9-2 Сельские дети войны

9-2 Сельские дети войны П.Краснощеков.

                              ОДНО К ОДНОМУ

  Июль 1938 года, в колхозе уборочная страда, всё взрослое население и подростки старше 13 лет кто в полях, кто на плантации, подростки до 13 лет на Волге ловят рыбу или купаются. Дома одни престарелые да дети до шести лет за закрытыми ставнями дремлют.

  Иван Петрович на складе загрузил пароконную телегу продуктами для полевых кухонь и отправился в поле. Выехав за околицу Быково, вдруг услышал тревожный звон пожарного колокола. Он быстро развернул лошадей и, стоя на повозке, погнал лошадей в посёлок, зная, что там, в Быково мужчин нет, надеяться не на кого.

  Над центром Быково уже поднимались первые густые клубы дыма, а Иван всё погонял и погонял кнутом лошадей. Проскочив улицы посёлка с ходу остановив разгорячённых лошадей у горящего двухэтажного дома. На первом этаже был магазин, а второй этаж занимала семья Нитаёвых. На пожаре ещё никого не было, не было пожарных телег, не было и людей.  На ходу оценив ситуацию, Иван, спрыгнув с повозки, он бросился по крутой лестнице, ведущей на второй этаж в жилой дом.  Дверь была просто прикрыта на щеколду, внутри плакал ребёнок. Быстро взял его на руки он спустился по лестнице и, отдав затихшего, но всхлипывающего ещё младенца подоспевшим уже на пожар женщинам.  На ходу бросив:
- В доме есть ещё кто?
- Нитаёва должна быть. – Ответили ему.

  Он снова по лестнице уже охваченной огнём пробрался в горящий дом. По комнатам искал женщину, но в доме больше никого не было. Надо выбираться из огня самому. Вход на второй этаж пылал огнём, уже занялись огнём и окна. Иван крикнул в окно сквозь огонь и дым собравшимся внизу людям:
- Лестницу давайте, лестницу.

  Но пожарных телег с бочкой, с насосом и длинной пожарной лестницей всё ещё не было. Комната уже была в огне. Иван решил прыгать из огня в окно со второго этажа. И он прыгнул. Немного отдышался, сел на свою подводу и поехал по колхозным делам в поле.

  В тот вечер он приехал домой обгорелый и в пожарном смраде. Они с Тонечкой пошли мыться на Волгу. Отец с мылом смывал пожарный смрад, а Тонечка плавала тут же у лодок. Ночью он пожаловался на боли в спине Наталье, но утром он уехал, как всегда в поле и не приезжал двое суток. На третьи сутки его привезли, он уже не мог ходить своими ногами, они у него отнялись, сильно болела спина. Иван Петрович проболел три месяца и умер 18 ноября от разрушения позвоночника, которое произошло на пожаре.

  Жизнь семьи Мавеевых с потерей отца осложнилась, корма в зиму для коровы заготовить не смогли, на трудодни за 1938 год,  заработанные Натальей полученных продуктов было недостаточно даже для скудной жизни. Председатель колхоза предложил Наталье перезимовать корову на колхозной ферме, а весной после отёла забрать её, всё же детишки будут с молоком.

  Но, увы. На колхозной ферме из-за недостатка кормов в конце зимнего периода начался падёж скота. В середине марта бригадир фермы пришёл к Наталье и попросил забрать корову, не то она сдохнет. Они увидели свою Марту лежащей в навозной жиже, на спине сидели две вороны и расклёвывали ей большую рану. Их Марта погибла через три дня.

  У Натальи осталась одна надежда, её родительская швейная машинка «Зингер» и её золотые руки. Днём работа на плантации выращивала овощи, ночами за швейной машинкой шила одежду на заказ, в основном  за продукты: молоко, пшено, ячмень, хлеб.
                   *              *             *

Продолжение следует


Рецензии