Великая космическая мать. Перевод Части 2

Моника Сьё и Барбара Мор. ВЕЛИКАЯ КОСМИЧЕСКАЯ МАТЬ. НОВОЕ ОТКРЫТИЕ РЕЛИГИИ ЗЕМЛИ

Часть 2
ЖЕНСКАЯ РАННЯЯ РЕЛИГИЯ

Источник:
The Great Cosmic MOTHER. Rediscovering the Religion of the Earth . MONICA SJOO  and BARBARA MOR // HarperSanFrancisco . - A Division of Harper Collins Publishers. Copyright ©1987, 1991 by Monica Sjoo and Barbara Mor. Printed in the United States of America.
Перевод Ольги Лучининой, 2017

Глава 1
ПЕРВАЯ МАТЬ
       Биология - это не судьба, но, как море, это - начало. Мистерии женской биологии господствовали над религиозной и художественной мыслью человека, а также над социальной организацией, по крайней мере, первые 200 000 лет человеческой жизни на Земле. Первые человеческие изображения, известные нам, так называемые Венеры, были найдены в останках Верхнего Палеолита (35000 - 10000 лет до н. э.). Исходя из того, как эти статуи были расположены в пещерных очагах, нишах и могилах, они воспринимаются как культовые образы – Матери-Покровительницы повседневной жизни, смерти и возрождения людей. Эти Венеры, высеченные из камня и кости, вылепленные из глины, очень «мясистые», более или менее стилизованные под беременность как символ изобилия. Хотя и названы они Венерами, в честь Римской Богини любви, археологи не видят в них "сексуальных заек" эпохи Кроманьона; они - не сексуальные объекты. Они - волшебные образы таинственной силы женщины, создающей жизнь из себя и поддерживающей её. У статуй нет ног (ноги сужаются в точку, так как они могли быть вставлены вертикально в мягкую жаровню или в нишу - они были размещены везде).
       Эти статуи появляются в Европе с появлением Кроманьонцев. Но много ранее, в Неандертальский период (датированный, по крайней мере, 200 000 лет до н. э.), великая магическая сила была связана с самой Землёй - Матерью Жизни и Смерти. Неандертальцы хоронили покойников, свёрнутых в позе эмбриона, окрашенных в красный цвет; кости были окрашены красной охрой. Покойники должны были, по аналогии, вернуться на Землю (в могилу, в матку), чтобы возродиться вновь. Труп неандертальца, найденный в пещере Шанидар на севере Ирака, был похоронен на сосновых сучьях и усыпан дикими цветами. А ещё раньше, замечательная находка в La Ferrassie, во французском известняковом районе, показывает прекрасную гармонию между Жизнью, Смертью и Матерью, что ощущалась в умах и сердцах этих ранних людей. В скалистом убежище была найдена могила ребёнка, покрытая большой каменной плитой. На нижней части этой плиты небольшие углубления были обнаружены - все они были в парах, чтобы символизировать грудь матери. Эти, похожие на грудь, выемки делались везде на протяжении доисторического периода; они найдены на больших площадях обнажённых пород в Европе. Но на этой каменной плите во Франции, покрывающей могилу Неандертальского Ребёнка, они появляются впервые.
       Mircea Eliade, великий исследователь религиозной символики аборигенов и шаманизма, говорит о "первичном интуитивном осознании Земли как «религиозной формы». Земля воспринималась всеми первобытными людьми в качестве источника питания, защиты, силы и мистерий цикличности. Возможно, это была первая человеческая аналогия между Землёй и Женщиной, которая выполняла те же функции на индивидуальном уровне. Особенно удивительной казалась способность женщины к кровотечениям ритмично с фазами Луны, и ее периодическая способность «распухать», а затем выпускать на свет новое живое существо. Картины матери, дающей рождение, когда новорожденный ребёнок всё ещё связан с ней через пуповину, находят повсеместно в Кроманьонских пещерах. Роды – это есть мощная драма и ритуал. Чтобы представить себе огромное влияние беременности и родов на наших предков, мы должны помнить, что Палеолитические люди, как и многие аборигены, не знают связь между соитием и беременностью; роль мужчины может рассматриваться как "открытие" утробы матери, но сама беременность рассматривалась как результат магического сношения между матерью и Духом Мира, или это воспринималось как партеногенетический акт, а женщина, - как спонтанный и автономный Творец жизни.
       В этих наскальных рисунках родов и в статуях Венеры, а также во многих образах беременных животных, плодородие Земли и Женщины изображалось и отмечалось как духовно-магический акт, чтобы обеспечить обилие дичи и плодов. Сезонное возвращение растительности и молодняка животных после зимы и, очевидно, после смерти, давало раннему человеку идею волшебного циклического возрождения самого себя. Захоронения – либо пещерные могилы, либо позднейшие подземные склепы и погребальные насыпи – всё это способы возвращения тел в лоно Матери-Земли, где они ждали возрождения. В более поздних мегалитических «гробницах-отверстиях», дыры были кропотливо выточены в портальных плитах (у входа могилы), чтобы моделировать открытие родового канала. Еще позже, в Египте, Богиню Неба Нут рисовали на внутренней стороне крышки гроба – как удивительное эхо от первой каменной плиты, помещённой над могилой ребёнка-неандертальца, с материнской грудью, закрывающей, защищающей и кормящей мёртвое дитя, в то время, как он  ждёт, чтобы возродиться.
      Смерть - это мощная драматическая  мистерия, равная рождению - и обе находятся во всеохватывающем содержании у Великой Матери. Эта концепция женской Земли как источника цикла рождения, жизни, смерти и возрождения лежит в основе всех мифологических и религиозных символов; она является источником всех религиозных убеждений.
       Важно понять время измерения: Бог был женщиной по крайней мере первые 200 000 лет человеческой жизни на Земле. Это консервативная оценка; деревянные изображения Матери Богини, несомненно, существовали задолго до каменной кроманьонской Венеры, но дерево не сохранилось. И задолго до этих первых форм груди, вырезанных в могильной плите неандертальца, или покрашенных охрой тел, помещённых в позе эмбриона в пещеру земли, идея, символические образы, резонансная аналогия предшествовала изображениям: она была в умах и сердцах наших предков.
        В древнейших мифах о сотворении мира, Женщина-Бог творит вселенную из собственного тела. Великая Мать везде была активной и автономной созидательницей мира и, в отличие от отстранённых и самодовольных патриархальных богов, которые только недавно узурпировали ее гору-престол, древняя Богиня была всегда живой, связанной со своими созданиями. Она не имела онтологических «козлов отпущения» - она полностью отвечала и за боль, и за добро в жизни. Вот один из древнейших мифов сотворения мира, из северо-западной Индии:
       «Сначала Kujum-Chantu, Земля, была похожа на человека; у нее была голова, и ноги, и руки, и громадный толстый живот. Изначальные люди жили на поверхности ее живота. Однажды Kujum-Chantu поняла, что если она когда-нибудь встанет и пойдёт, все  упадут и разобьются - поэтому она сама решила умереть, - по своей воле. Её голова стала заснеженными горами; кости её спины превратились в небольшие холмы. Ее грудь стала долиной, где живут Апатани. С её шеи пришли на север страны Нагины. Её ягодицы превратились в равнины Ассам. Ибо подобно тому, как ягодицы полны жира, в Ассаме богатые жирные почвы. Глаза Kujum-Chantu  стали Солнцем и Луной. Изо  рта родился Kujum-Popi, кто послал Солнце и Луну светить в небе»...
         Гора Эверест, в соседнем Непале, только недавно была названа по имени британского геодезиста 19 века.  В реальности, эта высочайшая грудь земли всегда была известна местным людям, которые живут рядом с ней, как Джомолунгма, "Мать-Гора Вселенной".
           (Страницы 46-49 оригинала)


