Все лишь случается

                  

Безмятежность царит вокруг. Маленький самолет отважно рассекает сугробы  облаков, выныривая в оконца ясности убеждается, под брюхом, как и должно - зеленое море тайги, блюдца озер - заливное на скатерти - самобранке, змейки - речки играют с горами, убегая от них к неизвестному морю. Ровно гудит отважное сердце большой пчелы.

Уже час самолет  радуется родной стихии,  а два пассажира, молодые мужчина и женщина, похожая на девочку - старшеклассницу, не сказали друг другу ни слова. Илья не отрывался от окна, на лице Оли застыло страдание. В другой раз они бы без умоку болтали, обмениваясь впечатлениями. Но сегодня...все резко изменилось.

 Оля и Илья уже год жили вместе. Корреспондент ТАСС и молодая журналистка
Окружного радио по мнению коллег были очень подходящей парой. И не без основания.  При первой встрече и знакомстве в редакции искра между ними пробежала и  прилепила  друг к другу. Известно - ничего не происходит просто так, все взаимообусловлено  неизвестными человеку причинно - следственными связями.

Нечего туда соваться. Пробежала - значит так было нужно.   Им не пришлось переживать период ухаживания и сближения:  кто - то решил: быть вместе.  Подоспевшая по разнарядке квартира в сдающемся доме была одна. Собралась пишущая братия на очередные  посиделки да там и уговорили их стать семьей. А когда подействовали градусы, до утра кричали "Горько!"

Окружной центр небольшой, населения всего пять тысяч человек. Собак, тех много больше. Зато площадей меряных - целая Турция поместится или Чили. Связь в те годы была никудышняя. Попробуй сладить с заслоном  тайги и хребтами Путорана. Горло надорвешь. Материал в основном добывали в командировках. Иногда задания молодоженов совпадали.  Как в этот раз. Безотказная  "Аннушка" держала курс на Юкту, дальний поселок на Нижней  Тунгуске, где основной  вид хозяйства - разведение черно - бурых лисиц.

Меха с этой фермы ценили  на пушных аукционах за красивый  окрас и блеск, за прочность мездры. Доход и слава доставались не только начальству в Большом Чуме, но хватало обеспечить работников жильем,  построить просторный магазин, амбулаторию, регулярно снабжать звероводов сезонной спецодеждой. О хорошем содержании лисиц и говорить не стоило. И рыба свежая прямо из реки,  и витамины - как полагается.

Но и на старуху бывает проруха. До сих пор неизвестно, что вызывает у животных болезнь самопогрызание, но случилась эта напасть на Юктинской ферме. Надо было рассказать, как справляется  с бедой  коллектив и есть ли надежда сохранить поголовье.

По дороге в аэропорт Оля зашла в женскую поликлинику и получила лабораторный анализ на беременность.  Он был положительный, десять недель в ней развивалась новая жизнь. Тело  мгновенно взликовало от  радости и невидимые крылья понесли ее, размахивающую бумажкой, к машине. Плюхнувшись  на сиденье редакционного ГАЗика, прошептала Илье прямо в ухо: у нас будет ребенок. Вот - десять недель!

Илья коснулся поцелуем щеки и тихо сказал: поговорим после. Сдержанный голос  не скрыл растерянности. С первой минуты осознания  новой жизни в себе все Олино существо переустраивалось, коря себя за опоздание. Она горячо благодарила Создателя, шептала ему как папе ласковые слова. Вдруг с удивлением почувствовала свое тело хрупким сосудом, в который поместили величайшую драгоценность - будущее дитя. Сладкие  мечты,  как рой бабочек, порхали вокруг и нашептывали  всякое нежное,  успокоительно - счастливое .

Как только вещи были выгружены на летное поле и водитель ушел, Илья, взяв ее горячую беспокойную руку, стал медленно говорить. Но совсем не то, что она уже слышала  в мечтах . Не то и не так.  Голос его был сух и строг, как у ментора.
 
- Это преждевременно. Когда меня переведут  в другое место, у ребенка будет больше возможностей для развития. Сейчас придется отказаться от этой затеи.

