Брак как брак

                   Любовь – временное безумие, которое лечится свадьбой.   
                                                            Амброз Бирс

                    Брак – это то, что осталось от любви.


                    В жизни нет ничего лучше создания семьи, но нет ничего хуже, если эта семья создана не с тем человеком.
                                                           Джамал Исмаилли

        Признаться, когда я начинал работу, мне хотелось назвать ее таким образом: «Почему хороший человек так несчастен в личном плане?». На одном  интернет-форуме, где говорили, разумеется, о любви и браке, я прочел:  «Повесть «Три года» (Чехов) теперь для меня тоже одна из самых любимых. Такая тоска о  счастье, которое не сложилось! «В кабинете около шкафов с книгами стоял комод из красного дерева с бронзой, в котором Лаптев хранил разные ненужные вещи, в том числе зонтик». Какая боль! Среди  «ненужных» вещей этот зонтик, который когда-то был для него самой дорогой вещью… Как говорит Лаптев, «... приходится проститься с мыслями о счастье». А я не хочу этого! Я хочу быть счастливой: пусть тайно, пусть неправильно, пусть нечестно с точки зрения обычных моральных устоев. Ведь Толстой говорил, что человек должен быть счастлив. Должен! Я так всю жизнь этого хотела. Думаю, что я это заслужила. Да, очень поздно. Но, наверно, быть счастливой никогда не поздно». Собственно, эти пронзительные строки и стали причиной написания данного эссе, которое по своему формату, как известно, не претендует на  исчерпывающую трактовку темы.
         Почему иное значение слова «брак», которым называется союз мужчины и женщины, основанный на взаимной любви, привязанности, влечении и обязательствах, имеет такой неподходящий смысл? Почему картина «Свадебный марш» Т.Робинсона навевает беспросветную тоску и скорее вызывает противоположные свадьбе ассоциации?
       Замечали ли вы разницу между женатым мужчиной и холостым, когда они появляются на пляже? Подобно навьюченному верблюду, семейный человек, лица которого не видно из-за того, что он весь увешан сумкой-холодильником, зонтиками, раскладушками и прочими пляжными аксессуарами, держа еще за руку ребенка, он покорно идет  рядом с супругой. В отличие от него,  холостяк уверенно ступает по песку, победоносно взирая на прекрасную половину пляжа.  Женщины  аналогичного статуса тоже контрастируют между собой. Незамужняя – само очарование, замужняя – хладнокровно управляет «семейной колесницей».
        Общество с благоговением взирает на брак и семью. Видя большую семью в храме, священник, скорее всего, радуется: день и ночь им надо молиться о многочисленных ближних. Владелец сети супермаркетов, вне всякого сомнения, приходит в восторг от того, как наполняются тележки с продуктами для огромной семьи, которые потом загружаются в минивэн. Босс киностудии, заказывая сценаристам слащавый семейный фильм, лелеет надежду усадить в кинозал всех членов семьи от мала до велика. А сколько будет сметено мороженного и сладостей в принадлежащих ему кинотеатрах? Власти правомерно полагают, что семейный человек меньше всего склонен к радикализму и терроризму и, по всей видимости, трижды подумает, прежде чем идти на баррикады. «Кто выше ставит покой своих близких, тот должен совершенно отказаться от идейной жизни» (из рассказа Чехова «Соседи»). Но получая подобные «дивиденды» от института семьи, общество не должно забывать, что может происходить внутри семьи, за высокими стенами домашнего очага, скрытого от взгляда посторонних. Где не только нет любви, но царят насилие, произвол, жестокость, средневековые предрассудки.
         Можно по-другому взглянуть на рассказ Куприна «Наталья Давыдовна» в свете тех  кошмаров, которые возникают в браке: отсутствие любви, охлаждение чувств, фальшь, ложь …  Как мне кажется,  этот стиль жизни, где превалируют острые ощущения, выбран сексапильной героиней рассказа совершенно осознанно. Ведь она не уличная девушка, а классная дама, воспитательница, которая вполне справляется со своими профессиональными обязанностями («…  и класс ее всегда был образцовым по благонравию и успехам»). Судебный следователь называет ее бесстыдной, поражаясь тому,  как спокойно  принимает произошедшее Наталья Давыдовна. « – Вас удивляет, как это шестнадцать лет никто не имел даже и тени подозрения? Ах, это-то и доставляло мне страшное удовольствие. Знаете ли, иногда, оставшись одна в своей комнате, я задыхалась от смеха, когда вспоминала об этом. Это было восхитительно! Слыть чуть ли не святой и по ночам распутничать. Да что я вам говорю! Вы, женатые мужчины, не хуже меня понимаете эти тайные наслаждения». Здесь нет никакой фальши, по крайней мере. А что? Тянуть семейную лямку без любви, изображать счастливый брак, и в конце концов ударить супруга бутылкой по голове – разве это честнее? В пьесе Э.Шмитта «Малые супружеские преступления» ненависть между супругами дойдет до того, что муж получит от жены бутылкой по голове. Где больше двуличия? Во всяком случае, общество, порицая подобное, предлагает семейную формулу, где может царить не меньший ужас.
      Напомните литературные жанры, произведения которых заканчиваются таким образом: «Они жили долго и счастливо»? Сказка? Фэнтези? Ироничный детектив, написанный женщиной? Но каким бы ни был жанр произведения о любви и супружеской жизни, все сводится к поиску счастья. Весь белый свет проскачет царевич Елисей, прежде чем он найдет и оживит свою невесту в пушкинской «Сказке о мертвой царевне...». А Эдварду Льюису, финансовому магнату, придется преодолеть врожденную боязнь высоты – тонкий штрих, символизирующий контраст высокого положения дельца с приземленной профессией его возлюбленной Вивиан (фильм «Красотка», режиссер Г.Маршалл», 1990). Разве не подобную настойчивость проявляют многие современные женихи, добиваясь благосклонности своих девушек? Разве не соединяются сейчас любящие сердца вопреки социальному контрасту, местным обычаям, недоброжелательному отношению родных, расовой или религиозной нетерпимости?
