Записки сумасшедшей

Я всегда знала, что я, особенная. Еще в детстве, я чувствовала это. Но, к моему глубокому сожалению, не все окружающие,  понимали это. Мой отец, он, тоже не понимал меня… Моей матери, не стало, когда мне, едва, исполнилось три года. Я, совсем не помню ее. Мой отец заменил мне ее, вернее, он пытался это сделать. У меня были лучшие гувернантки и учителя. Но и они, совсем не понимали меня. Уже тогда, я знала, что я, лучшая. Я, достойна больше, чем просто, любовь окружающих. Наверное, они все, любили меня, наверное, этого, было не достаточно…
         В детстве я мечтала иметь собаку. Милое, забавное, живое создание, принадлежащее, только мне. Это было чудесно. Щенок, подавал мне лапу и лизал мои руки. Возможно, он, тоже недостаточно любил меня. Говорят, собаки преданны своим хозяевам. Может быть, но он, мне наскучил. Отец сказал, что я, плохо ухаживаю за своим питомцем. В самом деле, щенок, доставлял мне множество неудобств. И, в общем, то, я наигралась с этим милым пушистым комочком.  Отец, пообещал отдать его, моему кузену, этого, я допустить не могла. В секретере из красного дерева, что стоял в кабинете отца, стояла маленькая коробочка. Ее содержимое сильно интересовало меня. Там, лежал мышьяк. Щенку, понадобилось лишь маленькая щепотка порошка, и он, остался моим навсегда. Нет, мне было, не жаль его, я подумала, что он, просто уснул. Это было гораздо гуманнее, чем отдать его, моему кузену. И вообще, я не привыкла делиться с кем то, своими вещами.
       Больше в моей жизни не было животных, хотя, наверняка, их любовь преданнее и чище человеческой. В моей жизни, больше никогда, не было милых питомцев, но зато, позднее, в ней, появились мужчины.
      Да, я любила мужчин. Наверное, я любила их всех. Но, к моему огромному сожалению, все они, были не достойны меня и моей всепоглощающей любви. Наверное, я слишком много отдавала им, их было много, в моей жизни. И каждый их них, хотел быть единственным. Быть может, так бы оно и было, будь, хотя бы один из них, достоин меня. Но, все они, были слишком слабы и ничтожны.

                                    Альфред.

