Апельсиновый рай

          Кому из советских людей в нежданно-негаданные девяностые не хотелось разбогатеть? Наверное, каждому! Вот так взять и из ничего стать богатыми. И свобода пришла, и «наш компас земной» никуда не делся, оставалось за малым – придумать как! И тут уж фантазии граждан жгли мозг каждого индивидуально: начиная от банального открытого грабежа до вполне «приличной» финансовой пирамиды, куда трудящиеся, желая «срубить» лёгких денег, несли нажитое добровольно. Только разбогатевших таким образом "рантье" было немного. В основном народ проедал последнее, надеясь, что жизнь сама по себе наладится и всё вернётся на круги своя. Но стали появляться люди, пытающиеся честно заработать своей смекалкой и собственными руками, окунувшись в доселе неизведанную жизнь…

***
         
          Юлия Сергеевна - вполне взрослая дама, не растерявшая юношеских романтических чувств, неожиданно осталась не у дел. Обувная фабрика, где она двадцать лет отработала инженером-технологом по пошиву дамской обуви, стала нерентабельной, потому как башмаки, выпускаемые этой фабрикой, почти не покупались. А всё произошло от того, что в бутиках и на рынках стали свободно продавать модные и удобные заграничные сапоги и туфли. На фабрике начались увольнения. В число первых на сокращение попала Юлия и не потому, что работала хуже других, а просто потому, что имела уже взрослого, самостоятельного сына, и руководители фабрики могли не мучиться угрызениями совести, по поводу оставленного без куска хлеба несовершеннолетнего ребёнка.

          Посидев без работы пару недель, Юлия заскучала не только от безделья, но и от неминуемого безденежья. Надо было что-то делать, но что именно, ей никак не приходило в голову, а потому она скупала газеты и постоянно названивала в места, где ещё нуждались в работниках.

          И вот однажды она прочитала объявление, что в одну из африканских стран  требуются сборщики апельсинов. Оооо! Это показалось ей очень интересным. Можно и мир увидеть, и деньги заработать! Дома Юлию ничего не держало: сын вырос, с мужем она давно рассталась. Не женщина – мечта - свободная как птица! Так, почему же не слетать туда, где всегда тепло, море, фрукты и совершенно другая жизнь. А название фирмы так соответствовало её внезапному порыву души, что она, не раздумывая, тут же позвонила по указанному в объявлении телефону. Фирма называлась «Апельсиновый Рай».

          Оказалось, что попасть в ту прекрасную страну теперь стало совсем не сложно: нужен заграничный  паспорт и немного денег на первое время. Визу и перелёт организовывал сам руководитель фирмы, офис которого находился на окраине  Москвы.

          Юлия боялась конкуренции и думала, что желающих попасть в апельсиновый  рай будет огромное количество. Но охотников до такой работы оказалось немного. В фирму в день отъезда явилось только пять человек. Вадик, сразу представленный к вновь прибывшему народу бригадиром, объяснил, что самолёты летают каждый день, а сборщики работают вахтовым методом.

          Вадик был молод, красноречив и лёгок на подъём. Он рассказывал анекдоты, громко смеялся, обещал хорошие заработки, рекламировал красоты края, где все они будут жить, работать и даже крутить романы. «Ничего себе! - обрадовалась Юлия, - может и у меня личная жизнь наладится». Очарованная болтовнёй Вадика она, не читая, подписала контракт на работу.

          В самолёте Юлия сидела рядом с рыжеволосой дамой, лет тридцати, с которой успела даже подружиться. Они проболтали всю дорогу. Наташа откровенно призналась, что  летит в апельсиновый рай не столько за деньгами, сколько за чувствами, на эти слова Юля рассмеялась: кавалеров пока нет, а соперница в амурных делах уже появилась. Однако, весело!

          Все эти первые ощущения настолько её возбудили, что она не жалела о кардинальном решении изменить судьбу и даже похвалила себя за это. Как прекрасна жизнь и сколько всего интересного в мире, а она даже не знала!

          Но сразу по прилёту настроение её стало портиться. Бригадир отобрал у всех паспорта, дескать, чтобы не сбежали, не рассчитавшись за перелёт, а ещё содрал с каждого новенького по двадцать долларов за дорогу к месту проживания.

          В микроавтобусе народ, ещё недавно дружно певший в самолёте о калине и рябине, неожиданно притих, и кроме Наташи и Вадика, откровенно проявляющие симпатии друг к другу, никто между собой не разговаривал. Все оконные шторки  были задёрнуты, но Юлия, отвернув уголочек своей, с интересом рассматривала незнакомый город. «Зелени мало, редкие пальмы у дороги, дома в два-три этажа с плоскими крышами, мало прохожих… Как-то скучно здесь", - сделала она вывод, подглядывая в окошко, будто из амбразуры.

          На перекрёстке у очередного светофора автобус остановился. И в глубине одного двора, в доме за высоким забором, рядом с маленьким балкончиком колыхался на небольшом ветерке российский флаг. «Наше консульство или торговое представительство!» - сообразила Юлия, продолжая свои наблюдения.