Глава 2
ОРГАНИЧЕСКАЯ РЕЛИГИЯ ПЕРВЫХ ЖЕНЩИН

       Религиозные убеждения, таинства и обряды, разработанные древними женщинами, органично выросли из верховной роли женщин в качестве культурных производителей, матерей и основных коммуникаторов с духовным миром. Тайны создания, преобразования и повторения – основные тайны всех религий – возникли из прямых женских физических и психических переживаний этих тайн: в кровотечении, в вынашивании и воспитании ребёнка, в уходе за близкими, в работе с огнём, в создании посуды, в посадке семян.
       В гончарном деле – на уровне ремесла и мифа – мы можем увидеть развитие религии. Горшок получил форму тела и внутреннюю полость, наподобие утробы Матери. В Неолитической Европе, глина, как говорят, имела "женскую душу" и никому из мужчин не было позволено увидеть женщину за гончарной работой. Глина, священная для женщин и Богини, часто была помечена изгибами – отражением лабиринта волшебного подземного мира, места трансформации. Аруру-Иштар, Космическая Созидательница Вавилона, была изображена как гончар, божественная женщина-гончар, формирующая жизнь. Изготовление культовых сосудов было наподобие  формирования жизни, и вавилонскими словами для возрождения было: "мы - словно свежеиспечённые горшки".
        Опыт телесной женской трансформации волшебным образом сливается с трансформацией Материи: Мать, которая трансформирует сама себя.
       Многим феминисткам неудобны биологические объяснения или даже биологические влияния. Среди современных женщин, выросших в патриархальных культурах, этот дискомфорт вполне объясним. В условиях патриархата отношение к женской биологии отрицательное, она - наказание в культуре, ориентированной на мужчин, и используется в качестве предлога для подавления женщин. Женские процессы в организме, целиком естественные и животворящие, были превращены в "нечистые" и "демонические" усилиями пуританских религий Бога-Отца. В условиях патриархата, "нормальность" всегда определяется в терминах белого мужского тела; отличия женского тела определяются уничижительно. "Разные, но равные" не имеет возможности существования в рамках патриархальной системы, которая структурирует все различия по иерархическому принципу, а также с позиций морали. Из-за этого некоторые американские радикальные феминистки, в частности, настаивали на том, что нет существенных биологических различий между женщиной и мужчиной.
       Как следствие отрицания биологических различий между полами, американские радикальные феминистки, как правило, не верят в существование матриархата в прошлом. Они не в состоянии представить, что мы когда-то были исполненными силы, благополучия, или играли какие-либо творческие и культурные роли именно как  РЕЗУЛЬТАТ этой самой женской биологии. То есть они сами видят "женскую биологию" в невыгодном свете. Проблема с этим выводом о том, что он винит Природу за женское угнетение, а не обвиняет политические, социальные и идеологические системы, изобретённые мужчинами,  и управляемые мужчинами. Отчаянный призыв  Суламифи Файерстоун, посланный в адрес мужчин - разработчиков технологий, - для быстрого изобретения внематочной машины зачатия, чтобы избавить нас, женщин, от наших собственных тел, - являлся естественным и логичным результатом. Это не политика, это сговор. Каким образом любая мыслящая женщина может поверить, что подконтрольные мужчинам репродуктивные технологии смогут быть полезны для женщин? Патриархальный ум и так работал день и ночь в течение примерно четырёх тысяч лет на этот проект: чтобы заменить  Живую Мать машиной. Утверждая, что женщины, в силу своей биологии, всегда были угнетены, американские радикальные феминистки, очевидно, вовлечены в процесс онтологической капитуляции, соглашаясь на корню со всеми мужчинами, которые настаивают: "Всегда было так, детка. Это мужской мир. Прекращай бороться, подчинись и наслаждайся этим - потому что ты никогда не имела какого-либо другого выбора".
       Почему американские радикальные феминистки попали в эту теоретическую ловушку? Почему они отрицают богатые археологические и мифологические свидетельства матриархата? Это потому, что они получили интеллектуальную подготовку в колледжах, где доминировали мужчины; а теперь приходят к нам, воинственно экипированные Отцовским Взглядом на Вещи, чтобы  отрицать Мать - во имя рационального феминизма?
       Очевидность матрифокальных культур доказывается тем, что женщины, обладательницы нашей биологии, могут быть изначальными участницами и создательницами долго существовавших культур. Это доказывает, что наша историческая проблема - не природа, а мужская идеология. Беременность и материнство не удерживали  Неолитических женщин, например, от строительства Чатал-Хююка — (;atal H;y;k), и управления его женщинами - жрицами, законоведами, врачами, ясновидящими, ремесленниками, архитекторами,  коммерсантами. В такой культуре, несомненно, женская биология не трактовалась уничижительно как нечто неполноценное, или как причина угнетения. Тот факт, что такие, ориентированные на женщину, культуры существовали в прошлом, есть доказательство того, что они могут существовать вновь. Это патриархальная идеология, а не наши собственные тела, кто угнетал нас исторически и угнетает поныне.
       Религиозные обряды сочетались с производством. Женские религии были органическим единством тела и духа, ежедневных жизненных задач и космического смысла. Среди женщин- ткачих у матрифокальных Навахо, это до сих пор так существует. Женщины практикуют,  ощущая себя непосредственно вдохновлёнными Великой Женщиной-Паучихой, изначальной ткачихой Вселенной. Они не используют шаблоны, и не делают разделения между Искусством (священным началом) и Ремеслом (бытовым, профанным началом). Тканые одеяла ценятся как органическое выражение особых магических сил, которыми обладают их создательницы. Каждое одеяло, с его вдохновлённым дизайном, имеет духовное значение, и считается, что оно даёт силу и защиту для человека, который его носит.
       В древнем текстиле, глубоко насыщенный язык символов был использован для взаимодействия Её Истории (Herstory) и мифологии. Прядение и ткачество были пропитаны магическими силами, и расписанные веретёна и мутовки найдены в бесчисленных Неолитических жертвенных ямах, священных для Богини. Греческую Артемиду рассматривали как "прядущую нить жизни", и три Норны в скандинавской мифологии сидели и пряли паутину жизни, предназначения  и судьбы у корней Иггдрасиля, космического мирового дерева.
       Тонкая энергетическая форма человеческого тела может рассматриваться как тонкая энергетическая форма космоса, сравнительно миниатюрная, но не менее обширная и полностью живая. Космос, который мы знаем, является конструкцией (восприятием/проекцией) энергии, текущей в наших собственных системах организма. Космический разум и человеческий разум по сути не отличаются, не отделены, так же как космические тела и человеческое тело. Всё взаимосвязано в огромной паутине космического бытия – вселенское ткачество – в котором каждая отдельная вещь, или живое существо, - это некие энергетические узлы, или переплетения, вибрирующие в общей структуре. Латинский корень слова "религия" (religare) означает «связь; привязка к чему-то». Уильям Ирвин Томпсон пишет: «Священное - это эмоциональная сила, которая соединяет части в целое; мирское или светское - это то, что было отбито или оторвалось от эмоциональной привязанности к Вселенной. Religare - значит привязывать, и традиционная задача религии была привязать куски, которые откололись от экстатического Единства (…) Когда весь образ жизни – это святое, людям не надо строить храмы и петь гимны по воскресеньям». (2)
2. William Irwin Thompson, The Time Falling Bodies Take to Light: Mythology, Sexuality and the Origins of Culture (New York: St. Martin's Press, 1981), 102-3
       Истинная религия является изначальной пуповиной, что объединяет наши индивидуальные «Я» и возвращает к нашему большому, универсальному источнику. Этот источник, в женской религии - это Великая Мать, которая является великой космической Пряхой, божественным Гончаром, носительницей небесного кувшина в водой; мы участвуем в её существовании, её природе, её процессах, её игре и её работе. В ней сосуществуют нижние пласты могилы (мир мёртвых), и верхние пласты звёздного неба, где звёзды являются её глазами. Подземные воды принадлежат пластам живота и матки, небесная дождевая вода относится к области груди. Как божественный кувшин, она является хозяйкой верхних вод (дождя) и нижних вод (ручьи, родники и реки, струящиеся из матки земли). Египетская Богиня неба и Воды Нут питает землю своим Млечным Дождём. (На самом деле, слово "Галактика" происходит от греческого galaxias (;;;;;;;;), что означает "молочный круг", и Млечный Путь - это широкий белый поток звёзд, льющихся из её груди.) Как матка, она представляет собой сосуд, который раскалывается при родах, изливая воду, как родник.
       Всё это - символы творческой жизни и экстатического участия в ней. В самопредъявлении Богини - это форма божественного прозрения, и части её тела не понимаются буквально, как физические органы, но как мистические центры всех сфер жизни. Её пупок является центром Земли – нашим центром, - от которого Вселенная питается, благодаря нашему сознательному участию, как же, как и мы питаемся им. Такой символизм выражает не дуалистическое, но поэтическое сознание древних женщин, которые могли ощущать свои тела как целые миры и вселенные, а Вселенную - как своё тело.
       Экстаз - это танец человека со Всем. Ek-stasis означает стоять вне "своего Я", то есть вне своего обусловленного ума. Вся жизнь воспринимается как участие в материально-духовной целостности, чем она и является. В этом волшебстве единение, экстаз и ответственность (т. е. способность дать ответ) были едины. Так, самые ранние коммуникаторы с Матерью, с её сущностью, были экстатические женщины - шаманки и провидицы. В своих трансовых состояниях, они были ответственны за сохранение открытых каналов, пропускающих энергию между каждым отдельным человеком, группой, и космическим источником. Они исцеляли, уравновешивали, и переводили жизненные силы от одной энергетической манифестации к другой. Показательно, что до нынешнего дня, в условиях почти всех патриархальных религий мира, женские робы до сих пор являются официальным священническим облачением, и мужчины-священники выполняют функции  некой "мужской  матери" для верующих. Среди сибирских племён, мужчины-шаманы всегда носят орнаментальную и символическую "грудь" на своих одеяниях. Когда "цивилизованные" мужчины стали жрецами-моралистами нового Бога Отца, тогда женщины (и язычники обоих полов) остались шаманами (ведьмами) экстатической Матери.
       Экстаз является единственным путём, через который душа может «потерять» себя, растворившись  в союзе с ней. Некоторые мужчины-мистики тоже понимали это. Мартин Бубер описывает пренатальную жизнь как исходное состояние экстатического сознания в сексуально-духовной Вселенной, где всё "течет навстречу друг другу, в телесной взаимности". Утроба матери - это конденсированный опыт Космоса. В момент рождения мы забываем этот неделимый мир, но мы никогда не забываем его полностью. В памяти поселяется «тайный образ желания», стремление к полному воссоединению с Космосом. Это - истинный смысл стремления человека «вернуться в утробу». Это вовсе не признак патологии или неадекватности, не стремление назад, но стремление расширить, восстановить космическую связь. (4) Бубер ссылается на еврейский миф, который гласит, что "в утробе матери человек знает Вселенную, но забывает её при рождении".
4. Martin Buber, I and Thou (Edinburgh: T. and T. Clark, 1953; New York:  Scribner's, 1970), 76-77.
       Современные исследователи нашли неврологические связи между религиозным (или трансовым) опытом и женской сексуальностью. В женском мозге есть уникальная нейронная связь переднего мозга и мозжечка, которая позволяет ощущениям физического удовольствия быть напрямую интегрированными в неокортекс, или высший центр мозга. Это объясняет, почему некоторые женщины испытывают оргазм настолько сильный, что они входят в "религиозный" транс, или в изменённое состояние сознания. И это экстатическое женское оргазмическое переживание, в котором физическое и духовное сливаются и осознаются как единое целое, - лежит в основе всех мистических переживаний. Вот почему, в изначальной религии Великой Матери, тело, ум и дух всегда интегрированы.
       Современные исследователи "открывают" сегодня  те вещи, которые древние женщины всегда знали. Противоборствующий дуализм "материи против духа", враждебный антагонизм "сексуального тела" против "религиозной истины" - недавние патриархальные изобретения, губительно навязанные миру и душе. Они не имели место в начале вещей, ибо они не являются ни естественными, ни истинными. Для женщин, в любом случае, они никогда не могут быть правдой; и поэтому первая религия, которая возникла у женщин, была сексуально-духовная религия, празднование космического экстаза. Среди первых женщин, те, которые имели более восприимчивую психику, возможно, действовали как шаманки-медиумы, но вряд ли можно представить их как реальных лидеров, имевших последователей, иерархически подчинённых, так как не было никаких иерархических различий между повседневными задачами и самыми возвышенными ритуалами. Мы видим  обмен опытом у этих женщин как некий экстатический ритуал: они осознавали жизнь как экстатический обряд  и как их собственное право на экстаз.
           (Страницы 50-54 оригинала, включая сноску на страницах 437-440)

