Близкие люди. Глава 6. Первая учительница

       Я никогда не сомневалась в том, что мир не без добрых людей - Судьба неоднократно убеждала в правильности известного утверждения.
       Моё Детство с завидной регулярностью озарялось неравнодушием. Одну из  самых важных ролей сыграла учительница начальных классов – незабвенная Таисия Петровна.

       Наше знакомство, как положено, состоялось в начале сентября на пороге школы. Я пришла первый раз в первый класс. Тот памятный день не был особо радостным.
       Сначала меня со всех сторон толкали на школьной линейке. Нечаянно, конечно, но очень неприятно. Я боялась упасть или выронить тяжёлый букет цветов, нарушающий шаткое равновесие дэцэпэшного тела. Еле дождалась, когда затянувшаяся праздничная церемония закончится.
       Потом пару раз споткнулась на ступеньках крыльца. Все детишки бежали в класс, торопясь сесть за парты, а я не могла так быстро шевелить ногами.

       Не успела оглядеться и освоиться на новом месте, как уже не нечаянно, а нарочно, инвалидкой обозвали. Я очень расстроилась и чуть не заплакала. 
       Одноклассники в большинстве своём к симпатиям не располагали, они были для меня совершенно чужими. Зато учительница понравилась сразу.
       Она как будто не замечала моего физического недостатка. И ребятам не давала поводов лишний раз обращать внимание на броское отличие.
       Вскоре они перестали тыкать в меня пальцами, убедившись, что наша разность не столь уж велика и значима. В пределах школы я всё могла и не знала никаких ограничений, положенных по болезни.

      Уровняв меня в правах и обязанностях с остальными детьми, Таисия Петровна реализовала все имеющиеся способности к обучению. Наряду с грамматикой и математикой я обретала не менее важное умение жить в коллективе.
      Послушно следуя наставлениям и советам, я умнела, взрослела, и за три года из робкой девочки превратилась в уверенного классного лидера. Благодаря мудрому педагогу удерживалась на этой позиции много лет.
      Фундамент успеха оказался прочным, надёжным. Знала Таисия Петровна когда и как его закладывать.

      Школа не ломала мою жизнь. Скорее, она превратила её в удивительное приключение. Уже не хотелось ни от кого прятаться за высокими заборами – я пробовала быть счастливой среди здоровых людей. Таисия Петровна перекинула мостик через пропасть, разделяющую нас.

      Моя первая учительница слыла знатоком своего дела, преподавала смолоду, просвещая за одним поколением другое. Она без устали наполняла головы малышей базовыми знаниями, необходимыми для всех последующих лет обучения.       
      К моменту нашей встречи возраст её отмечался как глубоко пенсионный, но ни у кого не поворачивался язык даже за глаза назвать пожилую женщину бабушкой.

      Была она истинной леди – интеллигентной, эрудированной, тактичной, сдержанной. На работе появлялась только в строгих костюмах тёмных расцветок.
      Синий или коричневый кримплен удачно контрастировал с белизной ажурных блузок. Внешняя строгость, подчёркнутая одеждой, соответствовала внутренней. 
      Ум и невозмутимость читались во взгляде, а горделивой осанке могла завидовать молодежь. И никакого лишнего веса, положенного для дамы в годах.
      Фигура сохранила чисто женскую пропорциональность, ни одна черта по отдельности не выделялась, а в целом облике сквозила неувядаемая красота. Таисией Петровной можно было любоваться.

      Её причёска отличалась постоянством и скромностью: широкий открытый лоб, тугая «шишечка» на макушке - ни одна волосинка не выбьется!
      Классический киношный образ учителя завершали крупные очки в роговой оправе.  Когда они сползали с переносицы, вокруг глаз обнаруживалась густая сеточка мелких морщин, вовсе не портящая немолодое уставшее, но не потерявшее привлекательности  лицо.
      Уголки рта всё время подтягивала вверх лёгкая улыбка. Глаза не зависели от настроения. Они всегда оставались добрыми, весёлыми, излучали терпение,  прощение и неподдельный интерес ко всему, происходящему вокруг.
      Ни грубых слов, ни повышенных тонов в разговоре с детьми. Без разницы – послушными или непослушными. Про таких профессионалов говорят: «Учитель от Бога».

      Таисия Петровна находила физические и душевные силы на воспитание и обучение тридцати пяти сорванцов! Хоть не было у неё любимчиков в нашем классе -  это непедагогично, я всегда ощущала внимание к своей персоне, выходящее за грани служебных обязательств.
      Возможность высказаться на каждом уроке очень скоро стала естественной и даже заманчивой. Любое слово, громкое и негромкое, правильное и неправильное, было услышано.
      Верные ответы непременно удостаивались неброской похвалы, а вслед за ошибками мы искали правильные решения. Вместе! 
      Исправляя промахи, я втягивалась в увлекательную игру. Задачки походили на загадки, ответ на них находился, стоило только хорошенько подумать.