          Проехав город, они свернули с шоссе на грунтовую дорогу и вскоре начались апельсиновые плантации. «Так вот он какой - апельсиновый рай!» - восхитилась она. Ровные ряды деревьев тянулись до самого горизонта, и все они были увешаны яркими плодами, будто маленькими солнышками. Сердце её от увиденной красоты забилось чаще. Не зря она сюда приехала! Определённо не зря…

          Автобус подъехал к небольшому зданию, похожему на  казарму или обычный  барак. Напротив, под тентом, стоял длинный стол, а рядом с ним скамейки. Тут же имелась большая газовая плита. «Ну, чистый колхоз!» - почему-то подумалось Юле.

          - Выходим! – скомандовал Вадик и подал Наташе руку.

          Юлия вышла из автобуса без его помощи, поскольку он тут же ускакал докладывать о вновь прибывших работниках.

          Вокруг было пусто, народ трудился на плантации. Дежурный, он же сторож и повар в одном лице, объяснил, что люди  вернутся вечером к ужину и сразу поставил новеньких в известность, что работать здесь начинают очень рано, пока солнце невысоко.

          Юля опять сравнила всё происходящее на новом месте с работой в подшефных колхозах, куда многим инженерно-техническим работникам приходилось ездить, чтобы помогать сельчанам в уборке урожая. Такой же барак, такой же дежурный! Но что там будет дальше, пока непонятно...

***

           Барак представлял собой жилое помещение, разделённое пополам и имеющее с каждого торца по входу. В одной половине жили мужчины, в другой женщины. Приехавшие дамы направились было в женскую половину, чтобы обустроиться или  хотя бы умыться с дороги, но тут же услышали окрик Вадика:

          - Девчата! Вам на всё про всё десять минут! Отдыхать будете дома. Сейчас приедет машина и отвезёт всех на работу. Понятно?
          - Понятно! А обед? Есть уже хочется, - Наташа приуныла.
          - Обед в поле, - пояснил Вадик, - вы как раз к нему успеете, - и побежал в небольшой, аккуратный домик, что стоял немного поодаль от барака.
          - Носится, как угорелый! Похоже, тут не до любви будет, - проворчала Наташа, - а ведь соловьём заливался!
          - Подожди, ещё не вечер, - улыбнулась Юля, - как стемнеет, явится. Молодой, здоровый, не замученный тяжёлым физическим трудом!

           Они открыли дверь в женскую половину барака...

          - Какой ужас! - от увиденной обстановки, Юля моментально впала в транс. Чего-чего, но такого она не ожидала…

          Кроватей в помещении не было, вместо них на полу почти впритык лежали матрасы. Часть из них была покрыта простынями и покрывалами, а пара остальных, явно предназначенных для новеньких, вызвала у неё приступ  тошноты.

          - Ничего себе комфорт!! – оторопь взяла и  Наташу, колени её  подогнулись, и она свалилась на лежащий почти у самого порога матрас.
          - Ну вот, ты уже и место себе нашла, - усмехнулась Юля.
          - Я вам бельё постельное принёс. Меня Серёгой зовут, - представился вошедший без стука дежурный, но увидев лица обеих дам, понял: им пока не до новых знакомств. - Девчонки, а вы что, в походы не ходили? В палатках всегда так. Одни одеяла, да тряпки. Так что привыкайте и обживайтесь! Вам понравится!
          - Слушай, Серёга! А где удобства? - Наташа понемногу начала приходить в себя.
          - Какие удобства? Горшок? Так он здесь, в доме… И даже душ имеется. У нас тут всё цивильно, - и Серёга с гордостью показал в сторону узенькой двери рядом с входом.
          - Слава богу, а то я прямо бы сейчас сбежала, - брякнула Наталья.
          - Сбежать не получится, - Серёга цокнул языком.
          - Это почему? - поинтересовалась Юля.
          - Документов у вас нет, наличные отберут и спрячут в сейф, на ночь двери закрывают на замок, ещё и собак с цепей  спустят, - высказавшись, Серёга удовлетворённо хмыкнул. - Работайте! Труд облагораживает, - и он неожиданно тепло и по-хорошему улыбнулся.
          - Вот иди и работай. А мы в туалет хотим, - с выражением продекламировала Наташа.

           Серёга вышел.

          - Дааа... Вот влипли! - у Юлии от первого впечатления жизни в раю опустились руки.
          - Ничего. Поживём - увидим, может и впрямь понравится, - как-то неопределённо пробурчала её новая подруга и направилась в туалет.
 
***

          Скоро подъехал грузовик. Женщины, услышав шум мотора, вышли на улицу.

