Тормашка восьмая

                  Тормашка
                             восьмая

                               Изумительная
                                              
                                                     Границы моего языка означают
                                                          границы моего мира.
                                                                                                                        Л.Витгенштейн
                     

                  


Арабский мыслитель Джебран Халиль Джебран дал одно из близких к истине определений поэзии:
Поэзия - это поток радости, боли, изумления и малая толика слов из словаря.
Интересно посмотреть, чем изумляется поэзия, когда предметом изумления является само изумление, состояние изумления, в котором находится её лирический персонаж.
Конечно, сразу надо оговориться, рассматриваемая тема весьма объёма в своём содержании, поэтому приходиться ограничиться в нашем случае только тремя авторами и постараться проследить сюжетную единую линию, связующую их. Первым будет замечательный русский поэт XIX века Иван Никитин, представленный вот таким фрагментом своего стихотворения «Бегут часы, недели и года...»

И молодость, как лёгкий сон, проходит.
Ничтожный плод страданий и труда
Усталый ум в уныние приводит:
Утратами убитый человек
Глядит кругом в невольном изумленье,
Как близ него свой начинает век
Возникшее недавно поколенье.

Действительно, как не изумится. Прошла жизнь, полная забот, бед и утрат. И в конце её невольно задаёшься вопросом, а ради чего стоило жить, уж не лучше  было вообще не ступать на жизненную стезю? И оглядывая свою жизнь, очень трудно найти положительный ответ. И стоит на миг оторваться от такого мрачного обобщения, как с изумлением замечаешь, что новые поколения начинают свой жизненный путь, не ведая о печальных его исходах. И изумляешься их неведению и огорчаешься тем, что и им когда-нибудь придётся задавать те же вопросы на склоне своих дней.
                                                                                                                                                                                                                                                      
Следующий автором Уолт Уитмен, американский поэт XIX века, произведением «Изумление ребёнка» переключает наше внимание на то поколение, которое вызвало изумление предыдущего автора.

Мальчишкою малым, бывало, замолкну и с изумлением
слушаю,
Как в воскресных речах у священника бог выходит
всегда супостатом,
Противоборцем людей или мыслей.

И речь идёт уже не об изумлении автора, а об изумлении самого лирического персонажа его опуса. Ребёнок изумляется трагическим обстоятельством жизни: рядом с добром всегда существует зло. Постоянно есть нечто такое, что противостоит человеку, его надеждам и устремлением. И оно ведёт своё начало от бога. Человек одинок в своём желании обрести счастье и покой.
Нам приходиться лишь изумиться тем, как совпали трагические восприятия бытия у этих знаменитых авторов. Но эту безысходность  разрушает природа изумления мальчугана из удивительно светлого произведения Константина Ваншенкина, русского поэта середины двадцатого века, «Мальчишка».

Она пред ним в нарядном платье белом
Стояла на весеннем ветерке
С коричневым клеенчатым портфелем
И маленькой чернильницей в руке.
          Сейчас мелькнут разбросанные книжки -
          Не зря ж его боятся, как огня...
          И вдруг она сказала:- Там мальчишки...
          Ты проводи, пожалуйста, меня...
И он, от изумления немея,
Совсем забыв, насколько страшен он,
Шагнул вперёд и замер перед нею,
Её наивной смелостью сражён
Человек в начале своей жизни встречает то, что должно сопровождать его по жизни, наполняя её смыслом и необходимостью. Это любовь. И она искупает все страдания и потери человека. Ради этого стоит жить, идти по дорогам жизни, преодолевая все её рытвины и колдобины. И последними слова человека перед уходом из жизни должны быть слова любви к ней, к тем, кого он оставляет после себя. Все мы Робинзоны Крузо, обустраивающие собственный остров своего земного бытия и, уходя в иной мир, оставляем его, наполненный тем, что мы сотворили, и теми, кого мы приручили и полюбили при своей жизни.
А теперь прочтите два предложения и ответьте на вопрос, в чём разница состояний двух человек находящихся в изумлении?
После окончания банкета он ещё часа три не выходил из  полного изумления.
Выслушав эту новость, он изумился, упав на паркет, не подавая признаков жизни.
                                             
Не нашли разницу? Не беда. Переверните книгу на 180 градусов, и вы её обнаружите.
В русском арго, когда отдельные группы населения используют обычные слова, придавая им специфическое значение, слово «изумление» употребляется для обозначения сильного опьянения. Скажем, он в изумлении сел за руль, за что был лишён прав. Тут можно сформулировать ещё один вопрос, ответ на который вы уже знаете.
За какое изумление можно лишиться прав на вождение авто?
А вот для ответа второй поставленный вопрос мысль об опьянении не годится. Тут надо повернуть «калейдоскоп» слова «изумление» и взглянуть вглубь веков. В XVII–XVIII веках в русском языке под словом "изумление" подразумевался обморок. В старославянском языке – «изъ ума выйти», из-ум-ление.
Так что разница состояний очевидна: один был в обмороке, а другой - в пьяной отключке.


Рецензии