Старая кукла

               
   Она появилась в угловой квартире в начале весны. И сразу стала приоткрывать створку, видно наслаждалась свежим воздухом. "Сталинский" дом основательно врос в землю. Когда она устраивалась в своем кресле у широкого подоконника, будто сама вливалась в ручеёк спешащих прохожих. Это именно то, чего ей хотелось - наблюдать жизнь улицы.

Необыкновенный спектакль завораживал своей непредсказуемостью. Пожалуй, только поток машин выделялся каким-то единообразием, подчинённостью правилам. Пешеходы, как действующие лица в пьесе - у всякого своя особенность. По-утиному переваливаясь, тянули в натруженных руках улов из магазина домохозяйки. На изношенных лицах - открытая карта сражений с каждым прожитым днем. Проскакивали люди, напоминающие знак вопроса. Нередко упругой походкой победителя проносили свое сокровище самовлюбленные.

Они были близки ей, нередко напоминали родственников. В каждом из них видела и отражение себя. Чаще всего мимо проходили ученики из соседней школы. И в первые же дни она получила прозвище. Стайка подростков лет двенадцати сразу заметила её. Они остановились и стали бесцеремонно разглядывать и кривляться.
- Погляди на эту Старую куклу!
- О, блин! Какое чучело!  Косой, клацни чучундру - лайками завалят.
- Фотай быстрей с её дурацкой улыбкой и наушниками, а то слиняет.

Гуля прикрыла окно, сняла наушники и некоторое время смотрела на детей, с удовольствием потешающихся над ней. Большое зеркало в ванной отразило добрую улыбку и исхудавшие щеки, перечёркнутые мелкой сеточкой морщин. В этом не было ничего особенного. Но вот волосы, вымытые и уложенные с утра гелем, поднялись и жёсткими белыми спиралями обрамляли лицо. Жёсткие от природы кудри не желали выпрямляться.
Голова горгоны-медузы!

Глупые дети. Их возмутила её непохожесть на привычное большинство.
Гуля решила в ближайшее время коротко постричься и покраситься в свой родной тёмный цвет. Вернувшись к подоконнику, она заправила наушники и продолжила чтение.

Томик Максимилиана Волошина прошёл с ней по всем геологическим маршрутам.  С любого места она могла продолжить по памяти. Всматриваясь в слова, соединенные однажды возникшим смыслом, Гуля посылала собеседнику чувство благодарности. Ей незачем было представлять его, давно умершего, в физическом плане. Их беседы, происходившие без слов, давно стали привычными.

Будь один против всех: молчаливый, тихий и твердый.
Воля утёса ломает развёрнутый натиск прибоя.
Власть затаённой мечты покрывает смятение множеств.

Пахнуло сырым весенним снегом и еле слышной горечью хвойной коры. В теле возникла волна радости.  Ещё недавно, погружаясь в бездну невыносимой боли после сеансов химиотерапии, она представляла, как будет смотреть на небо, бегущие облака, пробивающиеся сквозь землю волосы травы. Сейчас можно вспоминать внезапно приключившиеся события без дрожи, как моменты из жизни.  Все стало прошлым, пропало во времени, и больше не имело над ней власти.

Главный сюжет - вот он. Жизнь вокруг.
- Здравствуйте! - женщина с сумками остановилась и откровенно смотрела на улыбающуюся Гулю. И тоже разулыбалась. Вы с мужем были хорошими соседями. И вдруг исчезли. А где ваш муж?
- Теперь я буду жить одна. Обращайтесь, если нужно.
- Мне кажется вы изменились?
- Да. Полгода провела в больнице.
- Если что я - соседка Надя. Наши двери рядом.

Створка распахнулась от порыва ледяного ветра.  Пришлось прикрыть окно. Гуля вернулась к зеркалу и принялась внимательно всматриваться в своё лицо. Прежде она не обращала внимания на мимику и даже не помнила своей улыбки.  После реанимации Гулина соседка по палате, протирая ей лицо, заметила:
- Гуля, мне кажется у вас изменилась улыбка. 
- Жизни радуюсь - вот и весь секрет! Можно я тоже взгляну?