Глава 3
ЖЕНСКАЯ КОСМОЛОГИЯ: СОЗДАНИЕ ВСЕЛЕННОЙ
       Вселенная существует как спящая темнота, непознаваемое, неизвестное, нечто полностью погружённое в глубокий сон. Она мечтает во сне или только когда пробуждается? Мы не знаем. Она спит. Но потом проявляется божественная Самость, обладающая страстной творческой силой. Она вращается, рассеивая тьму. Она, утончённая и полная желаний, незаметная и вездесущая, теперь и вечно, кто содержит всех созданных существ, просыпается – и тогда мир вращается. Когда она снова засыпает, Вселенная погружается в сон. Таким образом, она, и бессмертная, и погибающая, постоянно меняется – бодрствует и спит, оживляет и разрушает все свои творения ....
       Она - тёмная ночь и чернозём, которые содержат в себе интенсивные силы света, секреты и могущество жизни. Она - рот, влагалище, страстный и мудрый источник, из которого всё происходит и к которому всё возвращается ....
       Чернокрылая ночь снесла серебряное яйцо (Луну) в утробе тьмы, в тёмные воды. Божественное начало проживало в этом яйце в течение всего года. Потом оно само в одиночку разделилось на две половинки и из этих половинок создались небо и земля ....
       Святая Сущность сотворила мир как эмбрион, а эмбрион вырастает из пупка, так что она начала создавать мир из пупка, и оттуда он распространился, рос, множился во все стороны ... Она была и семя, и цветок, как изначально, так  и окончательно. Первые вибрации Мирового Яйца, которое разворачивалось до краёв Вселенной, одновременно и расширялись и сужались, выходили из источника и пульсировали наружу, чтобы затем исчезнуть в сферическом вихре. Тихий центр (сердце) - это ось творения, универсальный континуум, который постоянно разворачивался, пульсируя вовне, и сужался, крутясь через собственный центр ... .
       Яйцо является символом женского творчества, женской творческой энергии. На полюсе сжатия наша Вселенная существует, как невидимая точка тёмного света, спрессованная потенция и энергия. Мировое яйцо в спиральном вращении, которое создаёт центр и движущееся, непрерывное целое, всё это в сочетании с гравитационным сжатием, создаёт и Солнечную систему, и атом, а в больших масштабах, - Галактику. Галактики гипотетически создаются внутренней спиралью межзвёздного газа, распространяясь наружу по спирали из-за жара. Те же вихревые законы регулируют движение воды, что составляет почти три четверти нашего физического тела и три четверти физического тела земли. Вода есть чистая, потенциальная и бесформенная матрица, из которой всё живое на земле берёт своё начало: вода - это не вещь, но поток, танец. Из бесформенных, но формирующих Вод, яйцо начинает кристаллизоваться, принимает форму, вбирая в себя энергию, материю, сознание. Макрокосмические циклические и спиралевидные движения отражаются в спиралевидных циклах микрокосма человека – в нашем бодрствовании и сне, в нашей сексуальности и одиночестве, в наших эмоциях, в нашей мудрости, в наших представлениях о самом Времени, что непрерывно движется вокруг неподвижного центра.
       Все эти идеи изначальной Богини были включены в Древнее Индуистское поверье (и содержится в современной физике и физической космогонии). В поздней индуистской мысли, Богиня Шакти-Кали, присоединившаяся к Богу Шиве, непрерывно творит мир с помощью танца, расширяясь и сжимаясь вместе с ним в оргазме. Но спираль, а позже лабиринт, везде и с самого начала связан с её оригинальной космологией - все религии и вся космология, во всех их формах, происходят от великих законов жизни, вращающихся по спирали вокруг мистерии - центра творения.
           (Страницы 55-56 оригинала)

Глава 4
КОСМИЧЕСКАЯ ЗМЕЯ

       Это миф творения, бытовавший у Пеласгов:
      «В начале, Euronyme, Богиня Всего Сущего, поднялась обнажённая из Хаоса, но не нашла ничего твёрдого для своих ног, чтобы опереться, и поэтому отделила море от неба, одиноко танцуя над его волнами. Она танцевала по направлению юга, и ветер двигался за ней, что выглядело, как нечто новое и отдельное - с чего и начинается работа творения. Вращаясь, Она схватила этот северный ветер, потёрла его между руками и узрела великого змея Офиона. Euronyme танцевала, чтобы согреться, неистово и дико, до тех пор, как Офион, начавший испытывать вожделение, обернулся спиралью вокруг её божественных конечностей и совокупился с ней ... Так она зачала ребёнка». (1)
1. Robert Graves, The Greek Myths, volume 1 (New York: George Braziller, 1957), 27.