          - Все в сборе? Устроились? – балагур Вадик резко переменился. Куда исчезла его доброжелательность и весёлость. Теперь это был строгий старшина, приказы которого не обсуждались, а возражения не принимались.
          - Даже вещи не разобрали, - только и успела проворчать Наталья.
          - Вечером разберёте, - командирским тоном перебил он её, - а теперь внимайте! Первое: имеющиеся при себе деньги вечером сдадите мне, я уберу их в сейф. Выдаю по мере необходимости. Раз в неделю приезжает пикап с товаром. Мыло, зубную пасту, женские прокладки, восточные сладости вам привезут. Второе: зарплату выдадут только по отъезду. За перелёт и питание высчитают. Третье: спиртные напитки запрещаются категорически. Четвёртое: жить только на своей половине. Никаких гостей и чаепития на чужой территории.
          - Ну вот! А обещал романы, - съехидничала Наташа.
          - Романы под звёздами, - коротко пояснил он и продолжил. -
Пятое: выходным днём является дежурство на жилой территории. С вами здесь тридцать  человек, значит, раз в месяц у каждого такой выходной будет. Шестое и последнее: за нарушение дисциплины – штраф. Всё понятно?

           Вновь прибывшие молчали.

          - А теперь, по вагонам, - скомандовал Вадик.
          - Это шутка? – опять не сдержалась Наталья, видимо, уже переварив все пункты предлагаемого устава.
          - Понимай, как хочешь, - слегка заигрывая, Вадик легонько подтолкнул её к грузовику.

           Все пятеро без особого энтузиазма погрузились в кузов, набитый пустыми ящиками под урожай, и грузовик, не торопясь, попылил к месту работы. Через несколько минут он остановился у тента, под которым сборщики апельсинов, не обращая внимания на новеньких, обедали.

          - Садитесь, тётенька, - услышала Юлия и увидела девочку, сидящую последней на длинной скамье, она махала ей рукой, приглашая присесть рядом.

          Юля очень удивилась: откуда здесь дети? Разве это возможно?

           - Тётенька, положите себе фасоли сами, - сказала девочка и показала на стопку чистой посуды, что возвышалась горкой на самом краю стола.

          Юля взяла миску и из большого бака половником плеснула в неё что-то ярко-оранжевое. Это была фасоль с морковью, помидорами, чесноком и маленькими кусочками куриного мяса. Её примеру последовала Наташа, причём, она предусмотрительно села рядом со своей подругой, заметив, что мужчины и женщины сидят за столом по разную сторону друг от друга.

          - А ничего… Всё вполне съедобно, -  удовлетворённо хмыкнула Юля, а затем не очень уверенно обратилась к девочке: - добавки можно?
          - Ешьте хоть всё. Им фасоли не жалко, - видимо, имея в виду  здешнее начальство, ответила она.
          - С голодухи не помрём, и то ладно, - Наташа, тоже умяв пару полных мисок незнакомой еды и беря пример с остальных, отправилась полежать под одно из деревьев.
          - Посуду помоет дежурная. У них тут с водой напряжёнка, поэтому её моют специальным средством в большом тазу, - объяснила девочка, заметив, что новенькая тётенька никак не поймёт, что делать с грязной миской.
          - Спасибо тебе за подсказки! – Юля была просто очарована таким приветливым ребёнком. - Как тебя зовут, - спросила она.
          - Маша.
          - А сколько тебе лет?
          - Тринадцать.
          - А где твоя мама? Ты же тут не одна?!
          - Маму укусила змея и она умерла. Спасти не успели.
          - Прости, - Юля замерла…
          - Ничего. Я уже отплакала…
          - Давно это случилось?
          - Две недели прошло.
          - И где её похоронили?
          - На здешнем городском кладбище. Хозяин даже в консульство не сообщил, представил её своей четвёртой женой.
          - А почему тебя домой не отправят? Уже октябрь, учиться пора.
          - Мне сказали, что я должна отработать долг за наши с мамой билеты.
          - Кошмар! Ты же ещё ребёнок! – Юля откровенно негодовала.
          - Я отработаю… Это не страшно. Страшно, если продадут бандитам. Ну... В проститутки.
          - О, Господи! Что ты такое говоришь! Как можно? Дитё совсем!
          - Поэтому пока здесь и оставили. Наши мужчины меня в поле оберегают, а вот в доме...
          - А что, русских женщин здесь нет?
          - Не было. Теперь вот вы и та рыжая тётенька, - Маша кивнула в сторону дремавшей Наташи.
          - А остальные откуда?
          - Есть из Болгарии, из Румынии. Но я с ними не дружу.
          - Почему?
          - Они  только между собой общаются.
          - Ну, да! Это мы – советские - готовы весь мир обнять, - Юля усмехнулась, - я буду с тобой дружить. Хочешь?
          - Хочу!
          - Расскажешь мне о здешних порядках и работе?
          - Конечно, расскажу!

           И Юле показалась, что девочка повеселела, да и ей стало приятно от неожиданного присутствия доброй детской души в этом взрослом мире.

          - Вот и Вадик прикатил на своей "пчёлке", - вдруг недовольно произнесла Маша, обратив внимание на тарахтенье старенького мотороллера.

          И действительно – это был Вадик. Поставив "пчёлку" под тент, он тут же напомнил о себе и почему-то по-немецки скомандовал:
 
          - Аrbeiten!

