Липовый цвет

– На что? – с явным надрывом, повысив от волнения голос, спросила бабушка Сигизмунда у его мамы.

Мальчик ещё плотнее запахнулся в одеяло от этого вопроса.

– Тише, – шепнула мама. – Разбудишь.

– Хоть тише, хоть громче, – ответила бабушка, – но от моей громкости наше материальное положение не изменится. А твой муж как уехал два года назад на заработки, так, похоже, пока ничего и не скопил. Даже на открытку сыну ко дню рождения!

– Но врач сказал, что если на море этим летом не съездим, операция неизбежна, – чуть не всхлипнула мама.

– Я им дам, – пригрозила кому-то бабушка. – Оперировать моего единственного внука! Лезть к нему в горлышко этими железными клещами! Надо искать деньги.

Сигизмунд под одеялом сжался. Он тоже не хотел, чтобы ему вырывали что-то лишнее из глотки. Печальный опыт уже был. Связанный с молотком и зубилом в руках у стоматолога.

Сигизмунд пощупал горло левой рукой. Ничего лишнего он не обнаружил.

– В воскресенье пойдем к моей сестре, – сказала бабушка. – А что делать? Попрошу в долг.

– Я не пойду, – шепнула мама.

– Тебе и не надо. Испортишь всё дело. Возьму с собой ребёнка. Заодно покушаем.

*** 

Бабушкина сестра Ита жила в большой дружной со стороны семье: она сама, дочь с мужем и двое их  сыновей, чуть и ещё чуть старше Сигизмунда. Главой семьи был зять, которого все, включая жену, почтительно называли Юрием Наумовичем. Зять работал мастером на заводе.

Мало того, что в полученной лично им двухкомнатной квартире постоянно жила его тёща. Так ещё к ней довольно часто, не менее одного раза в год, приходила в гости сестра! Это происходило в дни рождения Иты. Но с этим Юрий Наумович ещё как-то мирился. А тут незапланированный визит! Да ещё к любимому субботнему обеду!

Бабушка Сигизмунда, конечно, могла бы навестить сестру в любой другой день или даже встретиться с ней где-нибудь у нейтрального дома на скамейке. Но все материальные вопросы в семье решал Юрий Наумович. И разговаривать «насчёт взять в долг» надо было только с ним.

Обед проходил в молчании. Водку пил только Юрий Наумович, но ему, чтобы разговориться, нужно было прикончить трёхсотграммовый графинчик. Остальные же в его присутствии предпочитали тихо кушать.

– Мой участок в этом месяце опять признали лучшим, – гордо произнёс глава семьи.

Это был сигнал. Все тут же расслабились, а некоторые даже заулыбались. Детей отправили в другую комнату, разрешив им тихие настольные игры.

– Сигизмунда нужно вывезти к морской воде, – решилась произнести подготовленная сестрой Ита.

– Денег нет, – резко ответил Юрий Наумович. – У нас тоже есть на лето планы.

– Но ему грозит операция, – продолжала смелая Ита. Глупо в её возрасте бояться мужа дочери. Но остерегаться было нужно.

– У нас хорошая медицина, – отрезал зять. – Нет повода для беспокойства. Всё. Штрудель можете взять с собой.

– Засунь свой штрудель, – встала бабушка Сигизмунда. – Не знаешь, куда? Вариантов не так уж много.

– В моём доме! – стукнул по столу Юрий Наумович. – После моей пищи!

– Я тебе верну всё съеденное! – закричала в ответ сестра тёщи. – Как только переварится, тут же верну! Сигизмунд, идём домой!

Ита вышла в прихожую проводить сестру и незаметно сунула ей завязанный узелком носовой платок.

– Что это? – ещё на взводе вскрикнула бабушка Сигизмунда. – Крошки от штруделя?

– Мои похоронные, – шепнула Ита. – Тут, правда, маловато, но всё, что есть.

Сёстры обнялись и расцеловались.

– Что такое похоронные? – спросил Сигизмунд бабушку на остановке троллейбуса.

– Помнишь, у тебя копилка была?

– Я на мяч откладывал, – кивнул мальчик.

– Вот и бабушка Ита откладывает, – вздохнула женщина. – Только не на мяч. Там нужны более спокойные вещи.

*** 

Денег на поездку не хватало. И взять больше было не у кого. Просить в долг у соседей не решались. Мама с бабушкой подсчитали всё – и будущую пенсию, и отпускные. Даже по самым скромным подсчётам надо было ещё рублей пятьдесят.