       Если даже судить только по литературным произведениям, то гармоничный брак –  это довольно редкая вещь. Но ведь литературные произведения – это в какой-то мере отражение действительности, несмотря на художественные приемы и преувеличения. «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему» (Л.Толстой). Среди трехсот произведений Чехова едва ли найдется десяток произведений, где фигурируют гармоничные, благополучные семейные отношения. Ничего еще, если они представлены великим писателем в ироничном свете. «Это перед свадьбой... А что будет после свадьбы, я полагаю, известно не одним только пророкам да сомнамбулам» («Перед свадьбой»). «Черт тебя дернул жениться! – подумал он. – Хороша «семейная» жизнь, нечего сказать! Не успел жениться, как уж стреляться хочется!» («С женой поссорился»). А в большинстве своем брачные отношения в произведениях Чехова выглядят настоящей драмой («Жена», «Дама с собачкой» и другие).
      Совсем не кажется счастливым «Брак по-итальянски», где Филумена Мартурано идет на отчаянный шаг. После обряда, совершенного священником у постели «умирающей», Филумена встаёт и сообщает, что затеяла все это ради того, чтобы дать своим сыновьям достойную фамилию. Ее возлюбленный Доменико в ярости, следует разрыв, и Филумена уходит из дома, напоследок сообщив Доменико, что он – отец одного из троих ее сыновей… Пронзительная трагикомедия об отношениях мужчины и женщины.
      Происходящее в семье Вассы Железновой (А.Горький) напоминает настоящий кошмар. Васса идет на откровенный шантаж – угрожает невестке (революционерке) выдачей жандармам в обмен на отказ от притязаний на внука, которого она видит в качестве наследника пароходной компании. Пытаясь спасти честь семьи, Васса пойдет на преступление и отравит своего мужа, совратившего несовершеннолетнюю, поскольку ему грозит каторга, которая несмываемым пятном легла бы на репутацию Вассы. С этого момента семья и жизнь Вассы начинают рушиться. Становится известным о беременности горничной Лизы от брата Вассы, Прохора Борисовича. Не выдержав позора, Лиза покончит с собой, повесившись в бане… 
      Вряд ли можно назвать благополучными семейные отношения в романе Мопассана «Жизнь». Рождение сына Поля становится для Жанны столь важным событием, что дела и заботы мужа перестают ее интересовать. Оказавшись однажды невольным свидетелем любовной связи Жюльена и графини Жильберты де Фурвиль, она не испытывает ничего, кроме презрения. Зато граф де Фурвиль, застав жену с Жюльеном в небольшом фургоне на колесах, отправит неверных супругов на страшную смерть. Когда тело погибшего Жюльена доставляют в Тополя, у Жанны, ожидавшей второго ребёнка, рождается мертвый младенец…
       Две небольшие главы точно описывают жуткую семейную атмосферу в семье героя повести «Географ глобус пропил» (А.Иванов). Надо учесть важный момент – события происходят в жуткие девяностые, когда герой не в состоянии заплатить за проезд в электричке. Если даже не принимать во внимание неблагозвучную речь и манеры персонажей, свойственные советскому времени, то перед нами предстает безрадостная семейная картина. Неуважение к мужу, сквозящее в каждой реплике мрачной жены, его просящий примирительный тон, игнорирование пришедшего в гости приятеля мужа, с которым она потом сойдется.
      «– Ну, проходи, – неохотно сдалась она. – Не в комнату, конечно, на кухню».
      Едва ли происходящее между женой, мужем и его приятелем обусловлено любовной страстью. Язык не поворачивается назвать все это любовным треугольником. Скорее всего, это бесчувственность и тупое безразличие, порождаемые беспросветной атмосферой 90-ых.
       «– Я соскучился... – извиняясь, прошептал Служкин.
      Надя тяжело вздохнула, не оборачиваясь. – Послушай, – вдруг произнесла она. – Давно хотела тебе предложить. Давай со всем этим закончим. Так будет честнее. Мне этого не надо, и я тебя совсем не хочу.
       – А я тебя хочу.
       – Лучше найди себе любовницу, только чтобы я не знала».
       Действительно, деньги – это шестое чувство, без которого остальные пять бесполезны (С.Моэм). Но вернемся к определению брака. Брак – это союз мужчины и женщины, основанный на взаимной любви, привязанности, влечении и обязательствах. А если мужчина безработный, о выполнении каких обязательств может идти речь? Брак трещит по швам. Кстати, перенесение сюжета повести в 2012 год (одноименный фильм) представляется крайне сомнительным: выхолащивается сама идея. В это время молодой мужчина, если он этого действительно хотел, всегда мог заработать и обеспечить достойную жизнь своей семье, быть хозяином положения, не говоря уже о том, чтобы унизительно выпрашивать секс у жены. Книжный герой, в отличие от киношного, соответствует советскому архетипу: лишен предпринимательской жилки и апатичен.