Из овала на неё смотрела и вправду преображённая женщина. Вздёрнутые и углублённые уголки губ складывались в неисчезающую мягкую улыбку. Вскоре в отделении только и говорили о чудесном изменении. Заодно обсуждали невесть откуда просочившуюся информацию, что незадолго до операции её оставил муж, отправившись на очередное место работы с новой молодой женой. Это была правда.

О командировке в Анкоридж в лаборатории знали давно.  И полезная, и почётная для специалиста. Там собирали группу петрографов, уже имевших наработанный опыт в разведке скважин морского бурения. Гуля была известным специалистом, чьи разработки использовали разные компании. Несмотря на горячее время на буровой, начальство утвердило Гулю, руководителя лаборатории.

Её муж, Тимур, в то же время коллега, был назначен на время её отсутствия исполняющим обязанности. Супруги расстались спокойно, запланировав после командировки длительный отложенный отпуск. Время пролетело незаметно. 
За неделю до отъезда домой Гуля ощутила боль в груди. Привычка доверять специалистам помогла ей настроиться по возвращении на медицинское обследование.

Тимур встретил её необычно: очень сдержанно. События развивались быстро. Едва Гуля привела себя в порядок после длительного перелета, муж попросил о серьёзном разговоре.  Попробовав отшутиться, она дурашливо поклялась, что несмотря на окружение мужчин: я не виновата, честное слово, не виновата, я как все ... И хотя шутка у них была в ходу, ожидаемой реакции не последовало.

Тимур неловко отмахнулся, взглянул на ничего не понимающую Гулю.
- Мне надо сказать... пока ты там ... училась ... Он подошёл к окну, заставил себя повернуться вполоборота, - трудно говорить...  я влюбился в нашу сотрудницу, Лиану-бухгалтера. Да, это Лиана. И здесь ни при чём её молодость. Ничего не говори мне об этом. Мы хорошо прожили с тобой почти двадцать лет. Ты, надеюсь, не будешь проклинать меня. Прими всё как есть. Меня отправляют в Новую Гвинею. Мы уедем так быстро, как только всё уладим.  Знаю, ты поймешь и простишь меня. Собственно, другого не остается.

Гнев разразился вначале в голове. Взрыв опалил глаза, вспышка, как при ударе, выпустила электрические искры. Гуля подошла к стене и оперлась об неё.  Почувствовала ледяной холод и, как говорят, земля ушла из-под ног. Она, быстро кружась, проваливалась в пустоту.  Губы не слушались и в ушах звенело.  Совсем не к месту всплыла картина обмена кольцами на регистрации двадцать лет назад. Тимур надел ей кольцо, а в другую вложил что-то гладкое. Это было тоже кольцо.
Он сказал тогда:
-Мама завещала его тебе, моей жене. Кольцо у нас передается - это   клятва верности семье.

Гуля сняла кольцо и протянула Тимуру. Деревянными губами смогла только сказать:
- Напрасно ты так уверен в моем прощении!
И сразу пожалела.  А если это любовь?!  Где моё терпение, где мой разум? Насильно мил...
Гуля обхватила себя руками, собрала всю выдержку, чтобы не расплакаться.
- Совет да любовь. Помоги оформить документы. У меня много хлопот.

Обследование закончилось направлением на операцию по удалению молочных желёз.
Тимур зашел попрощаться как раз перед её госпитализацией. Забрал вещи, поблагодарил за выдержку и всё порывался что-то сказать, но так и не решился. Когда за ним закрылась дверь, Гуля увидела одиноко висящий на вешалке шарфик Тимура. Сняла, и, почувствовав знакомый запах, зарылась в мягкую ткань, дала себе волю - громко, безудержно разрыдалась.

Так в ее жизни совпали два значимых катастрофических события. Гуля решила по возможности выбираться в одиночку, не оповещая даже близких.
С детства над нами утверждают свою власть боль и страх.  Никто не способен пройти через испытания вместо другого. Выходит: сама, сама, сама. Как сказал Тимур: "Другого не остается".

