Близкие люди. Глава 16. Лето в деревне

       Не все наши друзья жили по соседству. О том, что для людской близости не существует ни границ, ни расстояний, я узнала лет в семь. Тогда состоялась первая встреча с тётей Тоней и дядей Колей.
       Дорогие гости приехали из незнакомой деревни и были представлены как родные люди. Их прочные тёплые отношения с мамой сложились давно, но поддерживались в основном письмами и редкими телефонными звонками.
       И вот заочное знакомство сменилось настоящим общением. Началось оно, как положено, с горячих объятий.
       Я крайне смутилась, но тут же обнаружила приятность проявленных ко мне чувств. Славно быть нужной и желанной!

       Чуток передохнув от накатившего сердечного волнения, я отошла в сторону и принялась визуально изучать званых визитёров. Внешность тёти Тони сразу удивила необычностью.
       Женщиной она была на редкость крупной, хорошо упитанной, но вовсе не полной. Голубые глаза искрились чудесными огоньками и очень напоминали цветочки васильки.
       Они странно и весьма привлекательно контрастировали со смуглой кожей и чёрными волосами.
       Вместо причёски голову маминой подруги украшала короткая стрижка. Пушистая чёлка капризно спадала на лоб, широкие брови вразлёт подчёркивали ясность взгляда, с губ не сходила лёгкая улыбка.
       Русская краса – не иначе. Если бы не один штришок.
       Благообразие милого лица портили самые настоящие усы – довольно густые, тёмные, заметные даже при беглом взгляде. Щетинистый валик вызывающе нависал над верхней губой, комично растягивался в стороны и летал то вверх, то вниз.
       С непривычки я неприлично на него уставилась: сбрить ведь можно. Зачем даме лишняя растительность?

       Об искоренении внешних недостатков долго рассуждать не пришлось: пребывающий в прекрасном настроении дядя Коля посадил меня к себе на колени, протянул шершавую мозолистую ладонь и предложил вечную дружбу.
       Я ликовала! И продолжала разглядывать супругов с нарастающей симпатией.
 
       Казалось, они совсем не подходят друг другу. Муж был ниже жены на половину головы, но явно по этому поводу не страдал.
       Широкоплечий дядя Коля отличался телесной крепостью - богатырь в миниатюре. Он то и дело извергал раскатистый смех, бесперебойно излучая доброту и надёжность.
       Я моментально попала под пронзительные чары обаяния и догадалась, что рост для мужчины – не самое главное.
      
       Когда радостные эмоции слегка стихли, пришёл черёд распаковки сумок. Их оказалось очень много, непонятно, как столько удалось дотащить.
       Личные вещи уместились в самой маленькой торбочке, все остальные тюки до отказа набились подарками.
 
       Мы с мамой такого количества сюрпризов никак не ожидали. Половина из них была съедобной – рыба свежая, солёная и копчёная, красная икра, замороженные котлетки и пельмени, фаршированные творогом и мясом блинчики.
       В придачу – куча сладостей: варенье, мёд, конфеты, вафли, сдобные булочки. Я не верила своему счастью!
       Оно просияло ещё кучей неожиданностей в виде мягких игрушек, платьишка, кофточки и нескольких мотков шерстяных ниток.
       Тётя Тоня умела шить и вязать и намеревалась обновить мой гардероб. Кукольный тоже. Маше и Даше достался мешочек ярких тряпичных лоскутков.
       Такая забота располагала к невероятным мечтам, под властью подступивших желаний я долго не могла уснуть. Переживала, что утром сказка рассеется.
       Но ничего плохого не случилось. На следующий день взрослые обещания начали воплощаться в жизнь.

       Я получила забавное прозвище Лапуля и устремила весь детский интерес на близких людей. Маленьким и большим радостям не было конца!
       После вкуснейшего завтрака мама поспешила на работу, тётя Тоня осталась хозяйничать дома, а мы с дядей Колей отправились на прогулку и по магазинам.
       Он крепко держал меня за руку, я млела от восторга и уверенного передвижения. Конечно, провела нового знакомца по заветным местам. Благо, он никуда не торопился.

