Божий наказ

Весть о том, что Павлик Машнов  купил машину быстро разнеслась по заводскому поселку. Да не какую-нибудь, а семиместную иномарку с мудреным названием «Мицубиси спайс ваген». Что обозначает – «космический вагон». Это Павел узнал за праздничным столом, который уже на следующий день накрыл по требованию родни, друзей и соседей. Пили за безаварийную езду, за то, чтобы колеса не прокалывались и не глох мотор. Подвыпившего Машнова в который раз заставляли рассказывать о том, откуда он взял деньги на эту белоснежную красавицу. И он вновь докладывал компании, что давно копил на «жигули», но тут его друг (вместе росли и служили в армии) женился на немке, и она повезла его на свою историческую родину. А у друга была эта «Мицубиси», и он, уезжая, продал ее Павлу за ту сумму, что тот успел накопить. Объяснив это, Машнов каждый раз разводил руки, как бы говоря: «Я тут не причем».
Но оказалось – ох, как причем! Как-то за ужином Павликова теща, вроде ни к кому не обращаясь, сказала, что машину надо освятить. Дескать, завистников много, да и от греха – угона и аварии – подальше. Вот Николай Петрович освятил свои «жигули» и ездит теперь себе спокойно. Надо сказать, что бывший сослуживец тещи, этот самый Николай Петрович, в ее устах и понимании служил эталоном, которым Машнов должен был измерять все в своей жизни. Этот пузатый старик с надменным лицом, которого Павлик видел однажды, стал мерилом его умения вежливо разговаривать с женщинами, вести домашнее хозяйство, зарабатывать деньги, воспитывать детей и еще Бог знает чего, что выплывало в тещином воображении. Не раз зять, устав от советов второй мамы, витиевато посылал ее вместе с Николаем Петровичем далеко-далеко – откуда не скоро возвращаются. Но проходило время, теща забывала обиду, и все возвращалось на круги своя. Сообразив, что, очевидно, у мамы его жены начался очередной цикл раздачи советов, Павлик промолчал, сделав вид, что увлечен борщом. Но на этот раз старушка получила поддержку в виде доводов дочери.
- Паша, ну чего ты упрямишься? – жена положила руку ему на плечо. – Сейчас все так делают. И машины освящают, и квартиры, даже офисы фирм и самолеты в армии. И никто не умер от этого. И от нас не убудет, если мы освятим машину. Уж больно, Павлик, она хороша!
…Эту фразу жена сказала с такой жалостью и мольбой в голосе, что Павел сдался. Благо представилась и  возможность поехать в церковь: младшая сестра жены Машнова собралась крестить младенца. И теща разведала, что после этого обряда можно будет освятить и машину.
Как крестили племянника, Павел не видел. Он остался возле машины, так как не успел установить противоугонную сигнализацию и, напуганный тещиными рассказами об украденных магнитолах и угнанных автомобилях, дожидался возле своего «орлика» конца крещения. Когда оно закончилось, оказалось, что не только Павел намерен освятить машину, но и еще двое. Пока священник занимался их авто, Машнов успел оплатить услугу в церковной  кассе и теперь стоял возле своей иномарки, наблюдая за действиями священника. Но лицезрение оказалось коротким. Взмахнув несколько раз кропилом, и, бегло завершив молитву, батюшка быстро зашагал к машине Павла. Цыганского обличия, он был  молод, крепок телом и подвижен. Удостоверившись, что Машнов заплатил, батюшка повернулся к служке. Им оказался  щуплый паренек в очках, клетчатой рубашке и в джинсах, туго перетянутых в поясе. Он неотступно шествовал за батюшкой, держа в руках церковную миску со святою водой. Макнув в нее кропило, что-то вроде кисти, священник неожиданно взмахнул несколько раз в сторону Павлика, основательно окатив его влагой, и начал читать молитву. Когда он на какое-то время смолк, переводя дыхание и, в очередной раз окуная кропило, служка неожиданно спросил:
- А как эта машина называется?
…Не разжимая губ и не поворачиваясь к своему помощнику, батюшка, продолжая кропление, коротко выдал: «Мицубиси!» и тут же начал читать очередную молитву. Неожиданно он прервался и велел Павлу поднять капот.
То ли от внезапности просьбы, то ли от ее необычности в данное время, но Машнов растерялся. У него затряслись руки и он, засунув пальцы в щель под капотом, судорожно начал нащупывать рычаг защелки. Видя эту бестолковость, батюшка без слов отодвинул его плечом, нашел рычаг и поднял капот. Он также сам установил подпорку, металлический стержень, поддерживающий капот, и принялся окроплять двигатель. Закончив, велел Павлу закрыть капот и открыть дверцы машины. Так же скороговоркой читая молитвы, священник побрызгал святой водой в салоне. Затем он выпрямился, перевел дух и, скорее всего, углядев в Машнове «чайника», то есть новичка-автолюбителя, назидательно сказал, цепко глядя Павлу в глаза:
- Сын мой, отныне езди с Богом в сердце и на устах. Чти правила и знаки дорожного движения. Не лихачь. Уважай пешеходов.
… Батюшка сделал паузу. А затем, вздохнув,  добавил:
- И остерегайся, сын мой, гаишников.


Рецензии