Однажды ей довелось пережить землетрясение. Вся семья была в огороде. Вдруг земля содрогнулась, все дети попадали, возник невыносимый шум. На глазах пошел трещинами и развалился их глинобитный дом, превратившись в гору хлама. Они смотрели и плакали, пока отец не прикрикнул:
- Нам повезло, мы остались живы. Отдохнём и начнем новую жизнь. Давайте отойдём подальше, на возвышение, разведём костер и согреемся. И дети, дрожа, еле переставляя ноги, пошли собирать сухие ветки. Работа отвлекла их от переживаний. Даже стали соревноваться.

Гуля подчинялась больничным назначениям с полным доверием, ничего не прогнозируя, не вымаливая себе поблажек. Она чувствовала себя деревом, подверженным зимним непогодам. Так же заледенела и терпела. Горело всё внутри. Голова совсем облысела. Когда волосы стали отрастать, вместо чёрных появились жесткие абсолютно седые пружинистые завитки.

Однажды она очнулась от страшного сна. Мир вокруг казался огромным, ярким, населённым множеством вещей, звуков. Временами всё окружающее казалось фильмом, где она была и наблюдателем, и действующим лицом. В это время проходила терзающая боль и в сердце устанавливалась тишина. Она выздоравливала.

Бушевало лето, на небе громоздились стога облаков. Птицы - кочующее цыганское племя, расположившееся на деревьях, вели нескончаемый разговор. Ещё щебеча, перекликаясь, они взмывали в небеса. Как вымуштрованные танцоры, могли мгновенно раствориться в воздухе и вынырнуть в неожиданном месте. Гулю восхищала лёгкость перемещений, путешествие по разным мирам.

Сбитая с ног неожиданными бедами, множество раз готовая сдаться, она завидовала птицам. Может быть они заслужили такое существование постоянными коллективными усилиями. Они - как один организм. Вот бы и людям такую сплоченность.

Когда все процедуры закончились и её выписали, Гуля больше всего радовалась простым ежедневным вещам.  Ей захотелось сделать что-нибудь приятное приветливой соседке Наде.  С утра пораньше Гуля испекла хачапури с сыром, и они вместе позавтракали. Бульдог Дива в полном восторге от угощения, не отходил от новой знакомой, в неуёмных ласках порвав ей все колготки.

Ближе к часу дня, поджидая школьников, Гуля не закрыла окно и не пряталась в глубине комнаты. Знала: дети придут.  Они помнят вчерашнее и не знают, что с этим делать. Может быть стыдятся. Может боятся. Известно, как изматывает стыд и страх. Учёные подсчитали, что большинство людей проводят в тревоге от одного до восьми часов в день. Не стоит ждать от них извинений, надо самой сделать первый шаг.

У неё даже заныло под ложечкой, когда из глубины комнаты она увидела напротив окна вчерашнюю компанию, пополненную двумя рыженькими девочками, похоже  близняшками.

- А если бы это были мои дети, - вдруг взметнулось жаркое сумасшедшее желание!  Где мои дети? - горько надрывно ушёл вопрос в несущийся с беспредельной скоростью космос. Дыхание перехватило, пульс отдавался в голове барабанной дробью. Вдруг весь хаос смолк. Мысль - послание явилась как лёгкое перышко: Тимур мечтал о сыне. Он нашёл женщину, способную родить желанного ребёнка. Вот что он не смог сказать.

-Грешно задавать такие дерзкие вопросы Творцу, - осадила себя Гуля.
И пошла к окну. Она знала, как устранить возникшую детскую злобу.

Рыженькие близняшки с любопытством разглядывая Гулю, гримасничали и делились впечатлениями.
Она пошире распахнула створку и, чуть подавшись вперед, предложила:
- Давайте поздороваемся, раз пришли. Надеюсь вы с добрыми намерениями. Тогда - входите. У меня сегодня угощение есть - пирожки с мясом.

- А докажи, что не ведьмачка, крикнул самый задиристый. Заманишь и отравишь.
- Что ты выдумал, я и сама с вами пообедаю.
- А можешь мяч словить - опять крикнул задира, подбросил и поймал жёлтый тугой теннисный мяч.
-Не знаю, хватит ли у меня ловкости, - несколько растерянно приняла вызов Гуля.
- А ты слови!   Мальчишка нацелился в проём окна, но в этот момент рыжая девочка с криком "Да перестань ты, дурак!"- ринулась к нему. Он уклонился от её рук и мяч угодил в середину створки. Послышался треск и посыпались осколки.