Оглушенная  она пошла вдоль кромки летного поля,  все убыстряя шаг, надеясь превозмочь образовавшийся  вакуум. Илья догнал ее, обнял за плечи.
- Пойми, многие делают так, если обстоятельства не складываются в пользу ....
Сквозь возникшую преграду слова мужа прозвучали глухо и очень страшно.
-Ты предлагаешь убить ребенка?!
- Это называется аборт, к нему прибегают многие, он не запрещен...
Оля с трудом различала слова, по щекам заструились  извилистые бороздки.
-Не разводи сырость. Мы летим в командировку. Надо сделать дело. Вернемся - подумаем. Оля  замолчала, ушла в себя. Укутанная легкой кисеей чьей - то заботы, под гул самолета даже уснула. 

В тот же день они побывали на ферме, увидели безумных животных, грызущих хвосты и конечности. Лисы взвизгивали, кружили по клетке и вновь принимались истязать себя. Смотреть было невыносимо печально. Ветеринары и звероводы, конечно делали все возможное, чтобы сохранить зверей.

Журналистов разместили  в амбулатории, отдельно стоящем строении с крылечком. В доме было тепло, трещали в печи смолистые поленья, через дырочки дверцы сполохи постоянно проецировали на стену живую пляску огня. Две небольшие комнаты - палаты были чисто убраны и заправлены белоснежным бельем . Горка подушек возвышалась совсем по домашнему. На столе заботливо собран поднос для чаепития. Китайский термос источал запах роз, но не потому, что они были нарисованы, настоящий распаренный шиповник отдавал флюиды лета.

За чаем  Оля и Илья старались не встречаться взглядами. Вскоре Илья ушел отослать корреспонденцию и решить вопрос об аренде лодки для завтрашней поездки на озера.  Пострелять уток - было его мечтой.
Поплотнее запахнув куртку,  Оля вышла на крыльцо. От реки уже тянуло холодом. Тайга  и река,  в вечерних сумерках изменившие размеры, как будто придвинулись вплотную.

Ей хотелось  опоры, чего - то надежного. Оля села на скамейку и ухватилась
за перила. Тело было напряжено,  сжалось  и дрожало от страха. Против убийства протестовала каждая клетка.
- Должно быть так же трясется от страха ребенок. Если что - то одно болит у человека, все тело страдает. А тут замыслилось страшное!

Оля посмотрела на усыпанный звездами небосвод и услышала мириады сигналов. Каждая мигающая точка  посылала ей сочувственные  вибрациии.
- Выбор у меня один - дать жизнь ребенку. А чтобы не причинить вреда надо исключить все травмирующие моменты.  Как - это ежедневная  задача.  Моя! Уточнила она с горечью. Некоторое время  Оля бездумно всматривалась в россыпи небесных светил.  Отчаяние, держащее ее в жестком корсете, незаметно ослабело.

Изредка падали метеориты, оставляя росчерки таинственных устремлений.
Над домами поднимались высокие белые столбы дыма, обещая надежное убежище человеку. Послышался ленивый лай собак. И вскоре подошел Илья в сопрвождении местного жителя. Тот назвал себя  Савелием и пообещал Оле самолично с утра опробовать лодку в ледовом крошеве. Ночью были заморозки, по реке шла ледяная крошка, шуга по здешнему.

Илья уснул сразу, едва забрался под одеяло. Оля медленно перебирала события длинного и необычного сегодняшнего дня.  Услужливое сознание убирало жалящие,как крапива мысли, и направляло внимание на маленькое существо, теперь главное в ее жизни. Она изредка вздрагивала, как после затухающих рыданий.

В незанавешенное окно заглядывали из своего далека звезды. Им салютовали короткими яркими фейерверками догорающие в печи поленья. Под полом бегали, шуршали шустрые существа. Пел сверчок. Кто - то, оставляя звуковую цепочку царапающих коготков,  пересек комнату и отправился по своим важным делам. Совсем  рядом ухнула сова, видимо она жила под крышей и летала на охоту. "Суета и хлопоты о пропитании, совсем как улюдей",- подумала Оля и уснула.