        Наверно, материальные проблемы накладывают отпечаток на отношения мужа и жены. Но что тогда мешает быть счастливыми супругам в повести Чехова «Жена»? Семейные проблемы благополучных в материальном плане супругов происходят на фоне страшного голода крестьян. «Отношения наши были просты и не натянуты, но холодны, бессодержательны и скучны, как у людей, которые давно уже далеки друг другу, так что даже их жизнь в смежных этажах не походила на близость. Любви страстной, беспокойной, то сладкой, то горькой, как полынь, какую прежде возбуждала во мне Наталья Гавриловна, уже не было...». Это поразительно, но Наталья Гавриловна завидует тем бедным, умирающим от голода крестьянкам:
       «– Сегодня, когда я была в Пестрове, я завидовала голодным и больным бабам, потому что они не живут с таким человеком, как вы. Они честны и свободны, а я, по вашей милости, тунеядица, погибаю в праздности, ем ваш хлеб, трачу ваши деньги и плачу вам своею свободой и какою-то верностью, которая никому не нужна».
        Семья – важный элемент в организации общества. Вторая христианская заповедь ориентирует человека на любовь к ближнему. Не к какому-то абстрактному ближнему, не к каким-то брату или сестре вообще по роду человеческому, а именно к близкому человеку. Потому что все прекрасно знают, что может происходить между близкими людьми. Родные братья библейского Иосифа, как известно, изобьют его до полусмерти и продадут в рабство. «А что творится у Макбетов и в семействе короля Лира!» – изумляется колдун, магистр Мальгрим, в изящном фэнтези Дж.Пристли «31 июня». Нет ничего проще, как сопоставить кровавые драмы, нередко происходящие между супругами или близкими людьми, с сюжетами великого драматурга. Нужно только учесть, что «шекспировские страсти» кипят не в королевских дворцах, а в соседних квартирах.
         Но семья уязвима не только изнутри. В фильме «Игра на понижение» (2015, режиссер А.МакКей) финансисты приходят к журналисту и требуют честного информирования общества: дутые рейтинги ипотечных ценных бумаг маскируют образовавшийся финансовый пузырь, который выльется в ипотечный кризис 2007 года в США. «Попробуйте быть честным, если у вас жена-студентка и трехмесячная дочь», – признается журналист, не пожелавший беспристрастно освещать события.
         «Я до сих пор не верю, что они муж и жена, уж слишком они любили друг друга», – говорит персонаж рассказа «Летняя новелла» (С.Цвейг). Во Флоренции, около дома, где жил Данте, молодая девушка из нашей туристической группы, услышав (похоже, впервые) историю любви Алигьери к Беатриче, задала экскурсоводу, быть может, наивный вопрос: «Если он так ее любил, почему не женился на ней?». Ответ нашего экскурсовода – семидесятилетней сухощавой женщины с таинственным именем Йорданка, шагающей так стремительно, что мы едва поспевали за ней, был предельно бескомпромиссным: «Тогда браки не заключались по любви – это был вопрос выживания».
       Рассуждая о браке, в первую очередь думают о вечной любви, о выборе на всю жизнь, о большой и счастливой семье, о благополучной судьбе... Однако экономические составляющие брачных отношений тоже имеют немаловажное значение, хотя как-то не принято о них говорить. Консолидация денежных средств в семейном бюджете, «разделение труда» при умелом ведении общего хозяйства всегда способствовали экономической выгоде. Если прибавить к этому заботу, внимание, материальную и моральную поддержку членов семьи в трудное время, неформальные финансовые отношения, экономию на сиделках, гувернантках, домохозяйках и психотерапевтах, коих часто заменяют сами супруги, то становятся очевидными экономические преимущества брака. Я не хочу категорично утверждать, что брак в силу экономических причин можно рассматривать как удобную форму отношений именно для людей небольшого достатка, но факты таковы: «... ранние браки (до 23 лет) чаще заключают в слаборазвитых странах или в семьях с низким уровнем дохода», а средний возраст вступления в брак в западных странах выше, чем у нас (http://semyafamily.ru/zayavleniya-na-brak). А что тогда удивляться тому ужасу, который происходит в семьях, где нет любви, взаимности, а отношения выстроены исходя из «экономики»? Едва ли многие способны в таком браке быть счастливыми, хотя литература говорит нам, что это возможно.   
         В прекрасном рассказе С.Моэма «Брак по расчету» герой, претендующий на должность губернатора английской колонии, должен быстро оформить брак. Таково было условие его назначения на эту должность. Мало того что жених уродлив, он обладает еще и вспыльчивым характером. Но его предложение примет весьма достойная дама, которую рекомендует его знакомый. Ее рассуждения весьма убедительны. «Дело в том, что при браке по расчету вы не рассчитываете на многое, поэтому вряд ли будете сильно разочарованы. И поскольку вы не предъявляете друг к другу повышенных требований, причин для злости и раздражения нет. Вы и не ищете в другом совершенства, поэтому к недостаткам друг друга относитесь терпимо. Страсть, конечно, прекрасная вещь, но она не является надежной основой для брака. Видите ли, двое могут быть счастливы в браке лишь тогда, когда они в состоянии уважать друг друга, когда они занимают одинаковое положение в обществе, когда у них есть общие интересы. В этом случае, если оба они порядочные люди, если готовы не только брать, но и давать, если готовы жить не только для себя, но и для другого, их союз может оказаться таким же счастливым, как наш» – так говорит жена, супруг которой за минуту до ее высказывания вдохновенно скажет:
        – Я взял в жены настоящее сокровище, уважаемые господа, женщину с прекрасным характером, какой встретишь у одной из тысячи, человека с мужским умом и женским сердцем, восхитительную женщину.