                 Милый Альфред! Как чудесно, нам было вдвоем. Я помню, как ты целовал пальцы моих ног, и дрожал как мальчишка. Ты, был немного старше моего отца, но нас, это совсем не волновало. Эта страсть захватила нас полностью. Отец ничего не мог поделать, и ему пришлось согласиться на этот брак. Сейчас, по пришествию стольких лет, я уверенно могу сказать, что не о чем не жалею. Только, о том, что ты, был не достоин меня.
Наша свадьба была пышной. Да и могло ли быть, иначе?! Ты, был очень богат, а я, была единственной наследницей табачного магната.
      Я помню, как совратила тебя. Ты был таким большим, сильным, и наивно милым. А мне, было всего пятнадцать. Мне нравилось дразнить тебя. Конечно, я делала это, так, что бы другие окружающие, ничего не замечали. Но ты, ты крепко попался на мой крючок.  Не удивительно, я была так молода и невинна. Конечно же, моя невинность была лишь снаружи. Внутри, я всегда была порочна, хотя, тебе же, это, так нравилось…
           Жаль, что наше счастье закончилось так же стремительно и быстро, как и началось. Мой отец скончался от сердечного приступа. Я горевала, я любила своего отца. Мне осталось все его состояние, а это было не мало. Ах, милый Альфред, ты слишком много, думал о деньгах. Еще, ты смел, намекнуть, что я, еще слишком молода, что бы решать финансовые вопросы. Милый Альфред, как же ты заблуждался тогда. Уже тогда, я умела обращаться с деньгами, и своего отца и собственно твоими, тоже.
        Помнишь, в тот вечер, когда мы принимали гостей? Твой дальний родственник, как же его звали, Рик или Рид? Это не важно, он был так хорош, что я, не могла лишить себя удовольствия поболтать с ним наедине. Его чувственные губы касались моей шеи, будто обжигая ее. Он был хорош! Как хороший племенной скакун, из конюшни моего отца. Не богат. Но я, тогда не думала об этом. Вернее, я никогда не думала о деньгах. Роскошь, к которой я привыкла с детства, всегда была для меня, чем то, естественным. Я, не думая, отдалась этому красавцу, кажется, нас видела прислуга. Меня, это забавляло.
        Когда мы вернулись к гостям, ты, не был любезен со мной. Ты пил ром, и даже повысил на меня голос. Но это, даже развеселило. Мой смешной, милый Альфред… Зачем то, ты стал оказывать знаки внимания, этой бесцветной и нелепой певичке. А она, глупо и заливисто смеялась, не обращая никакого  внимания, на мое присутствие. А ты, ты, был мерзок! Я бы простила грязные слова и упреки в свой адрес, но я никогда не прощу, безразличие! А я, увидела его, в твоих глазах. На секунду, я подумала, что ты, узнал, что то, о моих кратких и немногочисленных  романах. Но ведь все это, было так глупо! Ты не мог, злиться на меня, за это! Ведь я, была совсем молодой, ты не смел, ревновать меня! Хотя, ревность чувство полезное, иногда, оно решает все.
        Утром, ты не проснулся, и твоя певичка, тоже. Когда гости разъехались, она, все еще, сидела в кресле. Она была мила. Наконец то, с ее губ сползла эта дурацкая улыбка, которая, так раздражала меня. Ты в это время, уже лежал на полу, скорчившись от боли. Но, твои мучения были не долгими, немудрено, ведь ты,  был уже в таком возрасте, когда мышьяк, убивает быстро! Напоследок ты сказал, что бы я, горела в аду! Ты понял, что это сделала я? Странно, до этого, когда я подсыпала мышьяк в твою еду, ты лишь мило улыбался. После, были приступы, но ты все списывал на больную печень. Наивный…. В моем доме, всегда есть, заветная коробочка с этим волшебным порошком. На этот раз, мышьяка я не пожалела.  Ни тебе, ни твоей глупой певичке. Кстати, я знала о твоей интрижке, с этой женщиной.
     Эта певица, она выглядела неважно, когда ее обмякшее тело, волоком спускал в подвал, наш садовник. Но, она, была сама в этом виновата. Она, не смела, флиртовать с тобой, тем более, прямо на моих  глазах.
     Наш садовник, он был тоже не плох…. Конечно, я платила ему. Но мне кажется, даже если  бы, я  и не делала этого, он, все равно сделал все, что я говорила.     Наш садовник, он хотел, закопать вас в саду, но я, не позволила ему, сделать это. Я, велела спустить тела  в подвал. Я знала, что играю с огнем. Но, желание как можно дольше  видеть ваше  поражение, взяло верх, над здравым смыслом. Хотя сейчас, это, уже не важно.
      Милый Альфред…. Мне, даже немного жаль…
      Утром, я была удивлена. От меня, красивой, молодой и самой богатой местной  наследницы, сбежал  муж. Сбежал, вместе с оперной певицей, с которой, он изменял мне, последнее время. Он так увлекся ей, что оставил мне, все свое движимое и недвижимое имущество и отправился за океан. О чем сообщил в письме, заверенным, моим знакомым нотариусом.
                                     
                                      Гарри.