       Этот миф Пеласгов гораздо древнее, чем греческие легенды. Тем не менее, она происходит от переходного периода, когда уже не верили, что Великая Мать дала рождение миру партеногенетически; отныне участие мужского начала описывается при зачатии. В этом мифе Euronyme оплодотворяется Северным ветром; ветер - это тонкое тело змеи, форма его движений по воздуху. Но, в конечном счёте, она по-прежнему рассматривается как создательница мужской сексуальной энергии - генеративные силы ветра и великий змей являются эманациями её самой – они происходят из её страсти и её танца.
       Большие живые змеи всегда содержались в храмах Богини во времена Неолита. В настенных росписях, барельефах, статуях, она часто несла змей в поднятых руках или обвившихся вокруг неё. Или она сама изображалась как змея, или с телом женщины и головой змеи. Об одной Ближневосточной Богине было сказано: "Paghat, Та, Кто наблюдает за водой, кто изучает росу в её капле, кто знает движение звёзд, - Её сердце, как змея".(2)
2. Marcia Patrick's Earthly Origins (first draft copyright 1983), 247.
       Шумерская Богиня была известна как Великая Мать Небесная Змея, возможно, другое обозначение Млечного Пути, великой спиральной галактики. (3)
3. Merlin Stone, When God Was a Woman (New York: Harcourt Brace Jovanovich, 1978), 199.
       Везде в мировых мифах и изображениях, Богиня-Созидательница сочеталась со Священным Змеем. В Египте это была Богиня-Кобра; использование кобры в её обрядах и изображениях было настолько древним, что начертание рисунка кобры предшествовало имени богинь, и стало "иероглифический знаком для слова Богиня "(4)
4. Merlin Stone…, 201.
        Изида также изображалась как Богиня-Змея. А далеко в Австралии, Богиня аборигенов Уна, кто создала Землю, изображалась иногда как Три Сестры, держащие в руках радужного змея…
       Вот венесуэльский миф о сотворении мира, от племени Yaruros: «Сначала ничего не было. Затем Пуана-Змея, которая пришла первой, создала мир и всё в нем .... Кума была первым человеком, кто поселилась на Земле .... Всё произошло от Кумы и всё, что имеют Yaruros, было основано Ею». (5)
5. Patrick, Earthly Origins, 249.
       Австралия, Венесуэла, древний Ближний Восток ... Распространение Богини и её Змеи является глобальным; на Южно-Тихоокеанских островах нет змей, но там мифологизируется угорь. Древние Кельтские и Тевтонские богини были обёрнуты змеями. Китайцы отмечали мощь дракона, а Ацтеки и Майя из Мексики и Центральной Америки изображали пернатого змея или летающего змея, в виде дракона. Оба монументальных комплекса - Карнак в Египте и таинственная каменная группа под названием Карнак в Бретани являются волшебными змеиными образованиями; оба имени означают "змеиный холм".
       Когда мы видим по всему миру появление Богини и её Змеи, а затем вспоминаем древнюю Африканскую Чёрную Богиню, Чёрную Ведьму, изображённую со змеёй в её животе - мы видим глубокую силу, а также универсальность этого космологического символа, его неистребимость в человеческом разуме. И мы начинаем видеть, почему патриархальные религии, основанные на разрушении Богини/Змеи, тем не менее, использовали эти изображения, например, в библейской книге Бытия, где Ева, связанная со змеем, стала символом онтологического зла. Среди патриархальных евреев, змей изображался как Самаэль, брат первой "злой" женщины, Лилит. Когда реформаторы Ветхого Завета, подобно Езекии, пошли вокруг, разрушая "медного змея" - культовые изображения, сделанные из латуни - как "языческую мерзость", на самом деле они атаковали изначальную религию Богини, которой следовали все их соседи. Еврейские патриархи пытались уничтожить мировую изначальную, самую распространённую, и несокрушимую религию, клеймя её как "зло", и изображая Богиню-Мать и ее волшебного Змея-любовника не как источник всей жизни, но "всего злодейства".
       Змея была в первую очередь символом вечной жизни (как луна), поскольку каждый раз, когда она сбрасывает свою кожу, она словно возрождается. Она представляет космическую преемственность в рамках естественного изменения - духовную преемственность в изменениях материальной жизни. Скользя, как это происходит, внутрь и наружу через отверстия и каверны земли, змея также символизирует подземный мир, обитель мёртвых, кто ждёт возрождения. Её волнистость символизирует змееподобные земные течения подпочвенных вод. Змеиный путь на земле соответствовал земным потокам энергии; змеиный путь в небе был извилистым распространением  звёзд в галактической спирали, или в Млечном Пути.
       Связь между змеями и птицами эволюционна: птица как вид развилась непосредственно из рептилий, блестящая чешуя становится перьями. Некоторые змеи рождаются живыми, но в целом рептилии (включая большинство змей) откладывают яйца, как птицы. А яйцо принадлежит Богине. Формирование мира и самой жизни берёт своё начало от двойного яйца (хромосомы и его полярного тела) посреди которого живёт зародыш – эмбрион жизни. Некоторые из наиболее древних Палеолитических гравировок и скульптур – образов Богини – изображают её как божественную водную птицу, с длинной змеиной фаллической шеей и несущую космическое двойное яйцо в её выпирающих ягодицах. Так выражали в Верхнем Каменном Веке нефизическую реальность через эти материальные символы становления. (6)
6. Marija Gimbutas, The Goddesses and Gods of Old Europe-6500- 3500  B.C. (Berkeley and Los Angeles: University of Callfornia Press, 1982),  106-7.
       Тайна земной жизни имеет свои истоки в воде - в океанах, глубоких озёрах и мелких водоёмах, пещерах, гротах, ручьях, реках; в пульсации моря и вкусе крови. Прежде чем ребёнок рождается, течет вода из раскрывающейся матки - океана внутри матери. Очень древняя рогатая Богиня с птичьими когтями была рождена в утробе мифических вод: космическое яйцо было создано космической рогатой (лунной) змеёй, или отложено мифической водяной птицей - и птица, и змея являются вместилищами силы, которую имеет источник, как эволюционный, так и магический, в земной воде. Она одна, их две, она - Владычица вод, и неба и воздуха. В Египте, в Вавилоне, на Крите, в Индии и в Древней Европе считалось, что её обитель расположена за пределами верхних вод, за пределами меандров лабиринта. Она была правительницей над водами Земли, в небе, за облаками, где изначальные воды текли. Чтобы представить всё это, Богиня Птица-Змея была изображена так: Её тело украшено змеевидными спиралями, её руки и ноги - змеи, её брови рогатые, и волшебный источник жизни, двойной яйцо, лежит внутри неё.
       Богиня также была также той, кто даёт жизнь мёртвым, с помощью своего волшебного змея, извивающегося внутрь и наружу из земной могилы - матки. Змея - в её стилизованном изображении  спирали - была проводником бессмертия и образом стихийной энергии жизни, её непрерывного потока. Змея может сбросить кожу, но продолжает жить, так же, как луна рождается из своей собственной тьмы, и матка кровоточит периодически без ранения – всё это рассматривалось как чудесным образом взаимосвязанные преобразования. Змее приписывалась сила, которая может двигать весь космос. И двигает.
       Космическая змея вьется над и вокруг космического яйца, как непрерывный поток воды, энергии; начало жизни в яйце вызвано вращением двух змей внутри него, их взаимодействие вызывает и поддерживает напряжённость поля, которая становится формой. Wind: ветер и извиваться…
       Символизм змеи, яйца, рога, рыбы и оленихи, вместе с женскими образами вульвы, треугольников, спиралей, кругов – связанных с водой – появляется во времена Каменного Века. Скульптуры в форме яйца с выгравированной вульвой датируются, начиная примерно от 6000 г. до н. э. Рогатые бараны и быки Неолитического ритуала приносились в жертву древней Богине Птице-Змее. Мария Гимбутас указывает, что в шестом тысячелетии до н. э. происходили вековые засухи, и от этого пришла одержимость символикой дождя и воды, которая присутствует везде в ритуалах, на сосудах и в идеограммах того времени. (7)
7. Marija Gimbutas. , 113.
       Змееподобная спираль является основой орнаментальных композиций в Древней Европе, достигающая своего пика около 5000  до н.э.
       Известны некоторые очень древние и загадочные связи, или психические резонансы, с участием змей – спиралей – воды  и приливов – менструальных циклов – луны – мёртвых – вещих сил – психического исцеления – бисексуальности – магнитных потоков земли – матки –звёзд – бессмертия и вечно обновляющейся жизни.
       В Африке "змеи, выходящие из ноздрей" обозначали силы ясновидения, несомненно,  связанные с третьим глазом, шишковидной железой позади носа и змеиными волосами Медузы,  имея одинаковое значение, причём одно из них – легендарное: историческая Медуза является Амазонской королевой в области современного Марокко-Алжира в Северной Африке. Согласно Мерлин Стоун, змеиный яд (вводимый в людей, которые ранее были иммунизированы против него) обладает высокими галлюциногенными качествами; некоторые яды химически похожи на мескалин (пейот) и псилоцибин грибов. Известными эффектами было ясновидение, экстраординарные умственные способности, повышение творческого потенциала, пророческие видения и озарение относительно первичных процессов бытия. Как замечает Стоун, священные змеи, содержавшиеся на пророческих святилищах Богини, "были, пожалуй, не только символы, но на самом деле инструменты, через которые переживания божественного откровения бывали достигнуты".  Так же, как  Египетская Богиня-Кобра была известна как Госпожа Заклинаний. (8) Мы можем быть уверены, древние женщины-шаманы во всем мире знали об этом свойстве змеиного яда - и это было одним из общепризнанных значений змеиных символов и образов, начертанных повсюду.
Stone's When God Was• a Woman, 213-14.
       Рудольф Штайнер, основатель Антропософии, говорил о врождённой силе ясновидения у древнего человечества, силе, потерянной "современным человеком," который теперь не знают о его исконной связи со вселенской Жизнью и ее магическими энергиями. Редуцированный до простого механизма, физических записывающих аппаратов, "он" живет в пустоте абсолютного одиночества и отчуждения. Поэтому именно астрально-лунную область, психический мир сверхчувственного восприятия, что оккультисты называют "астральным змеем", патриархат велит нам уничтожить, преодолеть во имя абстрактной, статичной, бесполой, гипер-рациональной, механистической системы.
       Наконец, змея символизировала фаллос, мужскую сексуальную энергию, и, как считалось, изначально содержалась внутри богини – рождалась из неё и возвращалась к ней снова, когда в конце каждого мирового цикла (расширение-сужение) она сворачивалась в тёмный сон. Хотя в эпохе Верхнего Палеолита встречаются изображения совокупления женщин и мужчин, изображения  Великой Матери и мифы о ней не показывают её связь с человеческим сыном/любовником до Среднего Неолита, около 5500г.  до н. э. 
       С этого времени, и особенно после пикового периода Чатал-Хююка, начали отделять атрибуты мужского пола от Матери, когда развилась некая "фаллическая одержимость", представленная в фаллических чашах, стоячих фаллических камнях, и в образах фаллических богов (хотя изображения шаманов в трансе, с огромной эрекцией, уходят в Верхний Палеолит). Но это не агрессивные или женоненавистнические фаллические изображения; напротив, они отражают, как фаллос служит Богине, женщинам, и жизненным процессам в целом. Это по-настоящему проявляется в традиции камней, изображающих Богиню и фаллос одновременно, с изображением Богини, вырезанной на кости или камне фаллической формы; эту фаллическую форму Богини непрерывно находят от Палеолита через Неолит и вплоть до «прото-городского периода» в Месопотамии.(9)
9. William Irwin Thompson, The Time Falling Bodies Take to Light: Mythology,  Sexuality and the Origins of Culture (New York: St. Martin's Press, 1981), 33.
Мария Гимбутас видит эти  изображения «фаллической» Богини, вытекающие из Старого Каменного Века, как предположение об "андрогинной природе" Великой Матери. (10) Это так и есть. Они также отражают потенциал единства полов, во взаимной любви-службе, перед их катастрофическим распадом из-за патриархального женоненавистничества и пуританских сексуальных норм.
10. Gimbutas, Goddesses and Gods, 152.
       Египтяне верили, что из союза хаоса и ветра (жизненное дыхание, танец Богини с ее собственным дыханием) вышла Маат, в форме яйца. Маат была египетским словом, означавшим как "мать", так  и "материю"; это был исконный ил Нила, откуда жизнь произрастала. Это означало также "истина" и "справедливость", и часто воплощалось в символах пёрышка и стервятника - перо выступало как гиря на весах, где взвешивалась посмертная душа, а Мать-Стервятник прилетала, чтобы собирать мёртвые кости и чистить их для будущего возрождения. Маат как истина в последней инстанции,  сама в себе содержала потенциал существования и небытия, всех вещей, всех полярностей. Она была также чистым Ничем, не имела идентификации и характеристик, но обладала вечной энергетической потенцией Всего.
       Еще один символ для этого же комплекса идей – это  Оroboros, свёрнутая кольцом змея, со своим хвостом во рту, образующая идеальный круг, или женское 0, или нуль  -  цикл Всего, или Ничего. Непрерывная вечная цикличность мудрости: Всё приходит из Ничто и снова возвращается в Ничто в сновидческом круге бодрствования и сна; и кто может сказать, что есть сон, а что нет?
           (Страницы 57-62 оригинала)

