Музыкальный ключ

Сегодня «Феникс» выступал в психоневрологическом диспансере, что в районе Московского проспекта. «Феникс» - заурядный музыкальный ансамбль образца 1969 года. Таких коллективов в Питере уже хватало. Правда самодеятельные формирования не могли составлять конкуренцию устоявшимся отечественным ВИА, одобренными министерством культуры и популярными у широких слоёв населения. Это обстоятельство слегка мешало творить пятерым музыкантам, сплоченным любовью к западному року и уверенным в своём предназначении для продвинутой молодежи тех лет. А тщеславие – главная движущая сила, помогало закрывать глаза на бедный реквизит, древние инструменты, отсутствие славы и убогую финансовую составляющую.

Обо всём этом думал Олег Лебедев, на тот момент музыкальный руководитель рок-квинтета. Поддерживал на плаву коллектив пронырливый, хитрый и ловкий директор «Феникса» Петр Абрамович, попросту Петруша. Он умудрялся «доить», как редкие хозрасчётные организации, так и госучреждения. Петруша организовывал халтуры в жилконторах, красных уголках, неопрятных общежитиях и прочих второстепенных организациях. Сколько и как: такие вопросы директору лучше не задавать. Играй вволю, оттачивай мастерство, а в коммерческую «кухню» носа не суй. Этого принципа придерживались все музыканты, благо творить свои «нетленки» и громко тиражировать западные шлягеры, Петруша не то что запрещал, а заставлял! Чего же еще требуется творческим личностям?

У Олега болела голова. Нет, не с похмелья, просто болела у двадцатилетнего парня башка и всё тут! Может результат неустойчивой и слякотной питерской погоды, может особенности организма, кто знает. За полчаса до выступления музыканты собрались у входа. Подъехал грузовик, из под брезента стали извлекать самопальные колонки, лохматые усилители УМ-50 начала шестидесятых, раздолбанную органолу «Юность», барабанную установку, стойки и прочий музыкальный хлам.

Из кабины выпорхнул Петр Абрамович и стал помогать. К семи вечера аппарат был выставлен, зрители в полосатых пижамах рассажены, а главврач с Петрушей пошли решать финансовые вопросы. Олег не выдержал:

- Ребята, я сейчас…

Он вышел в коридор, неподалёку мелькнула фигура кого-то из медперсонала. Олег ускорил шаг и обратился к женщине в белом халате:

- Девушка, простите, пожалуйста!

Девушка, которой на вскидку можно было дать не меньше пятидесяти, обернулась и возмущенно произнесла:

- Больной, почему в верхней одежде? Из какой палаты?

- Простите, я не больной. Я музыкант, мы у вас даем концерт. Очень болит голова, нет ли какой таблетки.

- А, ну ладно. Подождите.

Она зашла в кабинет с надписью «Процедурная» и вскоре вышла, держа в руках мензурку c водой и таблетку.

- Примите, должно помочь…

Олег поблагодарил медсестру и поспешил в актовый зал к своему органу. «Феникс» отыграл стандартный набор из лирико-патриотических песен, а чтобы совсем уж не было скучно, размочил совковый песенный официоз нескольким оригинальными рокешниками. Психи заученно улыбались и награждали исполнителей жидкими аплодисментами. Через час можно было опускать занавес, но за отсутствием такового, музыканты просто откланялись. Привычно зачехлили инструменты, загрузили в арендованную полуторку громоздкий реквизит, и разъехались по своим делам.

Лебедев чувствовал себя странно: голова стала проходить, на смену пришла вялость и сонливость. Олег поехал домой, он отказался от ужина и завалился спать. Вот тут всё и началось. Он окунулся в привычную для себя обстановку то ли рок-концерта, то ли репетиции. Ирреальные фигуры каких-то музыкантов, окружали его со всех сторон. Но образы были настолько яркие, а музыка так прекрасна, что Олег замирал от счастья. Потрясающие композиции звучали на непонятно каком языке: вроде английском, но Олег всё понимал. Изумительные мелодии, классные аранжировки, фантастическая атмосфера музыкального праздника завораживала, влекла и доставляла бесконечное наслаждение…

