Плохие девчонки. Глава третья

По калитке деревянной палкой настойчиво стучала соседка.
- Что стучите, Мария Ивановна, не заходите?
- Ну а как? Чужой ведь участок. Я по этому поводу и пришла поговорить. Раньше-то мы с Пашкой тут свободно проходили на улицу, пока дача пустовала.
- Ну и сейчас ходите.
- К чему это? Вдруг вам позагорать захочется. Я вот колокольчик нашла маленький, меньше моего: послушай, как звенит. …Хочешь, скажу Паше, он его повесит тут над калиткой, чтобы и с нашей и с вашей стороны дотянуться можно было? Если надо мне вас позвать – я звякну, или Паша. И вы звоните, если надо что.
- Хорошо, пусть вешает, - ответила Яна. – Если соберётся вечером на реку, пусть сегодня же звякнет, позовёт нас – мы же дорогу не знаем. Реку нам покажет, где можно ходить, где нельзя.
- Ладно, скажу. Только не знаю, собирается он на рыбалку или нет.

- Я тут видела сегодня утром старичка одного – рыжий, худой, сутуловат. Внешне и по голосу на нашего учителя похож. Знаете его? – спросила Яна.
- Есть такой - Юрий Иванович, кажется, …или Юлий Иванович? Я его просто Иванычем зову, как и все соседи. Да, учитель он бывший, физики и астрономии. С Пашкой он дружит, а я-то так, только «здрасьте - до свидания». У него телескоп есть в домике на крыше. Он и Пашу к себе зовёт на звёзды смотреть…
- Он это!.. – обрадовалась Яна. – Он и в школе ещё в наши годы астрономией пытался нас увлечь, даже кружок организовал, но я туда не ходила. Сейчас жалею.
- Нелюдимый он какой-то. Кроме как с Пашей ни с кем не общается, - добавила с грустью соседка.

Яна вернулась в дом. Услышав, как во сне сопит подруга, решила прилечь с книгой на соседнем диване. Не прошло часа, как застонав, проснулась Инна: потянулась, сладко зевнула, тут же тявкнула спросонья, как большая сердитая кошка.
«Совсем как в детстве, те же привычки» - подумала Яна.
- Кофе! У нас же есть кофе? – громко сказала Инна.
Пока пили кофе, Яна рассказала, что видела здесь учителя Юлия Ивановича.
- Какого Юлия Ивановича?.. Ты с ума сошла! Он умер года три назад!
- Умер? …Как?
- От инфаркта! Кто-то же из наших был на его похоронах.
- Не может быть! Я говорю тебе: видела его своими глазами, правда не говорила с ним. Он меня не видел. Не приснилось же мне это. И Марья Ивановна подтвердила:  есть у них такой старичок - Юлий Иванович, бывший учитель физики. И астрономией увлекается, даже здесь у него телескоп есть. Столько совпадений! Это ошибка, на счёт смерти, чья-то дурацкая ошибка…
- Ничего себе ошибка! По-моему Сергеева Оля в гробу его видела. …Можно ей верить? Она ведь до замужества рядом с ним жила, в соседнем доме. Рассказывала, что шла мимо его подъезда, а там похороны, народ. Учителя  знакомые стояли. Гроб вынесли, а там Юлий Иванович. …С таким вещами не шутят...
- Надо будет  попробовать  дозвониться до неё. На чердак надо лезть к соседке – снизу не дозвониться. У тебя есть телефон Ольги?
- Потом позвоним; телефон есть, должен быть. Поищу, это не срочно.
Некоторое время они помолчали, потом Яна рассказала, как наблюдала за учителем и Пашей ночью исподтишка. Инна, задумчиво отхлебнув кофе, чему-то улыбнулась.
- Не могла же я к ним выскочить в одной простыне?
- Слушай Ян, может он и правда умер, Юлий Иванович? И ты его видела мёртвого... И все вокруг мертвецы – а? То есть  Паша, и Мария Ивановна, и все в этом забытом месте мертвецы – посёлок мертвецов, а мы живые, попали сюда случайно. А?.. Тут ведь даже связи нет мобильной…
- Смешно. …Но не очень. И связь всё-таки есть. Пусть с перебоями, с возвышения…
- А мы – живые? – перебила Инна. - Может и мы уже мёртвые, потому ты и встретила физика?
- Инь, не шути так. К ночи дело.
- Ты уверена? – Инна легонько ущипнула Яну за талию.
- Ой! ...Ты чего?
- Проверяю! Живая или нет?.. А щекотки боишься? Мёртвые не должны бояться… Разыгравшаяся Инна  собралась схватить подругу за подмышки, но тут настойчиво зазвонил колокольчик.
- Это ещё что? Что-то новое…
- Теперь к нам с задней калитки соседка будет звонить. Паша повесил для нас колокольчик. …Кстати, может быть это он на реку собрался, заодно и нам дорогу покажет. Пойдём?
- Пойдём, конечно.
Это действительно был Паша. Увидев девушек, он потупил глаза. Нельзя было не заметить, что оделся Паша чище, аккуратнее обычного; даже вихры свои попытался причесать. В руках у него были катушки с леской и удочки, за плечами небольшой рюкзак.