Утро стояло у крыльца недовольное, хмурое, настороженное. Савелий, разбудивший их, уже спустил лодку на воду, и они с Ильей прошли на ней вдоль берега. Оказалось, шуга идет плотнее, чем накануне. Лодочник, выпивший с ними чай, вышел  на крыльцо, смотрел на реку. Отворяя дорогу трудным словам, прокашлялся деликатно.
- Ты бы, Илья, тово, отложил искурсию. Утка - то будет, куда ей деться, ее к земле жмет в такую непогодь. Не нравится мне эта глушина. Да и шуга дело опасное. Лодка плохо слушается.
- Мы ненадолго, Савелий, до обеда управимся. У меня опыт есть, на долбленке плавал. В случае чего - Оля поможет...советом, - улыбнулся  Илья, привязывая к крючкам в лодке рюкзак и ружье.
- Так ты с женой? - возникло молчание. - Ну как знаешь. Савелий закурил и всем
видом выражая несогласие: посопел, потоптался, поскреб в голове - жалко ему было
красивую молодую деваху - натерпится ведь, махнул рукой и пошел в поселок.

Из лодки река показалась очень широкой. Первые метры дались с трудом, лодка крутилась, как ложка в масляной каше. Илья с трудом выводил ее на середину реки,там поспокойнее. В какой - то момент потянуло свежаком.Порыв ветра промчался как будто это был взмах огромного меча. Долбленку играюче развернуло и потащило вниз по течению к оставленному берегу.Илья изо всех сил сдерживал ее неуправляемый сплав и даже вернул на прежний курс.

Подоспевшие атаки ветра превратили реку в кипящий котел. Тяжелая вода  ходила бурунами. В минуту затишья  Илья , выбиваясь из сил, правил лодку к берегу. Расстояние заметно сокращалось. И вдруг все стало меняться как  в кино с применением спецэффектов. "Вытеснение ",   «наплыв» и «затемнение» происходили на глазах. Черная туча стремительно закрыла оставшуюся светлую полосу, берег  едва угадывался, послышался мощный далекий гул и запахло гарью.

В лодке было полно воды. Оставшиеся десять метров дались неимоверно трудно, но помог новый порыв ветра, лодку перевернуло и выбросило на берег.
Узкую полоску прибрежного  песка захлестывали остервенелые волны. Оставаться  было опасно. Освободив ружье, Илья крикнул Ольге : "Не отставай!"- и побежал под прикрытие громадных пихт.
 
Бежать не получалось. Через завалы бурелома им удалось продвинуться всего лишь до первых деревьев, когда стало ясно, что идет пожар. Уже все обложило красным. Ветер раздувал громадные факелы и ломал деревья как спички. Шум и треск падающих горящих громадин  ужасал натиском и неправдоподобием происходящего.

Прижавшись к огромному стволу Оля ждала пробирающегося к ней Илью. Мимо, к реке, бежали обезумевшие лисы, олени. На ее глазах зайца придавило веткой поваленного дерева и  уши свербил его предсмертный, почти  человеческий крик.

Появившийся Илья  жестами указывал на реку. И в этот момент она увидела, как пылающее дерево с треском рухнуло рядом с мужем. Еле удерживаясь за ветки, закрыв лицо мокрой шапкой  от нестерпимого жара, она метнулась к тому месту, где только видела его. Ильи там не было. Мысль о самом страшном промелькнула и заставила
удостовериться.  Жар и дым вызывали кашель, в голове мутилось. Увидев лису, рыскающую в поисках выхода,  Оля  на четвереньках устремилась за ней. Только одна мысль "Все будет хорошо. Мы спасемся" - безостановочно билась  в сознании.

Последнее, что  запомнилось: почти на берегу она проскочила  через завесу пламени. Вспыхнули волосы , Оля сдернула мокрую куртку и натянула на голову. И вот она, река. По ней плыли выбегающие из леса животные. Ольга пила воду, лила ее на руки, обгоревшую одежду, когда подошел Илья . Видно  было, что у него совсем не было сил, он опустился  на песок и его тотчас обдало водой. Одна  рука была обожженной.
- Как ты, Оля?
- Молю Бога. Мне очень страшно.

