Грехи мои... Жадность

                                                                            «Иметь и не дать иной раз хуже, чем украсть»
                                                                           Мария фон Эбнер-Эшенбах

Взяла надо мной верх одна слабость и оставалась в моей жизни долгое время. До тех пор, пока не довела меня до самой крайней крайности.
Называлась эта слабость «солнцезащитные очки» и заключалась не в их количестве, а в стильности и в цене. Мои солнцезащитные очки всегда являлись штучным и дорогим товаром. И, конечно, всегда - из самой модной заграницы.

Не знаю, почему лукавый придумал определить мне именно эту слабость, но я с ней жила и думать-не думала, до чего она меня доведёт.

Моя любовь к солнцезащитным очкам росла прямо пропорционально их цене, а я нисколько не волновалась, успокаивая себя тем, что редко ведь хочу «чего-то эдакого», а красивые и дорогие очки – всего лишь «достойное уважения желание иметь приличный летний аксессуар» (именно так я это называла).

Шло время. Ложная скромность под именем «редко ведь хочу чего-то эдакого» застила мне глаза и старательно продолжала свою плохую службу.

Крайние очки выделялись среди предыдущих и особенным стилем, и особенной ценой. Я носила эту красоту три лета, а очки всё оставались в рейтинге самых-самых.

Третьим (от начала приобретения моей солнцезащитной красоты) летом у нас гостила моя мама. Пожилой и слабый здоровьем человек, она плохо переносила жару и солнце, которых тогда хватало с избытком каждый день. Но выходить из дома хотя бы ненадолго, конечно, приходилось. И мама попросила у меня очки «от солнца».

Незатейливая мамина просьба повергла меня в ужас. Маме – мои очки??? Из рейтинга «самых–самых»??? Так ведь не оценит или потеряет, как свои прежние, забытые в больнице. Мама ждала у порога, а я… А я выковыряла из ящика в коридорной тумбочке мои старые-престарые очки, засунутые в самый дальний угол и потому ещё не выброшенные, и протянула их маме.

Точно помню: сердце моё вдруг сжалось. Так, как оно сжимается на предстоящие переживания, которых ты и не ждёшь вовсе, но которые сердце тонко предчувствует.  Я быстро стряхнула с себя странное беспокойство и секундную неловкость перед мамой, а мама даже не поняла ничего, просто взяла очки и поблагодарила.

… А вечером того дня мои «самые-самые» солнцезащитные очки ушли от меня.

До сих пор не понимаю, как я могла их потерять. Все поиски закончились ничем. Очков не оказалось ни дома, ни в машине, ни в сумочке. Больше я их не видела.

Близкие до ночи переживали из-за меня. Я до ночи переживала из-за очков. А перед самым сном, когда снова и снова жалела потерянные очки и себя, вместо привычного, тихого, уютного «тик-так» прикроватных часов услышала грозное, громкое, обличающее:
– Жадность!!!

Услышала в себе, а показалось – прямо с неба.

Жадность!!!
А дальше перед глазами пронеслось всё, связанное с моим «достойным уважения желанием иметь приличный летний аксессуар». Я увидела себя со стороны. И поняла, почему так сжалось моё сердце, когда я протянула маме ненужное мне старьё.

Жадность!!!
А ведь я считала себя щедрой, готовой отдать последнее. Ну конечно! Последнее не жалко. Отдашь это, будет другое. А если отдать не просто последнее, а – любимое? И не просто любимое, а - очень? Отдать такое хватит ли щедрости? У меня – не хватило. Даже на время отдать не хватило. И не кому-то – маме!

Жадность!!!
Стыд перед близкими, а особенно перед мамой заставил захлёбываться бедное моё сердце. Мне стало страшно. Известно ведь: у жадности меры нет, она – бездонная пропасть.

Жадность!!!
А вместе с ней – тщеславие (очки-то мои ведь были «из рейтинга, самые-самые»), немилость (тебе, мама, и забытый хлам сгодится), скупость (себе, что получше, приберегла, не поделилась), эгоизм (лучшее – мне). Вот куда привела меня моя слабость. Вот до какой крайней крайности.