          Народ потянулся на плантацию. Каждый знал своё место: кто-то из мужчин брал из кузова грузовика пустые ящики и ставил их по нескольку штук под деревья, остальные мужчины и женщины собирали апельсины и очень аккуратно складывали их в свободную тару. Вадик подал новеньким по ножницам и по паре рабочих перчаток.

          - А это ещё зачем?  - скривилась Наташа.
          - Надо! - Вадик опять был командиром, не терпящим никакого панибратства.
          - Плантатор, блин! Ножницами-то чего резать, - разозлилась она, не понимая: то заигрывает, то из себя рабовладельца строит.
          - Машенька, объясни тётенькам, для чего нужны ножницы, - обратился Вадик к девочке, и взгляд его нехорошо замутнел: глаза посоловели, а губы скривились в неприятной ухмылке.

          Это не ускользнуло от внимания обеих женщин.

          - Похоже, бригадир на ребёнка запал, - с ревностью в голосе прошептала на ухо Юле Наташа.
          - Всё намного хуже, - тихонько ответила Юля, - потом расскажу...

           А Маша, не сказав Вадику ни слова, быстрым шагом направилась внутрь плантации, приглашая вновь прибывших  за собой. Остановившись у дерева, полностью увешенного плодами, она взялась объяснять взрослым, как нужно снимать апельсины так, чтобы не пораниться самим и не повредить фрукты.

           - Вот смотрите, - стала рассказывать Маша, -  апельсиновые деревья имеют шипы, они не меньше, чем у розового куста, а потому надо быть очень осторожными, чтобы не пораниться.
           - Я и не знала, - удивилась Наташа.
           - Чтобы сорвать апельсин, нужно ножницами перекусить черенок, - продолжала рассказывать девочка.
           - А если просто дёрнуть! – не успокаивалась Наташа. И на черта ей такая работа: шипы, ножницы, ящики! Она сюда вовсе не за этим приехала…
           - Просто дёргать нельзя, – терпеливо объясняла Маша и походила в эти минуты на молоденькую учительницу. - Если кусочек черенка останется, то потом в ящике он может проколоть соседние плоды, а это уже брак.

          Юля внимательно слушала девочку, но краем глаза заметила подошедшего Вадика, который буквально ел глазами Машу. Когда девочка закончила урок, он громко захлопал в ладоши.

          - Молодец, Машенька! Отличный мастер-класс! Можешь идти.
 
          Маша побежала к группе русских мужчин, снимающих апельсины с соседних деревьев, а вновь прибывшие сборщики приступили к самостоятельной работе и к вечеру демонстрировали друг другу натёртые ножницами мозоли.

 ***

           После ужина Юля и Наташа растянулись на матрасах, не желая ничего кроме отдыха и не обращая внимания на болтовню и смех остальных женщин.

          - И где твоя подопечная? – спросила Наташа.
          - У неё тут дружок есть. Саней зовут. Наверное, с ним общается, - устало ответила Юля.
          - Аааа… Точно. Я заметила здесь мальчика-подростка. Они вероятно с Машкой одногодки.
          - Да. Им по тринадцать.
          - А родители где?
          - Да тут ужас, что творится, - Юля понизила голос и повернулась к Наташе. – Мне даже страшно за ребят… Когда мы возвращались с поля, Маша намекнула, что Саню домогается хозяин.
          - Вадик, что ли?
          - Вадик не хозяин! Так… шестёрка, надсмотрщик. Хозяин в отдельном домике живёт, бухгалтерией занимается, а по выходным на свою виллу уезжает, на морской бережок. У него семья большая: жёны, дети. А здесь работа, бизнес!
          - Это получается, что раньше они рабами были и белые колонизаторы их эксплуатировали, а теперь наоборот?
          - Ничего себе мысли! Не ожидала.
          - Обижаешь, подруга. Вообще-то я истфак закончила, в институте преподавала.
          - А тут чего?
          - Да чего и ты… Институт мой в нашем городе прикрыли. Осталась без работы, кавалеры разбежались. Вот и решила поискать счастье в чужой стороне.
          - Дааа… Жили себе спокойно, работали, и вдруг свобода нас накрыла…
          - Угу! Медным тазом!
          - И вот мы в апельсиновом раю…
          - Так, что там с мальчиком? – напомнила Наташа.
          - Всё плохо! Надо ребят отсюда вызволять.
          - Тоже мне! Штирлиц! И как это сделать?
          - Пока не знаю. Поможешь?
          - Конечно! Могу Вадика отвлечь. Огонь взять на себя, - Наташа засмеялась.
          - У Сани сестра пропала, - не обращая внимания на смех подруги, шепнула Юля.
          - Здесь?
          - Здесь…
          - А ей сколько?
          - Двадцать.
          - И что случилось?
          - Она как-то вечером убиралась у хозяина в домике.  А наутро он заявил, что девушка сбежала. Только люди болтают: врёт… Скорее всего, в  бордель продал.
          - Вот гад! Бедный мальчик! И почему его домой не отправят?
          - Хороший вопрос! Билеты отрабатывает. Кстати, Маша тоже.
          - Слушай! А как они сюда попали?
          - Им ещё в начале лета гостевую визу оформили. И Машиной маме, и Сашиной сестре, якобы с женихами знакомиться. Помогла с визами не то брачная контора, не то фирма по трудоустройству. Сначала они работали в семьях, ухаживали за стариками, а как апельсины поспели, то их сюда переправили.
          - Откуда ты всё знаешь.
          - А мне Вадик не нужен. Я с народом общаюсь.
          - Ладно! Не заедайся! Давай спать…
          - Что-то нашей подружки долго нет? – заволновалась Юля. И только проговорила, как вошла Маша. - Ты чего так долго? Мы же переживаем, - накинулась она на девочку.
          - Я Сашу ждала. Он у хозяина был…
          - И что? Обошлось?
          - Сегодня обошлось. Вырвался. Только…
          - Когда у хозяина выходной?
          - Завтра. Он сейчас домой покатил.
          - Вот и хорошо. Пусть катит. Продержитесь завтрашний денёк. Хорошо?
          - Хорошо. Вы что-то задумали, тётя Юля?
          - Задумала. Но давай подождём до завтра.
          - Я больше не могу ждать, - Маша заплакала, - я боюсь…
          - Не плачь, Машенька! Всё будет хорошо, - успокоила девочку Юля.

