Камушек 1. Похищение

США, штат Висконсин, тюрьма Уопан, 1958 год.

Марк, белый сорокалетний мужчина благообразного вида с унылым видом сидел на нижнем ярусе спаренной койки и в пол уха слушал бесконечную болтовню сокамерника Алефа Халфрида. Этот молодой мулат мог часами разглагольствовать  о тонкостях своей любимой профессии стеклодува.  О ней он знал всё и очень гордился этим, хотя ни в чём другом не ориентировался вообще.  Причём «попух», то есть получил срок именно благодаря приобретённому мастерству.

В ювелирном магазине его занюханного городка, витрину несколько десятилетий  украшал пепельно-серый полупрозрачный овальный кусок непонятно чего. Хозяин же лавки утверждал, что это часть лавы Везувия времён гибели Помпеи. И что у него имеется документ вулканологов, подтверждающий это.  А для убедительности подсвечивал снизу сей грязноватый кусок.
Однажды непонятная вещица пропала, причём ушла через разбитую витрину. Обладатель сокровища очень расстроился и назначил премию за её возвращение в 500 долларов.  В каком направлении ушёл камень, и кто его украл, так и осталось тайной.  Но Алеф, мастер богемского стекла, не прошёл мимо этого соблазна.  Он по памяти выдул с десяток очень похожих копий пропажи и из-под полы продавал их всего по 100 баксов.
Один из осчастливленных этим приобретением,  соблазнился на посулы законного хозяина и представил ему подделку. В итоге наш виртуоз-стеклодув схлопотал полтора года за мошенничество.

Марк Свиндлер имел такой же срок отсидки, но по ещё менее престижной статье – карманной кражи. Этим он занимался всю сознательную жизнь ещё со школы. Не смотря на свой интеллигентный вид белого человека, мать у него была чистой негритянкой, а отца он не знал вообще. Взрастал в трущобах района Эйч Стрит Вашингтона Ди-Си(District of Columbia), никогда не работал и имел заветную, тайную мечту. А именно - совершить кражу века. Для этого подсознательно откладывал деньги на возможные траты, связанные с предстоящим подвигом вора.
К сорока годам собралась приличная сумма, но дело достойное его вниманию никак не подворачивалось. Мало того, не просматривалось даже кражи десятилетия, а если честно говорить, то и года тоже. Мысли о воровстве с применением насилия, а тем более убийства, Марк не допускал. Не тянул он просто на это, кишка тонка.

Грустные мысли прервали возгласы выводных вертухаев о предстоящей прогулке сидящей братвы во внутреннем дворе тюрьмы. Загремели отодвигаемые решётчатые двери. Сидельцы, соблюдая дистанцию, потянулись цепочкой к дворовому выходу из корпуса. Уже прогуливаясь, Свиндлер заметил у одного из заключённых в руках развёрнутую газету «Washington Post». Проходя третий раз мимо, зацепился глазами за обширную заметку в разделе «Культура-Искусство». На прилагаемой к очерку фотографии просматривалась какая-то огранённая стекляшка. Глаза заметили цифру в тексте – 70 млн долларов! Марк остановился и вперился в газету. Обладатель прессы тут  же закрыл издание и воинственно выпятил нижнюю челюсть. В процессе короткого торга газета поменяла хозяина за начатую пачку сигарет.

Уже в камере внимательно, не торопясь ознакомился с содержанием очерка и … сердце искателя воровской славы тревожно забилось. Из текста следовало, что известный ювелир Гарри Стоун передал Музею естественной истории Смитсоновского института, редкий по чистоте, цвету и огранке бриллиант «Хоупа» в 45,52 карата. Причём передал … бесплатно!!! А злые я зыки утверждали, что просто избавился от него, так как алмаз приносит несчастье. В подтверждение приводился пример почтальона Джеймса Тодда, который доставлял драгоценность в музей. На обратном пути бедного служащего сбивает грузовик, он становится инвалидом. Мало того, вскоре погибают его жена и собака, а в довершение сгорает дом.