        Правда, этот восторг следует умерить. Селина Хастингс, автор биографии С.Моэма, в одном из интервью говорит: «С неослабеваемой силой он писал о людях, оказавшихся в ловушке брака или в другой сходной ситуации. Он не уставал доказывать, насколько это разрушительно для человеческого духа. Это справедливо и для его собственной жизни». Разве это не созвучно тому, что я прочитал на одном из форумов? «Поскольку я ничего не могу изменить в своей семейной жизни, то я разрешила свою проблему так, как хотела... Я люблю и любима. И больше я ничего не хочу знать. Я никого не хочу переделывать. У меня своя жизнь. Наверно, с точки зрения нравственных принципов это и неправильно. Но с точки зрения того, что каждый человек имеет право на личное счастье, это даже очень гуманно. По крайней мере, я это заслужила. Я слишком долго была высоконравственной в общечеловеческом смысле и жила интересами других. И что мне это дало? Кроме боли, слез и бесконечного предательства, я ничего не знала. Все это оказалось никому не нужным. В этом и заключается удивительный парадокс жизни человека: противоречие между общечеловеческими и личными ценностями».
        Насколько сложен сам человек, но отношения между мужчиной и женщиной в браке еще сложнее. Но разве не отсутствие чувств, почти игнорируемое в браках по расчету, толкает супругов на поиск любви вне брака («Анна Каренина», «Дама с собачкой»)?
        «Его женили рано, когда он был еще студентом второго  курса, и теперь жена казалась в полтора раза старше его. Это была женщина высокая, с темными бровями, прямая, важная, солидная и, как она сама себя называла, мыслящая. Она много читала, не писала в письмах «ъ», называла мужа не Дмитрием, а Димитрием, а он втайне считал ее недалекой, узкой, неизящной, боялся ее и не любил бывать дома» – так характеризует Чехов супругу Гурова. Да и муж Анны Сергеевны выглядит далеко не блестяще: «Мой муж, быть может, честный, хороший человек, но ведь он лакей! Я не знаю, что он делает там, как служит, я знаю только, что он лакей». В романе Толстого Алексей Каренин, безусловно, заслуживает уважения. Он – внимательный, заботливый супруг и отец. Но он слишком холоден по сравнению с его темпераментной женой. Конечно, это единственное обстоятельство не может объяснить возникшую страсть между героями драмы. Отношения Гурова и Анны Сергеевны в «Даме с собачкой» развиваются постепенно. Курортный роман, поначалу казавшийся милым и легким приключением, переходит в любовь. «Анна Сергеевна не снилась ему, а шла за ним всюду, как тень, и следила за ним. Закрывши глаза, он видел ее, как живую, и она казалась красивее, моложе, нежнее, чем была; и сам он казался себе лучше, чем был тогда, в Ялте. Она по вечерам глядела на него из книжного шкафа, из камина, из угла, он слышал ее дыхание, ласковый шорох ее одежды». Но потом необъяснимые законы любви доводят отношения между любящими до безумной страсти. Иначе как понять эту сцену в переполненном театре города С? «Повыше, на площадке, два гимназиста курили и смотрели вниз, но Гурову было все равно, он привлек к себе Анну Сергеевну и стал целовать ее лицо, щеки, руки.
         – Что вы делаете, что вы делаете! – говорила она в ужасе, отстраняя его от себя. – Мы с вами обезумели».
         Разве не вспыхнувшая безумная страсть толкнет Наташу Ростову, богатую и цельную натуру, в объятия этого никчемного аристократа-повесы Курагина? «Страсть, конечно, прекрасная вещь, но она не является надежной основой для брака». Но, скорее всего, именно страстью, сметающей на своем пути все препятствия, можно объяснить то, что в браке нередко существуют два абсолютно разных человека (рассказ Чехова «Попрыгунья»). Благородный, необыкновенный, нежный, работящий Дымов – врач и ученый, и пустая вертихвостка, чей незатейливый распорядок дня начинается с одиннадцати часов, и которую ничего не стоит убедить в том, что она замечательная певица, художница, музыкантша… Удивительное дело! Только один человек из ее окружения, «среди этой артистической, свободной и избалованной судьбою компании», состоящей из художника, артиста, виолончелиста, помещика – дилетанта-иллюстратора, составляет с ней явный контраст, и это ей явно не по душе:
        «– Ты, Дымов, умный, благородный человек, – говорила она, – но у тебя есть один очень важный недостаток. Ты совсем не интересуешься искусством. Ты отрицаешь и музыку, и живопись».
       Три раза в одном высказывании присутствует неуважительное «ты»!   
       Что нивелирует пропасть в критериях оценки ценностей супругов? Ведь они – совершенно разные люди! Страсть? Молодость? Разница в возрасте? Секс с молоденькой женой? Или все это вместе взятое? 
       Что будет происходить, когда в таком браке сила чувств со временем становится эфемерной? В рассказе Чехова до этого не дойдет – там иная драматическая развязка. Но крушение многих браков, по всей видимости, этим и обусловлено. Чувства ослабевают, обнажая контраст характеров и темпераментов. Супруги вдруг понимают, что они совершенно разные люди… их ничего не объединяет: душевные скрепы отсутствуют. На одном из форумов Юля Е. пишет: «Все, наверно, сложнее. В молодости мы слишком торопимся в любви: хочется любить и быть любимой. Особенно если начитался хороших книг, где все пропитано ее дурманом. Опыта нет. Ошибок не сделано. И в результате начинаешь любить. Я бы сказала «вляпываешься в любовь». К человеку, которого не следует любить, который, может быть, и не плохой, но ему все это не нужно. Так, побаловать свое мужское самолюбие. Глупо, наивно, трагически. Но я верю, что у каждого человека в этом мире есть своя половинка, но встретить своего человека так трудно. В молодости, я думаю, это просто невозможно. Мы живем только чувствами, которые затуманивают взгляд. Да и постель превалирует над разумом».
