МиГ-25. Домой

см начало: http://www.proza.ru/2016/12/25/30


С ШИРОКО ЗАКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ…

Часть первая
РАСЧЛЕНЁНКА


МиГ-25
ДОМОЙ

A howling wind is whistling in the night.
Пронзает ветер тишину,
My dog is growling in the dark.
Собака воет на луну,
Something's pulling me outside
Меня сейчас зачем-то тянет
To ride around in circles.
Просто погулять.
I know that you have got the time,
Хочу быть в эту ночь с тобою,
'Cause anything I want, you do.
Не станешь время ты терять
You'll take a ride through the strangers,
На обывателей, которым
Who don't understand how to feel.
Простой идеи не понять:


In the deathcar, we're alive.
В катафалке быть живым...
In the deathcar, we're alive.
В катафалке...быть живым...

/ In the Deathcar (оригинал Iggi Pop)
В катафалке (перевод Руслан Айсин из Жуковского)

Источник: © Лингво-лаборатория «Амальгама»: http://www.amalgama-lab.com/.



***
Наконец, начальница официантов возмутилась тем, что её сотрудники отвлекаются от своей работы. Но к тому времени до конца срока уже оставалась пять дней. Пять дней! Как-нибудь переживу! А тут и клиент созрел:

—— Хочу домой!

Ура! Домой! Поздновато, конечно, но есть возможность отвезти, наконец, Ромашкина назад, в Крюково. Вернуться и отдохнуть аж три, а если отвезти оперативно, то и все четыре дня без него. Ура-а-а! Можно отдохнуть четыре дня без Ромашкина! Точнее, –– от Ромашкина! Ура-а-а! Есть Бог на свете!



—— Увезите меня домой, Мария Ивановна! Я уже не могу весь этот бред слушать. Он ненормальный. Каждый день жалуется на то, что вы за стенкой вибрируете, и что у вас там по комнате машины ездят.

—— Ого! До сих пор вибрирует? А вы не пробовали функцию виброрежима со своего будильника снять? Я же вам говорила об этом.

—— Какая ещё функция? Я отключил разговор у будильника. Он теперь молчит. Так Женя стал у меня постоянно время спрашивать. А я ему отвечаю: « Какое такое время? Ты же сам просил его отключить? Будильник молчит, а я слепой, цифр не вижу». А он опять у меня время спрашивает. И чем ему тогда мой будильник помешал? Вот и знал бы каждый час –– который час?

—— Ясно всё с вами. А что там за новшество с машинами, которые по комнате ездят? Видимо шизофрения прогрессирует у вашего Жени.

—— Точно, точно! Шизофреник он. Я уже и побаиваться его стал. Говорю ему, что это по утрам, видимо, машины за мусором приезжают, ну или с продуктами. Вот и слышно шум моторов. А он, мол, –– нет! Я через стакан слушал –– это в её комнате всё происходит, в её комнате машины гудят. А ещё он у меня постоянно денег просит. Он просит, а я не даю. Что я, дурак что ли ему давать? Чем он потом отдавать будет? У него пенсия мизерная. А он всё равно просит. Отдам, говорит, деньги. Как получу пенсию, так и отдам её тебе. В общем, я переживаю, как бы он сам эти деньги не взял. Он видел, где я их держу. Домой надо ехать!



***
Домой Ромашкин возвращался оперативно –– на такси. Такси принадлежало санаторию.

Ромашкин передал мне свою спортивную сумку со сломанным замком, одел тапочки и вышел из номера.

—— Николай Александрович! Вы забыли одеться!

—— Ну как же? А это что по вашему? Не одежда что ли? –– и показал на голубое, с начёсом, нательное бельё. Застиранная рубашка с выпуклыми локтями заправлена в штаны. Натянутые до подмышек кальсоны пузырятся на коленках и отсвечивают желтизной в районе растянутой ширинки, —— я оделся так, как мне удобно!

Неудобно было мне, но что поделаешь. Не буду же я его переодевать насильно. Удобно, так удобно! Такси уже ждёт.

Таксист недоумённо посмотрел на тщедушного старичка в исподнем и молча поставил потрёпанную спортивную сумку, перевязанную бельевой верёвкой, и большой, кожаный чемодан на колёсиках в багажник.

—— Передайте моему соцработнику, что я скоро подъеду. Чтоб подготовилась. Чтоб было утром чем мне позавтракать, –– властно, по-барски,  распорядился Ромашкин, усаживаясь в машину, —— чтоб масло обязательно фирмы «Коровка из Кореновки», а булочка – белая, «Полюшко». Ну, да она знает, что я люблю. Но вы напомните всё же ей, —— и сыр пусть не забудет купить. Твёрдых сортов. Ну как всегда, она знает. В общем, пусть заполнит холодильник и приготовит что-нибудь поесть вкусненькое к моему приезду …

Ромашкин знал, что мне известно имя и номер телефона социального работника, закреплённого за ним. Постой… - а не для этого ли он попросил её тогда позвонить?..


***
Она позвонила мне перед самым нашим отъездом на курорт:

—— Я соцработник Николая Александровича. Меня зовут Светлана. Николай Александрович просил передать вам, что он поедет автобусом.

"Ура!!! Значит, я в фирменном поезде буду ехать одна?! А с Ромашкиным мы встретимся уже в санатории?!"

—— Хорошо!!! Пусть едет автобусом! А кто его будет сопровождать до Сочи?! Вы?!

—— Нет! Я никуда не еду. Сопровождать его будете вы!

—— Может Николаю Александровичу и позволяет здоровье двадцать часов в автобусе сидеть, а вот я не могу! Я поеду поездом!!! А Николай Александрович может ехать и автобусом, если ему так больше нравится. Но вот только с кем он поедет? Один?



Небольшое замешательство в трубке. Слышу, как Света передаёт наш разговор Ромашкину: «Мария Ивановна не может автобусом ехать…»

—— Хорошо! Едим поездом, –– ответил мне телефон голосом Ромашкина.


***
Ну что же, господин Ромашкин! Поехали! Верну вас домой, в Крюково, а потом назад, –– в Сочи! Но об этом вам лучше не знать, а то мало ли что взбредёт в вашу мудрую голову. Покатаюсь с чемоданом, часть вещей выгружу дома и назад.

—— Поехали?! – вопросительно посмотрела я на Ромашкина.

—— Поехали! – взмахнул рукой Ромашкин.


Примечание:
Картинки взяты из интернета.


Смотри продолжение: МиГ-26. ДРАГОЦЕННЫЙ КОСТЫЛЬ
http://www.proza.ru/2017/01/10/1005
 


Рецензии