       Мужчины… Я слишком любила вас всех. Милый Гарри…  Как сейчас помню тот день, когда увидела тебя впервые. Тот день был особенно солнечным, не обыкновенным, таким же, как и ты. Ты был в ярко красной майке и белых шортах, загорелый и до неприличия мужественный. Я никогда ранее, не видела таких красивых мужчин. Бронзовый загар так шел тебе, твои слегка выгоревшие волосы в легком беспорядке, были прелестны. Надо ли спрашивать, как я отреагировала? Конечно, я во что бы то, не стало, решила завладеть тобой. Завладеть полностью, до каждой клеточки, твоего безупречного тела. В то время я была одинока как никогда, эта поездка к морю, немного взбодрила меня, я была со своей компаньонкой. Анна, была милой и доверчивой девочкой. Она была немного старше меня. Но по уму и жизненному опыту, была, сушим младенцем. Иногда, ради забавы, я рассказывала ей о своих любовных похождениях, при этом, она густо краснела, что очень забавляло меня. Позднее, я узнала, что Анна была девственна. Узнав об этом, я чаще рассказывала пикантные моменты из своей жизни. Рассказы мои были красочны, и я, с удовольствием наблюдала, за реакцией этой святой невинности.
             Гарри. В тот день, когда я встретила тебя, было невыносимо душно. Легкий бриз спасал мое измученное жарой тело. Конечно же, ты заметил меня, меня, невозможно было не заметить. К тому моменту я немного загорела и выглядела необыкновенно хорошо. Я, нарочно засмеялась, проходя мимо, и уронила к твоим ногам легкое парео, развязанное на талии несколькими секундами ранее. Ткань легкой волной упала к твоим ногам, таким сильным и мускулистым, что у меня, даже на мгновение  перехватило дыхание от этой недолгой близости. Мы, синхронно наклонились, наши головы почти соприкоснулись. Твоя улыбка, твой пронзительный взгляд...  Ты,  взбудоражил мое сознание, лишил меня покоя, и  в одночасье завладел моим разумом. Вечером, мы с тобой, уже пили выдержанное вино на террасе моей виллы. Мне, нравилось играть с тобой. Я могла бы отдаться тебе в тот же вечер, но это, было бы слишком просто и приторно. А я хотела зажечься тобой, и сгореть вместе с тобой, сгореть дотла. В этот вечер ты уехал, робко поцеловав мою руку на прощание. Ты был  мил и скромен. Наши встречи стали частыми, поцелуи, все менее целомудренными, а вскоре, мы проснулись в моей огромной кровати. Я была по настоящему, увлечена тобой. Я ничего не знала о тебе, и, в общем, то, и  не хотела ничего знать. Эти ярлыки, условности, все это, не имело для меня значения. Кем ты был? Может быть, богатым и успешным бизнесменом, или альфонсом, ищущим богатенькую дамочку, а может садовник, с соседской виллы? Я не о чем не расспрашивала тебя, для меня, эта информация, ничего не значила. Я как, истинный охотник завладевший добычей, радовалась завоеванному трофею. А что будет завтра, меня не волновало.
      Я уже, почти что, любила тебя. Если бы ты, все не испортил. Я стала замечать, как ты, смотришь на Анну, как ты говоришь с ней. А она, отвечала  невпопад, краснела и смущалась. Однажды, я увидела вас вместе. Ты целовал ее руки и говорил, что любишь ее. Неблагодарный и неразумный, ты сделал свой выбор сам, и не смей винить меня не в чем.
В тот день было ветрено,  яхта,  покачивалась на легких волнах, мы собирались на прогулку. Я уже знала, как все будет. А вы, такие счастливые держались за руки и улыбались.
Накануне, я поговорила с Анной.
- Я знаю, он нравиться тебе. И ты ему. Так будьте вместе. Я не стану мешать вашему счастью. Для меня, он, всего лишь игрушка, а ты, по-моему, всерьез влюблена.
На что она, призналась в чувствах, и в том, что была физически близка с Гарри. Эти слова решили все.
Утром, я была весела и непосредственна. Предстоящая  прогулка и радовала и огорчала меня одновременно.
       Когда яхта отплыла  на довольно большое расстояние от берега, я подала сигнал, и все случилось. Вас с Анной заперли в одной из кают. Выбраться из нее, было невозможно. Я же, спокойно пересела в шлюпку и наблюдала, как моя белоснежная яхта идет на дно. Мои люди были невозмутимы. Хотя, капитану было очень жаль яхты, но, я уверила его, что в ближайшее время приобрету новую, которая будет удобнее и комфортабельнее прежней.
     Милый Гарри, жаль что   ты, был совсем не мил со мной. И еще,  мне очень жаль, что я, не смогла доставить вас с Анной, в подвал моего дома. Где меня всегда ждут, те, кого, я никогда не смогу позабыть... Мне было  тяжело расставаться с вами. Но, дом был далеко, а более удобного случая посчитаться, могло не представиться, да и терпеть, ваши лицемерные улыбки, больше не было сил. Я простилась с вами, глядя, как яхта исчезает в глубине таинственных и непостижимых  вод, но,теперь, и вы, навсегда останетесь в моей памяти.

