Часть 2. Глава 9

Далетания. Затерянная в черновиках


Часть 2


Глава 9


       Я выскользнула из комнаты сразу, как за Тартеном закрылась дверь. Чувствовала, что если буду медлить, то сорвусь! Не знаю, слышал ли он, как я на цыпочках прошла по холлу и как просунулась вместе с сумками в проход, — в любом случае, препятствовать он не стал.

       Выйдя из башни, я побежала вниз по ступеням, останавливаясь только чтобы перевести дыхание; любую мысль о Тартене я отгоняла фактом того, что во что бы то ни стало нужно спасти родных!

       Когда я спустилась на первый этаж, Дариан уже был там; за его спиной стояли два киборга. Дариан разговаривал с каким-то человеком, приглядевшись, я поняла, что это один из главных городских чиновников, тот, который в день моего суда не произнес ни слова. По обрывочным фразам было похоже на то, что Дариан возлагает на него часть своих обязанностей, и сообщает о том, что сам должен срочно уехать.

       Я встала в сторонке и, дождавшись, пока молчаливый чиновник раскланяется, подошла к Дариану. Старый чиновник мельком на меня взглянул и жестом велел двигаться за ним; было заметно, что он сильно возбужден, — Дариан почти бежал к темницам, киборги и я еле поспевали за ним, толпясь на узкой лесенке.

       Оказавшись на этаже с темницами, Дариан остановился и прислушался. Я поглядела на его сопровождающих. Может, виной было скудное освещение, но мне показалось, что их броня иная, чем у Тартена — она отливала коричневым цветом и была какая-то пористая. Времени раздумывать, что бы это могло значить не было, но я надеялась, что киборги были телохранителями Дариана, ведь им придется оберегать и моих родителей!

       В коридоре показалась тень, следом за ней появился владелец — киборг-тюремщик. Дариан двинулся ему на встречу. Заметив его, охранник встал по стойке смирно.

       — Троих новых заключенных передать нам. — Без лишних предисловий, велел Дариан.

       Но киборг не двинулся с места.

       — Их перевели, — отрапортовал он.

       — Что? — ахнула я не сумев сдержаться.

       Дариан махнул своему телохранителю. Меня тут же сжали в тиски и заткнули металлической рукой рот.

       Не обращая внимания на мои попытки вырваться, Дариан подошел к охраннику и тихо что-то у него спросил.

       — Второй советник Властителя, — ответил охранник, — господин Алехис.

       Значит, их увезли! И все из-за интриг двух зажравшихся властью старикашек! Я безвольно обвисла в руках киборга, мне вдруг стало по-настоящему страшно.
      
       Но Дариан и глазом не моргнул — он продолжал допрашивать одинокого охранника:

       — Олий, — вдруг мягко сказал он (видно, это было имя стражника), — ты помнишь, как я навестил тебя в Лаборатории?

       — Да, господин, — медленно кивнул Олий.

       — Помнишь, что я сказал тебе?

       — Вы сказали, что, когда боль пройдет окончательно, я освобожусь от оков.

       — Что еще?

       Олий нерешительно помолчал, а потом медленно и торжественно произнес:

       — Боль и оковы освободят меня и однажды найдут тех, кто мне их подарил!

       — Ты хочешь этого?

       Олий кивнул.

       — Тогда скажи мне, где заключенные.

       Повисла долгая пауза, затем тюремщик повернулся и повел нас через коридор. Дариан велел меня освободить и, поравнявшись со мной, объяснил:

       — Он еще мальчишка и вышел на службу совсем недавно.

       — Вы действительно его навещали?

       — Я приходил к каждому, кто прошел отравление кислотой. — Сказал Дариан. — И каждому из этих детей я обещал, что когда-нибудь они освободятся.

       В стариковских глазах промелькнула искра, от чего морщины под слоями грима стали еще заметнее; в эту секунду я поняла, почему лично он затеял революцию.

       Олий провел нас к нужной камере и отпер дверь.

       — У тебя есть минута, — сказал Дариан, — они должны вести себя тихо, иначе… — договаривать он не стал, и я влетела в камеру.

       Папа сидел в дальнем конце темницы, мама положила голову ему на колени. Сашка стоял рядом с ними, но как только увидел меня, тут же бросился на встречу!

       — Тише, тише! — зашипела я, и одной рукой обняв Сашку, потянулась к подбежавшим родителям. — Я все расскажу, все объясню, но только молчите. Молчите все!

       На меня уставились три пары испуганных, озадаченных глаз.

       — Прошу вас! Нам нужно быстро уходить отсюда, здесь очень опасно!

       Отец первый взял себя в руки и, обняв маму, оттащил ее от меня.

       — Каков план? — спросил он.

       Я чуть не прослезилась, услышав его голос!