       Сколько безумных любовных историй известно нам из жизни и литературы! В них страсть, чувства, физическое влечение совершенно не считаются с голосом разума, фактами, логикой и, кажется, действуют вопреки здравому смыслу. Может показаться, что человеку, когда он любит, как раз и не хватает той доли рассудительности, которая присутствует у персонажей рассказа Чехова «О любви». Кто может упрекнуть героев, которые, несомненно, любят друг друга, в отсутствии страсти или нерешительности? Но ведь Алехин, главный герой рассказа, любит замужнюю женщину. «... Тогда же за обедом для меня все было неотразимо ясно; я видел женщину молодую, прекрасную, добрую, интеллигентную, обаятельную, женщину, какой я раньше никогда не встречал; и сразу я почувствовал в ней существо близкое, уже знакомое, точно это лицо, эти приветливые, умные глаза я видел уже когда-то в детстве, в альбоме, который лежал на комоде у моей матери». И Анна Алексеевна отвечает ему взаимностью. «... И она сама признавалась мне, что еще с утра у нее было какое-то особенное чувство, она угадывала, что я приеду. Мы подолгу говорили, молчали, но мы не признавались друг другу в нашей любви и скрывали ее робко, ревниво».
         Их рассуждения не только здравые, но и проникнуты заботой друг о друге. «Честно ли это? Она пошла бы за мной, но куда? Куда бы я мог увести ее? Другое дело, если бы у меня была красивая, интересная жизнь, если б я, например, боролся за освобождение родины или был знаменитым ученым, артистом, художником, а то ведь из одной обычной, будничной обстановки пришлось бы увлечь ее в другую такую же или еще более будничную. И как бы долго продолжалось наше счастье?». Она, состоящая в браке, размышляет аналогично, это тоже понятно. «И она, по-видимому, рассуждала подобным же образом. Она думала о муже, о детях, о своей матери, которая любила ее мужа, как сына. Если б она отдалась своему чувству, то пришлось бы лгать или говорить правду, а в ее положении то и другое было бы одинаково страшно и неудобно. И ее мучил вопрос: принесет ли мне счастье ее любовь, не осложнит ли она моей жизни, и без того тяжелой, полной всяких несчастий?».
        Но каковы бы ни были аргументы здравого смысла, скорее свойственные людям, находящимся в браке, Чехов делает ясный выбор между разумом и чувствами: «Я понял, что когда любишь, то в своих рассуждениях об этой любви нужно исходить от высшего, от более важного, чем счастье или несчастье, грех или добродетель в их ходячем смысле, или не нужно рассуждать вовсе».
         Пожалуй, можно бросить упрек в мою сторону: семейные проблемы рассматриваются преимущественно на примерах из литературы. Честно говоря, не хочется приводить здесь известные мне истории, когда супруги ставят фингалы друг другу на садовых участках, истерически выясняют отношения на улице или в магазине, посылают друг друга на три буквы, считая, что их никто не слышит в метро… Мы плыли в Стокгольм на пароме из Хельсинки. Мои спутницы, устав после продолжительной поездки на автомобиле (из Питера до Хельсинки), спали в каюте, а я, взяв кофе и уютно устроившись на обзорной палубе, читал повесть С.Моэма. «Луна и грош». Рядом со мной расположилась супружеская пара. Шведам, наверное, было не больше 50-ти лет. Пока я читал повесть (где столько умнейших рассуждений о любви, браке, отношениях между мужчиной и женщиной), посматривая изредка в окно и на пассажиров парома, я обратил внимание на следующее. За час, в течение которого я читал книжку, супруги не обмолвились ни словом... каждый из них смотрел в свой смартфон. Ничто не смогло нарушить их молчания. Не было ни ласкового слова в адрес друг друга, ни улыбки, ни одного вопроса, ни одной шутки пока паром почти беззвучно проносил нас мимо скупых северных пейзажей. Супруги в течение этого времени даже не одарили друг друга хотя бы одним ласковым взглядом, словно были чужими.
        «День начинается у меня приходом жены… В недоумении я спрашиваю себя: неужели эта старая, очень полная, неуклюжая женщина, с тупым выражением мелочной заботы и страха перед куском хлеба, со взглядом, отуманенным постоянными мыслями о долгах и нужде, умеющая говорить только о расходах и улыбаться только дешевизне – неужели эта  женщина была когда-то той самой тоненькой Варею, которую я страстно полюбил за хороший, ясный ум, за чистую душу, красоту…» (повесть Чехова «Скучная история»).
        «Джозеф посмотрел на нее долгим взглядом... – так обычно разглядывают плохую скульптуру... его рукам знакомы все изгибы ее полнеющего и дряблого тела... – оно изменилось, и изменилось непоправимо... Это уже далеко не то тело, которое он обнимал на заре их супружества». Это из рассказа Р.Брэдбери «Следующий». Супружеская пара оказывается на отдыхе в мексиканском городке. Там на них сильнейшее впечатление произведут катакомбы на кладбище, где собраны мумии умерших, за которых родственники не уплатили ренту. В этом случае тела умерших, которые при сухом климате мумифицируются, выкапывают и ставят в эти катакомбы. «Мари шла по длинному коридору, вдоль которого рядами стояли мертвецы... Они орали... рты разинуты в крике, языки вывалены...». Супруга, предчувствуя свою смерть, просит мужа, если с ней что-нибудь случится, не хоронить ее на этом кладбище, рядом с этими мерзкими катакомбами. Муж считает все это блажью и не принимает во внимание, даже шутит на это счет: «Как бы ты замечательно смотрелась рядом с мистером Разиньртом....». Концовка рассказа не менее ужасна: все произойдет именно так, как боялась жена.   