Оставшихся три месяца до выхода из тюрьмы, каждый день Марк разрабатывал и прорабатывал возможности похищения вожделенного сокровища. И к моменту освобождения план вырисовывался абсолютно чётко. Претворение задуманного растягивалось на годы и вставало организационными и техническими проблемами. Но всё было решаемо, нужно только терпение, методичность и полная скрытность.
Для начала Свиндлер проявил интерес к сокамернику, чем того очень удивил и обрадовал. Алеф с удовольствием делился теми секретами своего мастерства, которыми интересовался коллега. Стеклодув оказался родом с острова Куба, на котором в настоящее время происходили события близкие к гражданской войне.
К моменту расставания сокамерники уже стали лучшими друзьями, чуть ли не братьями.

Освободившись, Марк вернулся в свой родной город Вашингтон и убедился в сохранности добытых «непосильным трудом» денежных средств. Для начала по новой притёрся в блатной среде своего района Эйч Стрит. Присмотрелся, и по проверенным каналам приобрёл «чистые» документы на незапятнанного криминалом законопослушного гражданина Адама Клина. Тут же поменял своё старое место жительства на новое - авеню Конституции, на которой и располагался Музей естественной истории.  Устроился работать в фирму, специализирующуюся на уборке помещений по заказам. Проработал там год, прослыв самым аккуратным и исполнительным работником, за что при увольнении стал обладателем отличных характеристик и рекомендательного письма. На основании их получил место уборщика в заветном музее.

Всё это время Свиндлер-Клин собирал сведения о предмете своего вожделения.
Оказалось, что история алмаза уводит в Индию 17-го века. Французский охотник за драгоценностями Тавернье увидел огромный 115 каратовый голубой алмаз … в левом глазу  статуи индийской богини Ситы. Богини земли и лунного света, что вкупе даёт мрак, неизвестность и погибель.
Коварством и вероломством он заполучил камень и вывез во Францию. Там его распилили на несколько частей и произвели огранку. Самая большая часть в 69 каратов стала основным украшением королевских сокровищ Бурбонов и называлась «Голубой француз».
И тут же венценосцев начали преследовать несчастья. У Людовика XIV стали умирать родственники – сын и два внука. Людовик XV довёл Францию до полного обнищания. Людовик XVI вместе с женой закончил жизнь на гильотине. Тогда же, в 1792 году, в вихрях Французской революции голубой алмаз пропал.

Сам Жан-Батист Тавернье тоже помер не в своей кровати. Будучи проездом в Москве, был найден на окраине города загрызенным бродячими собаками.
Позже, в Россию попал один из кусков распиленного алмаза в виде вставленного в перстень бриллианта. Он был подарен императрице Марии Фёдоровне, жене Павла I. Который вскоре, в 1801 году,  был задушен заговорщиками в своей спальне.

Сорок семь лет спустя, а это цифра в нумерологии означает завершение начатого дела, в 1839 году грозный бриллиант появился вновь,  в коллекции британского аристократа Генри Хоупа. Но … уже в виде переогранённого сапфирово-сиреневого цвета камня весом в 45,52 карата. Изделие завораживало зрителя своей неземной красотой и искрящимися гранями, как бы излучающими внутренний свет драгоценности.
Поначалу алмаз не проявлял своей агрессии к владельцу, и никто не догадывался, что это бывший «Голубой француз».

Но … наследник Генри, лорд Френсис, в полной мере прочувствовал проклятие индуской богини Ситы. Он промотал всё своё состояние и умер в нищете. Далее камень множество раз менял владельцев принося им несчастья: Француз Колот, купивший камень, повредился в рассудке и совершил суицид. Следующий обладатель сокровища князь Корытовский застрелил свою любовницу, носившую камень, а через два дня погиб сам. Султан Абдул Хамид II подарил его своей жене Салме, а она вскорости заколола его кинжалом. Далее американка Эвелин Уолш-Маклин, кстати дочь владельца газеты «Washington Post» – в автокатастрофе гибнет её сын, дочь становится наркоманкой и совершает самоубийство, а муж попадает в сумасшедший дом. Наконец бриллиант попадает в руки известного американского торговца украшениями Гарри Уинстона и … прекращает шалить, видимо ожидая благородного жеста нового хозяина.
Девять лет Гарри с опаской смотрел в сторону грозного сокровища, пока не решился избавиться от него. В ноябре 1958 года подарил драгоценность Смитсоновскому институту. И тут алмаз последний раз проявил свой нрав – отыгрался на бедном почтальоне.