       — Сейчас мы тихо выйдем, нужно держаться рядом, — сказала я очевидное, дальше не знала я сама. — Идите за мной!

       Дариан ждал нас у входа. Даже не взглянув на моих родных, он кивнул мне и направился обратно к лестнице. Олий остался стоять у дверей. Несмотря на многочисленные слои брони, в позе мальчишки чувствовалась растерянность. Я не хотела думать, какое наказание ждет его за то, что он отпустил заключенных, — врать он явно не умел. Но сделать для него я ничего не могла, если Дариан не берет его с собой, значит, так безопасней для всех нас!

       Сашка нашел мою руку и сжал ее, прикосновение отчего-то показалось чужим, но я не стала его отталкивать. Мы поднялись на первый этаж, здесь было также пусто, почему-то от этого я напрягалась еще больше. Что задумал Алехис? Раз он желал спрятать моих родных, то он ожидал чего-то от Дариана, почему же тогда он не выставил охрану?

       На улице нас ждала машина с виду напоминавшая обычный пафосный лимузин, но вблизи я разглядела обшивку из первоклассной брони, что меня очень порадовало. Забравшись в салон, я заметила, что Дариан тоже с подозрением оглядывается на Замок. Я хотела высказать ему собственные опасения, но при и так перенервничавших родителях не стоило затевать подобный разговор. У нас еще будет время. Надеюсь.

       Машина тронулась и я, наконец, осознала, что все получилось! Я могу говорить!

       — Мама! — ахнула я и мы стали обниматься.

       Руки — мои, мамины, папины и Сашкины сплелись между собой, и мы боялись отпустить друг друга! Мы причитали что-то нечленораздельное и нам просто было хорошо, что мы, наконец, вместе!

       Когда все немного успокоились, я вкратце объяснила, как сюда попала и что здесь происходит. Мама прижала ладонь ко рту и только качала головой из стороны в сторону; отец молча слушал, я видела, что он запоминает информацию, чтобы дальше ею воспользоваться, даже в таких странных обстоятельствах; лица Сашки я не видела — только чувствовала его объятья, которые становились все сильней.

       — А как вы сюда попали? — отдышавшись от быстрого монолога, спросила я. — Что произошло со мной там, дома? — неловко сформулировала я главное, о чем думала все последние дни.

       Все молчали. Мама заплакала, Сашка тоже не нашелся. Мне ответил отец:

       — Ты не проснулась. — Сказал он. — Когда мы пытались тебя разбудить, ты не двигалась, не реагировала. — Он вздохнул, чтобы не рассказывать остальных подробностей, я и сама видела их — родители кричат, толкают меня, вызывают скорую и пьют корвалол, чтобы не сойти с ума. — Нам сказали, что ты впала в кому и тебя отвезли в больницу.

       Что же, чего-то подобного следовало ожидать.

       — Наверное, я слишком глубоко заснула… — Сказала я после паузы. — Но что тогда с вами? Как вы-то оказались здесь?!

       На этот раз стал рассказывать Сашка; голос у него был охрипший, будто он болел.

       — После того, как тебя увезли, я и твоя мама дежурили в больнице по очереди. И вот, через несколько дней, она позвонила мне и сказала, что нашла у тебя какие-то странные записи…

       — Твой дневник, — пояснила мама. — но, когда Сашка приехал, я уже прочла про зеркало или как ты это называешь? И тоже заснула.

       — Просто прочла и оказалась здесь?!

       — Нет, в тот день я, видимо, приняла много успокоительных и меня потянуло в сон. После звонка Саше, я легла с дневником в руках и, когда заснула, оказалась в той белой комнате, что ты описывала.

       — А потом пришел я и чуть не умер от страха! — нервно хохотнул Сашка.

       Отец присоединился к нему раскатистым хохотом.

       — Больше всего напугался я, когда, придя с работы, после бессонной ночи и в полубезумном состоянии, увидел вас обоих, лежащих без памяти!

       Они засмеялись. Я глядела на искаженные истерическим смехом лица родных и от этого становилось еще страшней. Значит, в реальности мы все в коме. Но кто тогда найдет их тела? Я-то в больнице под капельницей, а они?!

       — Папа, ты закрыл дверь, когда пришел домой? — перекрывая шум криком, спросила я.

       — Что? — не понял он.

       От смеха на глазах отца выступили слезы.

       — Кто найдет вас и отвезет в больницу, раз вы тоже в коме?

       Смех мгновенно прекратился.

       — Может соседка зайдет, — сказала мама, — она собиралась прийти на чай, чтобы поддержать меня…

       Я закусала губу. Нужно скорей отправлять их обратно!

       — Скоро первый пост, — напомнил о нашей цели Дариан.

       Старый чиновник не отрывал глаз от окна, не обращая на нас никакого внимания.

       Я осторожно высвободилась из объятий Сашки и нагнулась к нему.