Лебедев проснулся - рок-н-рольные образы исчезли. Олег несколько минут пытался осознать, где реальность, а где сон. Поднялся с постели и подсел к старенькому пианино, на котором играла ещё его бабушка, не позволившая извести инструмент на дрова в суровую блокадную зиму. Опустил пальцы на клавиши и сразу вспомнил одну из ночных композиций. Лихорадочно стал наигрывать мелодию – все получалось! Схватил гитару, обозначил аккорды, попробовал басовую партию и тут всё пошло, как по маслу. Фантастика! Стал набрасывать табулатуры ведущих инструментов. Пока Олег лихорадочно заполнял нотный лист, подсознание к собственному изумлению услужливо диктовало текст песни. Через час работа была закончена, на столе валялись черновики с партиями инструментов и готовый текст. Он пробежал глазами строки:

Если время вдруг пришло несчастий,
Мамин образ предстаёт,
Тихо мне напомнив: всё пройдёт
И в трудный час напастей
Предо мною вновь она встаёт,
Тихо мне напомнив: всё пройдёт
Всё пройдёт, всё пройдёт,
Всё пройдёт, всё пройдёт
Тихий этот голос: всё пройдёт*

Пора было собираться на лекцию в институт. Наш герой учился на втором курсе дирижёрско-оркестрового факультета ленинградского института культуры им. Крупской. Двое участников «Феникса» также осваивали профессию будущих руководителей художественной самодеятельности. Обычная студенческая жизнь: лекции, зачёты, дешёвые пьянки, девчонки, плюс самодеятельная рок-группа, как увлекательная альтернатива досуга и дополнительного заработка. Олег разыскал бас-гитариста Игоря Зубакова. Путаясь от волнения и без конца поправляя очки, поведал коллеге о ночных «чудесах».

- Обалдеть можно! Ведь я всё запомнил и утром записал. Там ещё были темы, но одну точно можно репетировать и текст готов.

Зубаков слушал исповедь, открыв рот, веря и не веря другу. То, что Лебедев талантливый музыкант, знали все. За два года совместной деятельности, авторитет Лебедева не вызывал сомнений. Но чтобы, вот так во сне поймать песню и текст, а утром выдать готовый музыкальный продукт. Тут попахивало гениальностью. Вспоминалась история о таблице Менделеева, явившаяся великому химику во сне. Когда после второй пары, выдалось время, Олег наиграл и напел новую песню Зубакову и гитаристу Сашке Терешко. Коллеги испытали шок, композиция выглядела даже в черновом варианте просто замечательно. Дело за малым: отрепетировать партии, сделать аранжировку и явить опус просвещенному музыкальному миру.

Ни в этот, ни на следующий день и через три дня, ночные откровения не возникали. Молодой организм исправно отправлял хозяина в царство Морфея, не оказывая при этом никаких особых почестей. Спалось крепко, сладко и без сновидений. Олег задумался и стал мысленно восстанавливать события необыкновенной ночи. Логическая цепочка обстоятельств привела его к памятной головной боли и таблетке. Музыканта осенило: может здесь кроются ответы?

Не прошло и недели, как наш герой бодро входил в знакомое учреждение. Медсестра не попадалась, проблуждав по диспансеру, он наткнулся на жидкую очередь в кабинет главврача. Решил махнуть на всё рукой, но тут открылась дверь и вышла та самая женщина. Он качнулся на встречу и отрыл было рот, но сестра, как отрезала:

- В порядке очереди, гражданин. Со всеми вопросами к Николаю Павловичу.

Ладно, можно и подождать. Олег прочитал табличку на двери: «Зав. отд. д-р Зубковский Н. П.». Когда подошла очередь, он шагнул в кабинет и начал сбивчиво объяснять пожилому мужчине в накрахмаленном халате и белоснежной шапочке свои проблемы.

- Послушайте, а что вас так удивило? Если имеются проблемы с психикой, записывайтесь на приём к невропатологу. Что вы от меня-то хотите?

- Понимаете, в тот раз, когда мы выступали, у меня жутко болела голова, а ваша медсестра, которая только что была здесь, дала мне что-то от головной боли. – Чтобы доктор проникся, Лебедев усилил акцент. -  У меня начались глюки! Я хочу узнать, что это было?

Врач, замялся, затем позвонил куда-то. Через минуту появилась старая знакомая.

- Молодой человек, подождите в коридоре.