Все эти сведения новоиспечённый Адам Клин воспринимал достаточно отвлечённо. Да и как относиться к опасному предмету, который в настоящее время является журавлём в небе. Пока яркой мечтой, на пути к которой стоят более чем серьёзные препятствия, преодолеть кои до него никто даже и не пытался.
Смертоносное украшение в настоящее время покоится в платиновом обрамлении шестнадцати больших белых бриллиантов прикреплённых к массивной цепи с ещё 45-ю огранёнными алмазами. Сокровище находится в центральном зале музея и покоится на особой косой подставке закрытой пуленепробиваемым стеклом. Мало того, при удалении или повреждении стекла украшение автоматически уходит вниз, в надёжный стальной сейф. Кроме этого имеется два рубежа сигнализации – один зала, а второй экспоната. Да ещё два охранника, сидящие на пульте сигнализации и совершающие каждых два часа обход всех залов музея.

Поэтому второй этап приближения к мечте жизни у Адама, естественным образом стала замена профессии уборщика на охранника. Этому способствовало окончание платных курсов гражданской стражи и прекрасные отзывы его настоящих начальников по музею. А желание объяснялось несомненно просто – зарплата охранника почти вдвое выше, чем у уборщика, да и работа не пыльная.
На новом месте Клин также проявлял чудеса трудолюбия и интереса к работе. Не афишируя поступил на курсы электротехники, где особенно интересовался системами сигнализации, и к окончанию курсов уже знал, как обмануть электромеханического сторожа.

Но не это было основное препятствие на пути к краже века. Главное, чтобы о ней никто не узнал! А для этого нужно изготовить абсолютно неотличимую копию алмаза, что граничит уже с ненаучной фантастикой. Но посулы для этого есть в лице бывшего сокамерника Алефа Халфрида. Адам представил ему несколько цветных фотографий камня и примерные размеры, а тот пытался нечто подобное по цвету и прозрачности отлить.
В способностях своего подельника Клин не сомневался, но во всю глубину своих замыслов не посвящал. Впрочем, тот не очень-то  интересовался и вполне довольствовался обещанной наградой.

Алеф  и сам был рад экспериментировать. За основу взял технологию изготовления богемского хрусталя и некоторые достижения Сваровского. Для получения преломления света близкого к натуральному алмазу добавлял в стекольную основу окись свинца, заменяя им окись кальция. А для получения эффекта внутреннего голубого свечения внедрял в массу бор.
Наконец-то получилось нечто подобное, и осталось самое главное – огранка. Сама схема огранки секретом не являлась, в каталогах известных бриллиантов она прилагалась практически как паспорт изделия. И в этом деле помог подельник Алеф, имевший на примете огранщика чешского хрусталя с тёмным уголовным прошлым.

Наконец Адам держал в дрожащих от возбуждения руках точную копию заветного камня. На ближайшем дежурстве он сравнит её с оригиналом. Ночь перед работой Клин не спал, а когда под утро забылся, то приснилось, что он держит в обеих руках по бриллианту, и их нельзя отличить. В приподнятом настроении поспешил в институт.
На ночном обходе приложил «двойника» поближе к оригиналу и … о боже! И цвет не тот и внутреннее свечение иное, гораздо слабее. Минуту стоял около застеклённого сокровища с отвисшей челюстью и дрожащими коленками. Наконец появилась разумная мысль – фон не тот! Оригинал лежит на голубовато-бежевом материале, а двойник у него на ладони.