          В фантастическом рассказе Р.Шекли «Служба ликвидации» присутствует явный ироничный оттенок. Но он не может скрыть главного — драматических отношений между мужем и женой после семнадцати лет брака. «И все же они женаты уже семнадцать лет. Семнадцать лет! Были хорошие времена, не только плохие». Муж полон сомнений, когда «Служба ликвидации» предлагает ему избавиться от жены, но его супруга будет действовать решительнее.  «Служба ликвидации» придет за супругом. «Мужчины схватили его и с проворством, которое дается лишь долгой практикой, запихнули в мешок».
          Если судить не только по  литературным персонажам, а перевести взгляд на их создателей, то картина жизни многих из них в браке не очень вдохновляет. Сложные отношения между супругами, неблагополучная, отравленная семейная жизнь – все это становится очевидным при чтении незаретушированных биографии многих известных писателей. «Семейная жизнь Лоры и Гюстава де Мопасанна сложилась неудачно. Они были слишком разными людьми по темпераменту... » – говорится во вступительной статье Н.Михальской к сборнику романов и рассказов выдающегося писателя («Сильна как смерть», М., изд. Правда, 1990г.). Зная биографию Дейла Карнеги, можно смело утверждать, что его точные, емкие и бесспорные рекомендации, призванные способствовать благополучным семейным отношениям, в какой-то мере получены из собственного, не особенно удачного семейного опыта выдающегося знатока человеческих отношений. Это, вообще, какой-то парадокс. Человек может быть властителем дум, известнейшим писателем, ученым с мировым именем, богачом, совершенно неограниченным в средствах, тонким психологом, крупнейшим политиком, великим актером – одним словом, незаурядным человеком, но его личная жизнь отнюдь не кажется благополучной, а если вещи называть своими именами, то она просто ужасная. Почему так популярны передачи про личную жизнь писателей, актеров, кинозвезд, эстрадных певцов? Не потому ли, что в этом случае «звезды» как бы спускаются на землю, ничем особенно не отличаясь от простых смертных? У меня такое ощущение, что сам формат брака, несмотря на все новомодные «брачные контракты», эмансипацию и равноправие, устарел. Нужна какая-то иная форма отношений... Но только не свободная любовь, разумеется. Отчасти в пользу этого говорит и тот факт, что очень многие пары живут вместе, так и не заключая официального брака и воспитывая при этом детей.
          Быть может, ключом к пониманию проблем в браках является  рассказ Куприна «Одиночество». Про прошествии трех месяцев брачных отношений  супруга узнает от мужа о его давнишнем дачном романе с молодой княжной. «Вере Львовне было жутко и тоскливо. Она впервые в своей жизни натолкнулась сегодня на ужасное сознание, приходящее рано или поздно в голову каждого чуткого, вдумчивого человека, – на сознание той неумолимой, непроницаемой преграды, которая вечно стоит между двумя близкими людьми. «Что же я о нем знаю? – шепотом спрашивала себя Вера Львовна, сжимая руками горячий лоб. – Что я знаю о моем муже, об этом человеке, с которым я вместе и ем, и пью, и сплю и с которым всю жизнь должна пройти вместе? Положим, я знаю, что он красив, что он любит свою физическую силу и холит свои мускулы, что он музыкален, что он читает стихи нараспев, знаю даже больше, – знаю его ласковые слова, знаю, как он целуется, знаю пять или шесть его привычек... Ну, а больше? Что же я больше-то знаю о нем? Известно ли мне, какой след оставили в его сердце и уме его прежние увлечения? Могу ли я отгадать у него те моменты, когда человек во время смеха внутренне страдает или когда наружной, лицемерной печалью прикрывает злорадство? Как разобраться во всех этих тонких изворотах чужой мысли, в этом чудовищном вихре чувств и желаний, который постоянно, быстро и неуловимо несется в душе постороннего человека?». Вот, о чем идет речь: неумолимая, непроницаемая преграда, которая вечно стоит между двумя даже близкими людьми, делая их посторонними.
         А как сохранить чувства, пронести их через всю жизнь? «Я клянусь, что так, как я люблю тебя, мне никогда не приходилось любить», – пишет Набоков своей жене («Письма к Вере»). «Глаза твои – которые так изумленно сияют, когда, откинувшись, ты рассказываешь что-нибудь смешное, – глаза твои, голос твой, губы, плечи твои – такие легкие, солнечные...», – читаем мы в его письмах. Удивительно, какой нежностью и любовью проникнуты эти простые и изящные строки! Но еще удивительней то, что чувства их сохранялись на протяжении всей жизни, до глубокой старости. С какой нежностью смотрят они друг на друга на фотографиях даже в преклонном возрасте. Благородные, интеллигентные, утонченные... Рядом с писателем – любимая женщина, мать, муза, партнерша по шахматам, редактор его произведений... Сколько душевных скреп! Я далек от того, чтобы идеализировать семейные отношения, но, глядя на них, становится ясно: благополучный и долгий брак – это подлинное искусство.
          Но и искусство требует терпения. «Господи! – говорила она протяжно и плача. – Ведь это же невыносимо! Этого не выдержит никакое терпение! Я терплю, молчу, но ведь, пойми же, и мне жить хочется... Ах, боже мой, боже мой!» (повесть Чехова «Огни»). «Я тебе сейчас объясню, – сказал Самойленко. – Лет восемь назад у нас тут был агентом старичок, величайшего ума человек. Так вот он говорил: в семейной жизни главное – терпение. Слышишь, Ваня? Не любовь, а терпение. Любовь продолжаться долго не может. Года два ты прожил в любви, а теперь, очевидно, твоя семейная жизнь вступила в тот период, когда ты, чтобы сохранить равновесие, так сказать, должен пустить в ход все свое терпение... » (рассказ Чехова «Дуэль»).
