила, любила и жила только ради неё, сидела спиной к прихожей и запрокинув голову пила из бутылки коньяк.
-Рита! Прекрати это делать!
-Пошла вон! –крикнула дочь и не поворачивая головы, кинула бутылку в сторону матери.
Антонина заплакала. Перешагнула через бутылку, которая, как кровоточащая рана, истекала коньяком, взяла в руки пальто и вышла из квартиры.

Новый год наступил.  Разноцветные фейерверки пронизывали небо вдоль и поперёк. От них было светло.  Люди кричали, прыгали, хлопали в ладоши. Было шумно и весело.
Прошло два часа. Тоня брела пустынной улице. Ноги очень замёрзли. Только недавно она заметила, что ушла из дома в меховых тапочках, которые её подарила дочка на Новый год.
В окнах гасли огни. Люди, встретив Новый год, уже укладывались спать. Одинокие-спешили по домам. Но никому не было дела до женщины в домашних тапочках, которая брела, не понимая куда. Она изредка грелась в подъездах. Но жильцы носились из квартиры в квартиру, курили на площадках, бегали  туда-сюда, искоса посматривая на неё, как будто она что-то у них украла. И Антонина снова выходила на улицу.
На автобусной остановке было пусто.  Антонина Николаевна села на лавочку.  Она не чувствовала ни ног, ни рук. Ей хотелось спать. Очень хотелось спать.
Подошла собака. Похожая на овчарку. Овчарки  жили в  гарнизоне, где Антонина жила после свадьбы. И муж, Павел, их очень любил. Они бегали по утрам с Тоней в часть, чтобы накормить этих замечательных собак, овчарок. А позже, когда дочка начала ходить, Тоня продолжала кормить собак, уже приходя в часть с дочкой Ритой.
Тоня не испугалась этой собаки-пришельцу. Она протянула к ней свою замёрзшую  руку. Собака лизнула её  горячим шершавым языком. Антонина протянула вторую руку. Собака, с впалыми боками, абсолютно беспризорная, судя по её рыжей ободранной шерсти и тощему, опущенному вниз хвосту,начала лизать и вторую руку. Потом замёрзшее Тонино лицо. Глаза. Уши. И опять руки. Затем улеглась. Свои лапы подсунула под ноги в меховых тапочках Антонины. И положила на них свою рыжую голову. Тоне стало тепло и уютно. Она закрыла глаза.
-Павел. Как хорошо, что ты здесь, мой любимый Павел. Прости меня. Но я сделала всё, что смогла. Просто… время сейчас такое. А я его не понимаю. Прости…

 


Рецензии
Мать неправильно сделала, что ушла из дома на мороз. Надо было остаться в своей комнате. Дочка одумалась бы. Даже если нет, то рисковать своей жизнью мы не имеем права, она нам щачем-то дана, и надо идти до конца, чтобы выполнить свое предназначение.

Любовь Ковалева   19.05.2018 12:49     Заявить о нарушении
Ну, вот так произошло... Жаль

Галина Одинцова   21.05.2018 02:51   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.