Убивающая бессонница

Когда порывы холодного ветра врываются сквозь открытое окно к ней в комнату, колыша тонкие шторы цвета морского заката, она лежит в позе эмбриона голая под тонким белым одеялом, укрывающим ее, словно слой снега греет пшеницу, и о чем-то думает. Наверное никто не знает о чем, на столько она скрытна и непредсказуема. Где-то за пределами её комнаты летают самолеты, совсем близко, кажется, что прямо за стеной. Они словно могут врезаться в здание и пробить огромную дыру, открывающую вид на город. У неё в окне мерцают чуть заметные звезды, свет которых борется за превосходство с рекламными вывесками небоскребов. В четыре рассвет,  она всё не спит, только смотрит в окно сквозь тюль, сквозь самолеты и звезды, сквозь черную материю галактики.

Иногда кажется, что вся её грусть из-за этого приторного лета, оно как кофе с дестью большими ложками сахара, как мастика на торте, которую нечем запить. За дверью слышны чьи-то частые маленькие шажки - это ходит кот, ему, как в прочем и всегда, нечем заняться. Он просыпается, если на улице сильный дождь или ветер, но в комнату его никто не впустит, пусть все думают, что она наконец-то крепко спит.

Гроза. Запах мокрого асфальта, сиреневые электрические разряды, стук дождя, рёв грома. Если присмотреться, можно увидеть, как тысячи холодных капель несутся к земле, сталкиваясь, образуют большие скопления и вновь разлетаются на мелкие брызги. По синему бархату неба словно разливают струи фиолетовой жидкости, которая, проявившись на секунду, испарятся. Скорость света, быстрее скорости звука, поэтому увидев разряд, лучше прикрыть уши.

Лада не может уснуть уже несколько недель. Нет, она дремлет временами, в основном днем и с приоткрытыми глазами, но эти два-три часа в сутки ничего не дают. Прошлым утром она была у психолога, который спросил:"Ничего же страшного, что сеанс так рано?", а она лишь гневно засмеялась в ответ; он прописал ей снотворное, но она не успела заехать в аптеку. Её мышцы стали слабыми, а дрожащие конечности словно ватные. Голова болит все сильнее, это уже не просто мигрень, это пульсирующий мучительный стук, отдающий в шею, а затем и в грудь. Словно темнота пробирается в неё, разъедая организм изнутри. Сердце с каждым днем бьётся всё медленнее, она это слышит и ощущает.

"После чего это стало с вами происходить?"-спросил психотерапевт, смотря в свою синюю кожаную папку, в которой он делал пометки.  Лада ответила, недовольно, даже со злом, смотря на него:"Я думаю вы знаете! Я не считаю, что мне поможет вернуться к нормальной жизни процедура пересказа этих событий!". Именно после этого он сдался и просто прописал ей снотворное, чего она и добивалась, просто нужно было выбить рецепт, и наконец-то сладкий сон. Но не тут-то было, память стала подводить безжизненное тело, она проехала мимо аптеки, и теперь дела были отложены на завтра. Но ничего, ведь это последняя бессонная ночь, точно последняя.

"Ты сильная, ты справишься!"- говорила ей мама. Но нет, она оказалась слабой. Это были напрасно потраченные дни и ночи, также напрасно потраченные силы. "Всё, хватит!"-шептала она себе под нос:"Просто закрой глаза и усни, ведь это никому не нужный концерт! Нет такой болезни, при которой человек принципиально не спит! Ты придуриваешься, чтобы казаться больной!". Да, она хотела казаться больной и увядающей. Её мешки под глазами, похудевшее чахлое тело, побледневшие глаза, которые раньше светились двумя изумрудами: всё это напоминало о нем, точнее о его предсмертном состоянии.

Это произошло два месяца назад, тогда была весна и звонкий птичий свист преследовал всех жителей города буквально повсюду. В парках ожили деревья, вековые дубы одели темно-зеленые шубы, а молодые ивы и липы накинули мятные платья. Вокруг всё цвело и сладко пахло. И только Лада с грустным лицо шла в онкологический центр, прихватив свежий апельсиновый сок и букет ландышей. Это был бы типичный монотонный день, если бы она не увидела в коридоре его плачущую мать. Всё было ясно: он сдался и перестал бороться, его больше нет, как говорят, его душа покинула наш бренный мир. В эту же секунду Ладу настиг ужасный страх, её будто пролизывало, а легкие отказывались дышать. Она навсегда запомнила это ощущение.

Он был её первой и единственной любовью. Лада помнит, как они гуляли теплыми летними вечерами, а, сидя на капоте машины, пара разглядывала далекие звезды, которые светят ярче, если отъехать подальше от города и его торговых центров. Бледная луна освещала поляну, склон и озеро, придавая всему алюминиевый оттенок. По воде шла рябь, говорящая о том, что на улице дует несильный ветерок. Они любили друг друга и каждый раз целовались так, будто уже не увидятся. Это были самые настоящие и искренние чувства, какие редко сейчас встретишь. Они были опьянены своей любовью и тонули, горели, задыхались в ней.

Но в один миг всё оборвалось, в тот самый миг, когда у него обнаружили саркому. А затем последовал год отчаянной борьбы за жизнь, которая была проиграна. Смерть положила конец одному, но начало другому. Лада медленно сходила с ума, переставая спать, а затем и есть. Она вела себя к тому безжизненному состоянию, в котором когда-то предстал перед ней он. Любовь довела её до такого состояния, именно она.

Тем временем с улицы стал проникать теплый воздух, а лучи света дотошно затанцевали по её белому одеялу, Лада привстала, понимая, что наступил день. Нужно в аптеку, и сегодня, быть может, она выпьет снотворного, но больше, чем указано в рецепте


Рецензии
Не надо снотворного больше, чем указано в рецепте!
Привет, Алина. Жму зеленую.

Джонни Гранд   20.07.2017 00:16     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.