Один из них попал в лицо Гуле, по щеке зазмеилась струйка крови. Залаяла собака. Надя с Дивой как раз вышли на прогулку. Мальчишки побежали в разные стороны. Гуля нашла бинт, и промокнув рану, поняла, что придется ехать в травматологическое отделение накладывать швы. Соседка уже звонила в дверь. Она вошла вместе с оробевшими девочками и предложила отвезти Гулю в больницу.

Испуганные школьницы лепетали:
-Они не хотели ... вышло случайно... ну, невзначай.
- Мы пришли посмотреть...
- Они наговорили, что вы инопланетянка.
- Вам очень больно? Почему вы улыбаетесь, разве не страшно, так много крови...
Гуля переоделась в чистую одежду. Придерживая марлевый тампон, старалась ободрить девочек:
- Скажите мальчикам, что я не стану на них жаловаться и преследовать.
Побудьте здесь, пока мы не вернемся. Окно разбито, нельзя квартиру оставлять без присмотра. Только позвоните родителям.

По возвращении Гуля застала дома всю команду. С ними был мужчина, чей-то родитель. Он, не отрываясь от дела, извинился за инициативу, и продолжал вставлять новое стекло.
- Разбил мой оболтус, Илья. Пусть сам расскажет, что на него нашло.
- Уже не к спеху, - отозвалась Гуля. О причине я догадываюсь. Все разглядывали заклеенную и замазанную щеку. Девочки спрашивали, не останется ли рубец.
- Да кто ж его знает - отозвалась Гуля. По мне лучше рубец, чем отметина в сердце.

-Вы, ребята, заходите завтра, на полчаса. Поговорим о перемирии, заодно выберем новое прозвище.  Старая Кукла мне точно не нравится.
Мужчина дернулся у окна.
- Прозвище давать? Кто? Они! Эти сопляки?! Моего ждет перезагрузка по полной.
- Но ведь прозвища бывают и не обидные, а приятные, соответствующие чему-то характерному в человеке. Вот не обижается же Матвиенко за Тётю Валю? А Хакамада на Самурайку.

Меня в лаборатории, где работаю, зовут Гуля Керн. И потому, что керн наш основной изучаемый продукт и за стихи, которые по праздникам коллеги мужчины мне обычно дарят.

-Знаете наверно, стихи, посвященные Анне Керн:
Я помню чудное мгновенье...
Какой смысл запрещать давать прозвища. Если оно липнет к человеку, всё равно будут называть. 

- Так что, ждать мне вас? 
- А как вас звать?
- Вообще-то - Гуля.

Дети ушли, мужчина подмёл за собой мусор и попросил прощенья за выходку сына.
Гуля растрогалась. Большая душевная теплота вылилась в доверительное слово.
Она говорила и голос ее слегка прерывался.

- Не хочу вас отговаривать, но все мы не ангелы. Особенно подросткам трудно.
Они интуитивно стремятся к истине, красоте, справедливости, но не представляют, как много надо учиться, чтобы приблизиться к ним. А пока только будут набивать шишки. Эта демонстрация силы - тоже урок. Каждый сам в нём разберется, насколько хватит соображения.

 Доброта им нужнее, чем наши нотации.  Мне хочется с ними подружиться. Я бы так много могла рассказать о строении нашей земли. О прозвищах, кличках, сейчас они называются "погоняло" - им, я думаю, тоже будет интересно будет узнать поглубже. Только опыта общения с детьми у меня никакого. У нас с мужем не было детей.

А вы поступайте, как велит сердце. Спасибо за помощь.


Рецензии
Меня Ваш рассказ покорил: чудесным, высокопрофессиональным стилем изложения. богатым словарным запасом и подспудно угадываемым добрым посылом. С самого начала.
Спасибо!

Татьяна Мануковская   13.12.2016 14:26     Заявить о нарушении
Премного благодарна, Татьяна, за высокую оценку рассказа.
Удачи в творческом труде. С наступающим Праздником!

С теплым приветом, с признательностью - Людмила.

Людмила Салагаева   13.12.2016 15:07   Заявить о нарушении
На это произведение написано 14 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.