Ночной воришка

                                                      
      


  Главное завоевание первого рыбацкого дня – ароматно-нежная харюзовая уха, приправленная берёзово-еловым дымком, с вечера хорошо шла! Из проверенного, видавшего виды хлебосольного котелка, не раз потчевавшего меня блюдами, каких не отыщешь в самом лучшем европейском ресторане, черпал и черпал я рыбацкое кушанье вприкуску с лучком-черемшой, собранным с оказией в соседнем распадке, с измятой в дороге, с раскрошившейся, а потому ещё более аппетитной ржаной ковригой!
 
  Но к утру бока все отлежал подле костра, подкоптился, и в самый раз чайком бы побаловаться-взбодриться и слегка подсластиться. «Но, где сгущёнка? Куда деликатес мой подевался-запропастился? Ведь хорошо помню: с вечера лишь слегка початая емкость оставалась, а сейчас и след простыл. Кто позарился? Кто слопал? Ну что это я сразу стал такой недоверчивый и подозрительный? Вдруг сам ногой случайно задел-опрокинул, и закатилась куда банка? Пусть всё вытекло, пусть я повинюсь и самооправдаюсь. Досадно, конечно, но тогда всё встанет на свои места! Всё будет понятно и установлена первопричина произошедшего – моя неуклюжесть!»

  Всё обшарил рядом, за пень заглянул, за куст, дупло заметил в ближайшем дереве, там на всякий случай рукой пошуровал – нет нигде ни молочка сладенького, ни пустой тары. «Вот так недоразумение! Выходит, и в самом деле украли? Обидно! Кто бы мог подумать? Прямо посреди леса, посреди глухомани! За что? Почему? – осмотрелся по сторонам: – Непонятно, кого карать - кого миловать?»

  Натощак, несолоно хлебавши, то ли в шутку то ли всерьёз, пожаловался лесу: «Ограбили! Разорили! До нитки обобрали!» – Да жалобных ноток побольше добавляю – вдруг сыщется совестливый свидетель, укажет на жулика!

  Синичка откликнулась: «Тинь-звень», будто бы ни при чём тут.

  Рябчик с подначкой свистнул: «Тю-ю-ю, тю-ю-ю, ту-ту-ру, тю-тю!»
 
  А кукушка, та уже и с насмешкой заладила: «Ку-ку, ку-ку, ку-ку…»

  – Да у них тут круговая порука! Ну, соловьи-разбойники, ну, лиходеи, просвистели-прокукукали моё добро! Ничего, у меня ещё ночь впереди! Я спать не буду, дозор выставлю, но выведу вора на чистую воду! Специально самую лучшую еду на видном месте оставлю. Но берегись тогда у меня!

 Горький чай, конечно, не сладкий, но мы и не такие трудности-испытания проходили! Зато для рыбацкой души такое приволье! Хариус идёт и идёт на разномастные искусственные мушки – жадно хватает насадку, два ленка тоже не удержались, соблазнились «кручёной» ниткой – на кукане уже гуляют!

  К вечеру забыл я про обиду, уж не серчаю, так, из любопытства подходы к биваку охраняю, вот-вот преступная натура должна объявиться!  А ночь такая необычная складывается: закрутились крупинками сладкого сахара звёзды в небесной чаше, придавая особый вкус и аромат божественному напитку, плавилась здесь же долькой лимона луна! И зачем, кто придумал всякие искусственные сладости, когда не напиться, не насладиться звёздным коктейлем?! Пил и пил я полной грудью таёжное снадобье, размечтался – распутешествовался в ярких мерцающих мирах-галактиках! И не заметил, как сморило от блаженной усталости. Клюнул раз-другой головой и в необычный сон-дремоту провалился…

  Всю ночь к какому-то цветку пробирался… То ли цветик-семицветик, то ли аленький цветочек, то ли купальский папоротник. Я к нему, а он от меня, то чётко проявится, то заблезит смутным очертанием. Уж я настойчиво упорствую: через заломы-буреломы, через чащи-заросли к нему, где ползком по зыби, где карабкаясь по скользким камням, одежды не жалею, исцарапался - иззанозился весь, ещё чуть-чуть и достану… Но руку протяну и пустоту хватаю. Играет в свою непонятную игру, забавляется со мной, но не даётся цветок. А позарез он мне нужен, как глоток воздуха, как ключ к счастью…

  Наверно, изнервничался я такой сон переваривать, или какая-то упрямая загорулина-извилина в голове всё-таки не спала, сторожилась, но пробудился я посреди ночи. Открыл глаза, когда кто-то уже хозяйничал в моих вещах. Пошебуршал, пошелестел, похрумкал воришка, а потом мордочку из-за рюкзака высунул, чтобы проверить: «Спит ли тетеря?», и замер, заметив, что я зенками моргаю.

  Сначала не разобрался я, что за живность – на собачку маленькую и остроухую похожа! Но откуда здесь собачка? Вот недогадливый, так это лиса! Стрельнула глазами на меня и прочь побежала впопыхах, но уже присмотрела-выбрала и не забыла прихватить с собой презент – пачку печенья.

  – Стойте, Патрикеевна! Вы опознаны! Скрываться-отпираться бессмысленно! Не усугубляйте вины! – кричу вдогонку.
  Но куда там! Бесполезно. Попробуй, догони! Закон - тайга, прокурор - медведь…

  Не особо я досадовал от новой пропажи, зато теперь знаю, у кого из таёжных жителей жуликоватые манеры! Ничего, кланяться - милости просить не будем, но и меры примем: перед тем как отправиться на рыбалку, собрал я всё съестное в рюкзак и подвесил его повыше, чтобы лиса не достала. 