И не зря говорит нам Господь в Нагорной проповеди: «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут». (Евангелие от Матфея 6:19).

И не зря толкует нам епископ Михаил (Лузин): «…не нужно заботиться чрезмерно об умножении сокровищ земных, потому что все они непрочны: ныне они есть, а завтра так или иначе могут быть истреблены и обладатель может лишиться их». (Толкование на Матфея 6:19).

И не зря святой Иоанн Златоуст учит нас: «… хотя бы люди и не повредили их богатству, но всегда будут вредить ему моль и ржа. Неужели золото истребляется молью? Если моль не истребляет его, то – воры крадут…». (Беседы на Евангелие от Матфея).

Я собрала себе сокровище и лишилась его. Пожадничав – потеряла. Сама себе стала вором.

Во времена Ветхого Завета против жадности выступал закон: «Когда будешь жать на поле твоём, и забудешь сноп на поле, то не возвращайся взять его; пусть он остаётся пришельцу, нищему, сироте и вдове». (Второзаконие 24:19-22).

Нет, тогда я не оставила потерянные очки «пришельцу, нищему, сироте и вдове», а старательно искала их в надежде вернуть.

Но на исходе того дня перед самым сном я переживала не о моих солнцезащитных «самых-самых» очках и безрезультатных поисках, а о потерянной для сердца радости отдать маме столь любимую мной вещицу. Не на время отдать. Насовсем. 

... Не сразу, но собралась я с духом и покаялась перед мамой, мужем и дочерью, а потом и на исповеди в отвратительном моем грехе жадности ...


Рецензии
Оля, а мне так Вас очень жалко - так искренне и глубоко переживаете. Маме, конечно, с радостью очки эти надо было отдать - любимым отдаём самое любимое. Но раскаяние превыше. А с очками случилось то, что и должно было случиться - Вы же настоящая. Когда-нибудь дорогой Вам человек подарит Вам новые красивые очки(или другую вещицу), и Вы будете любить её - как дар от дорогого.
С радостью читаю Вас и чувствую свет замечательный.
Всего самого доброго Вам!
С уважением,

Владимир Левченко-Барнаул   12.09.2017 05:59     Заявить о нарушении
Как дорого мне, Володенька, что Вы меня пожалели... Я так тронута...
Сижу, хлюпаю...
Спасибо от самого-самого моего сердца!

Володенька, Вы очень тонко увидели, почувствовали, что я в тот день (и потом, когда просила прощения у мамы, и потом - на исповеди) вытерпела. Какой жгучий это был стыд. Какая это была сильная сердечная и душевная боль. Мне правда показалось, что само Небо на меня обрушилось. И нет, и никогда не будет больше для меня ясного света.
Сидела я и знала точно: нет никого худшего меня.

... И теперь, спустя время, читая святоотеческое, знаю: Милостивый Господь еще пожалел меня тогда, показав только край моей пропасти, а не саму пропасть.

Вот, что творит с нами привязанность к вещам. Кажется - малость. Но это только кажется.

Слава Богу, что дается нам время на покаяние. Теперь-то знаю ооооочень хорошо, как нужно это время ценить. Еще знаю, что нужно всегда, всегда смотреть внутрь себя, проверять, чтобы не пропустить плохое и страшное и не оказаться уже не на краю пропасти, а - в самой пропасти, на самом её дне.

Как замечательно Вы расставили акценты, Володя! Любить не вещь, самой по тщеславию (хоть и красиво прикрытому) приобретенную, а вещь - дар по любви от дорогого человека! Это же - совсем, совсем другое дело! И - совсем, совсем другое отношение.
Потрясена... Какой добрый урок мне! Спасибо!!!

Какая мне великая радость - Вы, Володенька и слова Ваши!

Божией помощью пусть всё, всё будет у Вас светло и добро!

С великой признательностью,

Ольга Суздальская   12.09.2017 10:17   Заявить о нарушении
На это произведение написано 40 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.