Глава 5
МИР ЯЙЦА: ИНЬ/ЯН
       Древняя Великая Мать Всего Живого рожала партеногенетически, - для себя и для всего космоса. Она была мировым яйцом, содержащим две половинки всех полярностей или дуальностей - Инь/Ян преемственности и изменений, расширения и сжатия Вселенной. Этот процесс символизируется непрерывно поворачивающейся внутри себя спиралью, сознательное дыхание пробуждает от сна и погружает обратно в сон - Кали (или Euronyme) танцует, возвращая Вселенную к бытию, а затем - к разрушению и смерти. В восходящей спирали - это превращение материи в духовную/психическую энергию. Одновременно, по нисходящей спирали, происходит материализация духа, дифференциация всего проявленного мира. Спираль инволюции энергии в материю является основным движением Вселенной, - создаются существа; спираль эволюции материи в энергию – это творческое движение данных существ, сознательно эволюционирующих обратно к своему источнику. Вдох и выдох живого Космоса по спирали создаёт и разрушает Вселенную. Энергия <--->   Материя. Мир<--->Дух. Лучистая энергия может быть преобразована в массивные частицы, и наоборот. Спираль - символический ключ к бессмертию или вечному процессу и идентифицируется с Луной.
       Эта  древняя космология остаётся самым точным описанием космического процесса когда-либо сделанного. Физики двадцатого века,  используя совершенно иной, математический, язык, были только в состоянии подтвердить эти древние концепции - как Вселенная создаёт и воссоздаёт себя.
       Две половинки Мирового Яйца были белой и  чёрной - свет и тьма, день и ночь, горячее и холодное, жизнь и смерть. Оно содержит в себе все оппозиции, но оно также утверждает союз противоположностей, как континуум содержится и синтезируется внутри спирали. На Востоке, в первом тысячелетии до нашей эры, эта идея была формализована в концепции Инь/Ян. Инь, или отрицательный принцип, изначально называли тёмная или теневая сторона горы; он имел общие атрибуты с землёй, луной и водой. Ян, или позитивный принцип, означающий яркие проявления в ветре, или светлую сторону горы, был связан с небом, солнцем и огнём. После нескольких поколений восточных философов, всё стали классифицировать в соответствии с этими категориями, в том числе человеческий пол: Инь - женщина, Ян - мужчина.
       Но этот Восточный дуализм изначально отличался от моралистического дуализма христианского Запада. Инь и Ян не рассматривались как враждебные и непримиримые противоположности, борющиеся за контроль над Вселенной. Ни один из них не был "добрым", а второй - "злым". Наоборот, Инь и Ян постоянно дополняли друг друга для поддержания космической гармонии. И они не фиксированные, статические принципы, но трансформируют друг друга, способны превращаться друг в друга в продолжающемся процессе. Без вечного движения и взаимовлияния этих сил жизни не существует. Зима, которая является Инь, превращается в лето, которое Ян. Как Инь, так и Ян может и создать, и уничтожить. Жизнетворное солнце, которые также может жечь и убивать жизнь, уступает место темноте бесплодной холодной земли, в которой новые семена жизни незримо прорастают.
       Образы и концептуальные категории Инь/Ян языческие: «от земли», поскольку они вытекают из тесного длительного опыта и наблюдений за естественными процессами. Эти процессы не линейные, а циклические: жизнь преобразуется в смерть, которая снова превращается в жизнь, в огромном вертящемся колесе. Луна проходит через изменения: умирает и возрождается, потому что она кружится в кружащемся космосе - и поэтому луна, как и змея, - это олицетворение этих процессов. Психика фокусируется не на взаимных антагонизмах, но на тонком взаимовлиянии и перестановках - танце - полярностей. Позже мандарины-философы, как Конфуций, использовали принципы Инь/Ян на службу иерархической политике китайского суда и патриархального государства, подчеркивая доминирующую роль Ян над покорным Инь.
     Ранние Даосы, однако, обозначили полную стоимость негативной силы, или теневой стороны Инь, как творческой силы, равной Ян. Даосизм, мистика и сексуальная религиозная философия, возникшая в Древнем китайском Матриархате, видели мужское начало в качестве "земного животного", а женское - как "животное перемен" или трансформирующий принцип. Изначальная характеристика женских и мужских принципов в И Цзин – воспринимающие и творческие гексаграммы – также содержали эти матрифокальные смыслы. Как западные алхимики и, позже, западные физики должны были подтвердить, что именно отрицательный полюс инициирует творческую активность материи. Некоторые физики предполагают, что Вселенная организуется, собирая форму и движение, в теневой стороне беспорядочно разбросанных частиц. Кроме того, до недавнего времени, ученые предполагали, что "вес" Вселенной заключался  в ярких звездах и быстрых частицах. Но теперь они нашли огромное количество темного, холодного вещества в кружении звезд и галактических тел, и эта материя  преобладает и отвечает за "вес" Вселенной, её функция есть гравитация. То, что называют тёмным, отрицательным, женским, теперь рассматривается как исходная сила в создании и поддержании Вселенной. Если расширяющаяся Вселенная когда-либо снова начнёт концентрироваться, это будет зависеть  от тяжести этой тёмной материи.
       В патриархальной борьбе за собственность и власть, соотношение Инь-Ян стало орудием, оружием неравенства и репрессий, как экономических, так и сексуальных. Но это не изначальное значение терминов. Изначальное значение связано с взаимодействием неких безличных и, естественно, не бытовых сил – скорее, как негативный и позитивный полюса в батарейке.
           (Страницы 63-65 оригинала)