Когда его вновь позвали, обстановка была слегка накалена. Медсестра, бросив злобный взгляд на проблемного посетителя, обозначила оскорблённое достоинство и удалилась.

- Садитесь, как вас зовут? Очень хорошо, Олег. Произошло недоразумение, вам дали дозу фенобарбитала. Не волнуйтесь, это противоэпилептическое средство, мы прописываем его нашим больным. Поверьте, для вашего здоровья никакого вреда. Судя по тому, что вы рассказали случай интересный. Примите извинения, надеюсь, инцидент исчерпан?

- Доктор, я не ругаться к вам пришёл. Хочу узнать, нельзя ли мне выписать рецепт этого барбатала?

У Николая Павловича удивлённо поднялись брови.

- Фенобарбитала. Я же уже сказал, запишитесь к невропатологу? Он вас обследует, поставит диагноз, если будет необходимость, пропишет лекарство…

- Вы меня не поняли, мне нужны таблетки, чтобы во сне…, как бы это сказать, услышать еще какие-нибудь мелодии, темы. Я музыкант, пишу музыку, мне это очень интересно!

Убеленного сединами и большим опытом Николая Павловича, было трудно удивить. Он задумался и гнать нахального юношу не спешил.

- А вы знаете что! Я дам телефон сына. Александр пошёл по моим стопам, у него тема будущего диплома посвящена подобным аномалиям. Свяжитесь и поговорите. К тому же он увлекается вашим роком.

Младший Зубковский оказался вполне нормальным парнем, совсем не похожим на будущего психиатра. Хоть и старше Олега на пару-тройку лет, никакого высокомерия и предвзятости. Он с интересом выслушал рассказ рокера и уже как специалист задал несколько вопросов по здоровью, затем подытожил.

- Забавно, симптоматика не прослеживается. Надо изучать, - и неожиданно, - слушай, а как бы послушать твои песни. Я ведь роком увлекаюсь, записи, пласты.

- Это запросто, ты сегодня сможешь? У нас репетиция в студенческом городке на Новоизмайловском.

В тот же вечер, Олег и его новый приятель приехали на репетиционную базу. Официально так назывался красный уголок в одном из общежитий, где знакомый комендант Петруши, не бескорыстно, естественно, держал несложный реквизит группы «Феникс». Два раза в неделю комендант разрешал занимать зал и репетировать до отбоя. Иногда музыканты играли импровизированные сейшены на радость хиппующей молодёжи.

От новой песни все были в восторге: отличная мелодия, четкие музыкальные фразы, да и лирический текст неплох. Разучили быстро, спели несколько раз и включили в репертуар под названием «В трудный час».

- Слушай, здорово, что-то от битлов есть. Та самая тема из сна?

- Она, но там еще много чего слышал, да так реалистично. Сейчас чего-то плохо вспоминается. В общем, ты понимаешь: надо попробовать ещё вашего фенобарбитала, если меня озаряет с него – скоро накропаю песенный сборник. Хоть в Союз композиторов тащи, – тут же поправился. - да только кто возьмёт?

- Ладно, выпишу рецепт. Принимать только под моим наблюдением и никакой отсебятины. Не чаще раза в неделю, есть риск кумуляции и побочные эффекты – нистагм, атаксия. Узнаю, живи сам по себе!

- Ха, ну ты наговорил! Я что враг себе…

Эксперимент прошёл блестяще! После вечернего чая, Олег проглотил таблетку. Через час, парня потянуло в сон. Зевнул, выключил телевизор и отправился в кровать. Утром удивленные родители стали свидетелями, как чадо лихорадочно расписывало партитуру, бросаясь то к пианино, то к гитаре, при этом чего-то мычало себе под нос. Налицо был всплеск творческой активности с утра, чего раньше за Олежкой не замечалось.