       — Спасибо вам.

       Дариан не стал удостаивать меня взглядом. Я понимала, что он и не должен испытывать теплых чувств к моей семье, и постаралась загнать обиду подальше, — ведь на самом деле он помогал их спасти!

       — Что нам делать, когда подъедем к посту? — спросила я.

       На этот раз, Дариан повернулся и сощурил глаза.

       — Вести себя очень тихо, — ответил он. — Сделаем вид, что спим, ночью это вполне логично. За этот пост я почти не волнуюсь…

       Мне показалось, что он не договорил, но за окном уже замерцали горящие факелы стражников, поэтому уточнять я не стала.

       Шины громко заскользили по щебенке, которой был выложен подъезд к посту. Сады кончались за несколько десятков метров до трехметровой стены, которая отделяла следующий квард и перед ним были только дикие поля, пересеченные дорогой.

       — А где ваша охрана? — быстро спросила я.

       — Следуют за нами по воздуху, — шепнул чиновник и прибавил уже громче, обращаясь ко всем нам: — Пожалуйста, сделайте вид, что все вы спите! И ничего не говорите, очень вас прошу!

       Отец что-то буркнул, но спорить не стал, пересев к нам, он обнял маму и застыл в полулежащей позе. Сашка положил мою голову себе на плечо и прижал меня к себе. Я настолько отвыкла от самого обыденного прикосновения, что мне снова захотелось отодвинуться, но я заставила себя замереть на месте.

       Впереди раздался скрежет, наверное, стражники открывали ворота. В окна сначала с одной, а потом и со второй стороны упали яркие лучи света. Я слепила веки, чтобы не выдать себя, да и просто потому что было страшно — ведь мы оказались в той части Далетании, где персонажи жили и развивались сами по себе!

       Один из телохранителей что-то сказал, но стражник с факелом все не хотел уходить. Я тихонько приоткрыла глаза, охранник пялился прямо на маму, которая лежала рядом со мной в своем домашнем махровом халате. Мы же забыли переодеться! — внутренне закричала я и задрожала. Телохранитель снова что-то сказал, на этот раз в его голосе послышалась грубость, и стражник, наконец, отошел. Через минуту машина снова двинулась.

       Я боялась шевельнуться и оторвалась от Сашиного плеча, только когда Дариан сообщил, что мы проехали.

       — Только тише, — напомнил он. — Сейчас мы едем по земле трущобников, — пояснил он мне.

       Мы оторвались друг от друга, и потрясли задеревеневшими от нервного напряжения конечностями.

       — Что дальше? — спросила мама.

       — Скоро вернемся домой, — пообещала я, и, встретившись взглядом с Дарианом, незаметно ему кивнула, стиснув про себя челюсти.



       Я потеряла счет времени; мы преодолели еще несколько постов и пока все шло так же гладко. Родители немного расслабились, только Сашка не отрывал от меня рук и молчал. Я старалась разглядеть что-то в окнах, но кроме мрачной ночи и моего отражения на стекле, ничего не было видно.

       — Здесь мы ненадолго остановимся, — вдруг сказал Дариан, я уже начинала засыпать и не сразу поняла, чего он хочет. — Мне нужно кое с кем встретиться.

       — Нет! — возразила я охрипшим голосом, и села прямо. — Сначала вы сделайте то, о чем мы договорились. Все остальное потом!

       — Настя, как ты разговариваешь! — забеспокоилась мама, но отец остановил ее — еще не понимая, о чем речь, он, как и я, почувствовал, что старый чиновник лукавит.

       Дариан заскрежетал зубами, его парик опять съехал куда-то на сторону, как всегда, когда он был зол.

       — Я и делаю то, о чем мы договорились. — Сверкая глазами, выплюнул он. — Но мы остановимся, переговорим с моим человеком и потом поедем дальше!

       Понимая, что мне нечего предложить ему взамен, я все равно не хотела терять своих позиций — подчиниться ему, значило, пойти у него на поводу и потерять контроль ситуации, а это… я даже представить боялась, чем это грозило моим родным!

       Поэтому я вовремя вспомнила мастер-классы Тартена по допросам и, засунув свой страх и бессильную неуверенность куда подальше, смерила Дариана пустым прямым взглядом.

       — Для чего эта встреча? — бесстрастно спросила я.

       Дариан наклонил голову на бок, изучая мое изменившееся поведение. Конечно, я не могла его обмануть, что я сильная и умная, но я рассчитывала хотя бы на то, чтобы он понял, что я сделаю все, что угодно, чтобы спасти родных!

       — Для дела, о котором мы говорили, — ответил он.

       — Почему нельзя встретиться позже?

       Он почесал подбородок, размышляя, насколько быть со мной откровенным. Я ждала.