       Возвратились обратно мы как раз к обеду, который правильнее назвать пиром: блюд много, одно вкуснее другого. Я кушала с отменным аппетитом и не избегала застольных разговоров.
       Они велись исключительно за чашкой чая. Купеческого! Так назывался свежезаваренный терпкий напиток, от которого на лбу выступала испарина.
       Я кипятком не баловалась, но пристрастие дорогих гостей сразу запомнила – хоть в мелочи стремилась угодить. Чтоб хорошо им у нас было!

       Всё складывалось, как хотелось. То одни, то другие дела тянули дядю Колю с тётей Тоней в город. Каждый их визит становился семейным праздником.
       Рассказы о деревне мне очень нравились. Я грезила знакомством с ней и ждала лета для его осуществления.
       Когда мама пошла в отпуск, мы решились на вояж в неведомую даль – друзья давно звали.
      
       Поздно вечером сели на большущий теплоход и размеренно поплыли вниз по Амуру. Огни Хабаровска исчезли за первым поворотом, и я чётко уловила прохладное дыхание неизвестности.
       Над кромешной темнотой повисла куцая неприветливая луна. Даже ясные звёздочки попрятались от неё, зарывшись в густые тучи.
       На палубе было ветрено и очень неуютно, до рассвета я не покидала тесную каюту. Под шум волн спалось сладко, правда, матрас был жестковатым. 
       Рано утром мы прибыли в родное для наших друзей село Троицкое.

       Новый мир показался настоящей сказкой, подступающей со всех сторон! Я размечталась скорее в неё вжиться.

       Каждый деревенский день начинался ни свет ни заря. Чрезмерно бойкие петухи  нагло и беспрестанно голосили то в одном, то в другом дворе.
       Как ни странно, у меня, большой любительницы поспать, их залихватские рулады не вызывали ни малейшего раздражения. Пробуждение было удивительно быстрым, лёгким, сулящим массу приятных открытий. 
       Я спешила посмотреть, как доят корову, кормят птиц и свиней, тесто для пирогов или хвороста заводят.

       Хотелось ароматного хрустящего хлебушка с маслицем, творожка со сметанкой, свежей выпечки. Тётя Тоня угощала щедро – сдоба горой заполняла большущий таз!
       И всего остального - мяса, рыбы, салатов - много готовилось. Бери, сколько хочешь!
       Помнится, особо полюбились вареники с ягодой. Чуть не лопнула от переедания - в новинку такое кушанье было.
       Честно говоря, я понятия не имела, откуда многие продукты берутся. Из магазина мама их кусочками в упаковках приносила. А тут столько открытий!

       Но гораздо интереснее еды показались мне обитатели просторного подворья. Многих я по книжкам знала, однако, реальная встреча – совсем другое дело.
       Белоснежные курочки, сбившись в стайку, вели себя по-хозяйски уверенно. Они сосредоточенно копошились в каждом уголке, не стесняясь заглянуть даже в собачью миску.
       Расфуфыренные разноцветные петухи тщательно оберегали свой гарем и бросали на меня подозрительные косые взгляды.

       Опасалась я не их, а старого цепного пса, чьё недовольство вполне могла спровоцировать нежелательными передвижениями по охраняемой территории. Не любил он чужаков, нрав имел грозный и кличку соответствующую – Вулкан.
       Почти вся собачья жизнь прошла на привязи, хозяева на прогулку отпускали крайне редко. Я испытывала жалость к бедняге и представляла, как хотелось ему свободы.
       Но в деревне каждому животному отводилось определённое место. Строгий порядок никогда не нарушался. 
       Порадовав раз-другой Вулкана косточками из супа, я исключила явную агрессию. После очередных подношений гуляла без опеки взрослых – неприятности мне не грозили. 

       Безграничным доверием отличилась бело-коричневая корова Марта. Немалые рога и внушительные размеры страх не нагоняли – она улыбалась, проявляя благодушие взглядом, поворотом головы, взмахом хвоста, протяжным мычанием.
       Ласковый пятнистый телёнок Борька – маленькая мамкина копия - тыкался носом то в распухшее вымя, то в мою ладошку. Корочки хлеба крепили нашу дружбу.
       Благодарный за лакомство, он тёрся мордочкой о руки и плечи и невинно  хлопал длиннющими густыми ресницами.
       Я восторгалась неописуемой красотой смышлёного создания, ценила приветливость новых знакомых и периодически заключала коровье дитя в нежные объятья.