 ***

          Следующее утро наступило по-будничному спокойно. Маша ещё спала, а Наталья, усевшись на матрас, расчёсывала свои длинные рыжие волосы.

          - Наташа, ты просто красавица! Как же тебя замуж никто до сих пор не взял, - от увиденного Юля не могла скрыть своего откровенного восхищения.
          - Вот сейчас всю красоту уберу в пучок, потом под платок и стану как все… А замуж? Это не меня не брали, это я больно разборчивая невеста. Не переживай! Я свою дорогу найду…
         - Дай-то, бог! Знаешь, прошли только сутки, как мы сюда приехали, а впечатлений, будто миновал месяц или даже год, - подвела итог прожитому времени Юля.

         День тоже прошёл по-рабочему обычно, если не считать кровавых мозолей.

          Отработав на плантации, народ разбрёлся по укромным уголкам небольшого двора, но в пределах видимости главного соглядатая. Хозяин уехал к семье, потому в этот день Вадик чувствовал себя царьком их маленького государства. Он знал все парочки, которые образовались у него на глазах, и был совсем не против их романов. Люди взрослые! Каждому хочется тепла, участия или просто здорового секса на редкой травке под апельсиновыми деревьями. Потому он не лез в личные отношения между работниками и работницами. Главное, чтобы не было разборок и драк из-за неразделённой любви.

          Сам Вадик, из каждой вновь приезжающей группы женщин, всегда выбирал себе самую симпатичную и по обоюдному согласию занимался с ней любовью. Но после смерти Машиной мамы, он серьёзно обратил внимание на её хорошенькую дочь. Вроде и понимал, что она ещё маленькая, но та власть над людьми, которая неожиданно свалилась на него, утвердила Вадика в своей вседозволенности, да и законы родной страны здесь не работали, тем более что местная полиция с владельцем плантации была в доле.
 
          А поднялся он неплохо! Ещё год назад сам собирал апельсины и вот теперь - бригадир. Хозяин обратил внимание на услужливого и сообразительного парня и предложил должность помощника. Вадик, естественно, согласился. И если раньше жил одним днём, то теперь у него появилась мечта - купить гостиницу на Средиземноморье.

          Но сегодняшний вечер он мыслил подарить себе. Люди распорядок дня знают прекрасно, каждый боится штрафа: его бригадир не стесняется выписывать за любую провинность, а потому он может расслабиться и наконец-то пригласить в хозяйский домик Машеньку.

          В открытое окно Вадик с интересом наблюдал за парочками, сидящими под тентом за столом. Ох, уж эти любовнички! А ведь дома у каждого или каждой семья. Но пускай! Только бы ему не мешали... Он мужчина, и он здесь главный!

          Ополовинив бутылку виски, бригадир решил, что вполне готов к захвату вожделенной «крепости», но из своего укрытия разглядел, что "крепость" в осадном положении. Понял, выжидать дальше не имеет смысла, иначе соперник возьмёт её без боя…

          Вместе с другими за столом, напротив друг друга, сидели Саня и Маша, и именно к ним направился наш «завоеватель».