  Вдоль речки спускался по течению, и перекат с кипящими бурунами попался. Грозно предупреждает-шумит река: «Переходить не смей-не пытайся, снесу на стремнине!» А берег здесь какой?! Нет берега – отвесная скала! Пришлось огибать каменистую возвышенность, чтобы не лезть на самую кручу. 

 Круча  не круча, а всё равно порядком попыхтеть пришлось.   Преодолевая           перевал, остановился малость отдышаться. Глянул случайно под угор. Что за невидаль! Вот же недавний сон в руку! Вещее сновидение!

  Необычный синий цветок в лощине сквозь пышную зелень пробивается! Не василек, не колокольчик, не ирис, другой, более крупный и яркий, какой-то неизвестный цветок! Хихикнул я глупо: «Не может же такого быть!» Протёр получше глаза: «А что если я просто такой впечатлительный и под воздействием сна ещё, или и вовсе сплю?! Ну, уж нет, на этот раз ни капли не мерещится! Уже и мысли мечтательные в голове завертелась, диалог сам с собой веду:

 – Если бы и в самом деле волшебным цветок оказался, ну и чего бы ты пожелал?
 
 – На крупное бы не замахивался, оторвал лишь один самый маленький лепесток и скромно бы загадал, чтобы рыба у меня всегда ловилась! И пускай себе дальше растёт, силы набирается! – Но трезвый ум, всё же, верх берёт:
  – Какой тебе чудо-цветок,  какие тебе сказки в 21 компьютерный век с нано и интернет технологиями?!

  – Ну, конечно, это я так, фантазия разыгралась. Оно-то понятно, что не бывает такого! – соглашаюсь я.

  Гоню от себя всякие нереальные мысли, но к цветку между прочим, вектор  движения задал. Издалека как следует его не рассмотреть, выбираю место, как бы  сподручнее к таёжному растению подобраться. А на смену первой шальной мысли  другая, более правдоподобная приходит:

  – А вдруг стану я теперь первооткрывателем, внесу свой вклад в развитие ботаники, открою неизвестное науке новое растение! Вон оно какое, непривычное, броское, диковинное, никогда прежде такую траву-мураву встречать не приходилось! Досадно, фотоаппарат с собой не взял, не докажешь же потом никому о своей находке, а рвать жалко: вдруг этот экземпляр один единственный на всём белом свете остался!

  Так и приближаюсь осторожно, ломая голову: «Что же делать с редким представителем флоры дальше?»    Очередную пышную еловую ветку от лица отвёл и разочаровано понял:

  – Не получится из меня известного ботаника. – Но тут же другая спасительная мысль пришла: – Зато вон какие пинкертоновские качества во мне до времени дремали да проявились – интуиция и подсознание вывели меня к логову разбойников! Не цветок то маячил, а нашлась моя пропажа! Банка из-под сгущённого молока выделялась в зелени леса своими невыгоревшими красками и в заблуждение ввела.

  Ёмкость подобрал, покрутил-повертел в руках: моя не моя, не мелочный, подписей на всех своих покупках не оставляю, но вряд ли чья-то ещё, ходоков здесь больше нема. Пустая и чистая ёмкость. Дождя не было, а вылизана вся, до последней капельки.

 – Хорошо, улика найдена, а где же похититель? – только подумал и движение какое-то подозрительное за смолистым стволом ели заметил. – Ага, на воре и шапка горит!

  Сделал к дереву ещё шажок, и выбежал из-за него лисёнок, размером с котёнка, остановился в десятке метров и за мной наблюдает. Несмышлёныш ещё, видно, что трунит, но любопытство таёжного зверюшки верх над страхом берёт: «Что за странный незнакомец?! Мамка про такого ещё не рассказывала!»

 – Привет! – окликнул я лисёнка, но он не отозвался и нырнул под ближайший выворотень. Подошёл ближе – нора лисья под корешками замаскирована.  Заглянул я в звериное убежище: две пары глазок сверкнули в темноте и пропали, глубже залезли в своё убежище лисёнок с сестрёнкой. Посмотрел по сторонам: где-то и маманя, наверное, рядом,  испереживалась вся, наблюдая за мной со стороны, уже и себя ругает, что поддалась соблазну, на чужое позарилась: «Хотела детишек побаловать, да беду большую накликала! Ишь какой злопамятный оказался, по следу отыскал!»

  – Лисичка, что же сразу не сказала, что детишки у тебя, материнские заботы? Я бы облаву не устраивал, я бы с поклоном сам тебе подарок принёс. А то хожу здесь  умничаю, шуткую, а ведь всё лес-тайга в твоих неразумных детях значусь, что ни сделаю, так невпопад вычурно. Всё, ухожу-ухожу, бывайте, живите-не тужите, лисята! Возьмите вот лучше рыбки, в ней «глюкозки – витаминки» разные и кальций-фосфор для молодых растущих организмов. Пусть крепнут рыжики-зверята! Попрощался я и отправился восвояси удить свою рыбу…


Рецензии
Хороший,добрый по-детски,рассказ.Понравился!

Сергей Демченко   29.04.2017 06:43     Заявить о нарушении
Сергей, спасибо за ваш отзыв!
С уважением,

Юрий Жекотов   29.04.2017 13:27   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.