Ростик-парашютист

                    (Продолжение рассказа "Твёрдый характер")

       В аэроклуб Ростика не приняли, посоветовали подрасти.
       - Не переживай! – успокоил он Мишку. – Я прыгну с вышки.
       Стоявшая посреди парка парашютная вышка, называлась в народе «эйфелевкой». Она и впрямь напоминала парижскую достопримечательность: тоже из железных балок, тоже высокая - выше всех в округе домов. Правда местное архитектурное чудо, в отличие от заморского, почти не сужалось кверху, и ажурность его портила проходившая внутри толстая чёрная труба. Венчала «эйфелевку» деревянная площадка и балка над ней поперёк трубы, похожая на клюв огромной птицы. На клюве висел на тросе сбоку от вышки и ползал вверх-вниз всегда раскрытый жёлтый парашют.
       Желающие испытать себя или показать свою смелость знакомым, а заодно и зеваками, как на весёлый спектакль ежедневно собиравшимся у «эйфелевки», должны были подняться по длинной обвивавшей трубу лестнице. Наверху служитель надевал на храбреца лямки, переплетавшие его как настоящего парашютиста или лётчика, пристёгивал эту упряжь к стропам парашюта, открывал калиточку в заборе вокруг площадки и спихивал смельчака вниз.
       Прыгуны весом полегче спускались, покачиваясь под куполом, медленно и плавно. Толстые летели быстрее. Женщины, в большинстве своём, до момента, когда их падение из калиточки рывком останавливали стропы парашюта, визжали. Но встречались прыгуньи и до самого конца испытания забавлявшие зевак криками на все лады, визгами и писками. Мужчины, все как один, летели молча, сосредоточенно готовясь к встрече с землёй.
       С этой-то «эйфелевки» и предстояло сигануть Ростику.
       Он вытащил из своих, а также из Мишкиных ботинок шнурки, соединил их в разноцветную тесёмку, один конец с помощью друга и зеркала крепко привязал к верхнему клыку, другой сунул в нагрудный карман куртки. И шлёпая ботинками без шнурков, спорщики отправились в парк.
       - Посетители меньше сорока килограммов не обслуживаются, – нежданно-негаданно огорчила их кассирша из зелёной будочки рядом с «эйфелевкой».
       - Это пофему? – шепеляво возмутился Ростик – шнурок на зубе мешал ему чётко произносить все буквы.
       - Видишь ли, мальчик, - решила просветить юного посетителя парка кассирша, - прыгающего держит в воздухе вовсе не купол. Взгляни - в середине вышки труба, в ней связанный тросом с парашютом противовес. Когда парашютист прыгает и опускается вниз, противовес ползёт наверх. А когда на земле парашютист отцепляется от лямок, парашют наоборот - взмывает вверх. Его поднимает противовес, потому что становится тяжелее пустого парашюта. Вот так: вверх-вниз, вверх-вниз, туда-сюда, туда-сюда, - показала кассирша ладонями движение в противоположном направлении. – Ну а если вдруг парашютист окажется как пушинка - к примеру, как ты - его дело тоже труба, так и будет висеть наверху под куполом. Пока не снимут. А вниз не полетит.
       - Вверх-вниз… вверх-вниз… туда-сюда… Противовес какой-то придумали… Прыгнул бы мальчик и всё… - раздосадовано бубнил Мишка, отходя от будочки. – Ну и как мне этого Ростика утяжелить?.. Откармливать долго… - Он споткнулся о забытый строителями кирпич и растянулся посреди аллеи во весь рост. – Всё ясно! – лёжа, радостно стукнул он себя по лбу. - Напихаем ему в карманы кирпичей! 
       Однако такая объёмная тяжесть не поместилась ни в один из карманов Ростика. Как Мишка ни пихал. Но выход был найден тут же - поблизости строился стадион. И вскоре куртка и брюки Ростика уже топорщились от осколков тех же кирпичей и разных по размеру камешков. И спорщики пошлёпали к старичку, взвешивавшему на белых медицинских весах неподалёку от «эйфелевки» всех желающих.
       - Сорок килограммов, – объявил старичок, поелозив гирькой. – Ровно.
       - Округлите, пофалуфта до форока пяти, - попросил будущий покоритель неба. – Ровно.
       - Понимаете ли, у бабушки этого юноши мечта – толстый внук, - соврал Мишка.
       - И выдайте фпрафку, - добавил парашютист.
       Старичок вывел на листке: «Предъявитель сего, если его подкормить и округлить, будет весить сорок пять килограммов». И чиркнул каракулю: старший весовщик Кузькин.
       - Здесь написано «подкормить», - из всех каракулей на бумажке мало что разобрала кассирша из будочки. – И «сорок пять».
       - Мы уфе купили по пирофку, - предъявил Ростик подкормку.
       - Сорок пять - это будет его вес, после пирожка, - влез в разговор Мишка. – Вы зря беспокоитесь – у этого юноши объём маленький. А плотность огромная. Так бывает. У некоторых веществ. У свинца, например.
       И плотный, почти как свинец Ростик, поглотив под присмотром кассирши и свой, и на всякий случай, Мишкин пирожок, получил по справке билет.
       - Наверху привяжи зуб к калиточке и прыгай, - проводил его сердитый от голода друг. – Уговор всё тот же: закричал, когда зуб вырвется - проспорил. А я снизу услышу.