К следующему дежурству у Клина уже имелся точно такой же кусок материи. Но опять же, внутреннего свечения как у оригинала не было! Злоумышленник совсем скис – два года усилий коту под хвост. Утром же смотрительница зала сразу заметит подмену. Адам уныло поплёлся к напарнику в дежурку. Но останавливаться нельзя, пройдено уже слишком много! Наконец  к утру появилась призрачная надежда. На следующий день, пользуясь удостоверением музея, Клин записался в Библиотеку Конгресса. В читальном зале корпуса Джона Адамса набрал кучу книг по геммологии.

Изобилие научного материала повергло его в ужас. С уже познанной им электротехникой обстояло гораздо проще. К закрытию зала наконец-то ему попалась толковая книга, предназначенная как для учёных, так и для интересующихся обывателей-любителей. Называлась она «Драгоценные камни» под редакцией Герберта Смита, президента ассоциации геммологов Великобритании, издание 1912 года. Со следующего дня Адам и начал её изучать.
Через две недели перевернул последнюю страницу и крепко задумался. Спасительная идея точно присутствовала в тексте, только нужно её распознать и ухватиться. Ещё через три дня полученные знания разложились в голове по полочкам, и идея всплыла сама: нужно нижние грани подделки чуть-чуть напылить порошком серебра! Только не переборщить, хотя и недоборщить тоже нельзя.

На ближайшем дежурстве выяснилось, что лёгкое напыление добавило двойнику внутреннего свечения, но ещё недостаточно. А уже на следующем дежурстве камни отличить на вид было уже не возможно. Клин воспрянул духом. Остались мелочи – дождаться очередного переосвидетельствования камня, которое происходит раз в два года. До него осталось всего два месяца. А за это время проверить на практике незаметное отключение сигнализации.

Изучая теорию, Адам выяснил - любая охранная сигнализация отрегулирована таким образом, что при аварийном отключении электричества на несколько секунд, она не срабатывает и не переходит на автономное аккумуляторное питание. Эти нейтральные секунды нужны для того, чтобы автомат на ближайшей трансформаторной подстанции успел перейти на второй, запасной ввод электричества. А два раздельных ввода эл.питания объекта, находящегося под охранной сигнализацией, требуются по Техническим условиям.
Далее. Любой контур или рубеж сигнализации имеет какое-то электрическое сопротивление. Отсутствие сопротивления, то есть обрыв, приводит к немедленному срабатыванию сигнализации. Так же она срабатывает при изменении эл.сопротивления контура более чем на 20%. То есть, чтобы обмануть технику нужен «жучок» с похожим сопротивлением. А измерить сопротивление контура можно обыкновенным омметром.

На одном из дежурств, когда напарником был исполнительный, но туповатый негр Джон Коллинз, Клин решился проверить теорию на практике. Как только Джон неторопливо направился в очередной обход по залам, Адам открыл эл.щит сигнализации, находящийся прямо в дежурке. На внутренней стенке дверцы фигурировала схема подключения контуров-рубежей сигнализации. Найдя по схеме потайную сейф-ловушку бриллианта, отключил контур и сразу воткнул заранее заготовленный жучок-резистор. Сердце ухнуло вниз и судорожно затрепыхалось где-то значительно ниже пояса. Глаза готовы были вылезти из орбит, но … ничего не произошло, сигнализация не сработала, техника проглотила обман не поперхнувшись.
Туже процедуру осуществил с контуром зала, результат аналогичен.
Утром покидал работу с настроением триумфатора – все препятствия к заветной мечте устранены, осталось только подождать две недели до очередного освидетельствования драгоценности, после которого пропажи не хватятся ещё два года.

Дату акции назначил себе сам, сообразуясь совместным дежурством с Коллинзом. Уже заступив на дежурство, выпил успокаивающих таблеток, но всё равно, руки дрожали, глаза бегали, голову посещали дурные мысли: по своему ли плечу он взялся за дело, на которое до сих пор никто не отважился. Но отступать было поздно, да и в его жизни другого такого случая больше не представится.