Через калитку они вышли на просёлочную дорогу вдоль леса и, пройдя метров сто, свернули к реке.
- Павел, ну вы не молчите, объясняйте нам всё, рассказывайте, где, что и как, - бойко и кокетливо заговорила Инна. Девушки шли за Пашей, молча, переглядываясь и едва поспевая.
- Сколько ему лет? – спросила полушёпотом Инна у подруги, кивая в сторону Паши.
- Не знаю. Думаю, 16 или около того. А что?..
Инна не ответила и снова обратилась к Павлу.
- Эта та тропинка, которая к Оби ведёт? Новая, да?
- Нет. Эта старая – к кладбищу. А вот у того сухого дерева свернём на новую тропинку в обход.
- И далеко ещё по ней идти?
- Километра два. Минут пятнадцать быстрым шагом.
- А как мы вернёмся одни?.. Ты ведь на берегу останешься...
- Тут не заблудишься даже ночью. Главное, когда пойдёте обратно,  не сворачивайте с тропинки, держитесь всё время левой стороны – она заметнее.

Лес по дороге был прекрасен. Новая тропинка вела среди вековых деревьев: сосен, тополей, осин. Подлесок из калины, боярышника и шиповника ближе к реке сменился зарослями черёмухи, кустами дикой малины, ежевики, смородины.
- Какие сосны! Я только на картинах такие видела, - очарованная Яна постоянно задирала голову, спотыкаясь о корни.
- Осторожнее!.. Правда, лес тут замечательный. Если бы не мошки, рай – а не лес.
Инна отбивалась веткой от мошкары.  - Мне кажется, что я здесь была…
Паша приостановился возле черёмухи и махнул рукой на большую, освещённую вечерним солнцем, поляну.
- Здесь черники много бывает, а там дальше есть клубника, земляника.
- А тут можно её собирать? От кладбища мы далеко? – спросила Яна.
- Далеко. Кладбище налево от тропинки, от той с которой  свернули. А мы всё время шли направо.
- А когда мы на кладбище-то пойдём? – спросила Инна у Яны. – Сегодня?
- Зачем на ночь глядя, – ответила Яна. - Днём как-нибудь сходим, прогуляемся. …Паша, ты же нас проводишь?
- На кладбище? – Паша удивился. – Зачем?
- Интересно. Мария Ивановна так интересно рассказывала о нём. Там что-то жуткое у вас творится…
- Да, мы любим всякие загадки, - добавила от себя Инна, заговорщицки подмигивая Паше.
Паша смутился, пожал плечами, опустив глаза.
- Ничего особенного. Просто старое заросшее кладбище. На любом кладбище жутко даже днём, тем более в безлюдном месте. Всё заросло, заброшено, могилы проваливаются. Было раз - я ногой провалился там в конце весны, сапог резиновый чуть не оставил, испугался немного, сам не знаю чему... Бежать хотелось в одном сапоге, а тут прямо на меня вышел Иваныч наш. Мы вместе сапог выдернули.
- Иваныч?!  Это ты не про Юлия Иваныча? – спросила Яна. – Ты о нём?
- Он учитель на пенсии, да? Физика и астрономия? – вступила Инна.
- Да.
- Ты знаешь, он ведь у нас преподавал в школе двенадцать лет назад. Последние два года  был классным руководителем. Я видела его тут как-то на днях и узнала…
Яна смутилась: не проговориться бы, где и когда видела. Паша удивлённо взглянул на подруг, оценивая их возраст.

- Интересно, узнает он нас? В любом случае хочется встретиться, поговорить. У него ведь и жена преподавала в младших классах. Помнишь, Ян?
- …Кажется, жены у него нет. Умерла, - Паша говорил медленно, вдумчиво, как бы сомневаясь, стоит ли об этом говорить. – И брат был родной, тоже умер. А дочь живёт в Москве…
- Брат?.. Точно, был ведь ещё брат! – оживилась Инна. – Я, кажется, поняла, Ян. У Юлия Ивановича был брат близнец – Юрий Иванович, тоже учитель, только математик.  Слышала, они похожи как две капли воды. Кто видел их вместе, говорят, они - как отражение друг друга в зеркале.
- Что-то припоминаю про брата, - Яна наморщила лоб.
- Всё более-менее  понятно, Ян: Оля Сергеева могла их перепутать. Она могла видеть в гробу его брата близнеца!
- Но откуда он взялся в доме Юлия? Ведь они жили в разных местах. И в разных школах работали.
- Брат Юлия Ивановича  жил с ним в одной квартире. По крайней мере, последнее время. Я так понял из разговора. Они много спорили на всякие научные темы, - снова вступил в разговор Паша.
- Ну вот! Тем более! – Инна широко улыбнулась. – Я, Паш, думала, что Юлий Иванович умер, - решила она объясниться. - У меня была ошибочная информация из-за одной знакомой; я была уверена, что он умер, а тут Янка со своим заявлением: живой, мол, сама видела. Может, думаю, с дуба рухнула моя подруженька…
Яна бросила возмущённый взгляд на Инну, а та, обняв подругу рукой за шею, шутливо прижала её к себе. …И Паше захотелось оказаться на месте Яны.