      Мамина помощь в учёбе не требовалась. Полная самостоятельность была мне очень по душе. Начальная школа помогла обрести коммуникабельность, усидчивость, внимательность, аккуратность. Я стала очень прилежной.
      Но каллиграфический почерк выработать не удалось. Наверное, это было невозможным, потому что при первом знакомстве с буквами я запоминала их, срисовывая из газет и журналов.
      Палочки и крючочки, необходимые для чистописания, пришлось осваивать гораздо позже. Наклон строчек почему-то сразу пошёл в левую сторону, корявые соединения не выправлялись.

      Ошибок орфографических на тетрадных страничках почти не было. Сильная зрительная память позволяла быстро фиксировать и совершенно не задумываясь воспроизводить на бумаге ранее прочитанное слово.
      Любимая учительница никогда не ругала за безобразный почерк. Она точно знала, что в жизни главное. И постоянно подталкивала меня к чтению умных книжек.

      Почти по всем школьным предметам я успевала отлично. Лишь пение и рисование на «четвёрку» вытягивала.
      В первом случае почему-то смущалась озвучивать выученные куплеты простых песен. Считала, что голос недостаточно громкий и звонкий. Знакомыми мелодиями наслаждалась, прокручивая их где-то внутри - не обязательно слышать всем подряд.
      А художества совсем не получались. Каждый штришок и мазок тщательно выводила, но сама признавала, что картинки выходят корявыми и блеклыми.   
      Красивые и яркие фантазии на бумаге никаким боком не отражались, несмотря на учительские подсказки. Не воспринимала я цветовые тонкости.
      Зато виртуозно владела линейкой и прекрасно копировала  узоры с образцов.  Скрупулёзная точность удивляла Таисию Петровну, а мне просто нравилась.

      Ещё я любила уроки чтения и природоведения. Лет с семи от корочки до корочки штудировала популярный детский журнал «Юный натуралист».
      Рассказы о растениях и животных прочно оседали в памяти, я с удовольствием делилась впечатлениями с одноклассниками.
      Осмысленную разговорчивость учительница всячески поддерживала и на каждом уроке привычно интересовалась «как Марина считает», «что Марина может добавить». Я научилась не молчать!

      В человеческом сообществе незаменимы умения думать, правильно говорить и отстаивать своё мнение. Это в собачьем окружении мне хватало нескольких слов. А жить-то предстояло в другом мире…

      На три года Таисия Петровна стала для меня близким человеком. Я доверяла ей безоговорочно, ловила каждое слово и следовала всем просьбам и указаниям. Дополнительные задания расширяли кругозор и не позволяли скучать.
      Ответы с места не всегда устраивали учительницу. Она часто вызывала меня к доске и перед всем классом предлагала что-то решать или писать.

      Сначала я жутко смущалась и неуверенно шагала по узкому проходу между рядами парт, боясь споткнуться. От накатившего волнения с трудом удерживалась на полусогнутых ножках. Таисия Петровна упорно не замечала шаткой походки, приучая меня не стесняться своего недостатка.
      Я ещё не знала, что собственное отношение к имеющемуся увечью гораздо важнее посторонних взглядов и мнений, но уже чувствовала: многие проблемы гнездятся внутри человека.
      Погружаться в страдания из-за каких-то особенностей не хотелось.

      Одноклассники, улавливая внешнее спокойствие и невозмутимость, перестали меня обижать. Зёрна разума и доброты прорастали в детскую суть, вытесняя сорняковые всходы ненависти. Я любила Планету Людей.
      Первая учительница отстранила на время её жестокость и по еле заметным тропинкам повела хромую девочку во взрослую жизнь.
      Вслед за ней я шла без опаски. Надёжно опиралась на понимание, потому не падала.

      Картинка из сети Интернет. Спасибо автору.
      Продолжение - http://www.proza.ru/2017/03/30/322


Рецензии
Конечно же я сразу зацепилась за слова "Первая учительница"! Это моя родная тема. Но я пишу так, что похоже на сценарий, то есть подтверждаю каждую мысль реальным диалогом или примером. Это маленькая повесть о школе "Храм, пороховая бочка и айсберг".
Марина, начала читать твои произведения. Потом выскажусь.

Ольга Гаинут   21.10.2017 21:54     Заявить о нарушении
Спасибо за внимание, Ольга.
С уважением и добрыми пожеланиями

Марина Клименченко   21.10.2017 06:58   Заявить о нарушении
На это произведение написано 38 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.