       — Эта встреча планировалась десять лет, — наконец, ответил он. — Если мы просто проедем мимо, ВСЕ, — он подчеркнул последнее слово, — мои усилия будут бесполезны.

       Ясно, — он говорит о революции. Но, черт! Как же мне хотелось скорее отправить маму с папой домой! И Сашку тоже! Я не могу спокойно смотреть на них, пока они в такой опасности!

       — И еще, — вдруг разоткровенничался Дариан, — мне очень не нравится, что нас так легко везде пропустили.

       — Мне тоже, — призналась я, вынужденно теряя свой напыщенный щит. — Вы не считаете, что это интриги Алехиса?

       — Именно так я и думаю. — Ответил Дариан и, осмотрев мою семью, сказал то, чего я никак не ожидала: — Ну, давайте знакомиться!



       Когда мы доехали до места, Дариан велел водителю остановиться и вышел из машины. На улице была сплошная темень, я удивилась, что старик хоть что-то смог в ней рассмотреть. Чиновник выжидательно глянул на меня, и, к своему удивлению, я поняла, что встреча назначена не только для него!

       Ну ладно, только родных я больше не оставлю! Вместе с родителями и Сашкой мы выбрались из машины и присоединились к Дариану. Я взяла маму под руку, и мы пошли вслед за чиновником.

       Глаза постепенно привыкли к темноте, и я различила впереди какие-то неказистые строения — на дома элитников они были не похожи, а, значит, мы оказались на земле трущобников! Интересно, зачем первому советнику Властителя встреча с местным жителем?

       На чернильном небосклоне задвигались облака и между ними показался просвет. Странно, для рассвета еще было далеко. Мне на нос упала капля, смахнув ее, я вспомнила наши, земные, грибные дождики! Сейчас лето и для них самая пора…

       До домов оставалось не больше десяти шагов; я глазела по сторонам — отчего-то местность выглядела странно знакомой: вот дорожка между грядками, крохотный заборчик из прогнивших деревяшек, отделяющий огороды трущобников. Я вскинула голову и увидела старый дом с перекошенной на бок крышей…

       На нос упали еще несколько капель, я прикрыла лицо ладонью и тут до меня дошло…

       — Бежим! — закричала я.

       Дариан замер и я подтолкнула его в спину, торопясь утащить маму подальше. Затянув ее на ближайшее крыльцо, я влетела сама и помогла забраться отцу и Сашке. Старый чиновник запутался в своих одеждах и ковылял за нами, но он опоздал — сверху уже лилась поблескивающая в темноте желтая кислота!

       Телохранители куда-то разлетелись и помощи Дариану ждать было неоткуда! От крыльца его отделяли всего пара шагов, но он был не в силах их сделать. Прямо на наших глазах он стал медленно оседать на землю…

       Я не могла этого видеть!

       — Дай халат! — закричала я маме.

       Она не поняла, что я хочу сделать, но мне было уже все равно! Рывком стянув с нее халат, я хотела прыгнуть под дождь, но меня перехватил Сашка. Он выхватил халат и, прикрыв голову и плечи, ринулся за еле стоявшим на ногах Дарианом! Сашка схватил чиновника и в несколько секунд втащил его на крыльцо.

       Старик кричал и плакал от боли; оказавшись под навесом, он все еще пытался высвободиться от одежд, но силы покидали его — он был на грани обморока. Удерживая Дариана под крышей, я старательно избегала участков его тела, пораженных кислотой, они дымились и шкворчали, вызывая неприятную ассоциацию с яичницей на сковородке.

       Сашка стягивал толстовку, на которую сквозь халат просочились капли кислоты, сам он только чудом не пострадал! И о чем я только думала, желая броситься под дождь?!

       Неожиданно, над головой что-то треснуло. Я подняла глаза и увидела струйку желтой кислоты, стекающую сквозь доски. Как в замедленной съемке две тягучие лимонные капли упали вниз и прожгли мою руку!

       Охнув, я попятилась к стене. Руку пронзила невыносимо острая боль, казалось будто ее резали раскаленными добела ножами! От кислоты на коже образовывались пузыри, которые жадно обволакивали пальцы, а затем лопались и дымились, разбрасывая в стороны жгучие желтые искры, на месте каждого из пузырей расцветали ядовитые язвы!

       — Уберите, не могу!

       Я лихорадочно трясла рукой, но от каждого движения ее жгло все сильней! Вконец обезумев от боли, я упала лицом в пол и вцепилась зубами в мокрые грязные доски!

       Сейчас все кончится! Точно, все! Разве можно после этого выжить? Конечно нет! Еще немного и все прекратится!

       Краем сознания я уловила, что сзади открылась дверь, и чьи-то руки спешно заносят мое извивающееся и вопящее изо всех сил тело в дом.

               Продолжение http://www.proza.ru/2017/03/18/2012


Рецензии