Глава 6
ВЕЛИКАЯ АНДРОГИННАЯ МАТЬ
       По правде говоря, западные христианские стереотипы "слабой женственности" и "сильной мужественности" являются одними из самых экстремальных в истории. Многие из этих поло-ролевых черт характера возникли среди привилегированных классов – единственных людей, которые могли позволить себе пассивных и зависимых женщин, и для кого скучный и потворствующий себе образ жизни позволил изобрести "развлечение" в виде сексуально-ролевых игр. Перевязанные ноги у жён богатых китайских мужчин прошлого выполняли «эстетическую»  и развлекательную функцию, и являлись знаком привилегий. На современном Западе, с его относительным экономическим достатком, многие строгие поло-ролевые черты, когда-то присущие богатым, стали  передаваться через СМИ в "массы". Итак, мы видим женщин, офисных служащих, ковыляющих на работу в остроконечных туфлях на острых высоких каблуках, такие туфли когда-то носили только члены королевской семьи и их «придворные». Они были изначально задуманы, как обувь для священных жрецов, чтобы удержать их «Мана» от побега в землю. К сожалению, люди склонны забывать их происхождение многих нелепых половых ролей в культуре и классах, считая, что они поступают напрямую "от природы" или "от Бога"… Так мы видим глупейшие обычаи, которые навязываются с хмурой суровостью, а иногда с помощью карательных законов.
       Наиболее жёсткие половые роли являются продуктом ригидной гетеросексуальности, интеллектуального дуализма, и культуры трудовой эксплуатации. Они не существовали в ранних обществах. В традиционном Китае женщин носили штаны, а мужчины носили юбки. Относительно  половых ролей и обычаев очень трудно сделать абсолютное утверждение -"женщины всегда делают так", "мужчины исключительно делают так"- это сразу же противоречит некоторым культурам, местам, какому-то времени.
       Действительно, чем глубже мы уходим в прошлое, тем более бисексуальной, или андрогинной, является Великая Мать.
       Первый «любовный» объект для мужчин и женщин - это мать; но в патриархате сын должен отвергнуть мать, чтобы быть в состоянии доминировать над женой как "настоящий мужчина", а дочь должна предать её ради "подчинению мужчине". В матриархальном обществе это двойное бремя биологической и духовной измены не возникает. Как для женщин, так и мужчин  существует тесная идентификация с коллективом, группой матерей, с Матерью-Землёй и с Космической Матерью.
       Во многих самых древних изображениях Богини, она показана с двумя грудями и фаллосом, как гермафродит, например, "Бородатая Иштар." Божественная бисексуальность подчеркивает ее абсолютную власть, особенно над своей сексуальностью, которая имела как духовное, так и эмоционально-физическое выражение. Мужчины шаманы во многих первозданных культурах носили одежду женщин и жили, как и женщины, часто в гомосексуальных отношениях. Неолитической Богине служили в её храмах бисексуальные и лесбийские жрицы, а также бисексуальные или гомосексуальные жрецы. В период дезорганизации позднего Неолита, в процессе перехода от матриархата к патриархату, жрецы-евнухи служили ей. (Одна из ветвей Ессеев, Семитской секты, состояла из священников евнухов, которые служили в Храме Артемиды в Эфесе, на западном побережье Турции.). Как Эстер Хардинг говорит в книге «Тайны Женщин, Древних и Современных», современная женщина, в ядре своего существа, отрезана от источника жизни. (3) С жестко навязанными гетеросексуальными ролями, женщины (и мужчины тоже) являются эмоционально  и психически чахлыми, задержанными в росте. Женщины также физически задержаны в росте – если сравнить со статуями и рельефами амазонок, или огромными кельтскими женщинами-воинами!
3. M. Esther Harding, Woman's Mysteries, Ancient and Modern: A Psychological Interpretation of the Feminine Principle as Portrayed in Myth, Story and Dreams (New York: Bantam Books, 1971)
       В Древней Шотландии, земле Пиктов, которые были позднее заселены Кельтами из Северной Ирландии - жили очень таинственные и легендарные женщины-воины. Они были бойцами-амазонками и ведьмами-шаманками.  По словам Жана Маркаля в книге «Кельтские женщины», все великие кельтские воины-герои инициировались в воинскую профессию, а также в священные тайны секса, этими женщинами. Пикты были обнажёнными «шоковыми войсками» у кельтских народов; они шли в бой - женщины и мужчины, бок о бок, - и носили только синюю краску на теле (вайду), посвящённую Матери-Земле. Их называли Пикты (индо-европейское слово Peik, "татуированные", гойдельское Qict и латинское pictus, "роспись"), так как они украшали свои тела этими синими татуировками, изображавшими  волшебных птиц, зверей и рыб, посвящённых Великой Матери. Кельтские женщины, в целом, были известны своей большой физической силой и свирепой храбростью в битвах. Римские историки писали, что среди галлов женщины были  почти такими же высокими, как и мужчины, и равные в смелости. Тевтонские, а также Кельтские племена часто вели в бой Воины-Королевы, и вторгшиеся римские солдаты, как сообщается, опасались борющихся женщин больше, чем их спутников-мужчин. (4) Маркаль - сам Кельт из Бретани, читавший лекции по кельтской истории в Сорбонне в Париже. Он рассматривает себя как феминиста, и выступает за то, чтобы мужчины вернули сыновей и дочерей Великой Матери. Тем, кто усматривает такое возвращение как "немужское", следует изучать Кельтских воинов. Они воевали без брони и часто голыми руками против вторгшихся армий римлян.
4. . Jean Markale, Women of the Celts (London: Cremonesi, 1975).
       Как Briffault отмечает снова и снова, среди "примитивных" людей, еще не загрязненных физическими привычками и ролевыми играми "цивилизации", это  было обычно, чтобы найти женщин, равных по телосложению, часто больших, чем  мужчины, с большей мускулатурой и потенциалом выносливости. Среди скелетов Каменного Века часто невозможно определить пол по размеру или весу костей; древние женщины и мужчины были почти равны по телосложению, одинаково сильные. Как видно на самых древних Палеолитических изображениях Богини, прочность и массивность женского тела считалась идеалом. И, конечно, человеческая раса, и более ранние гоминиды, не могли бы выжить два-три миллиона лет в условиях катастрофических изменений Земли, если бы женщины были физически слабые и психически зависимые в течение этих долгих, жёстких веков. Книга Энн Кэмерон «Дочери Медной Женщины», даёт нам реальную картину силы, необходимой ранним женщинам. Для того, чтоб быть в форме - как матери, как возлюбленной, как производительнице пищи и крова, как мудрой женщине, как ясновидящей, как создательнице и хранительнице всей народной культуры - эти женщины проходили тщательное обучение по суровым программам физической подготовки, задолго до полового созревания, чтобы  развивать все силы ума, духа и сердца, мышцы ног и рук, в чём они нуждались, чтобы стать взрослыми женщинами! Т. е., полностью развитыми человеческими существами. (5) И поэтому молодые женщины древней матриархальной Спарты также развивали ловкие и спортивные тела. Когда они сочетались браком, "свадебная церемония" включала состязание по борьбе с их будущим партнёром.
5. Anne Cameron, Daughters of Copper Woman (Vancouver, B.C.: Press Gang, 1981).
       В "цивилизованном" патриархальном обществе, с другой стороны, физически неразвитой, прошедшей лоботомию, лишённой сексуальности женщине позволено жить, что называется "нормальной жизнью". Вот незабываемые мысли психохирургов: «Прошедшие лоботомию женщины получаются хорошими домохозяйками .... это более социально  приемлемо лоботомировать женщин (чем мужчин) потому что творческие способности, которые данная операция разрушает, в этом обществе, "ничтожный расходный материал в женщинах".(6) Замечание про домработниц сделано "известным психохирургом" доктором Фрименом, прозванным "деканом лоботомистов". Остальные сведения – из статьи Питера Бреггина, "Возвращение лоботомии и психохирургия", которая была зачитана в феврале 1972 года. Доктор Бреггин провёл исследования, которые показали, что психохирургия начала возвращаться в 1960-е годы, "одновременно со второй волной феминизма", как отмечает Дэли.
6. Mary Daly, Beyond God the Father (Boston: Beacon Press, 1973), 65.
           (Страницы 66-70 оригинала)

Глава 7
МИСТЕРИИ ТРОНА, ПЕЩЕРЫ И ЛАБИРИНТА
       Вновь вернёмся к нашим истокам: Все религии - это о тайне творения. Если мистерия рождения является происхождением религии, то мы должны искать женщину, которую данный феномен заставил осознать свою невидимую мощность.
       Трепет женщины по поводу своей способности создавать жизнь - и есть основа мистерии. Ранние религиозные изображения показывают беременность чаще, чем  рождение и воспитание, как мистическое или волшебное состояние. Многочисленные статуэтки Палеолитических женщин, представляющие беременных Богинь, возрастом более 30 000 лет. До середины неолита, около 6000-5000 до н. э., Великая Мать с ребенком на руках не появляется. Найдены удивительные фигурки из Чатал-Хююка и Хаджилара, в районе современной Турции. Первая, вырезанная из серо-зелёного сланца, показывает Богиню, как два женских тела, спина к спине, одна, кормящая младенца, а другая обнимающая любовника.  Хаджиларская глиняная статуэтка изображает кормление ребёнка мужского пола с его половыми органами у материнской вульвы. В обеих статуэтках женская фигура крупнее мужской, обе показывают начало, религию Великой Матери, где поклоняющийся спутник - молодой мужчина, который её сын и её любовник. На протяжении многих Неолитических веков этот сын/любовник Великой Богини - лишь единственный обнаруженный образ, что приближается к образу Бога-мужчины. И в союзе с Матерью, он остается Центральным образом в более поздних ближневосточных религиях - например, Изида и ребёнок Гор в Египте, Мария с новорожденным или мёртвым Иисусом в её руках.
       В додинастическом Египте, существовала Богиня Та-Урт, «Великая», кто была изображена как беременный бегемот, стоящий на задних ногах. Фигурки Та-Урт являются одними из самых ранних египетских амулетов, и поклонение ей продолжалось до прихода христианства и, вероятно, тайно продолжалось среди женщин в последующие века. Христианские и другие патриархальные священнослужители никогда не помогали женщинам в великих женских процессах, как менструация, беременность, роды, кормление. Ясно, что  беременные Богини кроманьонской пещеры, Та-Урт, позднейшие Богини беременности и родов были сформированы из потребностей женщин, их опыта и убеждений. Это первозданная мистерия трансформации: изначальное рождение, в котором мы боремся в одиночку перед лицом смерти и боли, чтобы создать жизнь в космической утробе Неизвестного. Мужчины могут только подражать этому опыту, участвуя в мистериях перерождения Богини в священных пещерах; и в самом деле, во всем мире, изначальные ритуалы мужчин были имитациями женских мистерий менструации и родов.
       Образы беременной богини также были найдены на раскопках Tell Haraf, датируемые 5000 г. до н.э. Эта Богиня изображается сидящей на Земле, воплощая Землю, которая принадлежит ей. В ритуалах и обычаях сидеть на чём-то имеет символический смысл "вступления во владение".
       В поздних  матриархальных временах, она была троном - трон символизировал её колени. Королева приходила к власти, сидя на коленях или в утробе Богини, таким образом, объединяясь с её властью. Среди Ашанти из Западной Африки существовал культ трона, и гигантские копии тронов находят в могилах Ашанти. Чёрной Богине поклонялись на всей территории Ашанти.
       Все великие горы рассматривались, как Богиня, "сидящая" на земле. Гора была изначальным троном-маткой; она сочетает в себе символы земли, пещеры, объёма, высоты и бессмертия. В высокой горе, глядящей на землю, воплощалась огромная сила Богини. По всей Фракии, Македонии, Греции и Криту находятся горы с огромными тронами на своих вершинах, кропотливо высеченные из скалы. Это "пустые престолы", ждущие Богиню, чтобы она заняла своё место.
       Этот обычай был перенят впоследствии патриархальными царями. Быть "на троне" – значит, получить власть, т. е. принять власть от Великой Матери и её мандат на управление. Вот почему египетские картины и статуи изображают маленького, смертного царя сидящим на троне - коленях огромной богини Исиды. Таким образом, царь возрождался, или становился бессмертным, и таким образом получал священную власть над людьми. Он имел истинную силу лишь в качестве её сына.
       Пещера, как чрево богини Земли, рассматривалась древними людьми как хранилище мистических влияний. В изначальной космологии, пещера была символом всего мира, обеспечивающая проход для мёртвых и для возрождения души. Многие люди племён сегодня по-прежнему придерживаются веры в то, что их первые, мифические предки произошли из пещер, или курганов на земле. Пещера была домом наших предков Ледникового Периода, когда они делали переход от гоминидов к Гомо Сапиенс. Пещеры Палеолита были матрицами, усвоенными сознанием: как матка, как череп, как могила. Души животных, как полагали, живут в тёмных, гулких пещерах. Здесь можно было пообщаться с самыми глубокими, самыми резонансными, и невероятными силами. Настенные изображения животных и человека во внутренних святилищах могут быть достигнуты лишь с большим трудом, по извилистые дорожкам, узким уступам, скользким опасным проходам, часто ползком, - на руках и коленях. Это были узкие извилистые проходы рождения, и  возрождения. «Я есть путь и жизнь» - это было изначальное откровение Великой Матери. Как замечает Рэйчел Г. Леви, ранние люди воспринимали божественное тело как "дорогу, что движется сама по себе и с помощью искателя". Великая мать была телом жизни; она также была путём, которым нужно пройти, чтобы понять жизнь.
       Путь был в спирали или лабиринте, его нужно было станцевать или пройти - во всех обрядах Матери на протяжении веков, во всём мире, путь всегда был связан с пещерой/утробой и с лабиринтом - спиральным входом и выходом. Лабиринты, расположенные на входах в пещеры, всегда  возглавлялись мифической женщиной. Среди древних Критян, как среди современных Хопи на юго-западе Америки, чрево Земли изображается в виде лабиринта как мифическое место возникновения целого народа и индивидуальной души; оно называется местом рождения, или возрождения. Визуально, Критский лабиринт-матка и лабиринт-матка Хопи идентичны. В Индуистской традиции, как извилины мозга, так и восемь ступеней ума (Манаса), обозначаются спиральной обмоткой в форме лабиринта.
       Лабиринт и создаёт, и защищает тихий центр (сердце), разрешая вход только посвящённым. Прежде чем откроется большее знание, старые предрассудки должны быть распущены с помощью психического и экстатического возвращения  в изначальную космическую утробу/пещеру Матери, где дороги между двумя мирами были протоптаны людьми в магических танцах и ритуалах. Возможно, человечество на самом деле генерировало и абсорбировало жизненные силы Богини в эти обрядах, так как дороги, принимающие божественные силы, сами являются потоками энергии. Среди собирателей и охотников, шаманы по-прежнему идут в пещеры, чтобы испытать видения, сны, духовное возрождение и чтобы получить целительные силы с помощью резонансного общения  с мёртвыми. Мёртвые особенно священны для Богини, так как они  непосредственные участники её существа, духи, ожидающие перерождения через её физические  проявления.
       Чрезвычайно сложные идеи выражались через символ лабиринта. Сначала нужно было найти путь через подземный мир - утробу Матери - пройдя через символическую смерть, чтобы возродиться вновь через неё на последующем психическом уровне. Танцуя по закручивающейся и раскручивающейся спирали, инициируемый возвращался к тихому сердцу космоса, к бессмертию. Танец мог сочетаться с сексуальными обрядами и приёмом снадобий, как легендарная сома. В результате оргазмической «смерти эго» и просветления, человеческое «Я» воспринималось как единое с Космическим «Я». Экстатический центр лабиринта был «центр без ума», переживающийся как «смерть», «творческое безумие» и «потеря обусловленного Я». Сексуальная магия не практиковалось ради зачатия - особенно в ранние времена, когда существенная связь не была замечена между этим. Сексуальная магия практиковалась ради экстатического самопреодоления, сексуально-духовного слияния человека с космическим Всем.
       Прана, или жизненный поток, в мистической индийской мысли взаимосвязана с сексуальной энергией, и может быть направлена с помощью дыхательных техник. Ум и дыхание, организованные и ритмично направленные к избранной цели, это основа для сексуальной магии. Дыхание/воздух связаны с умом, созидателем идей; они воспринимаются как идентичные. Дыхание (прана) используется йогами, чтобы побудить восходящий поток Кундалини, «Спящую Змею» в основании позвоночника. Кундалини, змеиная сила, это спящий космический огонь, и она активизируется путем контролируемого и концентрированного дыхания, поднимается через шесть лотосов, или центров тела (чакр), чтобы объединиться в седьмом, высшем центре чистого сознания (самадхи). От этого союза достигается освобождение, что является истинной природой и союзом  с космической Сущностью.
       Кундалини, мистический огонь, выражается также сексуально, как в Тантра-йоге. Здесь происходит пробуждение великой магической силы, которая является Шакти-Кундалини. Космическое движение, которое есть Шакти, и ее движение в человеческом теле, которое есть Кундалини, соединяется в окончательном  союзе, приносящем огромную силу. Так реализуется  вечно вращающаяся сила змеи, с помощью которой практикуется космическое бытие за пределами времени.
       В индийском мистическом символизме, множественность этого мира проявляется через взаимопроникновение мужского треугольника вершиной вверх (фаллос) и  женского треугольника вершиной вниз (вульва) -  восходящие и нисходящие вихри творческой энергии. Это изображение вульвы, нисходящий треугольник, который означает космическую энергию по спирали вниз, для проявления в материи, - очень древний символ. Он был найден в пещерах палеолита, начертанный на каменных блоках, лежащих лицом вниз на земле, и внутри выгравированных каменных кругов в глубинах пещер. Древние люди верили, что сила находится в самих образах, или в резонансе между изображением и тем, что изображено - и эта вера до сих пор живет в каждом из нас; символы продолжают иметь большую власть над человеческим разумом и сердцем.
           (Страницы 71-76 оригинала)