На первый ночной обход отправился напарник Джон. За это время Адам отключил оба рубежа сигнализации бриллианта Хоупа. Через два часа в обход направился сам. Через десять минут стоял перед основным экспонатом музея, руки дрожали, а сердце стучало громче набата. Надев перчатки тонкой резины, с трудом поднял короб из бронированного стекла и поставил рядом на пол. Аккуратно взял драгоценность с цепью в левую руку и специальными щипчиками отогнул четыре из восьми зажимов заветного камня. Тот неожиданно легко вышел из оправы. Вставил фальшивку на его место, загнул зажимы. Всё это время руки не дрожали, но как только бриллиант оказался в кармане, завибрировали вновь. С трудом водрузил лживое сокровище на место, установил короб и вовремя появился в дежурке.
При следующем обходе напарника убрал из эл.щита жучки.

Клин сидел в своей комнате и в свете утреннего солнца любовался криминальным трофеем. Зрелище завораживало, за бронированным стеклом вид алмаза совсем иной, как бы не живой. А тут в полной мере чувствовалось всё его великолепие. Но … чем больше всматривался Адам в драгоценность, тем больше его охватывала тревожная жуть. И тут он вспомнил о родословной камня, о тех несчастьях, которые таинственный кристаллический кусок приносил своим владельцам.
В этот момент раздался телефонный звонок, Клин взвился, как от удара электрическим током и аккуратно поднял трубку.

Звонил … сам директор музея Моррис Осборн. Но такого не могло быть! Директор тоном, не допускающим возражений, приказал немедленно явиться к нему в кабинет. Клин тут же перезвонил напарнику, но у того телефон оказался занят, однако минут через пять он всё же поднял трубку. Оказалось, что ему тоже звонил директор с тем же требованием. Но Джон подсуетился, перезвонил в секретариат музея своей зазнобе и кое-что прояснил. Оказалось, что смотрительница главного зала, утром обходя экспозицию, заметила, что у основного экспоната, алмаза Хоупа неправильно лежит цепь – не так как всегда.
Адам Клин всё понял, быстренько собрал самые необходимые вещи и документы, и покинул помещение … навсегда.

В роскошном кабинете директора музея, отделанным резным морёным дубом, находилось двое – хозяин помещения и его старший сын Генри, являющийся штатным сотрудником – экспертом-геммологом.

- Отец, камень фальшивка, стоит только перевернуть его, и увидишь нижние грани опылённые серебром. А неделю назад я же удостоверил его подлинность и оформил акт. К тому же вчера после дежурства пропал один из охранников, некто Адам Клин. Хотя он проработал в музее более двух лет без замечаний, даже наоборот, его всегда ставили в пример, как образцового работника и неоднократно премировали.
- Генри, кто знает о подмене камня?
- Кроме нас с тобой никто, но всё равно, надо срочно обращаться в полицию, а может даже в ФБР – пропало достояние федерального значения, да ещё стоимостью в 70 млн долларов!
- Не горячись сын. Подумай о последствиях. Даже если камень найдут, нам на своих местах не усидеть, и это в лучшем случае, а в худшем нашу судьбу будет решать суд по статье «халатность», приведшая к … ну сам знаешь к чему. А если камень пропадёт совсем, то страшно даже подумать что с нами будет. Поэтому делаем так. Сдвиг цепи объясняем деформацией от времени и сухости деревянного основания драгоценности, покрытого материей. Ты же частным образом обращаешься в лучшее сыскную контору страны: Детективное агентство имени Пинкертона. Я с его владельцем Аланом на короткой ноге. Они нам находят этого Клина, ну и естественно алмаз. Поиски финансирую я. Действуй незамедлительно.

Лучшей в стране, а скорее и в мире организации специализирующейся в основном на поиске пропавших и прячущихся людей, на этот раз достался достойный противник, точнее объект поисков. Несколько раз «пинкертоны» почти настигали беглеца, но ему каждый раз удавалось уходить, меняя документы, страну пребывания и даже внешность.

Вильнюс, 15 августа 2017 года.
Продолжение следует: http://www.proza.ru/2017/08/15/820


Рецензии
Александр, увлекли! Махом главу прочла.
Надо же, какая целеустремленность у героя. Эту бы энергию на благие дела пустить. )
С уважением и читательской благодарностью. Вернусь обязательно,

Марина Клименченко   22.06.2018 09:41     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.