Вечером группа уже разучивала слова и напевала под изумительный гитарный перебор:

Эта леди твердит:
Злато всё, что блестит,
И она купит лестницу в небо.
Стоит слово сказать -
И свое можно взять
В час, когда не достать даже хлеба.
Знак висит, где стена,
Но не верит она,
Ведь бывает у слов по два смысла.
Возле речки в кустах
Запоет певчий птах,
Но опасны порой наши мысли.
О, как это странно**

В город трёх революций пришла классическая питерская зима, с оттепелями и непролазной грязью от плохо убираемых улиц. В положенное время обозначилась весна, а там и лето. Олег и его товарищи уверенно сдали сессию, и перешли на следующий курс. Алекс, не менее успешно защитил диплом и был распределен в НИИ Бехтерева, младшим научным сотрудником. Дружба с музыкантами «Феникса» поддерживалась, причем не только вежливыми телефонными звонками, но встречами на полулегальных рок концертах, а так же совместным распитием алкоголя и долгими дискуссиями. Алекс был полезен ребятам своими возможностями делиться новинками рока из-за «бугра», а также знаниями в области, западной молодёжной субкультуры; заодно подсказывал что-нибудь путное.

Опыты Зубковского и Лебедева продолжались, но с научной точки зрения потеряли интерес. Алекс не мог понять и объяснить странные метаморфозы в сознании Олега после музыкальных путешествий в параллельный мир сновидений. Подымать вопрос на более высокий уровень и привлекать всю мощь советской медицины, Алекс откровенно боялся. Боялся за товарища, были серьёзные подозрения, что музыканта могут элементарно залечить. Как-то Олег пошутил, что приснись ему четкая программа, как привести народ к победе коммунизма и сделать всех счастливыми. Сдуру бы ляпнул подобное, точно упаковали в психушку пожизненно.

Уже было написано добрых два десятка потенциальных хитов, пользовавшихся устойчивой популярностью. К Олегу даже стали приглядываться профессиональные музыканты. Но однажды…

Зубковский позвонил вечером.

- Алик, ты должен немедленно ко мне приехать! Сегодня «лекарство» не принимал?

- Нет. А что случилось?!

- Лучше не спрашивай, пулей ко мне, это что-то запредельное!

Лебедев в армии не служил, но оделся молниеносно и уложился в норматив молодого бойца на «отлично». Общественный транспорт работал по старинке и двигался не спеша. Оттого, когда измученный догадками Олег предстал на пороге квартиры Зубковских, прошло не меньше часа.

- Скорей! Проходи в комнату.

В маленькой каморке, которую Алекс очень любил и ни за что не хотел переезжать в гостиную, на сервировочном столике лежала пластинка. Такую Олег ещё не видел, на конверте стояла надпись Beatles – Let It Be.

- Ого, что новый альбом битлов?

- Новый, новый, а теперь послушай!

Алекс нацелил иголку проигрывателя на музыкальную дорожку. Заиграла мелодия. Олег остолбенел! Эта была один в один песня, которую Лебедев услышал во сне и сочинил как свою восемь месяцев назад. В комнате повисла тишина.

- Ты мне можешь что-нибудь объяснить? - Вымолвил Олег.

- Это ты мне объясни, где ты её мог слышать? Зачем был нужен этот спектакль со сновидениями. Песня-то записана в апреле этого года. А ты якобы сочинил её в октябре, то есть за полгода до битлов!? Что за мистификация, Алик? Ты же обосрался полностью и команду свою подставил. Плагиат это называется, слышал такое слово?

- Да нет же! Саня, всё по честному – именно так и было. Никогда я этой битловской темы не слышал. Клянусь чем угодно, никого не разыгрывал. Слышал во сне и записывал. Ведь текст то у меня на русском. Ну, да, сейчас скажешь, что подогнать слова, не велика заслуга. Я в шоке! А как же остальные композиции? Тоже битлы сочинили?

- Ничего не понимаю! Может тебя действительно на обследование положить. Электроэнцефалографию провести, пригласить специалистов…

Олег постепенно стал приходить в себя.

- Ладно, раз уж такое невероятное совпадение, придётся объяснить ребятам, что это такой долгоиграющий сюрприз. Выпить есть?

- Да, пожалуй, надо бухнуть. У меня голова кругом. Ведь не в машине времени ты путешествовал? – Сказал, и со страхом посмотрел на «композитора».

- Ну да в машине времени, только что-то там сломалось и я двигался не в будущее, а в прошлое, ха-ха.

По настоящему жутко стало обоим спустя месяц, когда заглавная композиция с дебютного альбома неведомой доселе группы Uriah Heep коснулась ушей Алекса. Напуганный прошлым разом, он ждал чего угодно, но не такого. Вновь был вызван великий плагиатор и Зубковский предъявил ему очередной «сонный опус», названный «Бронированная душа». Лишь отчего-то в трактовке британских рокеров композиция была озаглавлена Gypsy.