                                    Неизвестный

      В этот день, еще с утра, все не заладилось. Зачем ты, повстречался на моем пути? Все в этот день раздражало меня: слуги, окружение, сама обстановка. Весь день шел дождь, и ужасно болела голова. Я выехала на своей новенькой красной машинке из гаража, на ходу обругав заспанного шофера. Сегодня, я сама вела автомобиль. По серпантину дороги, он несся как ласточка, разрезая собой свежий и еще прохладный от дождя воздух. Я остановилась у придорожного кафе. Гадкий там был кофе, ну да, и кстати было это к моему нынешнему настроению. Паренек бармен, мило улыбался, глядя, то на меня, то  на мою машину,  что виднелась через  заляпанное стекло большого  окна второсортной забегаловки.
- Кофе, мэм?
Я натянуто улыбнулась и  утвердительно кивнула в ответ.
- У нас, самый замечательный кофе, мэм! Зачем то соврал парнишка. Улыбка его была непринужденной и обескураживающей.
Я взяла кофе и вышла за дверь, напоследок еще раз взглянув на бармена.
Молод, хорош! Но, слишком молод….
Он будто услышав мои мысли, заговорил:
Мэм, это ваша машина? Красивая! Мне в город нужно, не подбросите?
Я остановилась в дверях и еще раз взглянула на наглеца.
- А почему, нет? Поехали!
Он быстро, на ходу, что то, объяснил напарнику и догнал меня уже возле автомобиля.
Боковым зрением, я заметила, как он, нежно погладил дверцу авто.
Улыбнулась. Нахал, дерзкий, молодой, я люблю таких. Кинула сумочку на заднее сидение, думала, сядет впереди. Нет, сел назад. Жадно всматривался в мой затылок, видимо зацепила. Не знаю что больше, то ли моя машина, то ли я. Да нет, конечно же, знаю, конечно, машина. Боковым зрением, глядя в зеркало, заметила, тянется рукой к сумочке. Маленький мерзавец.
Громко заговорила:
Где ты живешь? Не дождавшись ответа, продолжила: может, увидимся вечером? На что, «мерзавец» одернул руку, видимо решил, что вечером, сможет урвать больше.
Договорились о встрече, на одной из безлюдных улочек. Конечно же, он пришел, был уже не таким уверенным, переминался с ноги на ногу. Глаза его бегали из стороны в сторону. У меня даже промелькнула мысль, что он не один. Я оглянулась, но на пустыре, никого, кроме нас, не было.
- Прыгай в машину, мальчик, едем кутить?!
На мои слова, он улыбнулся и уверенно открыл переднюю дверцу авто. В автомобиле, мы открыли шампанское, я щедро налила искрящуюся жидкость в его бокал.
- Ну что малыш, наверное, не каждый день, пьешь дорогое шампанское, с такой шикарной женщиной?
Я заливисто смеялась, а он глупо улыбался и кивал на каждое мое слово.
- Сколько тебе?
- Двадцать пять.
- Врешь!
- Двадцать два. Почти двадцать два... Меня зовут…
Я прервала его речь поцелуем.
Не нужно имен, не нужно обязательств. Я все равно не вспомню о тебе завтра. А ты, ты смог бы, отдать жизнь, за ночь со мной?
Разгоряченный парень, целовал мою шею и шептал, что готов ради меня на все.
Я завела заглушенную машину и рванула с места.
- Я покажу тебе рай, мальчик! Поехали.
     Я давно облюбовала это место, это был высокий берег, густо покрытый зеленью. Внизу, неистово бились волны, глухо ударяясь, о острые стены скалистого обрыва. А наверху, все утопало в восхитительно благоухающих белых цветах. Дикая смесь нежности, тревоги и непостижимой остроты, тревоги и опасности. Стоя на краю обрыва, я часто раскидывала свои руки, ощущая себя птицей, легкой и невесомой. Но, стоило взглянуть вниз, холод и оцепенение накрывали мое умиротворенное сознание. Именно сюда, я и везла его. Когда мы подъехали к обрыву, снотворное, добавленное в его бокал, начало действовать. Неловкими шагами он выбрался из машины, и как то виновато, взглянул на меня.
Его взгляд говорил, что-то вроде, прости, я чуток, перебрал.
Давай руку, я помогла ему идти, он облокотился на меня и неуверенно пытался поцеловать меня. 
- Все малыш. Идем смотреть рай!
Я вела его к обрыву. А он, все глупо улыбался и неловко переступал заплетающимися ногами. На краю обрыва я отпустила его, сначала он покачивался, затем поймав равновесие, выпрямился. Он, еще ничего не понял. А снотворное делало свое дело…
- Посмотри как красиво! Прошептала я.
     Он взглянул вперед, на меня, его глаза, уже почти не фокусировались. Пошатнулся, шаг вперед… Полет…   Полет в бесконечность, не был долог. Он даже не кричал, наверное,  он уснул в этот момент. Как же его звали? Ах, да, он не успел рассказать об этом.  В тот момент, я даже позавидовала ему, какую необыкновенную легкость, испытывал он, в это мгновение. Я бы не смогла так.  Так безумно красиво, лететь в пропасть…
 