Отдышавшись, Илья предложил передвинуть лодку повыше и залезть под нее. В рюкзаке было немного одежды. На удивление ее защитил брезент. Переодевшись и отжав мокрое, они смогли  продержаться еще полчаса. Свернулись калачиком, стараясь согреться. Говорить не было сил. Ветер утих. Обратный путь  пугал их , но выхода не было. На противоположном берегу  они различили небольшую группу людей.
 
В отсутствие ветра сгустившийся  дым ухудшил видимость. Слезились глаза, дыхание перехватывало.
- Надо плыть пока тихо. Помогай!
С трудом столкнули лодку на воду. Илья работал веслом как одержимый.
Они уже были на середине реки, когда увидели идущий к ним баркас.  И тут совсем небольшой порыв ветра  опрокинул лодку, оба оказались вначале под ней, а а следущий момент, вынырнув, увидели ее рядом. Ольга в тяжелой одежде  пошла ко дну, но скоро почувствовала: Илья схватил ее за воротник и потащил  на поверхность.

- Держись за меня, они близко, нас спасут.
-  Я тяжелая, отпусти.  - Если я повисну на тебе, мы утонем, - мысли приходили простые и ясные.
-  Разожми руки, хватайся за лодку,  - Илья притиснул  ее к борту и стал разжимать  пальцы. С большим трудом ей удалось уцепиться. Илья поплыл к носу, чтобы лодка не
кувыркнулась снова. Течение  несло их мимо поселка.

Эвенки, рискнувшие выйти на помощь на стареньком баркасе, с неимоверными усилиями, боясь оказаться в ледяном крошеве, (никто, как после оказалось, не умел плавать) перегрузили их на свою посудину едва живых. Совершенно обессиленных несли на себе до самой амбулатории. В помещении было тепло. Фельдшерица, немолодая  женщина  явно нервничала: громко и бестолково  руководила помощниками. Спасенных раздели, с ног до головы растерли спиртом, тепло укрыли, обернули специальной  пленкой обожженную руку Ильи.

Ольга, убедившись, что они вне опасности, погрузилась в забытье. Вокруг теснилось множество событий одновременно. Все еще ее, погруженную в  ледяное крошево, стремительно уносило течением. Она слышала вновь и вновь, что сказал Илья, оказавшись на берегу.
-Оля, я научу его не бояться.
-  Его - это ребенка, сына, - решила  она. Согласилась.
-  И правильно!  - сказала. И вновь утонула в тенетах сна.

Когда подоспел чай, их почти насильно  подняли на высокие подушки, будили, хлопая по щекам.  И когда они открывали мутные с краснотой глаза, вливали большими ложками  отвар трав, необходимо было согреть изнутри побывавших в ледяной купели.

- Вам поправиться надо, жизнь вон она какая огромадная и интересная. Будто
своих детей уговаривал Савелий. Спирт размягчил его до слез: сколько натерпелись бедолаги - всхлипывал он, закрывая рот большой ладонью с извитыми венами. И затенял над спящими свет, на товарищей шикал:
- Громкость убавь! Люди с того света вернулись. Оченно там страшно было.

Спасатели и сами изрядно продрогли и устали. Попивая спирт с горячим чаем, они возбужденно переговаривались, не переставая удивляться, как этой парочке удалось остаться в живых. Решили , что Бог им помог,  принесли дров на всю ночь и ушли. Савелий отпустил фельдшерицу домой, вызвавшись подежурить.

Скармливая очередные дровишки пламени, рассуждал :
- Кто - то из вас, ребята, причинил другому горькие  страдания.И вызвал возмущение в природе. Все в мире связано. Все . Все.

Оле снился огонь, не тот, что пожирал деревья и животных.Она чувствовала ласковый, греющий огонь Солнца, огонь, спящий в поленьях, огонь земли, что дает силу растениям и наливает плоды теплым соком. Она видела его игру в кристаллах, в воздухе. Ее маленький зародыш, с искрой  жизни в сердце нес самую тонкую его квинтэссенцию.  Любовь. Она навеки связала их силой, которая  движет Вселенной и создала все от молекулы ДНК до атомов и звезд. Все. Все.



 

****


Рецензии
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.