          - Машенька, хочешь послушать весёлую музыку, – как можно ласковее проурчал он.
          - Дядя Вадик, мне не до музыки, ещё сорок дней не прошло, как умерла мама, - акцентируя на слове «дядя», ответила девочка.
          - Тогда пойдём, посмотрим телевизор…
          - Не хочу.
          - А конфет?
          - Тоже не хочу.
          - А что ты хочешь? – не унимался Вадик.
          - Чего ты к девчонке пристал? - не выдержал Саня, - мы сидим, спокойно разговариваем, никому не мешаем…
          - Это кто тут мяукает? – бригадир от удивления выпучил глаза.
          - Могу и залаять, если тебе мяуканье не нравится, - парировал мальчик.
          - Даже так! Ладно… Хватит с тобой нянчиться! С завтрашнего дня работаешь в доме хозяина, - прошипел Вадик, - в поле больше не выходишь! Понятно, деточка?!
          - Спать, спать по палатам, пионерам и вожатым, - вовремя подоспела Наташа, - пора отдыхать! Ишь, разлюбезничались! Не рано ли? – нарочно набросилась она на ребят.
          - Вот и я о том же, - обрадовался Вадик неожиданной поддержке.
          - А ты чего с малышнёй связался? Взрослых девушек не хватает? – и Наташа, подхватив бригадира под руку, развернула его в сторону хозяйского домика.
          - Это Машка-то малышня? Да у неё уже грудка вполне приличная…
          - Не заметила. Откуда знаешь?
          - А я всё о каждой из вас знаю, - ухмыльнулся Вадик.
          - И обо мне?
          - О тебе пока не очень…
          - Можем познакомиться поближе.
          - Ох, Наташка! Умеешь ты мужиков соблазнять! А хочешь вискарика? – было похоже, что Вадик о Маше уже забыл.
          - Хочу! Только… После штрафом не обрадуешь?
          - Обижаешь! Я хоть и сволочь, но незаконченная.
          - Тогда идём, незаконченная сволочь! Поговорим с тобой о поэзии, погоде, звёздах…
          - «Поговори со мною, мама, о чём-нибудь поговори», - и райские кущи неожиданно огласились громогласным пением бригадира.

***

          Этим вечером Юля с нетерпением ожидала подругу, убеждённая в том, что именно сегодня она должна осуществить задуманное и спасти из этого адского рая детей. Она убедилась окончательно, что Вадику с хозяином доверять их жизни больше нельзя.

          - Наташа! Ты что так долго? Я уже волноваться стала, - заворчала Юля, наконец-то увидев в дверях подругу.
          - Вот твой паспорт, свидетельства детей и немного денег… Правда всего двести пятьдесят долларов, но больше в Вадькиных карманах не оказалось, а сейф пустой: хозяин всё выгреб и увёз. Если готовы, то с богом! Серёга вас проводит, - Наташа подала Юле документы и деньги.
          - Серёга? Он знает?
          - Да! Серёга всё знает. Представляешь, оказывается он запал на меня. Я даже не поняла…
          - А он завтра хозяину тебя не сдаст?
          - Юлька! Не надо так плохо о людях...
          - Неожиданно!
          - Наши мужчины давно думали, как помочь ребятам. Они же не слепые!
          - Наташа, ты что выпила? – вдруг стала принюхиваться Юля.
          - Немного и только ради дела... Я тоже пытаюсь спасти Мир.
          - Слушай, спасительница, бежим с нами?! Всё-таки дома привычней.
          - За меня не переживай! Это ты – курица-наседка, а я здесь у какого-нибудь местного второй женой устроюсь, - Наташа негромко засмеялась. – А о том, что сейчас произошло в домике, я как бы ничего не знаю, и ничего не ведаю. Вадька сам виноват! Нажрался дармового вискаря, стал бузить, все паспорта разбросал по комнате, а сейчас дрыхнет…  Утром хозяин явится и эту картину застанет. Так что бегите! Главное, чтобы наши товарки до утра молчали. Но думаю: им вообще всё до лампочки. Вещи не берите… Вдруг, вас кто-нибудь увидит! В окно посматривай, как Серёга и Санька нарисуются, так бери Машку и выходите. Прощай, подруга! Целоваться не будем, чтобы не сглазить…

          Выговорившись, Наташа откровенно захрапела. Видимо вискарик оказался неплохим снотворным.

          Услышав лёгкий стук в окошко, Юля с девочкой тихонько шмыгнули за дверь. Не медля ни минуты, четвёрка беглецов скрылась в гуще апельсиновых деревьев и, не останавливаясь, понеслась вдоль грунтовки, только немного в стороне. Мужчина хорошо ориентировался в темноте и через несколько минут остановился.

          - Всё, ребята, дальше сами. Дорога рядом, она упрётся в шоссе. Там ловите машину, лучше такси. Вот моя заначка в двадцать долларов, этого хватит. - Сергей подал Юле деньги.
          - Спасибо!
          - Не за что! Теперь, Юля, всё в твоих руках! Куда ехать - знаешь! Бегите! Не теряйте время. А мне пора. Скоро дежурный собак спустит, - и Сергей, не прощаясь, повернул в сторону апельсинового рая.

          До шоссе Юля с ребятами добежали без проблем, и только остановились передохнуть, как увидели свет фар.

          - Так, пригладьте волосы, возьмитесь за руки, будто вы мои дети, - скомандовала она ребятам.

          К счастью это было такси. Юля сразу сунула водителю Серёгину купюру, тот молча взял деньги. Доехав до знакомого перекрёстка, она показала жестом, чтобы шофёр остановился. Выйдя из машины, вся троица чинно перешла дорогу, строго на зелёный свет, и подошла к зданию с российским флагом.