          Наверное, Чехов прав. Но ведь терпение может быть разное. Одно дело проявлять терпение по отношению к любимому человеку и другое – по отношению к нелюбимому. В первом случае терпение как способность сохранять спокойствие дается легко, поскольку оно созвучно любви. Многое можно принять в любимом человеке, и это не будет раздражать. Терпение будет мягкое и понимающее. Но терпение к нелюбимому – это совсем другое. Оно тяготит и раздражает. Оно злое и иногда граничащее почти с ненавистью. И в этом случае появляются такие тяжеловесные понятия как долг, обязанность, смирение. Как поступать в этом случае? Как направить такое терпение в русло приемлемых эмоций?
          Ясно, что огромное число разводов, неблагополучных браков, судеб, которые не сложились, являются предметом постоянных размышлений, и на многочисленных интернет-форумах  анонимные авторы публикуют весьма тонкие наблюдения по этому поводу. И хотя данные высказывания женщин о женщинах, их запросто можно «спроецировать» и на мужчин:
          «Дело в том, что мало умных женщин, которые могут оценить достойных мужчин. Многие женщины переоценивают себя и свою значимость. Им кажется, что их любят, потому что они такие необыкновенные. Все это не так. Просто мужчина полюбил именно эту женщину, хотя она совсем обычная. Он ее создал в своем воображении и перенес этот образ на нее. И все. Не более того» (Анна М.).
         «Женщина начинает ценить мужчину, который был рядом с ней, когда теряет его («Попрыгунья»). А уж когда он уходит к другой женщине... Но напрашивается вопрос: а где она была, когда он был с ней? Почему не понимала, не ценила, не оберегала. Многие женщины принимают любовь мужчины как вполне обычное дело. И в этом ошибка. Любовь такая редкая вещь. Когда мой брат разводился,  теща гордо говорила: «Моя дочь такая красивая, одна не останется». Да, она была интересная, но ума небольшого. И что? Всю жизнь проспала одна в холодной постели. И постарела в одиночестве без мужчины» (Анастасия Н.).
       Почему Вронский ссорится с Анной Карениной? Одна из причин – недальновидность Анны, которая стремится полностью завоевать внимание Вронского, не оставляя ему возможности существовать в «личном (внутреннем) пространстве». Это не только чисто мужские занятия – охота, пирушки, скачки и пр., но и возможность уединиться, побыть наедине с самим собой. Ведь это необходимо каждому человеку. Это зарядка для поддержания своей индивидуальности. «В октябре месяце были дворянские выборы в Кашинской губернии, где были имения Вронского, Свияжского, Кознышева, Облонского и маленькая часть Левина. Выборы эти, по многим обстоятельствам и лицам, участвовавшим в них, обращали на себя общественное внимание. О них много говорили и к ним готовились. Московские, петербургские и заграничные жители, никогда не бывавшие на выборах, съехались на эти выборы. Вронский давно уже обещал Свияжскому ехать на них... Накануне еще этого дня между Вронским и Анной произошла почти ссора за эту предполагаемую поездку». Из-за чего разгорелся сыр-бор? Все предельно просто – она претендует на его «личное пространство», которое должно быть неприкосновенным, равно как и «личное пространство» жены, где мужчине делать совершенно нечего. Но он хотел, как мы говорим, своего личного пространства. А Анна считала, что он должен принадлежать ей все 24 часа в сутки. Только ей! Ведь, в отличие от него, у нее не было никакой другой жизни, кроме безумной страсти к Вронскому: общество отвергло ее из-за «безнравственного» поведения. В этом и состоит главная интрига. Нельзя подминать в браке мужа (жену) полностью под себя! Все это может закончиться весьма плачевно. Никто не любит цепей и коротких поводков. Конечно, в юности, в самом начале брака, это еще как-то можно переносить: страсть, секс молодых тел, безумные ночи. А что потом? Ведь вокруг бурлит жизнь: такая интересная и такая увлекательная, а запретный плод всегда сладок. Как приятно открыть ворота и выйти за пределы территории, огороженной забором! Если ворота всегда открыты, то после прогулки хочется вернуться к себе. Но если они всегда закрыты, то эта внутренняя территория становится тюрьмой. Разве не так? Любовь, не дающая простора, угнетает и душит. Становится безумно душно и тоскливо. Там, где нет наслаждения своим личным пространством, не может быть счастья, улыбок и молодости. И начинаешь стареть телом и душой.
           «Если Вы не любите меня, то я совершу множество подвигов и понравлюсь Вам наконец!» – говорит принц в «Золушке». Разве не так рассуждает и Дмитрий Петрович – персонаж рассказа Чехова «Страх», с восторгом принявший условие будущей жены: «Я вас не люблю, но буду вам верна»? На первый взгляд, произошедшее событие в рассказе кажется совершенно необъяснимым. Не зря в рассказе ведутся разговоры о таинственном  и непостижимом. Как же так? Герой рассказа (от первого лица) приезжает в дом к своему другу Дмитрию Павловичу и, воспользовавшись обстоятельствами, переспит в этом же доме с его женой, которой он симпатизирует. Нет ни чувств, ни объяснений в любви (они последуют уже после и только с ее стороны ...). Дело в том, что главный герой в отличие от Дмитрия Петровича, не боится жить. Его жизненное кредо таково: «Жизнь, по его мнению, страшна, – думал я, – так не церемонься же с нею, ломай ее и, пока она тебя не задавила, бери все, что можно урвать от нее». И теперь все ясно. Ситуация равновесия нарушается тогда, когда Дмитрий Павлович поведает своему другу (который этой дружбой явно тяготится) о том, что жена не любит его, и этот удачный брак, как все считают, просто блеф. В этом доме нет взаимной любви, нет взаимных чувств, нет того противовеса, который исключает интрижки и мимолетные приключения. Поэтому главный герой считает себя свободным от каких-то моральных обязательств... «А мне было неловко и грустно, и казалось мне, что я обманываю человека. И в то же время мне было приятно. Я смотрел на громадную багровую луну, которая восходила, и воображал себе высокую стройную блондинку, бледнолицую, всегда нарядную, пахнущую какими-то особенными духами, похожими на мускус, и мне почему-то весело было думать, что она не любит своего мужа».