 Сквозь поредевшие сосны наконец-то заблестела река, повеяло свежестью. Где-то далеко тарахтела моторная лодка. Берег был пустынен, только напротив, далеко на острове горел огонёк костра.
- Чей там шалаш возле воды? – спросила Яна, взглянув направо вдоль берега.
- Мой. Я там ночую.
Возле шалаша и справа от него у Паши стояли «закидушки» - колья с натянутой уходящей в воду леской. Паша тут же начал их проверять, осторожно выбирая леску на катушки. Девушки пошли прогуляться вниз по течению реки.

Деревья здесь подступали близко к воде, некоторые падали, перегораживая узкую песчаную полосу естественного пляжа. Чуть выше всюду были кусты ивы.
- Только сейчас поняла, что река имеет запах. Конечно не такой яркий, как море, но тоже свой запах…
- Здесь много укромных мест. Может, искупнёмся?
- Кажется вода не очень-то тёплая, да и комары. Может, домой пойдём? Темнеет быстро…
- Да брось ты, Ян. Вода прекрасная…
- Ну и купайся, только быстро. И охота тебе в мокром возвращаться?
Инна  быстро сбросила одежду, не стала надевать купальник и нагишом вошла в воду. Потом, задержав дыхание, нырнула с головой, сверкнув белыми ягодицами.
Яна вспомнила сон и вздрогнула. Беспокойство на миг овладело её мыслями. Рассказать Инне? Или пока не рассказывать…
Где-то вдали послышался лай собаки. Он, то приближался, то удалялся откуда-то с той стороны, где остался Паша.
«Наверное, пришёл какой-нибудь рыбак с собакой. А вдруг они пойдут вдоль берега? Надо поторопить Инну».

Они шли по тропинке домой, когда розовый свет уже заходящего солнца освещал верхушки сосен. Дробный стук дятла эхом раздавался меж деревьями, оживляя пространство леса. 
Яна рассказала про сон в первую ночь с некоторой опаской; Инна не была расположена к мистике и не слишком поддерживала подругу в этом увлечении. Но к этому сну она отнеслась на удивление серьёзно.
- А кто жил в доме до тебя?
- Какой-то одинокий мужчина лет шестидесяти – Сергей Валентинович. Он завещал дачу моему дяде по отцу – они, кажется, были друзья;  дядя жить не стал, переехал в Краснодарский край, а мне дачу передал. Хочешь, говорит, живи сама, а хочешь, продавай, если сможешь…
- И что ты решила?
- Поживу пока. Место мне понравилось. Людей мало. Тихо. И смотри, как всё заросло! Всё дико заросло, куда не пойди. Мне нравится эта заброшенная дичь. Видела у меня мальвы выше человеческого роста? Они всадника с лошадью скроют…
- Да они у тебя там на пригорке растут. Ну а что за человек этот Сергей Валентинович?
- Не знаю. Мария Ивановна говорит: нелюдимый был, одинокий человек. Замкнутый.
- А здесь живут другие?..
- Действительно. Здесь самое место от людей спрятаться, отдохнуть. …Я тебе ещё комнату второго этажа не показала. У него там остались полки с книгами в три стены, топчан да тумбочка, закрытая покрывалом. …Ох, и напугалась я там!.. Стою, смотрю книги, старые журналы листаю, и вдруг за спиной, совсем рядом, вой раздаётся – то ли вой, то ли скрип, переходящий в вой. Жуткий, жалобный - я чуть в штаны со страху не наделала. …Оборачиваюсь – никого. Подхожу к двери – снова жуткий скрипучий вой! Заметила, что откуда-то из-под тумбочки. …Откидываю покрывало, вижу – это ножная швейная машинка, старая, советская, с педалью и колесом. Я потрогала педаль – колесо с воем начало проворачиваться! Оказалось, оно давно заржавело, и было закреплено изолентой – она отвалилась от жары. Видимо, когда ступаешь по половицам, пол перекашивается, и колесо начинает вращаться…

Солнце зашло за деревья, в лесу быстро темнело. Инна сняла с головы полотенце, чтобы отбиваться от комаров.
- А мы не сбились с дороги, Ян?
- Вроде нет... Вон видишь сухое дерево? Там мы сворачивали со старой дороги. Уже близко.
- Где?.. Это?.. Нет, не похоже. Какое-то оно не такое. Я вообще-то точно не помню, но дерево, по-моему, было другое.
- Подойдём поближе, может ты и…
Девушки подошли ближе… С удивлением и некоторым страхом увидели они большой деревянный крест. Чёрный от старости, обросший мохом и вьюнами, давно накренившийся в сторону тропинки, он действительно напоминал старое дерево…


Рецензии