          - Слава богу! До места добрались. Но сейчас поздний вечер и нам могут не открыть, - расстроила она ребят своим предположением.

          Но это был  их день! Так бывает, когда чего-то очень желаешь, тем более, когда думаешь не только о себе. Неожиданно, прямо перед ними открылись ворота, и оттуда стала выезжать машина. И тогда Юля бросилась ей наперерез, не обращая внимания на охранника.

          - Подождите! Остановитесь, - закричала она.

          Машина остановилась, из неё вышел водитель.

          - Помогите нам, мы  русские! Мы русские! - продолжала голосить Юля.
          - Я уже понял, что русские. Вас случайно не Анной зовут?
          - Нет. Юлей, - не поняла она намёка.
          - И чего вам в такую пору нужно, - водитель помог ей подняться, - приходите утром! Теперь поздно, все отдыхают.
          - Нам некуда идти. Мы в затруднительном положении, - уже спокойно, но очень убедительно стала она уговаривать соотечественника.
           - А документы у вас есть?
           - Есть, есть, - хором закричала троица.

          Водитель нажал кнопку на входной двери, что-то сказал в домофон и через пару минут из здания вышел человек.

          - Виктор Петрович, похоже, тут по вашу душу, - сказал водитель и кивнул в сторону Юлии. - Шуму из-за них на весь квартал, того и гляди охранник подкрепление вызовет.

          Человек, которого водитель назвал Виктором Петровичем, впустил беглецов в дом. Поведав ему свои истории, дети с Юлией были рады, что к их рассказу он отнёсся  серьёзно, предварительно проверив документы и выспросив у ребят номера домашних телефонов. Им предоставили комнату для ночлега, в которой, кроме нескольких кроватей и платяного шкафа, ничего не было. "Наверное, она предназначена именно для таких, как мы", - подумала Юля.

          Рано утром их разбудили, сообщив, что есть борт, на котором они прямо сейчас смогут улететь на родину, а ребят обрадовали, дескать, до их родных дозвонились и предупредили, чтобы те встречали детей в аэропорту. Юля вернула Маше и Саше их свидетельства, а ещё дала по сотне долларов, реквизированных из карманов бригадира.

          Весь полёт ребята продремали, а она, глядя из окошка самолёта на землю, небо и облака, грустно усмехалась… Как коротко оказалось её пребывание за пределами родины и как мало она сделала для дальнейшего процветания «рая» - не загнулся бы! А ведь, кроме неё и детей, все остались. Получается, что ради куска хлеба народ готов терпеть унижение какого-то Вадика… И зачем такая жизнь, и откуда взялась эта заселённая человечеством, планета? Есть же Юпитер с Сатурном, на которых нет никаких людей с их суетой и проблемами. Крутятся себе эти планеты вокруг Солнца и крутятся по чётким вселенским законам. И без надрыва! А тут... Может напрасно страна, в которой она родилась и жила, канула в лету. Кому от этого хорошо? Только кучке Вадиков. А остальным? Что раньше жили от зарплаты до зарплаты, что теперь! Хотя теперь зарплату ей ещё придётся поискать. Вздохнув, она глянула с надеждой на спящих ребят: может их жизнь будет лучше? Дай-то бог...

***

          Прилетев, вся троица присела на лавочке в зале ожидания аэропорта. Время медленно тянулось, и каждому хотелось уже быстрее оказаться дома. Ребята намекнули, что неплохо бы перекусить. Юля пошла к обменнику, разменяла оставшиеся пятьдесят долларов и накупила в буфете целый пакет булочек, пирожков и воды. Им, хорошо поевшим, показалось, что всё произошедшее с ними осталось где-то далеко и теперь вспоминается как приключение, закончившееся не так уж плохо. И тут Юля обратила внимание на пожилого мужчину, который остановился рядом с детьми, болтающими между собой.