       По крутой лестнице, с передышками из-за груза в карманах, любуясь видами города и парка, Ростик вскарабкался на самый верх «эйфелевки». Там в это время сталкивающий с вышки служитель – лысый и в тельняшке - уговаривал испугавшуюся неожиданно высоты любительницу острых ощущений, не спускаться вниз пешком по лестнице, а набраться храбрости и прыгнуть. Раз уж куплен билет! За деньги! А когда сталкивателю надоела эта болтовня, он силком прицепил бедняжку к парашюту, ухватил в охапку, и как она ни брыкалась, кинул из калиточки в пропасть.
       - Отдать швартовы! – проводил он в полёт боязливую прыгунью.
       Вначале девушка тоненько пищала «Мамочки!» Но, уже болтаясь под куполом на стропах, успокоилась. И даже на радостях, что осталась жива, затянула на весь парк песню: «Мне сверху видно всё, ты так и знай!»
       Под этот шумок Ростик незаметно привязал шнурок к перилам рядом с калиткой.
       - Что-то ты легковат на ощупь, - засомневался лысый сталкиватель, приподняв парашютистика за шиворот одной рукой.
       Ростик в ответ предъявил мандат весовщика. И сталкиватель, дождавшись, когда освободившийся от боязливой певуньи купол приползёт наверх, прицепил юного парашютиста к стропам, и, не открывая калитки, всё также за шиворот, прямо через перила, сбросил его вниз.
       - Отдать швартовы! – попрощался он с очередным прыгуном.
       Однако падал Ростик недолго - шнурок дёрнул его за зуб, и он застрял. Причём не под куполом, а наискосок, поддерживаемый с одной стороны стропами парашюта, а с другой шнурком и привязанным к нему, оказавшимся на редкость крепким клыком.
       - На чём это ты там болтаешься? – свесившись из-за перил, удивилась лысая голова. 
       - На жубе, - невнятно объяснил Ростик.
       - Так тебя на этом жубе обратно тащить? - обнаружив буксир, спросила лысая голова. - Или ещё раз - отдать швартовы и вниз?
       - Фартовы и виз, - прошепелявил Ростик.
       Толкатель дёрнул бантик на шнурке, Ростик пролетел ещё немного в свободном падении и закачался под куполом, медленно приближаясь к земле. У него болел клык, но это не помешало ему, теперь уже на спуске, полюбоваться сверху и школой, и своим домом вдали, и суетящимся у «эйфелевки» Мишкой, и разинувшими рты, при виде его злоключений, зеваками. Однако метрах в трёх от земли парашютист застрял – инерция прыжка кончилась, а по тяжести он был таким же, как и противовес в трубе вышки.
       - Подрыгайся посильней – может, спустишься! – пытаясь в прыжке ухватить парашютиста за ноги, посоветовал Мишка.
       Ростик подрыгался. Ботинки без шнурков один за другим соскочили с его ступней и один за другим угодили по голове советчику. А парашютист с босыми ногами уполз ещё примерно на метр вверх.
       Теперь до него можно было бы допрыгнуть только с шестом.
       - Придётся тебе ехать обратно! – решил Мишка. – Сбрасывай балласт!
       Ростик стал кидать камешки и куски кирпичей из карманов, стараясь не угодить в зевак и не попасть в мечущегося внизу друга. Но если с зеваками ещё как-то получалось, то Мишка, как будто нарочно, уворачиваясь, норовил подбежать именно к тому месту, куда падал балласт.
       Ну, а жёлтый купол, перетягиваемый противовесом, уползал всё выше и выше. Вскоре он застрял вблизи верхней площадки «эйфелевки». Камни и кирпичи кончились. Ростик пустил по ветру справку «Предъявитель сего…» и поднялся ещё чуть-чуть.
       - Кидай швартовы! – велела ему сверху лысая голова.
       С третьего раза сталкиватель в тельняшке ухватил шнурок, брошенный ему парашютистом, вначале пришвартовал его, подтягивая за верёвку и клык к дощатому настилу, а затем и вытащил, ухватив за шиворот, прямо через забор на площадку.
       Спускался Ростик босиком и позорнейшим способом – по лестнице.
       - Трус! – обозвал его поднимавшийся навстречу толстый мальчишка весом на вид килограммов сто.
       Ростик от обиды не нашёлся, что ответить, у него выскочил из кармана куртки шнурок, он наступил на него, и последний марш лестницы пролетел кувырком. Когда прыгун поднялся, оказалось, что зуб, как стоял на месте, так и стоит, а верёвка лопнула пополам.
       - Ш этим жубом фсе фнурки перерфёшь! И обуфь растеряешь! – возмущённо показал он кусок верёвки и свои босые ноги встретившему его у лестницы другу. – И не докафефь, фто у тебя тфёрдый фарактер!
       - Придётся испытывать тебя каким-нибудь другим способом, – согласился побитый камнями, кусками кирпичей и ботинками Мишка. – Придётся, наверное, темнотой. Чтобы ты в потёмках прицелиться не мог, если снова вздумаешь чем-нибудь тяжёлым в меня кидаться.
       - Мофно и темнотой, – согласился Ростик и принялся отвязывать от зуба огрызок шнурка.


Рецензии
Прыгать с вышки гораздо страшнее, чем с самолета...
Респект Ростику.

Кузнецов Сергей   15.11.2017 11:29     Заявить о нарушении
А вот это непонятно. С вышки я ещё школьником прыгал, а с самолёта не доводилось. Думаю, показалось бы пострашней - ведь выше, и намного.
Всего доброго!

Буковский Юрий   15.11.2017 19:12   Заявить о нарушении
Да там все просто. Закрыл глаза и сиганул.
А во второй раз уже страшно...понимаешь что это такое.

Кузнецов Сергей   15.11.2017 19:26   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.