Глава 8
КУЛЬТ МЁРТВЫХ
       Идею "жизни после смерти" можно проследить еще в Палеолите, когда она существовала среди неандертальцев, которые хоронили своих мёртвых, завёрнутых в позе эмбриона. Дальше пошли кроманьонцы Западной и Южной Европы. У них был культ мёртвых и культ черепа, и они также похоронили своих мёртвых, свёрнутых калачиком, и обмазывали красной охрой. Это окрашивание охрой тел и костей волшебным жизненным цветом крови (Мана) продолжалось в течение бесчисленных тысячелетий, когда люди верили, что это даст жизнь мёртвым, которых хоронили с любовью, с заветным имуществом, в полу пещеры, где они жили. Пещера была чревом матери, и она, кто даёт рождение, также даст и возрождение.
       Чем дальше идёшь вглубь древних культур, тем более осознаёшь, что едва ли не каждый жизненный процесс и каждая фаза жизни рассматривались как священные. Родиться, рожать, создавать посуду, выкапывать съедобное, сеять семена, изготавливать орудия труда, охотиться, разводить огонь ... все основные аспекты этих действий входят в священную сферу. Обряды перехода от одного этапа жизни к другому требует участия группы в ритуальных действиях, - всё разработано, чтобы поддерживать человеческую психику в единстве и в балансе в процессе перехода через кризисы. Смерть была одним из тех основных жизненных событий, требующих ритуального участия группы, чтобы восстановить гармонию у выживших, и чтобы облегчить переход для умерших.
       Даже после того, как люди покинули пещеры и поселились в маленьких деревнях, мёртвых продолжали похоронить рядом. В матриархальном городе среднего неолита Чатал-Хююке, много поколений умерших хоронили под полами домов, под спальными платформами; таким образом, они продолжали участвовать в повседневной жизни. Их присутствие было признанной частью текущей жизни матрифокальной группы, и женщины-шаманы проводили обряды, связанные со смертью. Как волшебные ткачихи, они связывали коллективные сновидческие представления, в которых прошлое, настоящее и будущее психической и физической реальности сливалось со структурами мира мёртвых.
           (Страницы 77-78 оригинала)