- И что теперь скажешь, великий сочинитель современности?

- А теперь могу смело заявить – эти черти содрали мою вещь. Когда вышел альбомчик? Только что! Сейчас июль, я же записал «Бронированную душу» перед новым 1969 годом! Так что извини, в жизни никаких записей я слышать не мог. Если конечно ты не допускаешь, что англичане приезжали к нам делиться опытом и сдуру наиграли мне мелодию?

- Да ладно, не фантазируй!  Это, уже не укладывается ни в какие рамки! Как такое могло получиться? Бывает, случайно где-то услышал, долговременная память сохранила. Но как можно повторить композицию, которая ещё не прозвучала и будет написана спустя несколько месяцев после твоих ночных видений?

- Вот и разбирайся, ты же у нас врач-психиатр, кажется, в аспирантуру собрался? С чего начнём?

- Ха, собрать консилиум на тему «синдром «путешествий во времени» у отдельно взятой психопатической музыкальной особы в условиях развитого социализма». Вот бы и ломали себе головы светила науки, как это простой парень записывает мелодии из своих снов, а затем выясняется – такая песня уже существует, причём в капстране. Правда, чудеса?

- Слушай, психолог хренов. Я виноват, что твои чёртовы таблетки творят такое. Я и без них могу песни писать, если хочешь?

Они долго спорили, при этом виртуозно использовали специфические слова, не принятые в литературной речи. Закончили  уже привычной попойкой под аккорды английских рок-музыкантов. Алкоголь не смог разрулить возникшие проблемы, но сбил накал страстей до минимума. Договорились:

- ничего не менять
- все композиции обозначить, как кавер-версии
- приём барбитуратов прекратить навсегда.

По мере выхода новых зарубежных релизов, случаи «отложенного плагиата» повторялись. В «соавторство» стали набиваться группы Deep Purple, Led Zeppelin, а спустя еще пару лет выстроилась очередь из ведущих коллективов мирового рока. Наши друзья, даже стали привыкать к подобным казусам. Но, доступ к волшебному музыкальному ключу был закрыт и песенные хиты, прочно обрели своих подлинных хозяев.
 
Олег Лебедев защитил диплом, правда, чуть не завалил композицию. Группа «Феникс» прекратила существование. Зубковский с головой ушёл в научную работу. В узких кругах питерских меломанов передавалась история об одарённом композиторе, сочинявшем рок-баллады и композиции в точности повторявшие зарубежные хиты. Да скоро забылась – мало ли чего насочиняют фантазёры и завистники.

* - перевод «Processor из Nowhere» с оригинального текста The Beatles "Let It Be" (1970)
** - перевод Владимир Бойко с оригинального текста Led Zeppelin "Stairway To Heaven" (1971)

Санкт-Петербург, ноябрь, 2010, yalinc@mail.ru


Рецензии
Читая первую половину рассказа, у меня выстраивалась логическая картина. Говорят же, что человек использует свой мозг процентов на 10 от его возможностей. И таблетка в конкретном случае именно для этого человека совершенствовала работу мозга, реализуя его потенциал. Так совпало. Конечно, вторая часть рассказа эту картину нарушила. Объяснения у меня нет. В идеи, "витающие в воздухе", верится с трудом. В случайное сочинительство похожих произведений - ещё меньше. Хотя, при написании какого-то рассказа, вполне идеи могут быть схожие...приходит людям одни и те же мысли, и каждый просто делает им свою аранжировку.
Произведение понравилось. Это один из тех Ваших рассказов, где герой понимаем и близок в своих мыслях и поступках.

Мазур Татьяна   14.10.2017 16:42     Заявить о нарушении
Спасибо, Татьяна! Это жанр фантастического рассказа.

Вадим Яловецкий   14.10.2017 17:27   Заявить о нарушении
А мозг всё равно хочет какого-то объяснения. Только в рассказе про реальность - правдоподобного, а в фантастическом - фантастического, но при этом логичного))).

Мазур Татьяна   15.10.2017 05:46   Заявить о нарушении
На это произведение написана 21 рецензия, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.