          - Маша, это не твой дедушка? – она дотронулась до плеча девочки и показала взглядом на мужчину.
          - Деда, деда, ты меня не узнал?
          - Узнал, Машенька, узнал! Но ты так выросла, – мужчина схватил девочку и стал целовать её лицо и руки, приговаривая, - слава богу, живая! Родная моя, ты живая, ты нашлась! Одевайся, я тебе курточку и джинсы привёз. У нас прохладно, - и дед подал девочке одежду.
          - Деда, это тётя Юля. Мы с ней приехали.
          - Спасибо вам, - мужчина взял руку спасительницы своей внучки, приложил к своим губам и заплакал.
          - Да что вы, что вы! Всё прошло! - Юля сама чуть не ревела от нахлынувшей радости за девочку и её деда. – Теперь прощайтесь, - сказала она ребятам, а сама, взяв мужчину под руку, отвела его в сторону. – Вам по телефону объяснили насчёт дочери? - спросила она.
          - Мы с женой уже знаем. Дочь умерла, – мужчина опустил глаза.
          - Я только хочу сказать... Она похоронена на городском кладбище под своим именем и фамилией. Если у вас появится возможность туда приехать, то могилу можно будет найти.
          - Всё может быть…
          - Маша молодец. Скромная и очень работящая девочка. Её там в обиду не давали, не переживайте на этот счёт.
          - Спасибо! Знаете, ведь мы с женой отговаривали дочку от этой поездки. Но ей так хотелось заработать деньги на собственную квартиру, что она поверила обещаниям этих проклятых фирм и... навсегда осталась в чужой стороне.
          - Мы все купились на красивые рассказы о больших деньгах, падающих с небес в том краю.
          - И все разъехались?
          - Нет! Желающих покинуть рай, кроме нас, не нашлось. Здесь работы нет, а жить надо! И семьи кормить надо. Мне тоже придётся что-то искать...
          - Найдёте, - обнадёжил мужчина.
          - Конечно, найду! Пойду на рынок, буду чужим барахлом торговать. Пусть это не та работа, о которой мечталось, но зато под родным небосклоном.
          - Правильно. Ну… Мы пойдём! Дорога до Твери неблизкая. Спасибо вам ещё раз!
          - До свидания, Машенька, - Юлия обняла девочку, и легко вздохнув, внезапно ощутила радость - они дома!

           Дед с внучкой ушли, а Юлия с Санькой ещё час маялись, ожидая кого-нибудь из его родственников. И когда в дверях главного входа зала ожидания показалась женщина в красной куртке, её подопечный тут же ринулся к ней навстречу. Юля поспешила за ним…

           Дама была явно не в духе и слегка навеселе.

          - Нагулялся? – вместо тёплого приветствия рявкнула она, выдохнув алкогольными парами.

          Санька, распахнувший для матери объятия, этот смелый и решительный Санька, опустил руки и стал похож на маленького, беззащитного щеночка. У Юлии сжалось сердце. Стало очень неприятно и обидно за мальчишку. Он так ждал мать, желая поделиться о пережитых неприятностях за время разлуки, и возможно поплакать в родное плечо, а тут…

          - Где вещи? – опять рявкнула та.
          - Там остались, - Саня еле сдерживал слёзы.

          Час назад он видел, как целовались и радовались друг другу дед с Машей. И вот теперь его встреча с матерью... Ему было неловко за неё перед Юлией, и она это чувствовала. А ей было очень неловко перед ним.

          - Пойдёшь, в чём есть! В метро не замёрзнешь. Мне не на что покупать тебе одежду, - не успокаивалась мамаша
          - Ладно, - ещё больше съёжился мальчик.
          - Где заработанное? Где деньги? – похоже, дама вошла в раж и совершенно перестала контролировать себя и свои эмоции.
          - Вот... сто долларов, - желая её успокоить, Саня протянул матери деньги.
          - И это всё? За три месяца пахоты? – глаза женщины округлились и готовы были выскочить от негодования из орбит.
          - Давайте присядем, я вам всё объясню, - Юлия попыталась смягчить обстановку, потому как окружающие стали обращать на них внимание.
          - А ты вообще помолчи! – это был рык уже в её сторону. - Ишь! Обобрала ребёнка, а теперь объяснить пытается!
          - Мам, тётя Юля хорошая. Она нас спасла, - заступился за свою знакомую Саня.
          - Ага! Хорошая! Вот в прокуратуру напишу, тогда узнает, как детей грабить!
          - Мадам! Хватит орать, - неожиданно и очень спокойно произнесла Юлия. С ней всегда так: чем больше на неё кричат, тем спокойнее она становится. - Вы лучше заявление о пропаже дочери в прокуратуру напишите. Без него девушку искать не будут. Скорее всего, она живая и очень нуждается в помощи.
          - Кто нуждается в помощи? Валька? Да эта шалава только рада была из дома смыться. Ещё и пацана за собой потащила.
          - «Да от тебя куда угодно смоешься!» - подумала Юлия, но сказала другое, - Валя попала в сложную ситуацию. Вы же мать! Помогите ей!
          - Без тебя разберёмся! Пошли уже, - она схватила сына за руку и с видимым только ей самой достоинством зашагала в сторону выхода.
          - До свидания, Саша! Удачи тебе! – крикнула вдогонку Юля.

          За эту пару дней она успела привыкнуть к мальчику, ей было грустно с ним расставаться, тем более так не по-человечески. Она смотрела ему вслед, надеясь, что Саша оглянется, улыбнётся, или хотя бы махнёт рукой, но он понуро плёлся рядом с матерью и не оглянулся…
 


Рецензии
Очень понравилось! Спасибо! Удачи Вам!
С уважением, Мушфиг.

Мушфиг Хан   18.07.2017 10:48     Заявить о нарушении
Спасибо большое!
И Вам удачи!

Светлана Рассказова   18.07.2017 17:23   Заявить о нарушении
С днём рождения!
Успеха и самого доброго!

Светлана Рассказова   19.07.2017 12:15   Заявить о нарушении
На это произведение написано 38 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.