       Гуси подобным дружелюбием не отличались. То и дело они угрожающе гоготали и шипели, игнорируя мои попытки к сближению. Ну и ладно!
       Обидчиво отвернувшись от них, я своим интересом одарила огромную свинью. Эта толстуха вполне уютно расположилась в тенистом загончике, вроде хрюкала
по-доброму, но ласковым взглядом ни разу меня не удостоила.
       Слишком занята была - то корешки какие-то из земли выковыривала, то по корыту шумно шарила фырчащим пятачком, то в грязную лужицу бока окунала. Вот радости!
       Её похлёбка варилась в крупном ведре и имела некрасивое название – помои. Что только туда не кидали! Месиво свинье нравилось.
       Ела она много и очень неряшливо, это зрелище не впечатляло. Чушка есть чушка. На картинках симпатичней выглядела.

       Незабываемым очарованием обладали цыплята! Маленькие, слегка испуганные, они суетливо крутились под ногами и непрерывно пищали, взывая к защите. Осторожно прижатые к моей груди, сразу затихали.
       Ярко-жёлтый пушок нежно щекотал ладошки, и я тонула в невиданном приливе ласковых чувств. Без раздумий меняла общение с детьми или взрослыми на возможность лишний раз повозиться с пушистыми комочками. 
       Никто не запрещал подкармливать птичек. Вскоре куриный выводок ходил за мной по пятам.

       В огород животных не пускали, чтоб не съели или не потоптали урожай.
Посадки картофеля, капусты, кабачков, баклажан, перца, лука, укропа ровненько тянулись от ближайшего до самого дальнего забора.
       Я думала, что такая плантация не одну семью прокормит. 
       Зелёная поросль плодоносила на славу. Первые огурчики и помидоры прямо с грядок водружались на стол. Вкус они имели превосходный – в городе такого не найдёшь.

       Очень сладкой оказалась молодая морковка, она понравилась мне больше конфет. Едва созревший зелёный горошек, спрятанный в хрустящих стручках, никак не сравнивался с сородичем  из консервных банок, семечки огромного подсолнуха  тоже радовали  неизведанным  удовольствием.
       И от тыквы я пришла в восторг: сначала необъятными размерами восхищалась, потом кашей, напаренной в глиняном горшке. Дома так ни за что не сваришь!

       Послеобеденный ягодный десерт я сама срывала с густых кустов, обильно посаженных по периметру огорода.
       Странно, что никто из взрослых на содержимое моей корзинки не зарился. Малину, смородину и крыжовник лакомством они не считали. Хорошо, мне больше достанется!
      
       Я всем сердцем полюбила деревню. Особенно тихие летние вечера, когда хозяева и гости устало рассаживались на тёплом дощатом крыльце уютного дома.
       Неторопливая болтовня о жизни не мешала любоваться закатом солнца. Это зрелище, наполненное жёлто-багровыми красками разных оттенков, казалось мне райским наслаждением. 
       Но злющие комары бесчисленными нападками на всякую живность портили благодать и романтику уходящего дня. С наступлением сумерек приходилось разжигать небольшой костерок из сухих веточек и жухлой травы. 

       Лёгкий дымок медленно расползался по округе, его едкий горьковатый запах восхитительно смешивался с ароматом остывающей реки и каких-то ночных цветов.
       В этой загадочной атмосфере зарождалась звёздная ночь. Непременно сказочная, потому что перед сном я одно за другим загадывала желания, и они имели обыкновение сбываться. 


       Фото из сети Интернет.
       Продолжение следует - http://www.proza.ru/2017/05/02/435.


Рецензии
Душевное повествование, Мариночка, о жизни деревенской.Знакома я с такой колоритной историей еще с детства. И сейчас так жизнь сложилась, что живу и творю в сельской местности.
Все хорошо, конечно, в меру. А еще все познается в сравнении. Иногда быт сельский приносит много неудобств, но зато сколько умиротворения в пейзажах сельских.

...
Новый мир показался настоящей сказкой, подступающей со всех сторон! Я размечталась скорее в неё вжиться.
Если вживетесь, то познаете счастье и покой.

Ольга Боровикова 2   12.12.2017 16:28     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 43 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.