В поисках Бога

   Моя подруга Надя всюду ищет Бога. Но на самом деле пытается найти себя. Недавно она ездила в монастырь под Рязанью. Там её что-то взволновало. Говорит, будто хочет побыть одна, прислушаться к ощущениям. Угощала меня вкуснейшим монастырским хлебом. Рассказывала о своей знакомой, которая живёт в монастыре на послушании.
– Представь себе, Ника, раньше я её не понимала. Мне казалось, что девчонку «заманили» в монастырь. А когда сама там побывала – жутко тянет обратно. Ощущения – не передать словами. Понимаешь, эти пару дней я была абсолютно счастлива! Так легко на душе – будто попала в рай. Влечёт, словно к любимому человеку.

– Что-то произошло. Я права?
– Вроде бы ничего особенного. Познакомилась там с двумя паломниками. Обратила на них внимание ещё вечером в храме – сразу, как приехала. Моей соседкой по комнате была очень интересная девушка. Она ездит к одному из тамошних послушников. В первую ночь мы с ней проговорили до утра – легко и непринуждённо.
– А второй паломник?
– Мужчина средних лет. Просто копия моего любимого! Такое сходство, что мне даже не по себе стало. С этим человеком были его внучки – болтушки и непоседы. Так трогательно – взрослый мужчина с детьми! Я невольно дедушку вспомнила.
– Мы с папой тоже всегда вместе ездим.
– Всё равно довольно странно. Ни матери, ни бабушки. Только этот мужчина и две очаровательные малышки. Они жили в номере напротив. Девчонки такие любопытные – проникли в нашу комнату. Одна из них увидела у меня ладан на столе и захотела взять. Разве можно отказать ребёнку? Малютка была так счастлива!
– Молодец, девочка! Своего шанса не упустит.
– Ага! Как бы мне хотелось такую дочку…
– Ты сама – сущий ребёнок, Надька! Поэтому тебе Бог детей не даёт.
– Ты шутишь?
– Нет, я серьёзно. Наивная ты душа.

   Надя захлопала глазами, а я невольно улыбнулась.
– Наверно, я кажусь тебе смешной? – спросила подруга.
– Не в этом дело. Просто ты так искренне всему радуешься.
– Это лишь видимость. Иногда в голову лезут странные мысли. Например, тянуло написать слово «рок» на стене монастыря. Как в «Соборе парижской Богоматери». Но нельзя – там всё на виду.
– Зато можно мысленно осуществить то, что хочется. Или ещё раз поехать в этот монастырь.
– Я и сама об этом думала. Душа до сих пор там бродит.
– Интересно. У Милана Кундеры в «Бессмертии» описано такое место, куда тянет уйти от мира. Но это призрак. Автор говорит, что на земле больше нет уединённых монастырей.
– Я заметила. В обители меня всё время окружали люди. Не мешали, но… даже не знаю, как сказать.
– Просто тебе хотелось побыть одной.
– Да, очень! А это было невозможно. И люди, вроде, приятные. Но желанного одиночества не было нигде.

– Научись превращаться в невидимку!
– Вот было бы здорово!
– А что тут такого? Закрываешь глаза – и мысленно переносишься куда хочешь. Ты же именно так общаешься со своим любимым. Потому что внутренне он всегда рядом с тобой.
– Да, он стал всем вокруг. Как Бог. Когда думаю об этом – жутко становится.
– Иногда лучше не думать. Но это невозможно. Знаешь, Надька, порой мне страшно за тебя. Появляется обречённость, когда какой-то человек становится Вселенной.
– Я сама об этом думала. Нельзя так любить. Когда понимаешь, что человек никогда с тобой не будет. Это как безответный зов или письмо в никуда.

– Если хочешь, мысленно стань мною и проживи чувства с моим отцом.
– Ника, какая же ты фантазёрка!
– А что? Поезжайте с ним куда-нибудь. Займитесь любовью вдали от посторонних глаз.
– Мне нравится твой отец. Но это же кощунство!
– Не заморачивайся! Просто проживи свои чувства.
– А как же ты?
– Я в это время буду тобой. Согласись, интересно поменяться телами и понять, что чувствует другой человек.
– А если обмен не получится? Вдруг душа не придёт назад? Или вернётся, но чужая. Знаешь, о чём я мечтаю? Вернуться в детство – там я настоящая.
– Зачем, Надь? Дети – довольно бесправные существа. Почти всё за них решают взрослые. Помню, когда я была ребёнком, папа отправил меня на целый месяц в санаторий – с бабушкой и дедушкой. Я думала, что сойду с ума. Очень скучала по отцу. Он постоянно мне снился, но не навещал. Когда приехал – это было такое счастье!
– Теперь ты выросла, но твой отец всё равно имеет над тобой власть…

   И тут вошёл папа. Как будто подслушивал. Мы с Надькой замолчали и переглянулись.
– О чём спорим? Судя по вашей реакции, разговор шёл обо мне. Не так ли?
– Вы крадёте Никину душу! – вдруг прорвало подружку.
– У тебя слишком богатое воображение, Надя, – усмехнулся отец. – Никина душа на месте – иначе вы бы с ней тут не болтали.
– Вы совсем не даёте ей свободы!
– Ерунда! Свобода – миф. И Нику я не держу.
– Что же ты молчишь? – воскликнула подруга, обращаясь ко мне.
– А зачем мне такая свобода? Я привыкла.
– Это страшно, Ника. Привыкнуть к тюрьме, зная, что тюремщик стережёт зорко и заходит в твою душу, как в камеру.
– Это мой выбор.
– Дурочка! Так вся жизнь пройдёт мимо.
– Жизнь без папы меня не интересует.
   Надя расстроилась и ушла, даже не попрощавшись.

– Зачем она приходила? – в отцовском голосе чувствовалось волнение.
– Поделиться. Накипело у неё. Ищет Бога.
– Это серьёзно. И что ты ей посоветовала?
– Тут ничего не скажешь. Это такое личное…
– А что значит Бог для тебя?
– Вера, путь и ответственность.
– Интересно. Взрослеешь, Ника.
– Приходится. Знаешь, пап, я ведь тоже ищу Бога. Или это Он ищет меня? Не знаю. Помнишь, ты предлагал мне почитать Ницше? Открываю книгу, а там у него – «Бог умер». Мне так страшно стало! И я бросила. Не могу такое читать!
– Я тебя не заставлял.
– Да, конечно. Но так гадко стало на душе! На следующий день я пошла в храм. Священник читал проповедь про «обрезание сердца». Думаю, он имел в виду укрощение страстей. Но для меня это равносильно самоубийству! Если бы я обрезала сердце, то с трудом понимала бы чувства других людей. Кастрация души. Путь к ожесточению. Именно так в человеке просыпается инквизитор. Нельзя отключать сердце! Оно не врёт.


Рецензии