Пока взрослые думали, Сигизмунд решил посоветоваться с приятелями – Вовкой и Аликом. С разрешения друга они по очереди пощупали его за горло. Потом для сравнения пощупали себя. Повода для операции никто не находил. Но на море можно было бы съездить и без всякого повода. Эх!

– А я видел в аптеке объявление, – вдруг вспомнил  Алик. Он не так давно научился бегло читать и теперь тренировался при любом удобном случае. – Меня мама за аспирином посылала. А там бумажка висела. Они принимают у населения цветки липы по пятьдесят рублей за килограмм.

– А мы – население? – спросил Вовка, разглядывая растущие вдоль дороги цветущие липы.

– Мы – дети населения, – важно сказал Сигизмунд. – И внуки. Если что, можно бабушку попросить. Она с нами сходит.

*** 

Лазать по деревьям они любили, особенно когда поспевала черешня. Но это было так, для удовольствия. А тут – для дела. Алик притащил из дома три наволочки со штампом «Кишинёв – Москва». Его мама когда-то служила в этом поезде проводницей.

Мальчишки проделали в наволочках дырки и просунули в них верёвки, которые повесили на шеи. Тара для сбора была готова.

Работа спорилась и казалась весёлой и лёгкой. Примерно полчаса. Через час сил не осталось совсем.

– Может, мы уже собрали по килограмму? – спросил Сигизмунд.

– Пошли сдавать? –  охотно откликнулся Вовка.

Друзья слезли с дерева и, придерживая ценный груз, помчались в аптеку.

– Липовый цвет? – со знанием дела поинтересовалась аптекарша. – Давайте своё богатство. Посмотрим, что у вас там.

Она положила на прилавок поднос и высыпала в него из Вовкиного мешка.

– Такой товар мы не берём, ребятки, – пожала плечами женщина. – Ветки, листья, даже божьи коровки. Всё переберите и приносите.

– А взвесить можете? – попросил Сигизмунд.

– Это пожалуйста. У тебя двести грамм. Ну, после сортировки половина останется.

*** 

Алик притащил из дома простыню с аналогичным штампом. Друзья высыпали в неё весь урожай. Каждая веточка и листик отбрасывались со вздохами и сожалением. Деньги таяли на глазах! Но кучка всё равно оставалась внушительной.

Вовка накрыл сокровище и спросил у проходящего мимо Андрюхи, который уже учился в пятом классе и вполне мог решить простую задачку.

– Килограмм стоит пятьдесят рублей. У нас триста грамм. Сколько будет в деньгах?

– Пятнадцать рублей, – важно ответил Андрюха. – Это вы про что?

– Ни про что, – сказал Вовка. – К школе готовимся.

*** 

– Ну, это ещё куда ни шло, – улыбнулась аптекарша. Она взвесила липовый цвет, написала на бумажке сумму к выдаче и передала заветный листок в кассу.

– Держите, мальчики. Заработали, – сказала кассирша и выдала пацанам один рубль пятьдесят копеек.

– Мы – тоже население, – чуть не плакал Сигизмунд.

– Конечно, – согласилась аптекарша. – Мы у всех так принимаем. Свежий липовый цвет по пять рублей, а сушёный – по пятьдесят.

Друзья вчитались в объявление. Никакого обмана.

Они вышли на улицу. Смешно было бы полагать, что на рубль с полтиной можно съездить на курорт. Рядом продавали мороженое.

***

Вечером, когда Сигизмунд вернулся домой, у них в гостях сидел Юрий Наумович. Он пришёл где-то час тому назад.

– Что, за пищей своей явился? – с порога поинтересовалась бабушка Сигизмунда.

– Сделаю вид, что  не расслышал вашего опрометчивого заявления, – сказал гость и поставил на стол четвертинку водки.

Бабушка сбегала на кухню за закуской. К той поре, когда вошёл внук, пустая бутылка, как это и принято, была убрана со стола.

– Мне, пожалуй, пора, – сказал Юрий Наумович. – Завтра на работу.

Он встал, достал из кармана пиджака конверт и положил его на сервант.

– А ты, племянник, запомни, – сказал гость, поглаживая Сигизмунда по голове. – Бедным лучше не болеть. Хотя и богатым тоже не стоит.

– Ты посмотри на него, – улыбнулась бабушка. – Хороший мужик, но трезвый расстаться с деньгами ну никак не может!


2011


Рецензии
Какая красота! Просто купался в словах! Смеялся в голос даже один!
Спасибо! Успехов! С уважением!
Виктор.

Виктор Мясников   17.04.2017 13:43     Заявить о нарушении
Представил и тоже улыбнулся

Леонид Блох   18.04.2017 09:19   Заявить о нарушении
На это произведение написано 19 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.