Сколько вас было в моей жизни?! Как же, быстро, заканчиваются страницы в этой тетради...... Нужно приказать слугам, принести новую.
                           

         Белые стены и потолок. Темный пол, и вечно шаркающие по нему ноги. Как сомнамбулы, туда-сюда бродили люди с пустыми, ничего не говорящими глазами. Они, уже приняли свои лекарства. Те, что вели себя агрессивно, были накрепко привязаны к спинкам железных кроватей.  В самом дальнем углу большой палаты, свернувшись в неудобной позе, лежала молодая, красивая  женщина. Она, изредка смотрела  в потолок и беззвучно шевелила губами.  На тумбе, стоящей возле кровати, лежала тетрадь. Подчистую, исписанная мелким почерком.
Два врача, пожилой профессор  и молодой практикант подошли к женщине.
- Знаете, ли, очень интересный случай, профессор, кивнул на тетрадь. Можете прочесть, все пишет, это уже третья тетрадь. Думаю, она их неимоверное количество напишет, в таком состоянии, пока что, в лечении, прогресса-ноль! Доктор, растерянно, развел руками.
- О чем пишет? Поинтересовался практикант.
- Об убийствах, скольких она, так сказать, того…
- Она убийца? Лицо практиканта исказилось в недоумении. Он с интересом, рассматривал красивые черты лица, незнакомки. На миг промелькнуло, неуловимое чувство,   будто бы уже встречал ее, где то. Красивая! - Подумал мимолетно.
- Да, нет! Что вы, она и мухи не обидит. Продолжал в это время профессор. Знаете ли, коллега, это, как раз тот  случай, который вы, рассматриваете в своих научных трудах.  Это как раз и есть, пример того, когда человек, стремиться сбежать от реальности. Ответная реакция на сильный и постоянный стресс. Психологическая травма, неспособность больше воспринимать действительность, такой, какова она есть. Саморефлексия… Чистой воды эскапизм… Нарушение работы префронтальной коры. Как вы знаете, эти участки нашего головного мозга отвечают за инстинкты выживания, нашего организма. Когда, больше не осталось резервов воспринимать реальность, ее мозг, просто  переписал  историю… 

- Что же, с ней произошло?
-Да в общем то,  о ней, ничего неизвестно. Кто она, откуда... Каким то образом  оказалась в борделе, говорят, явно не по своей воле... Вы знаете, это практикуется, несмотря на постоянную работу полиции…. От других девушек, узнали, что попала туда, она, совсем юной. Так и жила, в настоящем рабстве, пока полиция не накрыла это заведение. Говорят, неоднократно, пыталась покончить с собой. Даже, находясь в полиции, пыталась выпрыгнуть в окно.
- И вы позволяете ей пользоваться письменными принадлежностями?
- Только под присмотром сестер. Ее успокаивают эти записки…

- Нужно будет, почитать, на досуге...
Молодой человек, протянул руку к лежащей тетради. На ходу вспоминая, как совсем недавно, посетил, один из местных борделей.
 


Рецензии