         В браке мало иметь чувства к супругу (супруге), необходимы взаимность и единое понимание любви. Это хорошо видно из рассказа Чехова «Следователь». Интрига в рассказе заключается в том, что следователь только спустя какое-то время (когда они с доктором едут на вскрытие) поймет, что его жена покончила жизнь самоубийством, тогда как он приписывал ее смерть «природе загадочного и темного». Он даже подумать не мог, что решение о самоубийстве его жена приняла после того, как узнала об его измене, и покончила с собой, родив на свет ребенка. Доктор откроет ему эту истину:
        – Ну, вот видите ли... По всей вероятности, она тогда же решила отравиться, но так как ей, вероятно, вместе с собой не хотелось убивать и ребенка, то она отложила самоубийство до родов.
        Следователь (должность персонажа, похоже, выбрана не случайно) даже предположить не мог, что жена таким трагическим образом отреагирует на это событие. «...Изменил как-то странно, сам того не желая пришел домой ночью навеселе, хочется приласкать кого-нибудь, а жена в интересном положении... а тут, черт ее побери, навстречу попадается дама, приехавшая погостить на три дня, бабенка пустая, глупая, некрасивая. Это даже и изменой считать нельзя». В принципе, это ничем не отличается от случаев безответной любви, когда несчастные режут себе вены, лезут в петлю или прыгают с верхних этажей зданий. Несчастная любовь может быть и в браке, и вне брака.
          «Молчу-молчу» – лепечет старик, пытавшийся пойти наперекор супруге (фильм «Морозко», режиссер А.Роу, 1964). Можно привести множество моделей взаимоотношений между супругами: «душечка», «подкаблучник», «синяя борода»... А ведь семейную жизнь можно рассматривать как своеобразную организационную систему, в которой именно поставленная цель обусловливает особенности механизма ее функционирования. Целью такой системы может быть, например, желание любить и сохранить эту любовь. Очень благородная цель. В этом случае поведение супругов будет подчиняться именно этой цели: беречь друг друга, заботиться, уступать, понимать, жалеть, все поставленные вопросы решать только совместно, не допуская единоличных решений, не довлеть, не руководить, не создавать иерархическую структуру подчиненности, принять интересы другого независимо от того, нравятся они тебе или нет, желать другого и поддерживать это желание, иметь друзей, ведь как приятно делиться своим счастьем с другими, дать другому личное пространство. Это все очень непросто, но возможно. Но может быть и другая цель семейной жизни, например, материальное благополучие. Похоже, что большинство браков следует именно этой цели. Здесь все гораздо сложнее: зарабатывание денег и их трата требуют много сил и времени. В этом случае уже не до сантиментов: все довольно жестко и прагматично. Разве вы не встречали такие семьи? И тогда вопросы сохранения любви, какого-то духовного роста уходят на второй план, ведь это тоже требует много времени, а выход в виде материального благосостояния равен нулю. Поэтому, предполагается, что всем этим можно пренебречь. Да и круг друзей сужается: сохранение дружбы требует много времени и подчас материальных затрат. Это тоже не вписывается в эту модель. Любовь и деньги – такие разные субстанции, и их так сложно подчас примирить. Для любви надо не так много денег, для создания материального благополучия – очень много. Как сказала одна моя знакомая лет десять тому назад, глядя на свой коттедж, на постройку которого убила все свое здоровье: «Все есть у меня, кроме любви. В фундамент что-ли мы ее с мужем зарыли?». Конечно, могут быть и другие цели семейной жизни, а, следовательно, и другие ее модели.
         Брак – это своеобразная проверка человеческих качеств. Можно сказать и так, перефразируя известное изречение: «Хочешь узнать человека, выйди за него замуж (женись)». В браке трудно скрыть все свои недостатки, практически невозможно. Некоторые люди раскрываются в браке с самой лучшей своей стороны. А сколько тех, кто падает ниже плинтуса…
         На одном из форумов я прочитал (пусть простит меня автор, Татьяна Н., за то, что я не могу на нее корректно сослаться): «Никто меня никогда не убедит, что счастье в браке невозможно. Наверно, я и наивная в этом вопросе, но я хочу и буду в это верить. Всегда у человека есть тот, с кем бы он был счастлив, но либо просто не встретил свою половину, либо не рассмотрел, либо прошел мимо. Да мало ли что могло случиться!».



Рецензии
Тексты длинные мне трудно читать, не умею, зато здесь сразу попались в глаза вещи, которые легко отметить с хорошей стороны.

Много цитат классиков, широкий кругозор, глубина мысли, грамотное и мудрое изложение.

Очень хорошая и качественная работа.

Спасибо за текст.

Лайтовик Производства   08.04.2017 12:00     Заявить о нарушении