Глава 9
МАТЬ ДИКИХ ЖИВОТНЫХ И ТАНЦА
       Комментируя почти полную слепоту мужских историков по отношению к очевидной женской ориентации Верхнего Палеолита, Уильям Ирвин Томпсон пишет: «Из-за того, что мы отделили человечество от природы, субъекта от объекта, ценности от анализа, знание от мифа, и университеты от Универсума, стало чрезвычайно сложно для любого, кроме поэта или мистика, понять, что происходит в целостном и мифопоэтическом мышлении человечества Ледникового Периода. Сам язык мы используем, чтобы обсудить прошлое инструментов, охотников и мужчин, тогда, когда каждая статуя и каждое изображение, что мы открываем, вопиет нам, что человечество этого Ледникового Периода имело женскую культуру, связанную с искусствами и любовью к животным ...» (1)
1. William Irwin Thompson, The Time Falling Bodies Take to Light: Mythology, Sexuality and the Origins of Culture (New York: St. Martin's Press,  1981), 102. Ради противоядия против всей ориентированной на мужчин истории и как живая иллюстрация к точке зрения Томпсона, также можно прочитать А. Кэмерон. Дочери Медной Женщины. Anne Cameron, Daughters of Copper Woman (Vancouver, B. C.: Press Gang, 1981).
       Великая Богиня была матерью диких животных. Внутренние своды – стены чрева пещеры – становились живыми с помощью волшебных рисунков зверей. Она сама была Животным, Всеми Животными, во многих из ранних изображений она носит маску животного. Как в Древнем китайском Даосизме, так и в западных языческих религиях, женский принцип был «преобразующим животным», энергией метаморфозы и, следовательно, эволюции. Блестящий прилив Европейского изображения животных, от Кроманьонцев через Кельтское, Скандинавское и Тевтонское искусство, и вплоть до средневековых бестиариев и раскрашенных рукописей, выразил это исходное динамическое видение эволюционной энергии как прилив духа в многочисленных формах. Богиня сохраняла свои различные животные формы много тысяч лет, среди них: Олениха, Сова, Заяц, Гриф, Свинья, Корова, Лошадь, Львица, Ворона, Журавль, Лосось, Шакал, Улитка, Змея, Ворон, Бабочка и её кокон, Паучиха.
       Раннее человеческое отношение к животным было тотемистическое. "Тотем" означает "связаны через мать". Кровная солидарность клана определялась через некоторые конкретные растения или животных. Через тотем жизнь человеческих групп и текущая жизнь природы были неразлучны. Это смысл "причастия": усвоение человеком нечеловеческого, или космического, потока форм. Тайный дух живет внутри и проявлен через множество растений и животных форм, которые Богиня можем предположить по её желанию. Это означает, что любое дерево или зверь, птица, рыба или насекомое, - это символически/потенциально её воплощение и должно быть воспринято с уважением и осознанием магии.
       Отдельные представители вида погибают, но групповая форма остается, она постоянна, является одной из идеальных форм Великой Матери. Это изначальная концепция реинкарнации. Позже европейские язычники верили в индивидуальную реинкарнацию души через многие формы  (животные, человеческие и демонические) - как механизм биологического и духовного развития.
       Анимизм у первобытных народов в современной психологии называется "инфантильным". Но фактически  это глубокое, эмпирическое восприятие эволюционной связи между всеми формами жизни как проявление изначальной - первая клетка, от которой вся жизнь умножается, изначальное космическое яйцо. Когда выживание человека зависит от такого чуткого взаимодействия с окружающей средой - как всегда есть и всегда будет - такая концепция не инфантильная, но судьбоносная. Выживание человека действительно зависит от священного отношения к природе. Теперь, когда эту связь предали и уничтожили, мы знаем, насколько важной она была. И есть. Священная связь между нашими ранними предками и природным миром была основным фактором в нашей эволюции не просто как физического вида, но как сознательных существ.
       В примитивной вере, никакое животное не может быть убито против его желания. Когда представитель вида погибает, то ранено Единое. Поэтому охотник должен поститься и молиться духу животного перед охотой, не просто, чтобы просить у него прощение, но чтобы получить его согласие на то, чтобы быть убитым. Избранное животное должно отдать себя охотнику в качестве человеческой пищи, в то время как его дух возвращается к групповой форме. Так как мужчины делали всё на охоте и чувствовали, что отслеживают и убивают животных - собственных братьев и сестёр, волшебных детей Матери-Земли, как и они сами - мы знаем, что они чувствовали вину, и искали пути её искупления. После пролития крови необходимо восстановить гармонию с мёртвыми животными, и с Матерью Животных, так как их души продолжаются через множество жизней и смертей.
       Танец является мистерией группового упоения, экстатического равновесия. Священные круги, сделанные из камней, находятся в глубоких пещерах Палеолита, и в них следы человеческих ног, которые танцевали вокруг и вокруг. Наскальные рисунки показывают танцующего шамана в шкурах и рогатом головном уборе; отпечатки ног на полу пещеры означают ритуальные танцы многих поколений, когда танцевали все - женщины, мужчины, дети. Танцы «для» духов и «с духами» животных  -  самый древний человеческий обряд, который мы знаем. Танцы в масках, как танец лабиринта, были преднамеренным способом подхода к «био-мистике» животного мира, и к Великой Матери во всех её формах и за пределами всех форм.
       Пантомимический танец связан, по сути,  с каждой и любой функцией мистерии. В книге «Фемида», Джейн Эллен Харрисон описывает, как первобытные танцующие группы проецируют свои рождающиеся энергии вовне, в божественное творение. Начиная с подражательных обрядов - ношения масок животных, перьев, рогов и когтей, танцуя в общем ритме, общем воодушевлении – члены группы становятся эмоционально насыщенными и едиными.  Изначально никакая концепция "бога" не используется, а коллективные эмоции в подавляющем большинстве случаев ощущаются как «нечто большее, чем опыт индивида, как нечто главенствующее и внешнее». Слово «дифирамб» означало первоначально «песня рождения», и восторженный "общий танец" буквально давал рождение божеству; групповая эмоциональная энергия становилась «сырьём» для Божества. Спустя время эмоциональное сообщество преобразуется в иерархический порядок, и первозданный хор теряет чувство памяти, что бог – в нас. Мы забываем, что Бог – это всегда мы сами» (5)
5. Jane Ellen Harrison, Themis: A Study of the Social Origins of Greek  Religion (Cambridge: Cambridge University Press, 1927; N~w York: Meridian  Books, 1962), 24, 31-47.
       Данное исследование, написанное в 1912 году, посвящено происхождению ранних греческих религиозных представлений в магических ритуальных танцах, маскарадах и ритмическом воодушевлении, что связано с экстатической и пророческой практикой жриц, служащих хтонической Богине в Дельфах.
       Духовный или магический опыт-это столкновение иных измерений, иных силовых полей с "нашей" обычной рациональной реальностью. А танцевальная группа может передавать трансовые эмоции Божеству. Через трансовое и ритмическое "открытие" психических каналов, она также может интроецировать Божество - "передавать вниз" внечеловеческие силы; оба направления этого процесса, на самом деле, могут произойти одновременно. Группа создаёт и восстанавливает силы; сила создаёт и обновляет группу. Спиральный  процесс рождается в обоих направлениях. Позднейшие идеи священников, что "боги" требуют постоянного человеческого моления, поклонения, унижения, - не верны и приводят к эксплуатации, но они проистекают от этого подлинного изначального восприятия энергетического обмена между людьми и внечеловеческими силами – вибрирующая полевая коммуникация, которая должна идти в обе стороны, чтобы связь работала. Шимпанзе танцуют танцы дождя, чему есть единственное логическое объяснение, что они восстанавливают свою  животную энергию с помощью природной энергии дождя, грома, и молнии: это первозданный «химический» танец жизни. (6)
6. Jane van Lawick-Goodall, In the Shadow of Man (New York: Dell, 1971), 66.
        Священный танец выводит нас за пределы Бога Морали обратно к Богине Экстаза; за пределы подчинения социальным иерархиям и назад к первоначальному единству с чистой эволюционной энергией.
       Одно из самых ранних изображений Матери Диких Животных и Танца, которое мы знаем, это Венера Лоссельская, барельеф из пещеры в долине Дордонь, Франция, датированный около 19 000 лет до н.э.. Это изображение показывает Великую Мать, стоящую с рогом бизона в поднятой правой руке; рог - это лунный серп, и рельеф окрашен красной охрой, в магический цвет менструации и родов. Такая фигура «председательствовала»  на шаманских танцах в масках и круговых танцах единения со всеми  животными, со всей жизнью, в которой  кровь – женщина – луна - рог бизона – рождение – магия -  цикл жизни находятся в непрерывном резонансе, или гармонии, со священными энергиями. Эта Лоссельская Великая Мать, держащая лунный рог, стала Девой и Единорогом (один Рог) из средневековой легенды. Чудесные гобелены Средневековья, все сплетённые женщинами, часто рассказывают Историю о  "единороге, которого может потрогать и приручить только непорочная Дева". Как отмечает Томпсон, единорог является «лунным символом  древней религии Европы»,  религии Великой Матери.
       Такие следы Палеолитической богини охоты и ее волшебных связей со всеми зверями можно найти во всём Европейском фольклоре, искусстве, алхимии, колдовстве и прочей "ереси". Они также могут быть найдены по всему миру: в Азии, Африке, Америке. Они встречаются везде, где  человеческие существа будут найдены, потому что они представляют наши изначальные сердца и разум. Среди наскальных рисунков Каменного Века - это изображения мощных женщин с воздетыми руками - некоторые в сопровождении меньших мужских фигур по обе стороны. По легенде, посвящённые женщины стояли в таком положении в течение всей охоты, действуя в качестве приёмников космической энергии. Среди африканской наскальной живописи эпохи Каменного Века, найденной Мэри Лики в центральной Танзании, охотники-танцоры почти всегда женщины, которые двигаются своим телом, подражая формам и жестам животных. (9)
9. Mary Leakey, "Preserving Africa's Ancient Art," Science Digest 92, no. 8 (August 1984): 57-63; 81. From Mary Leakey, Africa's Vanishing Art  (Garden City, New York: Doubleday, 1983).
       Среди Бушменов Калахари сегодня женщины-шаманки исполняют особые танцы-заклинания  на рассвете дня охоты, заклиная защитную предрассветную Звезду (Венеру), которая называется Охотница, и общаются с духами животных, которые добровольно умрут, чтобы накормить людей. Среди представлений этих аборигенов Калахари, Млечный путь был создан молодой девушкой в менархе, которая, чувствуя себя одинокой, выбросила пепел  огня в ночное небо, чтобы создать дружественный свет для своего народа. Африканские Готтентоты поют духу дождя, который является беременной Лунной Богиней по имени Горо: "Ты, кто разрисовала твое тело красным… Ты, кто не бросала менструации". До заклинательного танца они разрисовывают свои тела красной охрой, которая называется "город" из-за её кроваво-красного цвета. Австралийские аборигены льют кровь на их священные камни и ритуально раскрашивают себя красной после танцев, сказав, что краска действительно женская менструальная кровь. (10)
10. Robert Briffault, The Mothers, one-volume edition (New York: Macmillan,  1931), 248.
       Когда мы думаем о 21 000-летней Венере Лоссельской, обагрённой красной охрой и поднявшей охотничий горн в форме лунного полумесяца в Священной пещере, мы знаем, что все эти обряды, образы и аналогии значат и откуда они берутся. Они приходят из нашей первоначальной сущности, как детей Великой мать, как сестёр и братьев всех её волшебных животных. В обрядах, изображениях и танцах Земля воспринимается, как тело Матери, и цель их -  восстановить потерянную гармонию, если Она ранена. Таким образом, дух животных может быть обновлен через перерождение, после убийства отдельных членов единой группы. В этих танцах и ритуалах мы видим мировое значение всего религиозного символизма, ещё более четко и красиво, потому что он ближе к источнику.
           (Страницы 79-85 оригинала)

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…


Рецензии